Искусственное дыхание

Пожалуй, то немногое, что спасало людей старой закалки от мира, что так стремительно нёсся куда-то вдаль по пластиковым рельсам в такое же пластиковое розовое небо со свинцовыми тучами, была способность мириться. Порой вспоминать за семейным столом прошлое десятилетие, удивляясь тому, как всё изменилось. Перебирать иногда фотографии и слушать музыку, которую сейчас принято считать старьём и, словно наяву, восстанавливать сценки из своего детства, со звуками, запахами и прикосновениями. Старые люди, слабо способные на перемены, обвыклись с большим семейным автомобилем на автопилоте, что неплохо выручил их не раз и не два в общих поездках за город. Приноровились к постоянному жужжащему явлению почтовых и полицейских дронов над головами, что постоянно создавали странный фоновый шум, как будто Детройт и без того не разрывался ежедневно на миллиарды звуков. Да что уж там, даже к совершенно невыносимой современной музыке привыкли, пусть и слушали её только дети в своих странных приложениях, в которых надо корчить рожи под музыку. Эта форма самолюбования и странной социализации, кажется, никогда не выйдет из моды. Но, как ни крути, всегда оставалась одна вещь, одно явление, по-прежнему ввергающее её семью в растерянность и отчуждение. То единственное, что прочно вошло едва ли не во все дома, кроме их. То, с чем почти всё старшее поколение было просто не в состоянии примириться. Андроиды. Искусственные помощники во всех делах. Чужой элемент экосистемы. Мама всегда была человеком старой закалки. До последнего не принимала любого рода технические новинки, всякий раз устало отмахиваясь и произнося извечное: «Да я лучше как привыкла, ручками, ручками». Из тех людей, которым облегчать жизнь приходилось чуть ли не насестом. Ещё бы – ведь в её руках и на её крепкой спине держался небольшой продуктовый магазинчик и семья из четверых детей, пусть теперь опекать приходится лишь троих из них. Она хорошо знала, когда переезжала сюда после свадьбы, что легко не будет, и всегда готовилась к самому трудоёмкому развитию будущего. Вероятно, именно поэтому андроиды скорее пугали её, чем внушали безопасность, как им следовало бы. Всякий раз, по той или иной причине столкнувшись с этим воплощением человеческих амбиций, она всегда нервничала и старалась поменьше разговаривать. Дети, впрочем, её опасений совершенно не разделяли, ещё бы, свежее поколение, растущее на заботливых технологиях и, как ни крути, соприкасающиеся с ними изо дня в день. Подростку Энтони было шестнадцать, например, и на данный момент буквально всё, чем он грезил – попасть в великий и ужасный «Киберлайф» стажёром. Уже давным-давно выписывая их продукцию и спуская все свои карманные деньги на их мерчендайз, сейчас он торопливо заталкивал в себя завтрак, чтобы хоть куда-нибудь сегодня успеть. Жевал неаккуратно, порой позволяя длинным прядям волос свалиться в тарелку. Алекс, его двенадцатилетняя сестра, так и вовсе давным-давно пропала с головой в полностью синтезированном творчестве бой-бэнда «Сервис-С», что полностью состоял из этих механических игрушек. Активно воевала в недрах интернета за право её любимцев получить приз в номинации «Лучший новый исполнитель», старательно копила карманные сбережения на их концерт, и, пожалуй, чаще всех в доме поднимала один и тот же вопрос, ответ на который был не по-детски прозаичным. - И почему, я не понимаю, мы не можем сами купить андроида? Почему папа должен решать? На нас с Энтони уже в школе косо смотреть начинают, мам. Почему все могут, а мы не можем? – кажется, сегодня она снова не желала завтракать, пусть и не демонстрировала это открыто. Не раз и не два безмозглые сверстницы болтали что-то о её лишнем весе, хотя, справедливости ради, Алекс находилась в строгой норме. Вопреки позитивным прогнозам о цикличности моды, кажется, девушек с адекватной формой тела ещё долго будут попрекать этим. Даже совсем маленьких. В такие моменты Тина жалела о том, что она полицейский и не имеет никакого права пойти и лично совершить моральную расправу над обидчицами. Она была красивым ребёнком, пусть и прятала порой глаза под старомодной чёлкой, которую сама же себе и соорудила. - Алекс, напомни