You're asleep in me (i can't help but smile)

Предупреждения о косвенном вреде / жестокости к животным и сценах потенциально расстраивающего характера. Хэллоуин - самое замечательное время года. По крайней мере, в Хогвартсе так и есть. Замок оживает цветными лентами, стены украшены от пола до потолка множеством оттенков фиолетового, оранжевого и зеленого. Тыквы плавают в воздухе, дарят огненные усмешки и отбрасывают танцующие тени на холодные каменные стены и полы. Полупрозрачные призраки скользят по коридорам, как порывы дыма, радостно хихикая со своими друзьями, когда ничего не подозревающие студенты становятся жертвами уловок, которые подстерегают их в разных уголках замка. Воздух пахнет сладко, как дешевые конфеты и сахар; и Большой Зал практически кипит энергией, все обитатели замка собираются в одну гигантскую массу, нападая на тарелки с вкусной едой, которую они ожидали несколько дней. Нет другого места во всей Великобритании, которое светилось бы так ярко, как Хогвартс в Хэллоуин. Если бы он был виден маглам, он почти наверняка выглядел бы как ярко-оранжевое пламя на расстоянии, взгромоздившееся на холме и горящее, как факел, маяк зла и хаоса. Окна и двери вырезаны, как фонарь из тыквы, и звуки криков и смеха можно услышать в холодном зимнем ветре. Луна большая и призрачная, она висит как дух на ночном небе в окружении крошечных мерцающих звезд. Хэллоуин в Хогвартсе - самое замечательное время года. Но высоко в Гриффиндорской башне, вдали от хаоса, в уютном общежитии, два мальчика сидят в тишине. Часы на стене громко тикают, каждая секунда ощущается дольше, чем есть на самом деле. Бэкхён следит за огнями на потолке, в его взгляде ясно читается усталость. Он лежит на кровати, одеяло плотно обёрнуто вокруг его, словно кокон, в попытке согреться. Независимо от того, как плотно он себя укутал, он всё равно чувствует, как холодный воздух щекочет его ноги и лодыжки. Он извивается, чтобы притянуть их ближе к телу, но по какой-то причине, всё ещё мёрзнет, как радиатор, который только начинает ломаться. Он сдается, когда холод достигает его колен, вдыхая холодный воздух, который заставляет его кашлять. Он закрывает лицо подушкой, когда чувствует, что Чондэ смотрит на него. Вздохнув, Чондэ возвращается к своей книге. Он и Бэкхён получили дополнительные задания, чтобы не отставать от программы из-за всех пропущенных ими занятий, но Чондэ - единственный из двух, кто действительно начал изучать то, что ему дали. Их профессора могут посочувствовать и понять их ситуацию, но они должны где-то подвести черту. В конце концов, они всё ещё студенты. Экзамены на горизонте, они должны сосредоточиться на учебе. Время не остановится для них, независимо от того, как сильно они этого хотят. Бэкхёна убаюкивает звук перелистывания страниц. Его собственные книги брошены на тумбочке, накапливая пыль. Он поворачивается, чтобы посмотреть на них, читает заголовки и моргает, когда все буквы, кажется, сливаются вместе. Он пытался их прочитать, но они такие скучные; он всегда заканчивает тем, что теряется в своих мыслях и читает большие куски текста, не поглощая какую-либо информацию, вынуждая себя возвращаться и снова перечитывать всё это. Нет особого смысла пытаться, потому что он едва сможет прочесть первую главу, не заснув. В последнее время он много спит и сейчас он задумался об этом. Прошло три дня с момента их последней попытки разбудить Чанёля. Три очень длинных, очень бесполезных дня. Мальчики старались изо всех сил улыбаться и оставаться позитивными, чтобы сохранять друг друга уверенными и полными энергии, но ничего из того, что они делают или говорят, кажется, не хватает на долго. Они держатся сами по себе, ходят по коридорам и площадкам с низко опущенными головами; или прячутся в своей комнате в общежитии, как мыши, подальше от сочувственных взглядов своих друзей и одноклассников. Это самая худшая часть - то, как люди смотрят на них, будто они больны. Чонин старается извиняться перед ними каждый раз, когда видит их, и они устали просить его прекратить. Нахождение среди людей заставляет их чувствовать себя ещё более истощёнными, чем они есть сейчас. Часы отбивают, когда наступает час дня. Обед должен был только закончиться. Бэкхён слышит, как поднимается гул на выходе из Большого Зала, когда ученики идут по камню или отправляются в следующий класс. Ни один из парней не пытается встать. Чондэ вздыхает и вытягивает ноги, а Бэкхён прижимается свои поближе, чтобы они оказались под покрывалом. Ирония пропуска занятий, чтобы наверстать упущенное, не ускользает от последнего, и он фыркает, сдувая пыль с книг рядом с ним. Он наблюдает, как частицы пыли плавают в воздухе и приземляются где-то возле кровати Чанёля. Она всё такая же, как в тот день, когда Чанёль последний раз спал в ней. Бэкхён смотрит на нее и проглатывает комок в горле. Бэкхёну нравится кровать Чанёля. Это самая красочная и украшенная из всех кроватей в комнате, в том числе тех, что принадлежат двум другим его товарищам по общежитию, которых он редко видит. В то время как кровать Чондэ покрыта плакатами по квиддичу и футболу, а у Бэкхёна - всё в пыли. Кровать Чанёля украшена фотографиями и рисунками, маленькими портретами и полароидами, прикрепленными к каждому дюйму дерева в пределах досягаемости. Большинство из них - его семья: его родители, его сестра и его маленькая собака, Тобен, - но многие из них также его друзья, снимки их совместной жизни в школе. Некоторые были сняты на камеру маглов, лица застыли во времени; и один из них сзади невероятно стар, пожелтевший от возраста - фотография его бабушки и дедушки в день их свадьбы. Чанёль всегда был близок со своей семьей, поэтому Бэкхён не удивлен, что у него столько фотографий. Бэкхён не очень хорошо ладит со своей семьёй, но Чанёль всегда был очень милым и добрым. Это то, в чём убедился Бэкхён за все годы, что он его знал. Их дом для него как собственный дом. Последний раз он их видел, когда они приходили навестить Чанёля спустя несколько дней после того, как он заболел. Он надеется, что скоро сможет увидеть их снова. Бэкхён лениво смотрит на фотографии, на глупые улыбающиеся и смеющиеся лица, когда вдруг замечает одну фотографию, скрытую между выстрелами сестры Чанёля и трёх друзей, делающих снеговики в доме Чондэ. Она настолько незаметна на первый взгляд, что Бэкхён почти пропускает её, и замечает её только потому, что взгляд случайно зацепился. Она выглядит довольно старым, если мятые углы и немного блеклая окраска - обозначают именно это. Чтобы увидеть её он пододвигается немного ближе и прищуривается, и вскоре крошечная картинка становится более сфокусированной. Должно быть, она было сделано на магловскую камеру. Два маленьких мальчика, вероятно, не старше семи или восьми лет, стоят бок о бок перед садом; с одной стороны виден высокий забор, усеянный грядками тюльпанов, блестящими красными, жёлтыми и розовыми цветами. Один из мальчиков высокий и круглый, на кончике его носа пара очков в золотой оправе, а уши торчат из-под его шляпы. Другой ниже и стройнее, волосы черные и коротко подстрижены, застенчивая улыбка сияет на его маленьком лице. Оба покрыты грязью с ног до головы, а у более низкого мальчика на колене пластырь, который выглядывает из под его комбинезона. Держась за руки, они выглядят мило вместе. На заднем плане виден дом на дереве, только половина его была построена. Бэкхён знает, что высокий мальчик - Чанёль. Он узнает этого придурковатого ребенка в любом месте и в любое время, проведя весь первый год с ним, хотя сейчас он немного выше и стройнее. Но он понятия не имеет, кто этот ребенок, с его маленькими ножками и круглыми белыми глазами. Хотя что-то в нём ужасно знакомое. У него странное чувство, что он видел мальчика раньше, проходил мимо него в коридорах или видел его лицо среди незнакомых людей в большой толпе. На самом деле, другой мальчик немного напоминает... - Что это у тебя под кроватью? Бэкхён подпрыгивает при звуке голоса Чондэ. Он поворачивается через плечо, чтобы посмотреть на него. Чондэ лежит на животе, книга лежит на подушке, а голова повернута в сторону Бэкхёна, но он смотрит на пространство под кроватью Бэкхёна широко раскрытыми глазами, губы искривлены так, что он выглядит так, будто пахнет чем-то ужасным. Бэкхён с любопытством смотрит на него. - Я не знаю. Наверное, одежда, а что такое? Чондэ морщится. - Я не думаю, что это одежда, - говорит он. Выбравшись из своего кокона, Бэкхён размахивает ногами и перекатывается на спину. - Ты так думаешь? - спрашивает он, бросив ещё один взгляд на другого мальчика, прежде чем подняться. - Это не порно, если это то, что ты намекаешь, - он не любитель. Слишком много несчастных случаев произошло с его соседями по комнате и это привело к тому, что он нашёл гораздо более лучшее укрытие для подобных занятий. Бэкхён фыркает, когда Чондэ дёргает ногой, чтобы пнуть его. Последний пропустил его на несколько дюймов, но Бэкхён перестает отвечать ему тем же, когда видит потрясенный, но слегка неловкий взгляд своего друга. - Не будь противным. Я не об этом. Он всё ещё смотрит куда-то под кровать Бэкхена. Нахмурившись, Бэкхён поворачивается к нему лицом, скрестив ноги и сложив руки на коленях. - Тогда о чём ты? Что может быть под моей кроватью? Чондэ подходит ближе, чтобы рассмотреть получше. Он на мгновение прищуривает глаза и наклоняется вперёд, прижимаясь к краю кровати, чтобы не наклоняться вперёд. Через несколько секунд он снова отодвигается, сморщив нос. - Я не знаю, - говорит он, поднимая руки, чтобы на мгновение потереть глаза, прежде чем снова взглянуть. - Это… что-то пушистое? - Что? Пушистое? - Бэкхён даже не держит домашнее животное, не говоря уже о чем-то с мехом. Когда Чондэ смотрит на него и пожимает плечами, он закатывает глаза и цепляется за край матраца, чтобы отодвинуть его. Действительно, что может быть под его кроватью такого, что даже сам Ким Чондэ нервничает? Сначала