Новый путь. Тени прошлого

Последующие несколько дней превратились для семьи О’ Нилов в настоящий ад. Джек не помнил, как приехала «Скорая», не помнил путь до больницы. Он не мог бы внятно объяснить, что происходило в первые часы после аварии. Мужчина не помнил даже как звонил Сэм и звонил ли вообще? Но он навсегда запомнил ощущение безысходности, ужаса и вины при одной мысли о том, что потеряет Дэниэла. Те несколько часов, что он провел у операционной, казались мужчине вечностью. Нарезая круги по начищенному до блеска полу, Джек не сводил глаз с двери в операционную. Мужчину разрывала на части ярость, хотелось выть в голос и швырять мебель, но под руку ничего не попадалось. Периодически мимо пробегали медсестры, но с такой скоростью, что и вопроса задать не успевал. Джек не заметил, как приехала Сэм вместе с Кейтлин и Рианной. Саманта нашла мужа, когда тот в бессилии сидел в углу больничного коридора, одинокий и беспомощный. Джек притянул колени к груди, руками закрывал глаза, плечи сотрясались, указывая на то, что мужчину душат слезы. Несмотря на все их богатое на трагические события прошлое Сэм никогда не видела супруга таким. Не видела, но отчаянно понимала. Дэниэл был не просто их сыном. Они одинаково любили обоих своих детей, им дорога была дочь Кэсси, Рианна. Но Дэниэл для них олицетворял весь мир. Он – их надежда, их спасение. Их душа. Присев рядом с Джеком, Саманта притянула мужа к себе, даря слабое утешение. С другой стороны к Джеку прильнула Кейтлин. Девочке было очень страшно. И взрослому не легко принимать такой удар судьбы, а какого ребенку? Врач появился через несколько часов. - Доктор, как наш сын? – спросила Саманта, страшась услышать ответ. - Операция прошла успешно. Мы остановили кровотечение. Состояние тяжелое, но стабильное. Несмотря на все заверения врачей, страх потери преследовал каждую минуту. Сэм и Джек не отходили от палаты сына, Кейтлин спала в кресле, держа руку брата. Даже малышка Рианна была здесь. Врачи ничего не прогнозировали, отделываясь общей фразой: «Состояние тяжелое, но стабильное». Но это только больше пугало. Стоило Джеку посмотреть на объятое проводами тело сына, на его перебинтованную голову и руки, как в сознании всплывали призраки прошлого. Он пытался гнать от себя мрачные мысли, но они столь назойливы. Джек и Сара были так счастливы, но их мир рухнул с выстрелом, который убил Чарли. Несмотря на борьбу с ложными богами, Джек был счастлив, ведь рядом были преданные друзья. Но Джексон погиб, когда ничего не предвещало беды. И вот теперь история вновь повторяется. Еще несколько дней назад сынишка был счастлив. Он – победитель, полный жизни. А теперь же его дыхание зависит от аппарата. Джек судорожно всхлипнул, сжимая руку сына. - Ты должен жить. Я не смогу без тебя, сынок. Смятенный и подавленный Джек не услышал, как в палату проскользнула Саманта. Женщина встала позади мужа, обнимая того за плечи. - Милый, тебе надо отдохнуть. Ты несколько суток не спал. Я подежурю. - Я не могу…не могу…Это я виноват. - Что? - Это я виноват. В день матча…я чувствовал…тревога не отпускала, но почему я не послушался интуиции? Я мог бы не отпускать его…я мог бы поехать с ним…Но я не сделал ни того, ни другого. Я виноват…Если…если с ним что-то случиться, я…- Джек задохнулся. - Родной, - тихо позвала Сэм – Посмотри на меня. – Джек поднял свои карие, полные боли, глаза. - С Дэниэлом ничего не случится. Он выживет. Он сильный. - Мне просто…- замялся мужчина, не зная, как выразить то, то гложет сердце. Сэм терпеливо ждала. - Мне кажется, что я обречен терять тех, кого люблю, - наконец выдохнул он. - Это не так! – с чувством возразила Сэм – Мы многое пережили, но мы выжили. И мы вместе. Сколько раз мы спасали людей, и не всегда на этой планете. Мы спасли Кэсси. И Тилк все еще жив, мы можем видится с ним. У тебя есть я, Кейтлин и..