мне, а разве мы это уже не обсуждали? – в голосе мамы зазвенела неловкость. Она хорошо понимала, что собственный андроид, провожающий тебя в школу – признак хорошей жизни. Хотя, она лично знала пару людей, что умудрялись выцарапать себе пластиковую игрушку, при этом едва ли имея полноценную работу. Немудрено, что дети из раза в раз задают этот вопрос, когда снова считают, что тема не исчерпана. Уже позавтракав, она сейчас кое-как пыталась проделать такую же процедуру с младшим сыном, трёхлетним Остином, которого завтрак совершенно не прельщал. Он размахивал крошечными ручками и отчаянно сопротивлялся ложке, предпочитая ей наблюдения за меняющимися людьми в телевизоре. - Нет ничего такого, с чем мы не справились бы сами. Эти слова всегда ставили в подобных спорах преждевременную точку. Тина Чэнь всегда ставила её первой, чтобы маме не приходилось делать это самой. Ведь объяснить ребёнку, что Веики испытывает иррациональный страх к этим пластиковым штуковинам, да и на техническое обслуживание будет уходить прилично, было куда сложнее. Когда эти двое вырастут – скорее всего, заведут собственные игрушки, а может, если всё сложится так, как захочет Энтони, то смогут даже их собирать. Сейчас из жизненно важных вещей был лишь магазинчик, в котором вечно пахло хлоркой для мытья пола и постоянной суетой. Тина возвращалась сюда каждый вечер, за исключением ночных смен, здоровалась с мамой, что закрывалась на ночь, и вместе с ней устало поднималась по лестнице на этаж выше, где уже давным-давно расположилась многочисленная семья Чэнь. Почему-то все думают, что отец бросил их, видимо, списывая на семейство чью-то чужую проблему безотцовщины. Тина регулярно вспоминала папу, почти всегда, когда оставалась одна – Дуглас, американский вахтовик на рыбацких судах, почти никогда не бывал дома, постоянно пропадая далеко в море. Он взял фамилию китаянки, в которую влюбился, обеспечил ей безопасную жизнь в США и регулярно высылал неплохие деньги, что помогали маме оставаться на плаву. Его Тина помнила всегда – когда мыла после себя тарелку, когда напоминала младшим поскорее начать собирать сумки в школу, когда целовала на прощание маму и исчезала снаружи, кутаясь в офицерскую форму. Как и сегодня. Как и каждый день. Она никогда не опасалась офицерского быта, прочно держа в голове то, что изо дня в день она старается сделать Детройт чуть более безопасным. Её размышления были простыми и спокойными, а небо над пластиковой коробочкой автобуса постепенно наливалось свинцом – близилась непогода, снова и снова, без конца и края, словно серебристый дождь нарочно глумился над этим городом. Пустые взгляды андроидов бессмысленно буравили спины людей из их собственного отсека, отрубленные от мира стеной повиновения. Организм неприятно знобило – хотелось кофе. Но ещё более неприятным было паршивое чувство, которому она никогда не хотела следовать, но из раза в раз приходилось. Точно такое же, что появилось сегодня за завтраком – что-то не так. Тина Чэнь не была суеверным человеком. Но предчувствия никогда не обманывали её. Несмотря на то, что именно в полицейском департаменте Детройта чужие жизни переплетаются стремительнее, чем нитки в шкатулке её матери, здесь всегда и всё умудрялось идти своим классическим чередом. Офицеры в столь ранний час уже кого-то опрашивали. Крис приветливо перемигнулся с ней, извлекая параллельно из капсулы спящего режима андроида себе в помощь – похоже, собрался на дело. Лейтенантом Андерсоном, как и обычно, здесь вообще не пахло, причём совершенно буквально. Запаха виски, мокрой собаки и прибитой к полу гордости не наблюдалось, а значит, ещё не явился. Детектив Коллинз мерно копошился в списке собственных дел, что-то записывая и старательно сводя друг с другом – он работал спокойно и безмятежно, не позволяя лишним волнениям сбить его с толку. И, конечно же, этот день никак не мог обойтись без самого вспыльчивого, непримиримо высокомерного и самодурного звена во всём этом дурацком месте – в данный момент оно старательно препиралось с кофейной машиной, которая, кажется, снова забилась. На лице Тины практически в то же мгновение расцвела бытовая усмешка, и, сменив направление, офицер