он ничего не видит. Свет в общежитии в любом случае не очень яркий, и в пространстве под кроватью он почти не даёт какого-либо эффекта, единственное, что можно увидеть, это тени и очертания случайных предметов одежды и его чемодана, припрятанного возле стены. Он собирается подняться и бросить что-нибудь в Чондэ за то, что он тупой слепой идиот, но после того, как его глаза привыкли к темноте, он замечает что-то странное. Темная тень, размером с бедро Бёна, свернулась калачиком у одного из краёв кровати, покрытая толстым слоем матового меха. Под его кроватью настоящий монстр. Бэкхён отодвигается так быстро, что у него начинает темнеть в глазах и кружится голова, это потемнение в глазах заставляет его схватиться за столбы кровати, чтобы не упасть. - Мерлин! - кричит он, отходя назад, насколько это возможно. - Что это за хрень?! Чондэ в панике начинает махать руками. - С хера ли я должен знать? Это твоя кровать! - кричит он, указывая обвиняющим пальцем в сторону своего друга. - И что? - Бэкхён отмахивается от руки Чондэ. - Что бы это ни было, это чёртовски жутко, - проведя рукой по волосам, он стонет. - Я не знаю откуда взялось это странное дерьмо под моей кроватью. Как нам от него избавиться? Они знают, что это может быть опасно, это может быть какое-то злое магическое существо, которое они пропустили из-за прогулов Защиты от тёмных искусств, или что-то в этом роде. Он никогда больше не успокоится, зная, что что-то злое живет в нескольких дюймах под ним каждую ночь. Сама мысль заставляет его вздрогнуть, дрожь ползет по позвоночнику. Нервно дёргаясь, Чондэ осматривает комнату. - Там, - наконец говорит он, указывая на брошенную кучу квиддичного снаряжения возле двери ванной. - Дай мне мою метлу. - Бэкхён спрыгивает с кровати и перебегает, чтобы схватить её. Перебираясь назад, он передает её Чондэ , который натягивает джемпер на нос и опускается на колени на пол. - Что ты собираешься делать? - осторожно спрашивает Бэкхён. - Я собираюсь получить это. - Что, если это поддельная Чудовищная Книга? - Тогда мы умрём. Требуется несколько попыток чтобы достать эту неведомую хрень. Чондэ приходится лечь в проходе между кроватями и размахивать метлой из стороны в сторону. Бэкхён опустился на колени на кровать позади него, наклонился и смотрит прищурившись. Наконец, одним большим ударом метлы Чондэ удается достать его. Медленно потянув , он вытаскивает его из-под кровати. Это мёртвый кот. Бэкхён задыхается, так сильно, что падает с кровати и с грохотом летит на пол. Чондэ издает вопль и отбрасывает метлу в сторону, подпрыгивая и перебегая на другую сторону комнаты, чтобы убежать от животного настолько далеко, насколько это возможно, но в процессе удирания, он ударяется головой об одну из опор кровати. - Боже мой, - стонет он, хватаясь за голову. - О, Боже, под твоей кроватью мертвый кот, о черт, что происходит, о мой Бог. Спотыкаясь о пола и простыни, свернувшиеся вокруг лодыжек, Бэкхён ныряет на кровать в спальне, почти ударяясь головой верх. - О, чёрт, что нам делать? - пищит он, истерично размахивая руками в воздухе. У него под кроватью мертвый кот! - Как он попал сюда, чей он, чёрно возьми? - почему под его кроватью мёртвый кот?! Ответ Чондэ - дрожь во всём теле, его руки трясутся. - Я не знаю! - скулит он, пульсирующая боль в висках затрудняет его мысли. Как давно это находится там? Как это могло попасть в общежитие? Ни у одного из пяти мальчиков, живущих там, нет кота, так как же он оказался пол кроватью Бэкхёна? Глубоко вздохнув, он осторожно наклоняется, чтобы взглянуть под кровать. - О, милый Мерлин. Холодея внутри, Бэкхён смотрит на Чондэ с паникой в ​​глазах. - Что? Что это? - хрипит он. Чондэ выглядит так, будто у него припадок, руки трясутся, когда он поднимает их, чтобы прикрыть рот, задыхаясь. Он медленно поворачивается, чтобы посмотреть на своего друга. Сердце Бэкхёна так быстро стучит в его груди, что он чувствует, что ещё немного и оно выпрыгнет из груди. - Это кошка Лухана, - заикается Чондэ, его голос еле слышен. - Это Бао. Ничего не происходит в течение нескольких секунд, оба мальчика застыли на месте, онемели от шока. Бао? Кошка Лухана, пропавшая неделю назад? Это не может быть правдой. После нескольких минут, что кажутся часами тишины, Бэкхён запрыгивает на свою кровать и смотрит вниз, закрывая глаза и вытягивая руку, чтобы прислониться к стене, когда он узнает полосатый коричневый мех и острые уши любимого питомца Лухана. Она свернулась калачиком на боку, обхватив хвостом и прикрывая задние ноги. Похоже, она дремлет. Бэкхён мгновенно отводит взгляд, дергая себя за волосы. Лухан беспокоился и не находил себе места много дней, Исин искал её каждый свободный момент, и она всё это время находилась под его кроватью? Сделав несколько неглубоких вдохов, Бэкхён поворачивается к Чондэ, который всё ещё стоит на месте, руки закрывают его лицо. - Что нам делать? - спрашивает он, с дрожью в голосе. Как он сможет снова встречаться с Луханом? Чондэ поднимает дрожащие руки, чтобы убрать волосы с лица. Тишина, которая стоит ещё некоторое время и Бэкхён нервно встает на ноги. - Мы должны сказать ему, - наконец сказал Чондэ. - Это его кошка, он должен знать. Низко застонав, Бэкхён откидывает голову назад, позволяя ей биться в стену рядом с ним. - Лухан убьёт нас, - он насчитывает каждое слово ударом о стену, останавливаясь только тогда, когда видит, как Чондэ поднимает на него разочарованный взгляд из другого угла комнаты. - Всё нормально, это была не наша вина, - отвечает другой парень, потирая руками затылок, словно уверяя себя, что его слова правдивы, и они определенно не несут ответственности за смерть кота своего друга . - Мы не сделали ничего плохого. - Она в нашем общежитии. Как мы должны это объяснить? - Кошки так делают, да? Уходят, чтобы умереть. Может, она заболела и пришла сюда, чтобы не беспокоить Лухана? Бэкхён не очень в это верит, и он говорит Чондэ, громко, будто издеваясь в отчаянии. - У неё нет причин, чтобы заболеть. В прошлый раз, когда мы её видели, она была в полном порядке. - Это было четыре дня назад. Что-то могло случиться за это время. Бэкхён вскидывает руки в воздух. - Тогда я не знаю! - заключает он с криком, заставляющим Чондэ подпрыгнуть. С ещё одним глубоким вздохом он подходит к кровати Чанёля и бросается на неё лицом. - Мерлин, этот год становится всё лучше и лучше, не находишь? - шипит он. Снаружи воющий ветер заставляет окна общежития греметь и трястись. Чондэ вздыхает вместе с ним, наблюдая, как его друг свернулся калачиком в пыльных простынях Чанёля. Он не может не чувствовать, будто весь мир против них прямо сейчас, делает всё возможное, чтобы сделать их жизнь как можно более несчастной. Сначала их лучший друг заболел, они пропускают занятия, и теперь кошке удалось заползти под его кровать и завязать кеды*. Чондэ обнаруживает, что уставился на кошку . Бао была избалованной кошкой (и часто недружелюбной), но его сердце всё ещё болит от мысли, что её больше нет рядом. Она была хорошим другом и защитником котёнка Минсока, Тана, который также мог бы бы считаться котёнком и Чондэ, из-за того, сколько он играет с ней; и она всегда давала обнять её - когда вы оказывались рядом с ней. Лухан любил её так, будто она была его собственным ребёнком. Он будет абсолютно подавлен, когда узнает. Чондэ надеется, что он сможет их простить. Именно тогда он замечает что-то, что заставляет его брови взлететь вверх. Он делает несколько шагов вперёд и прищуривает глаза, так пристально глядя на животное под ним, что у него начинает болеть голова. Он садится на корточки и осматривает её ещё ближе, просто чтобы быть уверенным. - Подожди. Она не мертва. Маленький пучок волос, который выглядят из-за одеяла Чанёля, слегка дергается. Голова Бэкхёна выскакивает из-под одеяла, как крот, волосы торчат под странными углами. - Нет? Чондэ качает головой. - Нет. Она жива. - Он едва может поверить самому себе, когда говорит это. Вылезая из-под одеяла, Бэкхён ползет по матрацу и смотрит на комок полосатого меха на полу. - Ты уверен? - говорит он, морщась. - Она выглядит мёртвой. Закатив глаза, Чондэ протягивает руку, чтобы щелкнуть друга по лбу. - Заткнись, идиот, она всё ещё дышит, смотри. Бэкхён потирает больной лоб и показывает язык, а потом смотрит вниз. Сначала он не видит этого, слишком незаметно, моргая сквозь боль на лице, чтобы заметить что-то существенное в кажущейся мёртвой кошке. Но после долгого взгляда и окликов Чондэ, Бэкхёну удаётся разглядеть крошечный взлет и падение груди маленькой кошки. Дыхание медленное и неглубокое, но оно определенно есть. - О, спасибо, Мерлин. Я был так близок к приступу паники, - хрипит он. Гигантский груз падает с его плеч, и он валится назад, ударяясь о матрас. Он не может сказать, что когда-либо за свою жизнь испытывал такое колоссальное облегчение. - Подожди, - внезапно произносит он, карабкаясь назад, когда неожиданная мысль приходит ему в голову. - Что с ней? - Я не знаю, - говорит Чондэ. Он всё ещё сидит рядом со спящим домашним животным, пристально глядя на него. Его брови нахмурены, он потирает лоб, как будто обдумывает особенно сложный экзаменационный вопрос, ответ на который он ни как не может выяснить. - Что это у нее во рту? - говорит он через несколько секунд. С любопытством Бэкхён встает с кровати и подходит к сокурснику. Он наклоняется, чтобы увидеть, что такого нашёл Чондэ, и замечает, что к её зубам и усам прилипает странное, густое, тёмно-красное желатиновое вещество. Оно усеяно маленькими вкраплениями бежевого цвета, похожими на рассыпчатую текстуру, из-за чего красная жидкость выглядит довольно комковатой. Что бы это ни было, это выглядит мерзко. Бэкхён съеживается, подавляя рвотный рефлекс. Сглотнув, Чондэ протягивает руку, чтобы ткнуть в липкую жижу. Он подхватывает немного на палец, и Бэкхён выкидывает руку, чтобы не дать ему измазаться в этой жиже. - Эй, Дэ, не трогай это. Чондэ стряхивает его руку. Он осторожно подносит палец к носу, несколько раз нюхая. Его глаза закрыты, чтобы задушить отвращение, но они открылись от удивления, когда он понял, что это за вещество. Он поворачивается к Бэкхёну, широко раскрыв глаза. - Вишня, - бормочет он. - Это черная вишня. - Что? Ты уверен? Чондэ кивает, протягивая палец, чтобы его друг услышал запах, но Бэкхён просто отмахивается от него с отвращением. - Убери, я верю тебе, - скулит он. Ему не нужны доказательства того, что липкая липучка - это то, что говорит его друг; слова Чондэ достаточно для него. Со смущенным бормотанием он встает, морщась, когда кости в его позвоночнике хрустят. - Хотя это немного странно. Кошкам вообще нравится вишня? Чондэ, который вытирает свою липкую руку о какой-то носок, смотрит на него. - По-видимому, да, - он вздыхает, когда заканчивает, и прислоняется к соседней спинке кровати и скрестив руки. - Как она вообще смогла достать вишню? Они не растут на земле, и она никак не могла попасть на кухню. Бао может быть упрямой, но она не дура. Домашние эльфы не любят любезных злоумышленников; она была бы расплющена, как блин, если бы даже попыталась пробраться в кухню. Но как ещё она нашла бы вишню? Бэкхён пожимает плечами. - Может быть, Чанёль оставил пирог или что-то в этом роде. Это его любимая ягода, но я не думаю, что у него где-то есть тайник. Как только слова покидают его рот, Бэкхён и Чондэ подчеркивают к друг другу, между ними будто мерцает искра, похожая на потрескивающий фейерверк. - Подожди. Ты не думаешь ..? - Бэкхён задыхается, широко раскрыв глаза, но ему не удается закончить вопрос, пока Чондэ вдруг не оборачивается и не приседает на пол. Он осторожно отодвигает Бао в сторону, прежде чем упасть на живот, залезая под кроватью Чанёля. - Где это, где это, где это… Покопавшись в темноте, он слепо шарит, стуча руками по всему - от старых книг до потрёпанного котла; стопки карточек от шоколадных лягушек, пыльные журналы и вонючий ботинок для квиддича (только левый). Когда его рука погружается во что-то холодное и скользкое, он издаёт приглушенное «ага!» и высовывается из-под кровати назад. Поднявшись, он бросает то, что нашел, на открытую часть кровати Бэкхёна. Перед ними стоит вишневый пирог, недоеденный и свежий, как в тот день, когда он был испечён. - Милый Мерлин, - задыхается Бэкхён, давя рвотный позывы. - Это отвратительно, - может он и выглядит прекрасно, но Чанёль болеет уже больше месяца. Как долго этот пирог просто стоял там, уклоняясь от жары в потном общежитии для мальчиков? Сама мысль заставляет Бэкхёна хотеть прыгнуть в душ и вымыться дочиста. Он смотрит на него и снова давится, и Чондэ с жалостью смотрит на него через плечо. Когда Бэкхён успокаивается, Чондэ поворачивается к пирогу. - Смотри, не хватает кусочка, - говорит он, наклоняясь вперёд, чтобы указать на зазор в тесте. Погребенная под разваливающейся коркой и густой, клейкой вишней - линейка, скорее всего, та, которую Чанёль использует на своих уроков по Астрономии. Он покрыта пирогом. Чанёль, наверное, использовал её как временный нож, чтобы порезаться пирог ломтиками. - Должно быть, его съел Чанёль. Бэкхён смотрит на него. - Ты думаешь, что он поэтому заболел? - спрашивает он. Его голос слегка дрожит. - Кто-то отравил его этим? Чондэ медленно кивает. Он чувствует, как будто его желудок полон камней, и не только потому, что перед ним стоит месячный пирог. Они уже знали, что Чанёля, скорее всего, отравили, но тот факт, что они, вероятно, правы, заставляет похолодеть. Его колени становятся похожи на желе, но он не садится, предпочитая прислониться к дальней стене. - Должно быть. И посмотри на Бао. Она явно съела это, и теперь она похожа на шарф аристократа. Бэкхён, напротив него, снова начинает ходить по комнате. Он поворачивается вокруг разбросанных по полу предметов, задумчиво потирая подбородок. - Как, думаешь, он получил его, - спрашивает он. Когда все кусочки этой загадки стали на свои места, он начинает волноваться, кровь течёт по его венам. Он изо всех сил пытается помешать уголкам своих губ дёргаться, с усмешкой на губах, когда его мозг работает со скоростью миля в секунду. Чондэ просматривает свои воспоминания за день до того, как Чанёль был найден спящим. - Кто-то, должно быть, дал его ему после после тренировки по квиддичу, - предполагает он. Как и у Бэкхёна, что-то у него внутри зажигается, наполняя его до краев энергией, о которой он даже не подозревал. Он отталкивается от стены, шагая к другому парню с поднятыми руками, как будто он ждет, чтобы поймать все слова, выходящие из его рта. - Он пошел вперёд без меня, поэтому я не видел, чтобы кто-то это делал, но это единственный раз, когда кто-то мог бы дать ему это и остаться незамеченным нами. - Да! Он ведь уже спал, когда ты пошёл спать, да? - И он был с нами весь день, кроме этого одного момента. Атмосферу в комнате ощутима, почти шипит от напряжения. Впервые за последние два дня гриффиндорцы чувствуют, что они чего-то достигли; они на шаг ближе к выяснению того, что случилось с их лучшим другом и почему; на один шаг ближе к тому, чтобы вернуть Чанёля. На их щеках, наконец-то, зарождается здоровый румянец, а их улыбки настолько сияющие, что, если кто-нибудь войдет в комнату в этот момент, они наверняка ослепнут. - Святое дерьмо, мы сделали это, Дэ! - Бэкхён легкомысленно кричит, взмахивает руками в воздухе. - У нас есть зацепка! В порыве энтузиазма Бэкхён бросается через комнату, чтобы затянуть Чондэ в объятия. Они держат друг друга близко, прыгая вверх и вниз на месте, как пара чрезмерно усердных щенков. Чондэ теплый и у него крепкие руки, и он инстинктивно сжимает их, обнимая другого парня так крепко, что он едва может дышать. Он не может поверить, что они нашли что-то полезное, чтобы помочь им разгадать эту тайну. И нашли в собственном общежитии! Единственное, что убеждает его, что это всё не сон - это стук сердца Чондэ. - Мы так близко, Дэ, - шепчет он в изгиб плеча другого мальчика. - Я знаю, Бэк, - тихо говорит Чондэ. - Я знаю. В этот Хэллоуин замок гремит, но в этот момент Гриффиндорская Башня спокойна, как штиль.

~~~

Лухан сидит в библиотеке, сгорбившись за одним из дальних столов за стопками книг, на полу по краям стола ниспадают большие куски пергамента. Каждый дюйм покрыт темными чернильными каракулями. Даже его руки усеяны рассеянными каплями чернил. Его глаза устали и он хочет спать, но он продолжает писать. Должно быть, он просидел там многие часы. Рядом с ним, прижавшись к стене, сидит Минсок, он полностью погружён в книгу. Студент Рейвенкло переворачивает страницу, когда замечает двух гриффиндорцев, которые таскаются за ним, они подозрительно оглядываются вокруг, как будто они боятся, что за ними наблюдают. В руках Чондэ большая коробка. Он держит её крепко, но нежно, просто слегка неся перед собой, словно он нервничает из-за того, что скрыто внутри. Минсок знает, что это плохой знак. С коротким вздохом он захлопывает книгу и кладет её на стол, скрестив руки на груди. Он откидывается назад в своём кресле, его лицо становится каменным, когда младшие останавливаются перед ним. Они выглядят мрачно, почти пугающе, и он бы спросил их, что случилось, если он бы не был так хорошо знаком с их маленькими шалостями. Отношение Чондэ заставляет его опасаться подобных вещей, особенно когда он и Бён Бэкхён находятся в одной комнате. - Что ты хочешь? - прямо спрашивает он. У него действительно нет времени на их глупые шутки. К его удивлению, ни один мальчик не реагирует так, как он ожидал. Чондэ посылает на него не впечатленный, но слабый взгляд, и Бэкхён смотрит на свои ноги, скручивая руки перед собой. Они коротко смотрят друг на друга, словно несколько секунд разговаривая глазами, прежде чем Чондэ осторожно поднимает коробку и кладет её на закрытую книгу Минсока. Тонкой рукой он толкает ее в направлении Лухана. У Минсока есть некие сомнения по поводу того, чтобы спросить их, что внутри, но их жалкие выражения и шаркающие ноги заставляют его хмуро смотреть на них. Это действительно подозрительно. Минсок знает Чондэ с самого рождения, и он никогда не видел, чтобы его двоюродный брат выглядел таким виноватым. Что-то определённо случилось. Чондэ прочищает горло. - Лухан? Старший гриффиндорец не прекращает писать. Он также не поднимает глаз от своих заметок, просто мычит, чтобы показать, что он слушает. Когда никто не говорит, он недолго смотрит вверх, улыбаясь мальчикам, затем опускает голову вниз, чтобы продолжить учебу. - Что это? - немного нетерпеливо спрашивает он. - А вы, ребята, не должны быть в классе? Бэкхён и Чондэ снова смотрят друг на друга. Бэкхён двигает коробку ещё ближе. - Нам очень жаль, - тихо говорит он. Теперь Минсок определённо взволнован. Он поворачивается к Лухану, который всё ещё беззаботно строит свои записи, и толкает его локтем в рёбра, заставляя его завопить и уронить своё перо на пол. Лухан поворачивается к нему с ругательствами, готовый ругать своего друга за то, что он отвлекает его от записей, когда он замечает выражения на лицах младших. Минсок кивает в сторону коробки, жестом предлагая открыть её. - О, хорошо, - бормочет Лухан. - Ты должен был просто сказать, - он встает и наклоняется через стол, взяв крышку коробки в руки. Он осторожно открывает её. Минсок вытягивает шею, чтобы посмотреть, что внутри. Сердце Бэкхёна разрывается, когда Лухан испускает резкий вздох, поднося руку ко рту. Он закрывает глаза как раз перед тем, как Лухан падает, словно каменный, в своё кресло, и всхлипывает. Он может чувствовать, как Чондэ неловко мнётся рядом с ним, и берёт в руку рубашки другого парня, перебирая её между пальцами. - Мне очень жаль, Лухан. Никто не двигается и не говорит в течение длительного времени. В какой-то момент Минсок обнимает друга за плечи, утешительно похлопывая по спине. Другие студенты вокруг начинают смотреть на них, заглядывая сверху книг и через щели в книжных