Только боль

После завтрака они отправились гулять по городу. Не сказать, что Лэнс был от этого в восторге, но мать сказала до вечера не возвращаться, а хорошенько подышать свежим воздухом. Надышавшись вдоволь, как решил Когане, он с нетерпением схватил того за плечи и начал что-то быстро говорить и смеяться. Лэнс не смог ничего разобрать, но понял лишь то, что брюнет вопил о важном деле, который должен сегодня сделать. В конце концов Кит не просто позвал МакКлейна к себе домой, а практически затащил, при этом говоря, что если сам не пойдёт, то Кит понесет его сам. Ведь для него это не проблема. Шатен настаивал, что не хочет никуда идти, но противостоять настойчивости Кита просто не мог. Все же идти по улице в руках брюнета, как принцесса было еще хуже, чем семейный завтрак. Поэтому без особых колебаний, топнул ногой, и нехотя сказал: «Ну идем, блин,». Лэнс сопел, что-то бормотал, обидчиво сложив руки на груди. Он шел за Китом, который решительно вел его к себе. Кажется, что тот что-то задумал, но что? Лэнс понятия не имел, да и гадать не было смысла. Он просто шаг за шагом шел за ним, смотря в спину парня. Кит спешил. С его лица не сползала улыбка, которая показалась Лэнсу пугающей. Брюнет сверкал глазами, при этом нервно сжимая кулаки. МакКлейн готов поклясться, что Когане…волнуется? Да о чем, чёрт возьми, он думает только? Лэнс тоже начинает волноваться, ловя туже волну, что и парень. Он будто на иголках решил пройтись, что ноги уже отказываются идти дальше, а сердце увеличило толчки. Кубинец уже устал так долго добираться до дома Когане. И решил нарушить тишину. — Что ты задумал? — Секрет, — равнодушно ответил Кит, заворачивая за угол. Лэнс фыркнул. Какие нахуй секреты, когда между ними столько всего было? Тут бы день спокойно прожить, вместо того, чтобы очередные закидоны брюнета выслушивать. МакКлейн, словно иностранец приехал в этот городок, чтобы Кит, как экскурсовод проводил с ним много времени, показывая чертовы радости жизни. Лэнс снова фыркнул. Единственное, чего сейчас желал Лэнс — это пнуть Кита и плюнуть ему в самодовольную рожу. Он мысленно посылал парня на все четыре стороны, пока тот резко не остановился у дома. Они быстренько вошли внутрь, как Когане схватил того за локоть и потащил вверх. Он толкнул того в комнату. — Ты пока посиди здесь. А я все подготовлю внизу, только не смей куда-нибудь выходить! Это сюрприз, и он тебе должен понравится, — Кит подмигнул ему, закрывая за собой дверь. Лэнс часто заморгал. Это странное поведения ещё больше бесило его. Такое чувство складывалось, что они поменялись местами. Кит теперь до невозможности заботливый и такой «романтичный», а МакКлейн — личность черствая и пугливая. Что на этот раз придумал до боли доставучий Кит шатен не мог и предположить. Когане кажется таким «неправильным». Просто потому, что так вел всегда сам Лэнси — Лэнс. За окном появились темные и густые тучи. Кажется, будет дождь. МакКлейн любит дождь. В последнее время его так не хватало. Эта атмосфера… Пока юноша что-то делал внизу, он терпеливо сидел в его комнате. Казалось, прошла вечность с тех самых пор, когда он пришел сюда впервые. Когда Кит пригласил его сюда. Когда Кит плакал и попросил его остаться с ним. И в груди его что-то сжалось нервным комком. Лэнс положил ладонь на грудь, где стучало сердце. Он очень хочет снова быть веселым и радостным, но что-то горькое не хочет этого. Обида. Непонимание. Снизу послышались странные звуки, от чего кубинец сглотнул комок в горле. Что он там делает? Неужели готовит орудие пыток для его перевоспитания? По звукам Лэнс умрет сегодня мучительной смертью. И от этих глупых мыслей у него началась паника. Не выдержав любопытства, он тихо открыл дверь комнаты и стал осторожно спускаться по лестнице. Поглядывая по углам, шатен заметил, что в доме достаточно темно, но в какой-то комнате шло свечение от ароматических. По запаху свечи были со вкусом яблок. Свет разливался по комнатам, а в воздухе веяло несколько запахом. Было что-то еще кроме свечек. Возможно пахло чем-то съедобным. Наконец переступив последнюю ступеньку, шагнув на пол слишком громко, Кит, как резанный с воплями подбежал к нему и схватил за руки, остановив его. Он был весь взлохмаченный и явно что-то скрывал. Лэнс непонимающе смотрел на него, чувствую, как сильно сжимают его запястья. — Я же сказал не спускаться вниз пока не