направилась к своему, на удивление, лучшему другу во всём Детройте. Потянуло недельным недосыпом и пылью с улицы. - Доброе утро, Гэвин. - усмехнулась она под нос одновременно саркастично и совершенно по-доброму, - Мне начинает казаться, что у тебя с этой кофеваркой намечается роман. Из тех самых, которые «ненавижу, но люблю». Что стряслось? - О, поверь мне, эти отношения очень скоро стали бы охренеть какими токсичными. – звание детектива было тем единственным, что сколько-нибудь причисляло Гэвина Рида к этому месту. Лохматый после уличного ветра, слегка взбудораженный и местами поцарапанный, кажется, домашней кошкой, он практически сразу хрипло хохотнул и выпрямился, уставившись прямо в глаза. Деловито хрустнув пальцами, Рид закатил глаза, изобразив на лице всю обширную палитру неприязни к этому злополучному инструменту, - Она опять забилась. Ещё немного, и я лично привезу сюда свою кофеварку из дома и начну брать с вас деньги. Неудивительно, что всё наперекосяк. Сперва эти пластиковые куклы, видите ли, не приедут, теперь ещё и это. Мы тут все окосеем скоро, так ещё и без кофе остались. - Погоди-погоди, обороты сбавь. Ты про того помощника, что нам обещали в «Киберлайф»? Он же вроде должен был появиться только в конце недели? - Слушать надо было на планёрке, а не в телефоне сидеть. – Гэвин горделиво дёрнул бровью, всем своим видом демонстрируя, что даже в таких мелочах своей работы он чертовски хорош, но практически тут же сдулся обратно. Без утреннего кофе, которого, очевидно, он не успел перехватить дома, детективу было трудно собраться, - Прислали письмо с извинениями. Не пошлют нам никаких пластиковых помощников из-за каких-то их собственных внутряков. И славно, чего ещё не хватало. Будет тут ходить и пялиться, только налоги чужие жрать. Кстати, о кретинах. Тебя капитан хотел видеть. Прям срочно, как придёшь. - Фаулер-то? – она уже и не помнила, когда в последний раз ей доводилось говорить с капитаном по каким-то личным поручениям. Тина не помнила, чтобы что-то натворила, но всё равно на всякий случай напряглась. Если капитан не в духе – он отыщет повод продемонстрировать это всему отделу, умудряясь при этом остаться в рамках корпоративной этики, - Тогда нечего мне тут с тобой прохлаждаться. Пойду я. А ты не вздумай наушничать, мамина сплетница, я тебя знаю. - Да будто у меня других дел нет! – Рид нарочито громко хохотнул и, приподняв её фуражку, растрепал опрятно собранные под ней волосы, тут же надев обратно. В глазах мелькнуло какое-то совершенно детское озорство и тут же погасло, - Жду новостей. Топай. Страшно признаться, но Гэвин порой умудрялся быть для неё спасательным кругом. Тина не особенно любила современные тенденции стиля, хотя бы за то, что из-за них почему-то всё вокруг было либо стеклянным, либо пластиковым. Столы, мониторы, билборды, а местами даже стены, лишая обитателей полицейского участка даже подобия личного пространства. Ей с трудом понималось, как капитан Фаулер не нервничает, сидя в этом кабинете без видимых стен изо дня в день и даже уверенно занимаясь своей работой. Да куда там, тут даже слышимость была настолько кристально чёткая, что весь отдел всегда знал наверняка, кого сегодня отчитали, а кого собираются повысить. Бестолковая прозрачная кабинка, как и всё вокруг сегодня, бесшумно впустила офицера Чэнь после короткого предварительного стука, и она просочилась внутрь, крепко сцепив руки спереди, как делала всегда, когда волновалась. - А, Тина. Быстро ты. Проходи-проходи. - сегодня капитан звучал странно. Не как обычно. Как будто что-то внутри мешало ему ровно дышать. На лбу виднелись мокрые пятна стресса, которые он порой торопливо пытался вытереть платком, оставляя на тёмном лице лишь странные незаметные разводы. Пытливый взгляд проследил за движениями Тины, дождавшись, пока она сядет в крутящееся кресло напротив, - Предупреждая твои вопросы, сразу к делу. Если ты помнишь, а не прощёлкала всё на планёрке, сегодня в помощь расследованию дела о девиантах «Киберлайф» должны были прислать передового помощника. Андроида-детектива, этакую лабораторию на выезде. Вот только они нас опрокинули. Не будет никакого помощника. - Я помню, что дело о девиантах вы планировали