шкафах, и Минсок смотрит угрожающе на всех, кто не уходит. Это плохо, что Лухан расстроен; ему не нужны люди вокруг иначе это заставит его чувствовать себя ещё хуже, чем есть сейчас. - Где ты её нашёл? Бэкхён и Чондэ поворачивают головы, чтобы посмотреть друг на друга. Никто из них не хочет отвечать на этот вопрос, но они знают, что должны. Они переглядываются секунду, прежде чем Чондэ вздохает и шагает вперёд, боясь того, что сейчас произойдёт. - Она была под кроватью Бэкхёна, - говорит он. - Под ... Что? Почему она была там? - голос Лухана звучит растерянно. Минсок недоверчиво смотрит на них, прищурив глаза, пытаясь надавить на них, чтобы получить ответ, но прежде чем они успевают что-либо сказать, Лухан хлопает кулаками по столу и вскакивает. - Какого хрена вы, идиоты, сделали с моей кошкой?! - Ничего! - кричит Бэкхён. Они уже привлекли к себе слишком много внимания; если они дадут мадам Виктории повод прийти, она наверняка выгонит их всех. Бэкхён не хочет делать из мухи слона, особенно в такой тонкой ситуации. - Мы ничего не делали, мы просто нашли её там, клянусь! Лухан не выглядит убеждённым, его лицо всё ещё пылает от ярости. В панике Бэкхён машет руками, чтобы Чондэ присоединился к нему, и другой мальчик делает шаг вперёд, вытаскивая из-под мантии сумку. - Мы думаем, что она съела кусочек этого, - шепчет Чондэ. Сбрасывая сумку на стол, он достает вишневый пирог. Он немного помят от путешествия, но в остальном всё так же прекрасен. Бэкхён глотает своё отвращение и смотрит на лица старших, ища в них какие-либо признаки понимания. Увы их нет. Минсок выглядит раздраженным до предела, и Лухан, по понятным причинам, кипит, глаза налиты кровью, а уши сердито-красные. Его руки сжимают край стола так сильно, что костяшки побелели, и кажется, что даже рука Минсока на его нижней части спины мало как помогает успокоить его. - Вам двоим лучше рассказать мне, что происходит, или, прости Господи, вы не доживете до Рождества. С побледневшими лицами Бэкхён и Чондэ начинают объяснять. Они делают все возможное, чтобы упомянуть всё, о чём знают. Парни изо всех сил стараются, чтобы их пересказ событий был быстрым и точным. У них не так много времени; часы на стене всё ближе приближаются к концу урока, и студенты всех возрастов начинают собирать свои вещи и уходить из библиотеки, медленно направляясь в Большой зал, готовясь к обеду. Библиотека скоро закроется, а это лучшее место для этого разговора. Никто из них не хочет рассказывать о случившемся в месте, где их может услышать каждый. Они не опускают деталей. Эликсир, поцелуи, пирог - они рассказывают им всё. К тому времени, когда они заканчивают говорить, Минсок и Лухан выглядят обескураженными. Первый полностью откинулся на спинку стула, свободной рукой потирая лицо. Лухан сидит молча, глядя в сторону, с пустым лицом и взглядом направленным вдаль. Младшие мальчики стоят тихо, держа руки по бокам. Есть много информации, которую нужно переварить - большую часть которой они сами не могут понять полностью - и они терпеливо ждут, пока всё уляжется, щадя друг друга обнадеживающими взглядами, когда вокруг них нависает жуткая тишина библиотеки. Удивительно, но Лухан тот, кто заговорил первым. - Итак, вы говорите,- говорит он, его голос охрип от долгого молчания, - что они в порядке. Чанёль ... и Бао. Чондэ отвечает не сразу. Должно быть неудобно, думает Бэкхён, рассказывать правду своему брату, своему другу. - Да, - наконец говорит мальчик. - Они в порядке. Просто спят. Библиотека сейчас почти пуста. Просматривая промежутки между книжными полками, Бэкхён видит, что осталось всего несколько человек. Наступила тяжёлая тишина, солнце отбрасывает через окно темные тени вокруг них, делая атмосферу ещё более меланхоличной. Бэкхён сжимает руки, нервничая. Этот момент прошёл не так, как он хотел. Два молодых гриффиндорца смотрят, как Лухан берёт коробку в свои руки. Он держит её на коленях и смотрит в неё на мгновение, прежде чем прижать близко к груди, обнимая. Минсок слабо улыбается ему и свободной рукой сжимает плечо, и, если Лухан и заметил это действие, он не подал вида. Старший гриффиндорец просто моргает, влажные глаза смотрят на спящее животное в его руках. Хлюпнув носом, Лухан наклоняется, чтобы нежно поцеловать пушистую голову Бао. Внезапно воздух вокруг них, кажется, вздымается, трещит и переливается, как фейерверк. Волосы на руках Бэкхёна встают дыбом, и он чувствует себя очень странно, как будто вокруг него собирается буря. Он поворачивается, чтобы посмотреть на Чондэ и спросить его, чувствует ли он тоже самое, но он едва открывает рот, прежде чем шокированный и внезапный вопль заставляет его взглянуть на других своих друзей. Лухан вскочил со стула, широко раскрыв глаза и задыхаясь. Посмотрев вниз, Бэкхён замечает, что коробка в его руках начала греметь. Она дрожит и вздрагивает, прыгая в руках Лухана, пока студент пытается удержать её на месте. - В чём дело? - спрашивает Чондэ, его голос пронизан паникой, и он отступил на несколько шагов назад, но никто не отвечал ему. Они слишком заняты, уставившись на сотрясающую коробку, чтобы услышать его. В тот момент, когда она начинает выскальзывать из его пальцев, когда-то неподвижная Бао внезапно выпрыгивает из коробки, бросается в воздух, как пушистая коричневая молния, и приземляется на все четыре лапы на каменном полу, как профессионал, будто акробат закончил сложный трюк. Бао проснулась?! - Борода Мерлина! - Минсок вздрагивает, наклоняясь назад в своём кресле так далеко, что в итоге вываливается из него, приземляясь на твердый каменный пол. Никто не двигается, чтобы помочь ему. Они все в шоке, все слишком ошеломлены, чтобы сделать или сказать что-нибудь. В голове Бэкхёна столько вопросов, что она начинает кружится, и он протирает глаза, чтобы убедиться, что он на самом деле не сходит с ума, потому что Бао только что проснулся. - Б-Бао? - говорит Лухан, заикаясь. Он выглядит так, словно только что увидел призрака, на его лице странная смесь болезненно-серого и яростно-красного. Он стоит, вытянув руки перед собой, как будто коробка всё ещё в его руках, пальцы дергаются вокруг невидимых картонных стен. - Как ты ... что только.. что? - Что, чёрт возьми, только что произошло? - взвизгивает Бэк, отступая на два шага назад в шоке. Он не может отвести глаз от пушистого зверя, когда она бродит по столу на шатких, онемевших лапках. Всего секунду назад она была холодной, как скала, и теперь она выглядит наиживейшей, чем когда-либо! Покалывание в воздухе в исчезало, но волосы на его шее всё ещё остаются наэлектризованными, и он проводит рукой по ним, пытаясь погладить их и успокоить себя и своё сердце. Рядом с ним руки Чондэ взмывают в воздух так быстро, что его локти хрустят, как кнут. - Поцелуй! - внезапно кричит он, в наступившей тишине, волнение расцветает на его лице в виде ослепительной улыбки. Он указывает на Лухана. - Ты, должно быть, нарушил действие зелья, когда поцеловал её в голову! - Что, как? - ворчит Минсок на другой стороне стола. Он всё ещё на полу, слегка дёргается в сторону, когда Бао наклоняется к нему, чтобы понюхать его ботинки. - Я думал, ты сказал, что зелье действует только на твою настоящую любовь. Лухан любит её очень сильно, я уверен, но он не влюблен в неё. По крайней мере, я надеюсь, что нет. В своём шокированном состоянии Лухану каким-то образом удается ударить своего друга пером по лицу. - Я не знаю. Это была очень старая книга, определения могут быть немного устаревшими, - отвечает Чондэ сквозь хихиканье. - И, эй, любовь не должна быть только романтичной. Правда, настоящая любовь может исходить от кого-нибудь, я думаю. - Эта магия чертовски странная, - хмурится Минсок. На полу Бао растягивается и зевает, её длинный пушистый хвост маячит из стороны в сторону в оранжевом свете окна. Её мех немного всклочен, но в основном она выглядит совершенно нормально, и совсем не так, как будто она несколько дней находилась в волшебной коме под кроватью подростка. Тряхнув головой, она с радостным щебетом подходит к своему хозяину и прижимается к его ногам, ласково прижимая голову к его коленям и обвивая хвостом его икры, словно плющ, взбирающийся на дерево. Глаза Лухана блестят, он поднимает её и прижимает к себе. Бао сильно прижимается к нему, мягко мурлыкая, и губы Лухана выговаривают тихие и неразборчивые слова. Должно быть, он слишком смущен, чтобы что-то сказать, и никто не винит его. Минсок смотрит на Бао с пола, словно в любую секунду она снова упадает, словно камень, а Чондэ выглядит так, словно собирается взорваться, он так сильно дрожит. - Разве ты не видишь? - молодой гриффиндорец поворачивается к Бэкхёну с блестящими глазами и ещё более яркой улыбкой. - Это ведь замечательно! Теперь мы точно знаем, что Чанёль был отравлен эликсиром Schneewitten, и что поцелуй кого-то, кого он любит, разрушит магию и разбудит его. Бэкхён не может не улыбнуться в ответ. - Мы были правы всё это время! - смеётся он, прыгая на ногах. - Всё, что мы делали за последний месяц, не было напрасным. Мы на один шаг ближе к тому, чтобы разбудить Чанёля. - Но есть ещё одна проблема, - говорит Минсок. Он поднимается с пола и стряхивает с себя мантию, пристально глядя на двух молодых парней. - Мы не знаем, кто его отравил. - Или, кто желает этого в первую очередь, - добавляет Лухан. При всем их волнении они полностью забыли о причине, по которой они оказались в такой беде. Как будто кто-то только что вылил на них ведро ледяной воды, плечи Бэкхёна и Чондэ мгновенно опусткаются. Блеск надежды исчезает в одно мгновение, и его заменяют горькие мрачные угрюмые мысли. - Нам нужно найти этого человека, - говорит Минсок, поднимаясь, чтобы сесть на стул. - Прежде чем кто-то ещё пострадает. Все они кивают, соглашаясь. Теперь, когда они точно знают, как заболел Чанёль, они могут использовать эту информацию, чтобы выяснить, кто сделал это с ним. Он уже нанёс значительный вред, используя