Дэниэл. – Сэм перевела дыхание, облизав пересохшие губы - Вспомни наше чудесное спасение 17 лет назад? Знаешь, мне всегда казалось, что Дэниэла мы..зачали именно на том Судне. Посреди хаоса, в нескольких секундах до гибели, как мы думали, мы дали жизнь. Это что-то да значит. У нашего мальчика несгораемая вера и желание жить. - Я очень на это надеюсь, - тихо пробормотал мужчина медленно поднимаясь со стула. – Ты права. Мне стоит пройтись. Сэм кивнула. - Я посижу с Дэнни. Выйдя в коридор, Джек устало прислонился к стене, потер глаза. Вздохнув, он бросил взгляд в конец коридора. Мужчина застыл, увидев Джонаса Квинна. Это была как пощечина. Келонец не позволял себе появляться в доме бывшего полковника, но пришел в больницу…Совсем…совсем как тогда. И как тогда, 17 лет назад в Шаеннском корпусе, Джек вихрем пронесся по коридору больницы. Тогда от мордобоя Квинна спасло присутствие генерала Хэммонда. При нем Джек не позволил себе распустить руки, но сейчас..сейчас его никто не сдерживал. На персонал больницы бывшему полковнику было наплевать. Квинн напомнил о том, что Джек старался забыть. Он был живым напоминанием трагедии, которая разрушила ЗВ-1. - Какого черта ты здесь забыл!? – взревел разъяренный отец, вцепившись в грудки Квинна. - Мне..мне сказала Кэсси..я..я хотел поддержать.. Только сейчас Джек заметил позади Джонаса молодую женщину с копной рыжевато-каштановых волос. В глазах Кассандры смешались сочувствие и неодобрение. Тяжело быть границей между двумя семьями. Джек и Сэм многое сделали для Кэсси. Они спасли ее от экспериментов Нирти; после трагической гибели Джанэт именно чета О’ Ниллов опекала Кассандру, помогла девушке встать на ноги. Благодаря протекции Джека Кэсси смогла участвовать в программе Звездных врат. Но любовь Кассандры к Джонасу стала настоящим испытанием для всех них. Саманта попыталась принять выбор Кэсси. Но Джек никогда не забыл то, как Джонас Квинн вошел в их жизнь. Он ненавидел келонца и не желал иметь с ним ничего общего. Он даже не пытался скрыть свою ненависть. Кассандра могла только благодарить судьбу, что злоба Джека не распространялась на Рианну, ведь девочка была дочерью не только ее но и Джонаса. Кэсси не могла винить Джека, ведь было время, когда она его понимала. Но ей было больно за мужа: он не заслуживал пренебрежения. И потом, ведь прошло уже не мало лет. Кассандра надеялась, что время смягчит Джека, но некоторые раны не затягиваются. Кэсси ничего не оставалось, как смириться и просто держать в узде свои собственные чувства. - Мой сын еще жив! – яростно выдохнул Джек – А ты пошел прочь. Ты потерял право быть здесь 17 лет назад! Джонас не нашелся, что ответить. Напоминание о прошлом ранило. Не проходило и дня, что б он не думал, о том, что случилось на его родной планете 17 лет назад. Не доктор Джексон, а он, Джонас, должен был предотвратить взрыв. Это он должен был погибнуть от радиационного облучения. Все эти годы Квинн пытался загладить свою вину, заслужить доверие, но в этот момент он понял: Джек его не простил. И никогда не простит. - Джек, уймись, - крикнула Саманта, выбегая из палаты Дэниэла – Это больница. – и уже тише, так, что слышали только Джек и Джонас, добавила - Милый, это не Шайенн. О’ Нилл выпустил Квинна. Лицо исказила гримаса боли и отчаяния. Горло сдавил спазм. В карих глазах блеснули призраки прошлого. Спустя годы он понимал. Что Квинн ни в чем не виноват, дочь Джонаса жила в доме Джека, но воспоминания никуда не делись. Он все еще помнил чувство безысходности; глядя на сына, он вспоминал друга, те моменты, когда Дэниэл, забинтованный, умирал от радиации, а он ничего не мог сделать; Джек проклинал себя, что они отправились на ту планету, что оставили Дэниэла одного, что он сам отпустил его…И сейчас, глядя в полные сожаления глаза Джонаса Джеку казалось, что история повторяется. - Но это так похоже… Саманта обняла мужа. - Сейчас все будет иначе, милый. Сейчас, Дэниэл выживет. *** Вот