кому-то перепоручить. И этого андроида туда же и приставить, чтобы помогал по мере сил. Что будет, если его не прислали? - Правильно мыслишь, Тина. Дай мне воды. - крепкий и весьма крупный капитан Джеффри Фаулер никогда не любил демонстрировать стресс или волнение, но тело, кажется, выдавало всё само собой, старательно выпаривая воду. Похоже, с кондиционером в помещении что-то случилось. Дурное предчувствие, терзающее офицера с самого утра, лишь усиливало свои моральные атаки, а звенящая тишина в стеклянной коробке кабинета угнетала, - Дело о девиантах переходит к Хэнку. А ты отправишься с ним вместо этого проклятого андроида-детектива. Никакой помощи от них, ей-богу, это ж надо так взять и в последний момент всё испоганить. Чёртовы бюрократы. Что-то внутри Тины в этот момент издало мученический стон. Она слишком хорошо понимала, что для неё значит сотрудничество с Хэнком Андерсоном, о котором прямо сейчас шла речь. Для неё это значило бесконечную трату нервов на человека, который никогда и ни в каких обстоятельствах этого не оценит. Да, она прекрасно знала, что Андерсон когда-то был самым настоящим прорывным элементом, но после личной трагедии покатился по наклонной так стремительно, как, казалось бы, человек вообще не может. Она отчётливо услышала в своей голове громкий, почти издевательский хохот, практически тут же осознавая – это не в голове, это подслушивающий Гэвин покатывается со смеху там, снаружи. Капитан, кажется, это тоже осознал и, в знак идеальной слышимости, хорошенько вдарил кулаком по столу. Смех снаружи мгновенно стих, словно ничего и не было, и только тогда Тина, еле слышно выдохнув, вопросила. - Уф. А можно ли, например, нас с Гэвином на это дело поставить? Мы и срабатываемся неплохо, и дельце как раз для него. Он уже скоро кофеварку сломает, так на дело хорошее хочет. - Тина. Я бы с радостью. - капитан понизил тон, коротко потерев вспотевшие виски пальцами. Видимо, наконец-то вспомнил о том, что подслушать здесь их может кто угодно, было бы желание, а потому заговорил чуть хриплым низким басом, - да только не могу. Пойми меня правильно, Хэнка надо как-то в строй возвращать. Этот кретин уже никому не подчиняется, его даже сейчас нет, и повезёт, если явится к полудню. Хоть силком, но на работу его вытащить надо, а ты мне в этом поможешь. У тебя есть чувство такта и напор, если надо. Тебя он не прибьёт в первый день из-за своих расшатанных нервов. Ещё немного, и мне придётся его уволить, а ты думаешь, я этого хочу? Сама знаешь ответ, не маленькая. А Гэвина мы куда-нибудь пристроим, в конце концов, у нас всегда есть чем заняться. И ему тоже, пусть не обольщается. - Поняла вас. – Тина отлично слышала в голосе капитана тревогу. Вероятно, он совсем недавно говорил с представителями «Киберлайф», на которых рассчитывал, и понял, что все его планы придётся поспешно менять, переставлять местами сотрудников, выписывать множество идиотских распоряжений и сталкиваться с непониманием младших по званию снова и снова. Он слишком хорошо знал свою работу и своего друга, с которым теперь, кажется, Тину Чэнь связывает общее дело, - Мне самой ему сказать, или вы скажете? - Избавлю тебя от этого. Как заявится – сам с ним поговорю, а потом приступайте. Свободна. Предчувствие никогда не обманывало Тину, и сегодняшний день не стал исключением. Подумать только, свободна. Что-то внутри неё тогда цинично фыркнуло, когда она наконец покинула кабинет капитана, ненадолго утратив связь с миром и оставшись наедине лишь со своей головой. Новое дело, связанное с самым загадочным для неё элементом нового мира – андроидами. Множество девиантов, тех из них, что теряют установки программы и, сойдя с ума, исчезают в пластиковом голубом городе, подшиты к делу как исчезнувшая собственность. Либо государства, либо частных лиц или маленьких бизнесов. Более того, произнося про себя «множество», она нисколько не преувеличивала – ситуация была тревожной. Они покидали киоски с фаст-фудом, кареты скорой помощи и простые квартиры. Исчезали посреди нигде, сливаясь с безликой толпой и не оставляя ни единого шанса найти ответ. Что с ними происходит? Куда они исчезают? Почему многие из них после становятся