очень старую, очень опасную магию; кто сказал, что этот кто-то не сделает это снова? - Как вы думаете, кто это может быть? - Спрашивает Лухан, Бао по-прежнему сидит на его руках, как кукла. - У вас есть идеи? - Кто бы ни отравил его, он должен знать Чанёля достаточно хорошо, чтобы знать, какая его любимая еда, - говорит он медленно, задумчиво. - Вишнёвый пирог - это не то, что обычно кто-то может дать в качестве подарка. Поэтому он, должно быть, знал, что это имело какое-то значение для него, иначе он бы подарили что-то более обычное, нежели вишнёвый пирог, - он трёт заднюю часть своей шеи. - Его любимая еда это не то, что любой случайный человек инстинктивно угадает, понимаете? - Значит, ты говоришь, что думаешь, что этот кто-то находится рядом с ним? Одноклассник или друг? - спрашивает Минсок. Чондэ вздыхает, и он выглядит таким печальным. - Скорее всего, - отвечает он. Это мучительная мысль, которая висит в воздухе, как удушающий запах гниющих фруктов. - Милый Мерлин, - проклинает Лухан, уронив Бао на пол, когда она начинает извиваться. Он проводит руками по волосам и громко вздыхает, его голос наполнен неверием. - Это ужасно. Я даже не знаю, что сказать. - Чанёль знает много людей, - скулит Чондэ. - Это может быть буквально любой человек. - Вы уверены, что нет- - Что тут происходит? Бэкхён взвизгивает, как банши, и прыгает примерно на три фута в воздухе при звуке голоса позади него. Этот голос прозвучал так близко, что он почувствовал, как чьё-то дыхание шевелит волосы на его голове. Он спотыкается о свои ноги и падает, врезаясь в Чондэ, который издает свой собственный крик, который превращается в мучительное ворчание, когда он в конце концов бьет головой об угол ближайшей книжной полки. Он изо всех сил пытается не упасть на своего друга, схватившись за край стола, и, когда он наконец-то становится прямо, он оборачивается, чтобы сказать пару ласковых человеку, из-за которого он чуть не оказался на полу. - Какого хера, ты делаешь? - начинает он ворчать, прежде чем встать лицом к лицу с Крисом Ву, слизеринским капитаном по квиддичу. Бэкхён мгновенно замирает на середине предложения и меняет своё хмурое выражение на то, которое полно тепла и беззаботности, и отпрыгивает назад, чтобы увеличить расстояние между ними. - Привет, Крис, - неловко смеется он. Крис может быть относительно хороший парень, но он видел, как слизеринцы управляют своей командой, и мысль о том, что он на его стороне, невероятно непривлекательна. Ничего, ничего не происходит. Ничего вообще. Он прочищает горло. - Как дела? Он практически слышит, как Чондэ закатывает глаза за его спиной. - Привет, Крис, - говорит Минсок, звуча в равной степени изнуренным и удивленным. Он скрещивает руки и смотрит с поднятой бровью. - Ты опоздал на час. - Я помогал Сехуну с его формой, - бормочет Крис, подходит к столу и опускает на него свою сумку. Он берёт пергамент и перья из своей сумки, и Бэкхён понимает, что он должен был заниматься с ними. С каких это пор три капитана образовали учебную группу? Был ли там капитан Хаффлпафф? - Я знал, что вы всё равно начнёте без меня, поэтому решил, что ты будешь против. Минсок выглядит так, будто он против, но ничего не говорит. Атмосфера невероятно напряженная, поскольку Крис продолжает копаться в своей сумку. Четверо парней смотрят друг на друга поверх его сгорбленной фигуры, панические переговариваясь глазами. Как долго он там стоял? Какую часть их разговора он услышал? Будет ли он спрашивать их об этом? Что бы они сказали? Неловко тихая тишина висит вокруг них. Чувствует ли Крис это или нет, виду он не подаёт. Примерно через минуту высокий слизеринец заканчивает опустошать свою сумку и садится. Он внезапно зависает, так и не присев на стула, прежде чем указывать на объект в середине стола, нахмурив лоб. - Это вишневый пирог? - … Да, - говорит Чондэ после долгой паузы. Когда Крис протягивает руку, чтобы взять кусочек, Чондэ бросается и хватает его за руку, к большому удивлению слизеринца. - Не ешь ело! Он уже испорчен, - лн прячет его за спиной, невинно улыбаясь. - Не хочу, чтобы ты отравился. Крис гримасничает в ответ. Он не выглядит, так будто что-то заподозрил в поведении Чондэ, что хорошо. - Это разве не тот пирог, который Чанёль получил в прошлом месяце? - хмурится слизеринец. - Если да, то это было бы отвратительно, - Бао трётся о его ногу, и он наклоняется, чтобы почесать её за ушами. - Еда запрещена в библиотеке, поэтому я быстро избавлюсь от него, если ты не будешь его есть. Слова Криса словно ударили, что он чуть не упал. - Что ты сказал? - Бэкхён задыхается, его сердце бьётся, как барабан в его груди. Крис только что сказал? Когда Чондэ и Бэкхён входят в Большой зал на завтрак, учеников меньше, чем обычно. Это предсказуемо, ведь на следующий день после Хэллоуина, когда студенты все еще чувствуют себя сытыми после вчерашнего обеда и, следовательно, с большей вероятностью останутся в своих общежитиях до начала занятий. Они посылают друг другу слегка раздраженные взгляды, прежде чем переместиться на свое обычное место в середине гриффиндорского стола, не в силах перестать разглядывать студентов вокруг них. В конце концов, кто угодно мог быть той девушкой, ответственной за болезнь Чанёля. Они стараются не выглядеть слишком подозрительно, когда сидят в тишине. Их бедра сталкиваются друг с другом под столом. Примерно за час до того, как закрылась библиотека, компания решила подождать до утра, чтобы встретиться с той девушкой, которую Крис видел с Чанёлем пару недель назад. Как бы им ни хотелось узнать правду об этой серии печальных событий, они знали, что скандал в середине празднования Хэллоуина создаст больше проблем, чем решит. Под пристальным взглядом профессоров, их бы заметили, даже прежде покинули свои места! Старшие настаивали на том, чтобы это было частным делом, и молодые гриффиндорцы неохотно согласились. Использование огнестрельного оружия (или, скорее, палочек) действительно принесло бы им очень мало пользы. Пальцы Чондэ нервно постукивают по краю стола. Бэкхён открывает маленькие кусочки хлеба, скатывает их и запихивает в свой маленький рот. Чондэ бьёт его по ребрам в попытке заставить остановиться, но Бэкхён будто ничего не замечает и продолжает жевать еще громче. Вскоре к ним присоединяются Минсок и Лухан, расположившись на скамейке напротив них на другой стороне стола. Лухан начинает разговор о погоде, в то время как Минсок наполняет тарелку перед собой яичницей, беконом, сосисками и тостами так, чтобы ничего из этого не касалось друг друга. Он толкает тарелку по столу, и она ударяется о пальцы Чондэ, когда она приземляется прямо перед ним. Чондэ поднимает вопросительный взгляд, но его двоюродный брат не смотрит на него, слишком занят налаживая черный пудинг на другую тарелку. Вздохнув, Чондэ берет нож и вилку и начинает есть. Кажется, его двоюродный брат знает его слишком хорошо. Время идет медленно. Все больше учеников начинают заходить в Большой зал, и из-за каждого, кто проходит через гигантские деревянные двери, парни начинают нервничать ещё больше. Они пытаются подавить напряжение, возникшее вокруг них, говоря обо всем, кроме плана; Чондэ спрашивает Лухана, как дела у Бао, а Минсок ворчит на Бэкхёна за то, что он ест с открытым ртом. До конца завтрака осталось всего полчаса - а от Криса никаких новостей - они быстро сталкиваются с реальностью, что они не смогут покончить с этим до начала занятий. Всегда была вероятность, что они не смогут найти эту загадочную девушку сразу, но Чондэ не может не чувствовать себя немного разочарованным. Чем скорее этот кошмар закончится, тем лучше; пройдет больше времени, и они могут начать терять ту небольшую надежду, которая у них появилась. Они как раз собираются расходиться, когда, наконец, за пятнадцать минут до конца обеда через дверь проходит Крис. Минсок выглядит так, будто серьезно задумывается о том, чтобы убить слизеринца по голове корзиной с хлебом за опоздание, но Чондэ слишком рад, чтобы разделить его раздражение. Еще есть время, думает он, и он смотрит вниз на свою еду и тянет ее вилкой, пока Крис хватает кувшин с водой и наливает себе напиток, задаваясь вопросом, сколько времени понадобится Крису, чтобы узнать девушку, которую он видел с Чанёлем в тот роковой день. Ответ находится спустя секунду. - Нашел. Сердце Чондэ прыгает в горло. Им не придется ждать до обеда. - Где она? - бормочет он, ковыряясь в своей еде так беспечно, как только может. - Стол Хаффлпафф. В середине. Первый или второй год. Рейвенкло. Черные волосы в косичках. Она ест блины. Глубоко вздохнув, Чондэ поднимает голову, симулируя, будто Минсок задает ему какой-то вопрос. Его глаза скользят по столу Хаффлпаффа, просматривая его в поисках девушки, которая подходит под описание Криса. Он находит ее в считанные секунды. Он сидит сгрудившись между небольшой группой друзей, которые выглядят ужасно знакомыми, и ему требуется несколько минут, чтобы узнать ее как одну из небольшой компании девушек, преследующих Чонина и его друзей по замку. Она была там за деревом, когда Чондэ и Бэкхён пошли просить молодого ловца о помощи четыре дня назад. Что бы он сделал тогда, если бы знал, что человек, которого они ищут, находится всего в нескольких метрах? Он старается не задумываться об этом, наклоняясь вправо, чтобы взять ложку печеных бобов, шепча сообщению Криса в ухо Бэкхёна. В этот же момент они поднимаются, вылезая со скамеек и кладя свои школьные сумки на плечи. Увидев это, Минсок и Лухан тоже встают, причем последнему понадобилась секунда, чтобы сложить все грязные тарелки и столовые приборы и вытереть небольшую лужицу апельсинового сока, которую Бэкхён случайно сделал несколько минут назад. Они направляются в противоположных направлениях; два шестикурсника направляются прямо к выходу, а Минсок и Лухан поворачивают налево, обе пары кружат вокруг каждого конца длинного деревянного стола, чтобы встретить девушку с