Оказия 2: Чаровница
21 декабря 2018 г., 18:46
Ганнибал задумчиво бродил среди дворов, пока не наткнулся на огромное поместье, больше похожее на небольшой замок. Оно было подсвечено малиновым светом и притягивало взгляд вывеской «Здесь все твои фантазии реальны». Демон усмехнулся, поскольку уж чему-чему, а его фантазиям здесь точно не суждено сбыться. Не то место он для этого выбрал. Впрочем, у него была своя цель сюда зайти.
Решив больше не использовать магию, чтобы не попасться, Ганнибал по старинке позвонил через домофон в воротах. Похоже, здешние гости редко так делали: они либо заезжали по приглашению, и им открывали ворота, либо же кто-то играл с законом в догонялки и применял магию транспортации.
К воротам подошла полноватая демонесса с родинкой у губы и высокой причёской. На ней было эротичное чёрное бельё, которое должен был скрывать полупрозрачный халат. От неё пахло чем-то сладким и манящим.
— Ты к кому, дорогой? — с улыбкой спросила она.
— Мне необходимо попасть к Азазелю, — угрюмо ответил Ганнибал.
— Ладно, ладно… А чего ты такой грустный? — демонесса склонила голову набок.
— Потому что мы здесь торчим чёртовы две минуты, а я ещё не превратил это место в пепелище.
Демонесса расхохоталась.
— Ну, ты и шутник, приятель, а по тебе не скажешь! — она вновь улыбнулась. — Хорошо, я провожу тебя. Только без фокусов, иначе тебя выкинут быстрее, чем ты скажешь слово «сыр», — и открыла ворота.
Ганнибал зашёл и задумчиво спросил, зачем ему говорить слово «сыр».
— Это самое безобидное, что ты можешь тут сказать, — хмыкнула прелестница.
Демон хмыкнул в ответ и зашёл в поместье. Его тут же окружила роскошь. Дорогие бархатные обои, позолоченные детали интерьера, две огромные лестницы из мрамора, ведущие наверх. Налево пойдёшь — попадешь в столовую, направо — зал для гостей. Всё было такое дорогое и габаритное, что Ганнибалу это показалось безвкусицей.
— Похоже, гарем процветает, — заметил он.
— О, да, — согласилась провожатая, поднимавшаяся по лестнице, — ещё бы. Но мы большинством из этого не пользуемся, инкубы и суккубы сидят в такое время по комнатам и отдыхают. Обычно в прихожей полно народу, гостиная забита под завязку — наши мальчики и девочки обслуживают там клиентов, которым просто нужна хорошая компания. Когда же кому-то требуется приватная встреча, то в дело идёт комната, закреплённая за инкубом или суккубом.
Ганнибал кинул тихое «гм» и последовал за демонессой. Они поднимались несколько этажей, обошли несколько коридоров, и вот, наконец, ещё более безвкусные, на взгляд Ганнибала, детали интерьера.
Логово Азазеля, если можно так выразиться.
— Ну, тут я тебя покину, прелестный незнакомец, — улыбнулась демонесса, подтягивая корсет и демонстрируя свои прелести на случай, если Ганнибал предпочтёт её Азазелю; это не сработало, Ганнибал оставался холодным и нелюдимым.
— До встречи, тёмная обольстительница, — попрощался мужчина и вошёл в апартаменты Азазеля.
На больших подушках с восточным орнаментом покоился наполовину демон и наполовину человек. Азазель был черноволосым демоном приятной наружности, которого красивые и юные демонята обмахивали опахалами, кормили виноградом и подносили документы на подпись. Оказывается, каждый акт между слугой Азазеля и клиентом фиксировался. Непонятно пока зачем.
— Здравствуй, отец похоти, — поприветствовал его Ганнибал, и Азазель лениво приподнял голову.
— Чем могу быть полезен потомку падшего ангела? — томно произнёс он.
— Мне нужна бутылочка «Чаровницы», — Ганнибал подошёл поближе.
— Зачем? — прищурился Азазель. — Ты ведь знаешь, что она дорогого стоит?
— Безусловно, — недобро улыбнулся демон.
— И у тебя есть деньги на неё? — скептически спросил Азазель, опускаясь на подушки и теряя интерес.
— Нет, — пожал плечами Ганнибал.
— Тогда убирайся вон, у меня тут не богадельня, — отец похоти отмахнулся от него, как от назойливой мухи.
— Разумеется, я уйду, — согласился Ганнибал. — Но с «Чаровницей». Ты сам мне её отдашь.
— Смех да и только!
— Да, тебя ждёт кое-что весёлое, — оскалился Ганнибал и щёлкнул пальцами.