скажу, что можно! — он мельком поглядывал в сторону кухни, где и творил свои дела. Лэнс усмехнулся, шаловливо посмотрев на него. — И что же там такого, что я должен увидеть только после твоего разрешения? — Лэнс пригладил рукой свои волосы, хитро сощурив глаза. — Что ж… Раз уж ты спустился, то выгонять обратно смысла нет, — Кит стал что-то обдумывать у себя в голове, снова посмотрев в сторону кухни, — Раз ты так жаждешь узнать что там, тогда пошли. На секунду Лэнс пожалел, что спросил, так как не хотел знать, что там. Но отступать теперь было поздно. Пожав плечами, МакКлейн кивнул. Кит улыбнулся и немного покраснел, но набрался смелости и взял чужую руку в свою. — Закрой глаза, — прошептал Когане. Он потащил за руку Лэнса в комнату, где было намного светлее. Медленными шашками они подходили к дверному проему. Лэнс почувствовал рукой, дотронувшись до стены. Честно говоря, ему было страшно открывать глаза. Когда Кит остановился, но не стал разжимать подрагивающую руку шатена, то МакКлейн стал ждать команду от него, чтобы увидеть то, чего с любопытством хотел узнать. — Можешь открывать, — и Лэнс открыл свои синие глаза. Перед его взором стоял стол с различными блюдами и две длинные свечки. Также кухня была украшена разноцветными огоньками, которые переливались в красно-синие тона. Почему-то это очень напоминало Лэнсу «романтический ужин». Только они не в романтических отношениях, и время для ужина было еще очень рано. Конечно это заставило его в изумление открыть рот и раскраснеться, как помидор. Все же Кит старался. Лэнс точно не знал, зачем все это, но он определенно был в восторге. Еще никто не делал ему таких «сюрпризов». Когане же наблюдал за парнем, и сам же отводит глаза, немного стесняясь. Они все также стояли, держась за руки, пока Лэнс не подал голос. — Это… Это для меня? Ты все это приготовил для меня? — немного тише говорил МакКлейн, прикрывая рот ладонью. Кит почесал затылок, посмотрев на стол. — Я не особо в этом разбираюсь, но мне очень хотелось сделать что-нибудь приятное для тебя. Если это слишком, то я все уберу… — Вот только попробуй! — Лэнс угрожающе тыкнул пальцем ему в грудь, нахмурив брови. Кит выставил руки вверх, показывая, что ничего трогать не будет. Лэнс стал подходить к столу, рассматривая поближе. Все было до неприличия идеально! И кубинец в сотый раз убедился, что брюнет просто идеальный во всем. Чистые тарелки, правильно положенные салфетки, красиво поставленные свечи, и конечно же вкусные блюда, что у шатена потекла слюна. И корзинка с фруктами. Лэнс почувствовал толику зависти. Присев за стол, Кит поступил также, сев напротив него. Кит махнул рукой на блюда, и Лэнс без колебаний стал налетать на еду. МакКлейн практически мурчал от удовольствия во рту. Все было настолько вкусное и высококлассное, что он почти вылизывал свою тарелку. Кит ел спокойно и все время пялился на него, медленно жуя пищу. Когане так беспокоился, что все это будет выглядеть слишком глупо, но, кажется, юноше нравится. И брюнет был до звездочек в глазах рад. Но это еще не вся часть представления… Кит проглотил пищу, как послышались довольные вздохи с другой стороны. Лэнс облокотился о спинку стула, поглаживая свой живот. — Фух… Я так наелся! — МакКлейн улыбнулся и откинул голову назад, наслаждаясь полнотой в желудке. Кит усмехнулся. Он тоже достаточно поел, хоть и намного меньше, чем его гость. Но ему было полезно, все же кубинец очень исхудал за последние два месяца. Когане стал убирать грязные тарелки, оставив на столе свечи и фрукты, поставив чистые тарелки. Лэнс тихо сидел с закрытыми глазами, расплываясь в довольной улыбке. — Спасибо, Кит! Это было чудесно, — поблагодарил он, потянувшись на стуле. Он хотел было встать, чтобы помочь, но его остановила чужая рука на плече. — Это ещё не все, — промурлыкал Когане, уходя с кухни. Лэнс остался сидеть за столом, почесав лоб. Что ещё то? МакКлейн терпеливо ждал, постукивая пальцами о деревянный стол. Кит вернулся через пару минут с гитарой в руке. От этого Лэнс еще шире открыл рот от вида музыкального инструмента. Его отец любил играть на ней, подпевая свои песни молодости. Кубинец немного погрустнел, вспомнив о семейном конфликте из-за чего его мать и отец разошлись, разделив детей. Но сейчас это уже не важно… Лэнс очень рад быть здесь. Рядом с Китом. — Я не знал, что ты умеешь играть, — шатен правда не мог