обеих сторон. Они тщательно спланировали это, каждый шаг описан в мельчайших деталях, чтобы она не смогла убежать. Она может быть на несколько лет моложе их, но она уже нанесла серьезный магический урон совершенно невинному человеку. Худшее, что они могли сделать, - это недооценивать её, особенно когда столько поставлено на карту. Они на расстоянии нескольких метров, когда девушка внезапно поднимает взгляд от своих друзей. Ее лицо мгновенно бледнеет при виде Бэкхёна и Чондэ, приближающихся к ней, и она вскакивает со скамейки, не удосужившись схватить свою сумку, прежде чем попытаться уйти в противоположном направлении. Чондэ видит, как Бэкхён ухмыльнулся уголками губ, когда она врезается прямо в грудь Минсока, отскочив от него с небольшим визгом и выкрикнув извинения, а затем разворачивается и бежит в другую сторону. Ей удается сделать несколько шагов, прежде чем рука Лухан касается ее плеча, заставляя ее замереть на месте. Когда Бэкхён и Чондэ останавливаются перед ней, по ее глазам видно, что она осознала, что находится в ловушке. - Извините, - вежливо, но твердо говорит Лухан. - Не могли бы мы одолжить вас на пару секунд. - Это была не я! При звуке ее испуганного голоса Лухан дергается. Напротив него и за спиной у всех друзей нахмурились брови. - Что? - спрашивает он в замешательстве. Это была не она? Что она имеет в виду? - Я этого не делала! - отвечает она с испуганным писком. - Мой брат сказал, чтобы я дала ему пирог, и я сделала это. Я ничего с ним не сделал, клянусь! Если бы я знала, что ваш друг заболеет, я бы этого не сделала! Мне жаль! - Твой брат? Кто твой- Прежде чем он успевает закончить предложение, вспышка яркого света попадает ему прямо в плечо, и он падает на каменный пол. Еще до того, как он упал на землю, рука Бэкхёна растягивается, как тесто, и становится почти вдвое больше по сравнению с её обычным состоянием и раскачивается во всех направлениях, как мягкая лапша. Потрясенный и сбитый с толку, Чондэ застывает на месте, в ужасе уставившись на быстро искажающееся тело своего друга. - Сзади! - внезапно вскрикивает Бэкхён, и Чондэ вырывается из оцепенения как раз вовремя, чтобы пригнуться, когда над его головой проносится еще один луч. Он взрывается у дальней стены в ледяной синеве, и группа учеников вскрикивает, когда их окропляют искры. Прыгнув назад, он оборачивается, чтобы отыскать атакующего в Большом зале. Все сидят или ходят между проходами, но среди остальных выделяется один человек. Он убегает в сторону хода, держа в руке палочку и гриффиндорскую мантию, вздымающиеся позади него. Он поворачивается, чтобы оглянуться через плечо, и, скорее всего, видит, что за ним наблюдают, и Чондэ почти роняет палочку, когда видит, кто это, шок, предательство и ненависть, которые так бурно текут по его венам, заставляют его чувствовать желание убить всех. Это Шим Джэвон, парень, который заменил Чанёля в команде по квиддичу. Чондэ даже не задумывается, прежде чем отправиться вслед за ним, так быстро, как только может, толкаясь и расталкивая небольшие группы студентов, которые достаточно свободны, чтобы слоняться в проходах в этот момент. - Сволочь! - Рычит он, глубокий и ужасный звук, и он едва слышит звук своего собственного имени, выкрикнутого где-то позади него, когда он пробивается сквозь толпу и достаёт свою палочку. Все это время, все это проклятое время, именно Джэвон был ответственен за отравление Чанёля. Шим Джэвон, гриффиндорец седьмого года, который будет играть в одной команде с Чондэ в первом матче года на этой неделе. Он казался милым, приятным до такой степени, что делал вид, будто чувствовал себя виноватым за то, что занял позицию Чанёля. Мудак даже выразил ему свои извинения после тренировки. Чондэ настолько взбешен, что слезы начинают собираться в уголках его глаз, и он сердито вытирает их, вылетая из Большого зала и срываясь на бег, желая преподать Джэвону урок, который он никогда не забудет. Он слышит шаги позади себя, когда он мчится через вестибюль и туда, где Джэвон бежит по главной лестнице. Чондэ отталкивает случайного человека, когда в воздухе летит другое заклинание, обгоняя их обоих на несколько дюймов. Бормоча быстрое извинение перед бедным студентом, Чондэ бросается вперед и поднимает палочку, выкрикивая первое заклинание, которое приходит ему в голову: - Densaugeo!* - Фиолетовый свет стреляет из его палочки и ударяется о ступеньку чуть ниже ступни Джэвона, промахнувшись мимо цели. Проклиная всё и вся, Чондэ гонится за ним, едва избегая заклинаний, которые Джэвон пускает в него, прячась за ближайшей балюстрадой. - Impedimenta!* Этот голос Чондэ узнает. Это Минсок пришел на помощь. Чондэ использует момент, пока противник отвлекся, чтобы подняться по лестнице, прежде чем она начнет двигаться, и выстреливает стольким количеством заклинаний, сколько он может вспомнить, в направлении Джэвона, надеясь, что хотя бы одно из них попадет в цель. Минсок прикрывает его, когда он задыхается, приседая за третьим пролётом. Оглядываясь через плечо, он видит, что Лухан и Бэкхён находятся близко к ним. Крис поворачивает за угол и запускает сглаз, который ударяет Джэвона прямо под колено, заставляя его упасть с лестницы, как тряпичную куклу. Чондэ радуется все пять секунд, прежде чем Джэвон встает на ноги и снова взбегает по лестнице, прячась за перилами четвертого пролета, когда лестница отходит от них. - Почему, Джэвон? - кричит Лухан с лестницы, его голос дрожит от гнева и отвращения. Он запускает заклинание, которое попадает в камень прямо над головой Джэвона, заставляя его убежать, когда вокруг него летят фиолетовые искры. Чондэ переживает на следующий с полёт, когда он выравнивается со вторым, Минсок подходит к нему с другой стороны. - Зачем ты это сделал? - Я не знаю, о чем ты говоришь! - кричит Джэвон и бросает заклинание через край балюстрады. Оно попадает Бэкхёну в руку, которая удлиняется на глазах, и отправляет его в Криса, который поднялся в самый неподходящий момент. Лухан взбегает по ступенькам и принимает ответные меры, заставляя Джэвона взвизгнуть, когда кожа его рук внезапно покрывается шквалом ужасно красных и пурпурных ожогов. С испуганным визгом прыщавый гриффиндорец бежит по ближайшей лестнице и исчезает на входе в коридор четвертого этажа. Чондэ и Минсок мчатся по лестнице, крепко сжимая в руках палочки, пока они поднимаются на четвертый этаж. Вслед за Джэвоном они входят в коридор четвертого этажа как раз тогда, когда гриффиндорец собирается повернуть за угол и полностью исчезнуть из их поля зрения. Взмахом своей палочки, Минсок заставляет Джэвона замереть на полпути, мгновенно останавливая его. Он опрокидывается и приземляется на лицо с хрипом, и Чондэ точно знает, что они наконец поймали его. Они пробираются через коридор, благодарные за то, что к тому времени, как они туда попали, коридор был почти пуст. Кто знает, какой ущерб они могли бы нанести, если бы прибыли несколькими минутами ранее. Джэвон смотрит на них широко раскрытыми глазами, когда они останавливаются рядом с ним. Когда Минсок удаляет эффекты своего любимого Petrificus Totalus* с помощью всего лишь одного касания своей палочки. Джэвон немедленно дергается, чтобы нанести удар в голени. Минсок едва успевает избежать этого, и наклоняется, чтобы схватить гриффиндорца за воротник и поднять его на ноги. Палочка Джэвона находится в нескольких метрах, она выпала из его руки, когда он упал. Чондэ поднимает её, в то время, как Джэвон дёргается в руках Минсока, царапая его кожу ногтями, пытаясь сбежать. Минсок просто разворачивает его и прижимает к стене, направляя палочку на горло. - Не пытайся сбежать, Джэвон, - говорит Минсок. - Ты уже проиграл. При звуке шагов позади Чондэ оглядывается через плечо и видит, как Лухан, Крис и Бэкхён бегут к ним навстречу. - Извините, что мы так долго, - сухо говорит Лухан, глядя в сторону Бэкхёна. - Кто-то подумал, что сейчас будет забавно пошутить. - Я не делал это специально, - бормочет Бэкхён, выглядя довольно застенчиво. Он пожимает плечами, как бы извиняюсь перед Чондэ и Минсоком, прежде чем перевести взгляд на парня, прижатого к стене. - Я ни в чем не виноват, - огрызается Джэвон. Он выглядит раздраженным, даже немного сердитым, но его глаза выдают ужасную панику. - У вас нет доказательств. - О, у нас есть доказательства, - говорит Чондэ с триумфом в каждом слове. - Достаточно доказательств, чтобы быть уверенным, что ты никогда больше не причинишь вреда ни в чем не повинным людям. Джэвон открывает рот, чтобы ответить, но слова, которые должны были быть произнесены, обрываются, когда каждого из них швыряет назад, с грохотом ударяя о дальнюю стену. Боль разливается вверх и вниз по позвоночнику Чондэ, и когда он пытается встать, он понимает, что его прижимают к стене, удерживая невидимой силу на холодном камне. Вдоль стен коридора его друзья тоже застряли, борясь с невидимыми узами. Что происходит? Кряхтя от боли, Минсок, рядом с ним, поднимает свою палочку, чтобы освободить их, но она, вместе со всеми остальными палочками, взлетает вверх и движется по воздуху в направлении коридора четвертого этажа. Чондэ поворачивает голову, чтобы увидеть, куда они летят, и его кровь холодеет в жилах при виде Чунмёна и Исина, стоящих примерно в середине коридора. Обычно теплые глаза первого теперь пылали с гневом, подобного которому Чондэ никогда не видел. О, Мерлин, только не снова. - Что, черт возьми, здесь происходит? В течение нескольких минут никто не двигается. Никто не произносит и слова, Чондэ не может быть уверен, что он даже дышит. Однако он уверен в том, что он в ужасе. Чунмён практически дрожит от гнева, палочки в его руках в любую секунду могут сломаться от того, как крепко его крошечные руки сжались в кулаки. Ещё пара мгновений и пар пойдёт из его ушей. Видеть, как его друзья нарушают так много правил, должно быть довольно травмирующе для бедного старосты. Рядом с ним Минсок не произносит и слова, в то время