Разом он обезглавил всю свиту Азазеля, и вся комната обагрилась кровью и мозгами. Безголовые тела попадали друг за другом. Азазель захотел вскочить, но магия Ганнибала его удержала.
— Одну бутылочку «Чаровницы», пожалуйста.
Азазель нехотя вытащил из-под подушки пузырёк и протянул его демону.
— Твоя взяла. А теперь убирайся отсюда, — скомандовал отец похоти. — Из-за тебя мне придётся обучать целую дюжину юных красавчиков, — пожаловался вслух демон.
— Ещё народится, — хмыкнул Ганнибал, убирая пузырёк в карман.
Только сделка закончилась, как дверь слетела с петель. Люциста вышибла её одним ударом ноги и вошла с парой пистолетов наголо.
— Сдавайся, сейчас же! — приказала она. — С твоей стороны было так неосторожно воспользоваться магией.
— Дурацкий запрет, не находишь? — ненавязчиво спросил Ганнибал, сохраняя спокойствие.
— Может быть, но речь сейчас не об этом. Ты схвачен и именем закона обязан сдаться, тогда я тебе ничего не прострелю.
— Не хотелось бы вступать в битву с такой очаровательной молодой женщиной, — скромно произнёс Ганнибал. — Нашла бы ты другое применение своей красоте. Могла бы быть моделью.
— Не меняй тему, ты, преступник! На счёт «три» я стреляю.
— Как скучно, — вздохнул Ганнибал. — Ну, попробуй.
Люциста выстрелила раньше, чем настало «три», и Ганнибал смог уклониться только от первых пуль — следующие угодили ему в плечо. Мужчина тотчас схватился за него и взвыл.
«А пули-то освящённые», — заметил он про себя. — «Надо убираться».
Ганнибал сделал движение рукой, чтобы создать портал, но Люциста выстрелила и в руку. Это очень разозлило его. Он пожелал взорвать женщине голову, но магия почему-то не сработала. Люциста заулыбалась.
— Что, не по зубам я тебе? — фыркнула она. — Я подготовилась к встрече с тобой.
Ганнибал со скрипом вытащил пулю из ладони и отбросил её, и рана начала зарастать. Он мог драться только правой рукой. Он материализовал бывшую косу смерти — весьма изящную: лезвие её было окутано металлической розовой лозой, а на верхушке красовался цветок розы.
Последующие выстрелы он отклонил при помощи лезвия и сократил дистанцию. Люциста поняла, что победителем ей теперь не выйти, и цокнула языком. Завязалась настоящая драка, за которой не без удовольствия стал наблюдать Азазель.
Люциста убрала пистолеты и пошла в рукопашную против косы. Ей удавалось уворачиваться и наносить слабые, но точные удары руками по болевым точкам. Ганнибал иногда терял дыхание, но быстро восстанавливался. Он махал косой, стиснув зубы из-за боли в левом плече. Ему почти удалось ранить Люцисту, но она в удобный момент пригнулась, и пострадала только её пышная шевелюра. За это он получил удар ногой снизу вверх, приправленный наличием острого каблука. Ганнибал отшатнулся и рубанул сильнее обычного — и сокрушил демонессу, и рассёк грудь Люцисты.
Моргенштерн испугалась и отступила, и дала Ганнибалу уйти.
Она повалилась на пол, не в силах унять жжение и адскую боль. К ней подошёл Азазель, подобрал её и перетащил на подушки. В комнату вошли новые инкубы, и отец похоти приказал им принести лекарства.
«Если я сейчас ей помогу, меня не убьют за то, что я отдал «Чаровницу», — подумал он.
— Что ты ему отдал? — хрипло поинтересовалась Люциста, обнимая себя за плечи и содрогаясь от боли.
— Ничего особенного, обычное любовное зелье, — пожал плечами Азазель.
— Тогда почему оно хранилось у тебя под подушкой? — сощурилась она.
— Ну, ладно, оно было не совсем обычное… «Чаровница» дарит взаимную любовь, какой бы сильной ни была неприязнь. Это дорогое удовольствие. Я хотел продать её подороже, но тут появился этот хлыщ и всё испортил.
Люциста взяла рацию, связывающую её с Йенсом и Слайзом.
— Ребят, если когда-нибудь должен был начаться Судный день, то вот он. У Ганнибала «Чаровница» и коса Смерти, всем быть начеку, передайте Молоху, чтобы нанял группу дегустаторов. Конец связи.
Азазель поднял брови.
— Я смотрю, нечто интересное намечается.
Люциста кивнула, ворочаясь на подушках. Боль была нестерпимой. Слуги Азазеля приложили смоченные в Инферно бинты к кровоточащей ране, чтобы остановить кровопотерю. Под прикосновением гладких и тёплых рук Люциста забылась и заснула.