и предполагать. Они знакомы почти год, а намек на гитару был, как в тумане. — Это гитара отца, — Кит вытянул ее вперед, чтобы тот мог лучше ее разглядеть, — Он часто играл, когда я был еще мелким. Отец научил меня играть, но из-за работы и недостатка денег, она была забыта и лежала на чердаке. Когда я вспомнил, что ты любишь авторские исполнения, я решил, что смогу сыграть что-нибудь для тебя. — Я…Кит, ты… Ты делаешь это из-за чувства вины? — немного расстроено прозвучало, что Лэнс отвернулся лицом от него. Кит подошел к нему, положив руку на его щеку, мягко поглаживая большим пальцем. — Я делаю это, потому что хочу, чтобы ты был снова счастлив. Ты мне не безразличен, — шептал он, смотря прямо ему в глаза, — Хочу видеть твое счастливое лицо… Лэнс положил свою руку поверх его, щекой потираясь о внутреннюю сторону ладони. Кит улыбнулся и отошел от него на несколько шагов назад, встав в удобную позу. Он схватил гитару в руки и вдохнул побольше воздуха. — Я немного волнуюсь. Не суди строго, хорошо? — Даже и не собирался, — мягко улыбнулся Лэнс, сев поудобнее на стуле. И Кит прошелся пальцами по струнам гитары. Заиграла музыка… He just wants to be beautiful (Он просто хочет быть красивым) Голос Кита разливается по комнате, делая атмосферу более приятной. Мягкий голос почти касался ушей Лэнса. Он даже не смел двигаться, чтобы не прерывать его. Кит улыбался и отдавал все свои эмоции песне. He goes unnoticed, he knows no limits (Его не замечают, но его ничто не остановит) Лэнс тает. Он плавится и лужей растекается по полу. Какой же Кит сейчас прекрасный и ласковый… He craves attention, he praises an image (Он жаждет внимания, он воспевает красоту той, что на фото) Лэнс прекрасно понимает, что он об Аллуре. А Кит продолжает играть и петь, смотря на него. He prays to be sculpted by the sculptor (Он всем сердцем желает позировать для скульптора) Лэнс начинает краснеть и складывать свои руки в замок, все также улыбаясь. Oh, he don't see the light that's shining (Но он не замечает исходящего от него самого света) Кит грустно посмотрел на своего зрителя, пародируя слова песни на лице. Лэнс в шутку показал ему язык, продолжая улыбаться, как барышня. Deeper than the eyes can find it (Что невидим при поверхностном взгляде) Maybe we blinded him (Может, это мы ослепили его) So he tries to cover up her pain and cut her woes away (И он пытается скрыть свою боль и прогнать печаль) Лэнс прикрыл свое алое лицо руками, согнувшись на стуле. Кит ухмыляется. Небольшая пауза перед припевом дала возможность Лэнсу немного остыть, ведь его щеки горели. But there's a hope that's waiting for you in the dark. (Но надежда ждёт тебя там, в темноте.) Он решился посмотреть на него, как Кит подмигивает ему. You should know you're beautiful just the way you are (Пойми, ты красивый такой, какой есть) And you don't have to change a thing (И тебе не нужно ничего в себе менять) The world could change its heart (Пусть мир пересмотрит свои стандарты) No scars to your beautiful (Не обезображивай свою красоту) We're stars and we're beautiful (Мы — звёзды, и мы прекрасны) Oh, oh, oh (О-о-о) Oh-oh, oh, oh (О-о-о-о) На этих словах Лэнс начал тихо плакать, чтобы Кит не увидел и не останавливался. В сердце у кубинца заныла душа. А Когане продолжал протяжно петь. No better you than the you that you are (Нет никого лучше, чем настоящий ты) No better life than the life we're living (Нет лучше жизни той, чем та, которой мы уже живем) No better time for your shine, you're a star (Нет момента лучше, чтобы сиять, — ты звезда) Лэнс стал вытирать мокрые глаза своим рукавом, улыбаясь Киту. Oh, you're beautiful, oh, you're beautiful (Ты — самый красивый, красивый) Кит закончил. Лэнс весь в слезах захлебывается. Ему не хватает воздуха. А Когане, как ошпаренный поставил гитару и подбежал к МакКлейну. Он сел на колени у ног Лэнса, положив свои руки ему на бедра, чтобы лучше разглядеть его. Лэнс, как мог, прятал лицо, но Кит стал обнимать его, приподнимаясь в коленах. Они сидели в обнимку долго, пока всхлипы не прекратились. МакКлейн отпрянул от брюнета, мягко посмотрев тому в глаза и одарил улыбкой. — Я...У меня нет слов, — снова заревел он, — Кит, я так тебя люблю… — Лэнс, я, кажется, тоже… Прости меня, Лэнс, — он погладил его по голове, зарываясь пальцами в волосы шатена. Глаза кубинца снова стали мокрыми. — Я прощаю…