как Джэвон отчаянно дергается. Несмотря на давление пристального взгляда Чунмёна, Бэкхён удостоверяется, что может заговорить первым. - Джэвон отравил Чанёля- - И мою кошку! - добавляет Лухан. - Он обманом заставил его съесть пирог с добавлением снотворного. - Завали ебало, это неправда! - огрызается Джэвон. Он поворачивается к Чунмёну с широко раскрытыми глазами и умоляющим взглядом . - Они преследовали мою сестру, поэтому я вскочил, чтобы помочь ей, и они напали на меня. Я понятия не имею, о чем они! - Лжец, - кричит Бэкхён. - ты виновен, они накажут тебя, когда увидят доказательства! Джэвон проклинает в ответ, а затем все кричат ​​и кричат, голоса всех шести студентов поднялись так громко, что они начинают звенеть в тишине коридора. Чондэ едва слышит свои мысли о том, как Минсок бросил два своих цента, чтобы защитить Лухана, не говоря уже о проклятиях и оскорблениях, которые он сам издает. Их драка не длится долго, прежде чем Чунмён машет своей палочкой, и шестеро из них вынуждены молчать, их рты закрыты невидимыми кляпами. - Хватит! - кричит Чунмён. - Это абсолютно абсурдно. Вы нарушили, по крайней мере, дюжину школьных правил, подвергли опасности невинных учеников, в некоторых случаях даже полных травм, - он смотрит на руку Бэкхёна и обожжённую кожу Джэвона, - и всё же вы все еще ведёте полные дураки. Некоторые из вас стоят в очереди на работу в министерстве в следующем году, и теперь я должен видеть то, как вы себя ведете? Вы волшебники, а не дети. Это совершенно неприемлемо, и вам всем должно быть стыдно за себя. За этим следует длинная пауза. Чондэ хочет возразить, но ничего не говорит. Нет никого настолько смелого, чтобы спорить со старостой после такой вспышки. В конце концов, Чунмён издает измученный вздох. Взмахом своей он палочки снимает заклинание, удерживающее студентов, прилипшими к стене. Старший смотрит на них опасным взглядом, прежде чем сказать: - Пожалуйста, проследуете за мной. Он ждет, пока все встанут и отряхнутся, прежде чем развернуться и направиться в глубь коридора. Медленно, они все следуют за ним, Исин ждет в стороне, пока последний человек не проходит, чтобы закрыть эту колонну. Чондэ переглядывается с ним, пока они шаркают вперед, и читает в его взгляде сочувствие. Он побеждённо пожимает плечами в сторону Исина, затем снова поворачивается вперед, наклоняясь к Бэкхёну, чтобы помочь последнему сохранить равновесие с одной в значительной степени выросшей конечностью. Они идут какое-то время, прежде чем Чунмён останавливается возле пустого класса. Он открывает дверь и жестами говорит всех войти внутрь. Джэвон, который все время был практически приклеен к спине старосты, быстро заходит, остальные следуют его примеру. Все опускают головы, чтобы избежать суровых и неодобрительных глаз Чунмёна. Исин заставляет Бэкхёна и Джэвона сесть в кресла (Бэкхён возле двери, а Джэвон в углу комнаты, как можно дальше от всех остальных), а Чондэ садится рядом со своим лучшим другом, ударяя лодыжкой по лодыжке Бэкхёна. Все остальные остаются стоять; Минсок и Лухан прислонились к стене, а Крис расположился позади Джэвона, явное подстраховка. Чунмён стоит прямо рядом с дверью, позади Бэкхён, и Исин делает то же самое на другой стороне. Исин взмахивает своей палочкой, и громкий щелчок, который эхом отдается в крошечной комнате, говорит, что дверь теперь заперта. Больше нет пути назад. Чунмён осматривает комнату, как генерал осматривает свои войска. - У вас есть пять минут, - говорит он, как только комната осмотрена. - Мне все равно, кто это будет, но кто-то должен сказать мне, что происходит, черт возьми, чтобы оправдать дуэль из шести человек на школьной территории, прежде чем я уведомлю директрису. Слышны звуки людей, говорящих за дверью, прежде чем Чондэ набирает воздуха в лёгкие, чтобы заговорить первым. - Мы узнали, как Чанёль заболел, - говорит он. - Джэвон отравил его запрещенным снадобьем, которое… -Это полная чушь. - Лжец! - Заткнулись! - огрызается Чунмён, заставляя Джэвона и Бэкхена замолчать. Когда они, кажется, успокаиваются, он поворачивается к Чондэ. - Это серьезные обвинения. Какие у вас есть доказательства? - Мы нашли то зелье, которым был отравлен Чанёль, в книге из Запретной секции. И пирог, который он использовал, чтобы отравить его, под кроватью Чанёля. Кошка Лухана съела немного и тоже заболела, поэтому она пропала. Чунмён смотрит на Лухана, который мрачно кивает головой. - Это правда, Мён. Они принесли ее ко мне, когда нашли. Она была в общежитии все это время. - Крис сказал, что видел, как какая-то девушка дала Чанёлю этот пирог за день до того, как он заболел, поэтому мы пошли поговорить с ней, и она сказала, что именно ее брат сказал ей отдать его ему. - Чушь собачья, - говорит Джэвон, перебивая Чондэ. - Я бы никогда такого не сделал! Зачем мне причинять боль кому-то, кого я едва знаю? - Потому что ты придурок, вот почему. - Заткнись Бён, прекрати попить всякий бред! - Невиновный человек никогда не побежит! Или нападет на случайных людей без причины! - Вы преследовали мою сестру, что еще я должен был сделать ... - Молчать! - говорит Чунмён. Искры вылетают из концов всех их палочек, все еще крепко сжатых в его руках. Комната поглощена тишиной, как будто Чунмён снова заколдовал их. Староста проводит руками по своим аккуратно уложенным волосам и хмурится, а затем поворачивается к своему сокурснику, тяжело вздыхая. - Исин, ​​не мог бы ты привести мне сестру Джэвона, пожалуйста? - Оставьте ее в покое, она не... Чунмён смотрит на него таким взглядом, что Джэвон мгновенно затыкается. С легкой улыбкой Исин отпирает дверь и выскальзывает из комнаты. Возвращение Исин не займет много времени, максимум десять минут. Это время они потратили на пересказы Бэкхёна и Чондэ о прошедшем месяце и их попытках раскрыть правду о таинственной болезни Чанёля. Старший не говорит ни слова за это время. Он даже не реагирует, когда они упоминают, что целуют Чанёля, к их удивлению. Однако он выглядит уставшим, думает Чондэ, отмечая синяки под глазами своего друга. Стук в дверь сигнализирует о возвращении Исина. Она похожа на кролика, попавшего в лапы лисы, крепко вцепившись в мантию Исина и уставившись на свои туфли, словно они - самая интересная вещь, которую она когда-либо видела. Чувство вины кружится в кишках Чондэ и Бэкхёна; они устроили ей засаду всего несколько минут назад, и теперь ее заставили оказаться в той же комнате, что и они. Не удивительно, что она так напугана. Когда дверь закрывается, Чунмён слегка наклоняется, приближаясь к ее росту. - Как тебя зовут? - спрашивает он, его голос мягкий и обнадеживающий. Девушка смотрит на него сквозь влажные ресницы и немного фыркает, прежде чем проглотить комок в горле. - Д-Джэ-ын, - тихо говорит она, заикаясь - Привет, Джэын, - говорит Чунмён с улыбкой. Очаровательный, даже в такой щекотливой ситуации. «Не волнуйтесь, у вас нет проблем. Мы просто хотим задать вам несколько вопросов». Наступает короткая пауза, прежде чем Джэын робко кивает головой, все глубже вжимаясь в бок Исина. Чунмён посылает ей еще одну мягкую, благодарную улыбку, прежде чем повернуться лицом ко всей комнате, выпрямляя спину и фиксируя строгое выражение лица. - Эти парни говорят, что видели, как ты несколько недель назад отдавала Пак Чанёлю пирог. Это правда? - Да, - говорит она через несколько секунд, ее голос достаточно громкий, чтобы все могли услышать. Чунмён медленно кивает и спршивает: - Почему ты дала его ему? - Джэвон попросил меня. При этом Джэвон начинает ерзать. Похоже, он собирается протестовать, делая шаг навстречу к своей сестре, но рука Криса на плече не дает ему двигаться дальше. Чунмён внимательно смотрит на это взаимодействие, прежде чем вернуться к рассмотрению вопроса. - Он сказал почему? Пауза. Джэын смотрит на своего брата, прежде чем покачать головой. - Знала ли ты, что с ним не так? Она еще качает головой. - Извините, - пищит она, низко опуская голову, когда ее плечи начинают дрожать. - Я не хотела, чтобы он заболел. Если бы я только знала, я бы не стала… Она начинает рыдать, и быстро становится ясно, что они не смогут получить от нее больше. Она должно быть напугана, окружена старшими и выступает против своего собственного брата. Чондэ чувствует себя плохо из-за того, что втянул ее в это, но ее слова нужны, чтобы Джэвон не остался безнаказанным. Чунмён вздыхает и проводит руками по ее волосам, наблюдая за дрожащей девушкой. - Спасибо за твою помощь, - мягко улыбается он. - Исин, ​​почему бы тебе не отвести Джэын в больничное крыло. Я думаю, что какое-нибудь успокоительное пойдет ей на пользу. Со сдержанной улыбкой и осторожно брошенным взглядом на сгорбленную фигуру в углу, Исин выводит плачущую девушку из комнаты. На секунду комната наполняется трепетом и смехом внешнего мира, но затем дверь закрывается, и комната снова задыхается в тишине. - Теперь нет смысла лгать, Джэвон, - говорит Бэкхён, как только тишина становится невыносимой. Он звучит уставшим, как будто он только что пробежал марафон, и Чондэ чувствует то же самое. - Ты мог бы просто сказать нам правду. До сих пор лицо Джэвона было нечитаемым. Время от времени он выглядел испуганным или раздраженным, но в целом на его лице не было никаких серьезных эмоций, чтобы выдать то, о чем он думал. Но теперь он выглядит разъяренным, его щеки красные, а глаза темные, как грозовые тучи, когда он смотрит на Чондэ и его друзей с выражением чистого гнева. - Как ты смеешь использовать мою сестру против меня! - рычит он. - Как ты смеешь! - Зачем ты это сделал? - Лухан игнорирует его. - Он никогда ничего не делал, чтобы причинить тебе боль. На это Джэвон ухмыляется. - Нет, - шипит мальчик. Его горечь не остается незамеченной, и Чондэ обнаруживает, что с осторожностью смотрит на окружающих его людей. Пот стекает по его позвоночнику, и он нервничает, но не совсем понимает, почему. - Тогда что? - спрашивает Минсок. Его глаза сужаются. - Что он