агрессивными? Как называется на самом деле то, что люди обзывают девиацией? Андроиды для Тины и без этого были загадкой, а девианты, на сравнении с обычным, и вовсе казались неисследованной и совершенно невозможной вселенной. Наверное, поэтому она, как и мама, слегка их сторонилась. - А вот и наша Госпожа Удача! – неожиданно сиплый смех раздался совсем рядом с ухом, тут же вырвав Тину из цепи размышлений, которые к тому моменту уже добрались до недавнего случая похищения девиантом ребёнка. Гэвин не заставил себя ждать, тут же возникнув поблизости, напоминая о себе странным запахом кожаной куртки и того самого шампуня, что он как-то раз при ней покупал. Ментолового, - Ну что, готова встретиться со стариком-алконавтом? Не представляю, как он будет рад тебя видеть и узнать, что теперь он по уши в этом дерьме с девиантами. - Я честно пыталась впутать в это тебя, но капитан отказался. Ты же вроде как на это дело метил? Ты то ли любишь биться над висяками, либо пытаешься от нормальной работы отмазаться, - она негромко рассмеялась, отлично зная, что если речь о Гэвине, то это точно не второй вариант. Он был из тех, кто все свободные дыры в своём времени залепляет неприятными на ощупь мокрыми кусками работы. Бьётся над мёртвыми висяками. Думает ночами о том, почему получилось именно так, как получилось. Порой может позволить себе просидеть в участке чуть ли не до утра, не желая прерываться, пока не сопоставит факты друг с другом и не найдёт разгадку. Гэвин и впрямь метил на это дело сам – говорил, что работать с жестянками легче лёгкого, ведь волноваться о них не надо и ты всегда точно знаешь, кого надо защищать. Офицер же лучше всех понимала, что ему не терпится сколоть зуб на чём-то неразрешимом и понять то, над чем уже приличное время безрезультатно бьётся весь отдел. Все знали, что Гэвин весьма и весьма самолюбив, и лишние лучи внимания никогда не навредили бы ему. И, пожалуй, только Тину и ещё пару человек это совершенно не смущало. - А сама как думаешь? – он издал звук, чем-то напоминающий то ли фырканье, то ли попытку выругаться, и чуть ссутулился, мгновенно прекратив смеяться, - Я сколько прошений туда подавал, чтобы меня на девиантов поставили, а он это дело для дружка придержал? Охренеть и не встать, спасибо хоть тебя ему в пару влепил, ты хотя бы Хэнка с места сдвинешь. - Вот поэтому тебя каждая живая душа, кроме меня и Криса, пытается избежать. Вот увидишь, мы управимся. Всё, что нужно Андерсону – хороший толчок под ребро. - Это дело могло бы дать мне сержанта! Гэвин всплеснул руками и притих, обиженно глядя куда-то в пол, мимо неё. Как и всегда, когда он и правда чувствовал себя несправедливо обделённым, слегка зарделся и, зная это, пытался скрыть лицо подальше, чтобы избежать комментариев. Вообще, говоря по правде, сейчас он весь казался Тине каким-то несуразным. Красный, плохо выбритый, явно недоспавший свою законную пару часов, да ещё и не выпивший утренний кофе – нет уж, это никуда не годилось. - Нечего надуваться. Лучше пойдём отсюда, пока он не явился, и выпьем кофе на той стороне улицы. Там недавно сезонные напитки появились. Угощаю, Гэв. В странном освещении участка цвет его глаз окончательно съехал от зелёного к серому, а взгляд, тем не менее, в привычной оценивающей, чуть подозрительной манере, окинул её полностью. Она хорошо знала – даже если Гэвин и впрямь обижен, то точно не на неё, и перед ней лично просто закатывает привычный себе маленький концерт. И Рид мгновенно доказал это, поспешно выпрямившись и озарив ещё слегка красное лицо вдохновлённой улыбкой. Всё-таки ему и в самом деле шло улыбаться, по-настоящему, без иронии. - По крайней мере, с Хэнком возиться тебе, а не мне. Это неслабо утешает! Тина в ответ лишь с привычной усмешкой отмахнулась, слабо подозревая, что именно этот день втянул её в события, о которых она вряд ли когда-нибудь сможет забыть. Отвлекшись от темы работы и немедленно начав рассказывать какую-то собственную историю о хамоватом водителе автобуса, Гэвин размахивал руками рядом в своей фирменной манере, порой убирая тёмные волосы с лица, а сама офицер Чэнь молча слушала, стараясь ни о чём не думать. Всё-таки ей предстояло много, очень много работы.