говорят, что перед смертью вся жизнь проноситься перед глазами, ты вспоминаешь все, что было, размышляешь о том, что упущено и что могло бы быть. Вот только Дэниэл никогда не видел странного помещения, больше похожего на бункер, чем на лазарет. Освещенное обычными лампочками, встроенными по углам. Вокруг куча непонятных приборов. Пиликание где-то в стороне говорит о том, что сердце еще бьется. Но с каждой секундой медленнее. Жизнь уходит капля за каплей. Дышать все тяжелее, легкие словно в огне, тело покалывает изнутри. И мама…молодая, но с красными от слез глазами. Она склоняется над тобой и шепчет совершенно незнакомые слова. Никогда еще Дэниэл не слышал от нее такого. - Ты производишь эффект на людей, Дэниэл. Твои взгляды на вещи..они и меня изменили. Я не знаю, почему мы так долго ждем, прежде чем сказать главное..Наверное, я считала, что ты всегда это знал… Знал, что? О чем ты? Почему говоришь как в последний раз? И почему волосы так коротки? Странное видение. Совсем не похожее на то, о чем говорят. Все слова о нем, но и не о нем одновременно. - Мама, - едва шевеля губами пробормотал Дэниэл, но Саманта услышала. - Малыш, боже, ты пришел в себя? – встрепенулась женщина - Как ты? Доктор! Сестра! - Мам, мне уже 16, - пробухтел парнишка, обижаясь на «малыша» - Конечно, 16…Но мы так боялись тебя потерять….. как и его, – прошептала Сэм. Дэниэл хотел бы спросить, о ком говорит мать, но сил не хватает. Сознание растеклось безвольной лужицей, вновь унося куда-то. На сей раз он увидел рядом отца. Вот только седины на голове Джека меньше, морщины не испещрили лицо. В карих глазах застыла печаль и тревога. - Это не будет твоим последним делом в официальных записях. - Почему это так важно для тебя? – вырывается из уст Дэниэла, хоть парень смутно понимал смысл вопроса. Пытался ухватить суть, но она ускользала, как туман. Отец мялся лишь пару минут, а потом выдал. - Потому что..хоть ты и был моей головной болью, моей занозой в заднице все эти пять лет…я не мог не уважать тебя. Я начал..немного восхищаться тобой. Дэниэл почувствовал себя совсем сбитым с толку. И, кажется, уже не он ответил. - Это трогательно. И уже совсем в забытьи он услышал тихие слова: - Если ты должен умереть Дэниэл Джексон, то знай: гоаулды потеряют одного из самых опасных врагов, а я..одного из лучших друзей. Мое горе будет безмерным. Вот ведь бред. Если раньше он не понимал смысла слов и вопросов, то теперь даже слова казались лишенными ясности: гоаулды, Дэниэл Джексон..Кто это? Что это? Дэниэл почувствовал, как проваливается в беспросветную тьму, а когда открыл глаза обнаружил, что лежит в больничной палате. Рядом сидел отец, возле него калачиком свернулась Кейтлин. Мальчик хотел позвать отца, но не хватало сил. Даже просто держать глаза открытыми было тяжело. Но ведь боль – это хорошо, не так ли? Значит, он все еще жив. Интересно, что с Эммой, Люком и Треем? Так много вопросов! И полное отсутствие ответов. Парень попытался пошевелиться, но это отняло даже те крохи сил, что еще оставались. Дэниэл вновь потерял сознание, уплывая по волнам странных видений. В них не было смысла. Картинки, больше напоминающие фантастический фильм, но при этом пугающе реальные. Космические битвы, взрывы, серые маленькие человечки, существа, похожие на змей, вспышки молний, лазурная гладь – все смешивалось в сплошной поток Даже запомнить толком не удавалось ничего. Лишь чувства: страх, любопытство, удивление, бушующий в крови адреналин. Резкая боль в груди, когда прямо в сердце попадает энергетический выстрел из неизвестного оружия. На краю сознания ты улавливаешь странные слова, словно на другом языке. Все происходит с тобой, и в тоже время с кем-то другим. Сны, как никогда заставляющие чувствовать жизнь. Дэниэл судорожно вздохнул, распахнув глаза. С губ подростка слетело: - Джек! - Дэнни, - встрепенулся мужчина – Сынок! Никто из них не заметил оговорки.