сделал, кого он обидел? - Он ничего не сделал, вот в чем дело, - выплевывает Джэвон. Его голоса пропитан ядом, и он настолько поражает Чондэ, что он делает шаг назад. - Он - бесполезная трата пространства и бремя для всех на нашем факультете. - С чего бы это? - спрашивает Чунмён. - С тех пор как он попал в команду, Гриффиндор проиграл больше матчей, чем когда-либо. Нам пришлось отдать Кубок Дома больше раз, чем я могу сосчитать, и все из-за него. Осознание поражает Чондэ, как пощечина. Его сердце, кажется, содрогается в груди, и он чувствует себя больным, ужасно, ужасно больным, как будто его желудок полон слизней и угрей. Оглядываясь вокруг, он знает, что он не единственный такой. Лицо Бэкхёна застыло в картине чистого ужаса, глаза невероятно широко раскрыты, а рот открыт, как у трупа, а Лухан выглядит так, будто он в нескольких секундах от того, чтобы задушить Джэвона голыми руками, если бы не рука Минсока, обернутая вокруг его предплечья. Даже Чунмён выглядит встревоженным, сжимая спинку стула Бэкхёна так сильно, что его костяшки побелели. - Квиддич? - Чондэ задыхается. - Ты сделал это… из-за квиддича? Джэвон только хмурится на него. - Он худший игрок, которого когда-либо видела команда, - шипит гриффиндорец. - Он едва может сидеть на метле, не говоря уже о том, чтобы ударить бладжер. Единственная причина, по которой он даже в команде - это то, что он дружит с капитаном, - он поворачивается к Лухану и презрительно, почти злобно усмехается. - И я не единственный человек, который так думает, вы знаете. Все знают, что у тебя есть любимчики. Минсок еле удается поймать Лухана, поскольку последний внезапно бросается вперед. - Я должен убить тебя прямо сейчас, ты, кусок дерьма! - пычит гриффиндорец, борясь с руками, удерживающими его. Даже без палочки он по-прежнему выглядит так, словно может убить Джэвона. Даже Чунмён не пытается остановить его: староста смотрит на разворачивающуюся сцену сквозь пальцы. Джэвон по крайней мере, обладает интеллектом, чтобы сжиматься и держать рот на замке, пока Минсок удерживает своего друга. - Я думал, что когда Чонин присоединится, все будет хорошо, но Гриффиндор был полностью унижен в прошлом году. Малыш мог бы играть лучше, чем Пак. Он худший член команды и не заслуживает того, чтобы быть ее частью. То, как он выплевывает имя Чанёля, словно это грязь во рту, заставляет кровь Чондэ кипеть. - А ты? - огрызается он, привлекая внимание всех в комнате. - Вот почему ты это сделал? Так ты мог бы занять его место? - Я в пять раз лучше, чем он, - говорит Джэвон. - Вы знаете, что это правда. Вы должны быть благодарны, что у вас есть я, а не он, - выражение самодовольной гордости на его лице заставляет Чондэ сжать кулаки. - По крайней мере, у Гриффиндора теперь есть шанс на победу. - Почему бы просто не проклясть его? - спрашивает Крис. - Или проклясть его метлу? Зачем отравлять его запрещенным снадобьем, зачем идти на такую ​​крайность? - Мне нужно было навсегда исключить его из команды. Я не убийца, я не хочу, чтобы он умер, просто пусть не пытается под ногами. Мне нужно было нечто большее, чем просто проклятие, поэтому я немного покопался, и когда я нашел этот эликсир, я понял, что нашел то, что искал. Он был достаточно силен и неизвестен, так что я знал, что мне не придется беспокоиться о том, что он придет в норму, прежде чем ч пройду испытания. Всё, что мне нужно было сделать, это заставить его спать до тех пор, пока мы не выиграем кубок, а затем я дам ему противоядие. Я бы всем показал, насколько команда лучше без него. Долгое время никто ничего не говорит. Чондэ может чувствовать кислоту в своем горле. - Ты... ты сумашедший, - говорит Лухан, - ты на самом деле чокнутый. И Чондэ думает, что более правдивые слова никогда прежде не произносились. Он может чувствовать, как Бэкхён трясется рядом с ним, его ноги отскакивают от ритма, но Чондэ не уверен, что это из-за беспокойства или ярости. Он хочет успокоить его, но не думает, что он может двигаться, слишком потрясен, чтобы что-либо сделать. - Ты бы охотно убил невинного человека, - говорит он, хотя его голос звучит смешно для его ушей, как будто он под водой. - чтобы просто играть в квиддич? Джэвон смотрит на него, как будто он сказал нечто безумное. - Я никого не убивал, - говорит он. - Пак будет в полном порядке, когда ты заставишь его истинную любовь поцеловать его. Ты сам так сказал. - Ты идиот, - внезапно огрызается Бэкхён, поднимаясь со стула. Слезы начали биться в уголках его глаз, разливаясь по всему лицу. - Разве ты не слушал все это время? Мы не можем найти человека, который бы нарушил действие зелья. Это буквально невозможно. - Вы не правы, - кричит Джэвон. Самодовольство на его лице начало рассеиваться, сменившись страхом, когда реальность, стоящая за словами Бэкхёна, постепенно осознается им. - Определенно есть лекарство, есть ... - Заткнись! - теперь Бэкхён кричит, его голос прерывистый и хриплый, и он разрывает сердце Чондэ, как тысяча острых ножей. - Противоядия нет. Лекарства нет. Чанёль живой мертвец. Он умрет, и, судя по всему, довольно скоро. И все потому, что ты хотел создать идеальную команду. Паника теперь просачивается в черты Джэвона. - Нет. Всегда есть лекарство. - Он поворачивается к Чунмёну, протягивая руку и умоляя, как будто внезапное раскаяние изменит его мнение о том, что он сделал. - Я не убийца. Я клянусь! - Я слышал достаточно, - вздыхает Чунмён. Старший проводит рукой по волосам и прочищает горло, заметно потрясенный. - Минсок, Крис, не могли бы вы помочь мне отвести мистера Шима к директрисе, пожалуйста? - говорит он наконец. - Нет! - кричит Джэвон, когда Крис хватает его за плечи и поднимает со стула. - Я не убийца! Я не хотел его убивать! Я не этого добивался! - он корчится в крепкой хватке Криса, размахивая ногами в Минсока, когда он помогает удержать его. - Стойте, отпусти меня! Отпусти меня, я не убийца! Я просто хотел быть в команде! Они тащат его в коридор, а Чунмён идет впереди. Остальные студенты выходят, чтобы посмотреть на них, но ни Чондэ, ни Бэкхён не прилагают никаких усилий, чтобы двигаться. Через дверь Чондэ видит, как Джэвон пытается вырваться из рук Криса и Минсока, и становится ясно, что его попытки уйти бесполезны. Они исчезают из поля зрения, направляясь по коридору и уходят из маленькой классной комнаты, но его паническая мольба всё ещё звучит в воздухе, глухо, как звук отдаленных колоколов. Единственный человек, который остался с ними - Исин, ​​который стоит в дверях, уставившись на двух мальчиков так, что Чондэ чувствует себя хуже, чем есть на самом деле. Всё из-за этого? Все кончено, по большей части. Они поймали человека, который отравил Чанёля, и его накажут за то, что он сделал. Справедливость восторжествовала. Они должны быть счастливы, верно? Чондэ не чувствует себя счастливым. Или злым, или грустным, или сумасшедшим. На самом деле он ничего не чувствует, кроме усталости. Битва может быть окончена, но война все еще продолжается. Чанёль все еще болен, и они не приблизились не на шаг к тому, чтобы вылечить его. Чондэ знает, что он должен быть счастлив, должен прыгать от радости, и он отчаянно хочет так себя чувствовать. Но вместо этого его годова раскалывается, он измучен и не уверен, что делать с собой. Этот класс очень жуткий. В течение долгого времени все по-прежнему, но затем Чондэ слышит что-то рядом с ним. Он поднимает глаза и видит, что Бэкхён плачет, тихо шмыргает носом и, не говоря ни слова, наклоняется, чтобы сплести их руки вместе. Рука Бэкхёна теплая и немного потная, и Чондэ находит утешение в том, как их пальцы соединяются вместе, даже при том, что он может чувствовать каждую волну рыдания, которое пронизывает парня рядом с ним. - Я понимаю, что ты чувствуешь, - говорит Исин. Его голос низкий, мягкий и теплый, но в его тоне есть элемент осторожности или, возможно, жалости, который заставляет Чондэ оторвать взгляд от своих и Бэкхёна рук. - И он заслуживает, того что его ждет. Но не забывайте, что он тоже человек. Его отец является капитаном для Falmouth Falcons. Я также слышал, что он не самый мягкий из мужчин. Вероятно, на него сильно давили, чтобы он попал команду. - Мне все равно, - шепчет Бэкхён. Он звучит сломленным, и Чондэ мягко сжимает его руку, пытаясь удержать его от полного распада. - Он ранил моего лучшего друга. Ничто не сможет оправдать это. Они остаются там, взявшись за руки, до тех пор, пока звук голоса Джэвона и вибрация окружающего мира полностью не исчезнут.

~ Продолжение следует ~

Комментарий автора Некоторые вещи, которые я должна объяснить: - Если вам интересно, настоящая любовь Лухана определенно (не) его кошка лол. Когда я изначально планировал этот момент, Бао никогда не должна была проснуться, и намекнуть, что она умерла позже в том же году, вероятно, в ближайшие пару недель или около того. В конце концов, в буквальном смысле нет никакого смысла в том, что ее разбудит ее настоящая любовь, поскольку идея «настоящей любви» - это человеческая вещь, и поэтому она не имеет отношения к животным, тем более домашним животным. Однако вскоре после того, как я опубликовал последнюю главу этой истории, две мои кошки скончались с разницей в нескольких недель. И я решила, что у Бао должен быть счастливый конец так же, как и у других персонажей. Лухан не любит свою кошку в романтическом плане или что-то в этом роде, это был только мой способ сохранить Бао в истории, не сильно балуясь сюжетом. Я надеюсь, что это не вызвало слишком много путаницы, когда вы читали. - Шим Джэвон настоящий чувак. Вы можете знать его как Beatburger Jae (я думаю) или парня, который тусуется с Чанёлем на многих его студийных концертах. Он также хореограф SM. Ясно, что Джэвон и Чанёль - очень хорошие друзья, но я не знала, кого из членов EXO сделать злодеем в этой истории, поэтому я использовал Джэвона вместо этого. Он выглядит как очень милый человек! Я уверен, что он не хотел бы причинить вред Чанёлю.