Оказия 10: Брось, Люциан...
2 декабря 2019 г., 21:11
Север наконец-то был завоёван. Иксар отступили обратно в Тартар, и воцарился мир. Райвас с экспедицией уехал, оставив на спине Слайза записку «пни меня».
— Как это по-взрослому, Рай, — поморщился секретарь, когда снял её.
— Рано или поздно ты будешь моим. Я прикончу твою подружку, и мы счастливо заживём с тобой в Тартаре, — последнее, что он сказал перед уходом в портал.
Слайз поморщился.
— Слава Сатане, он ушёл, — выдохнул он.
— Ничего, — прокомментировал Молох. — Когда появится новый амбициозный вождь, они вновь восстанут, — и в развороте подцепил Люциашку под бочок, чтобы затащить его к себе домой и неистово иметь несколько дней подряд.
Он нагулял аппетит на этой войне.
Генерал фыркнул и по принципу «он тащит, а я тащусь» проследовал за главнокомандующим. Они уехали, и штаб на время опустел. Слайза ждало море работы, поскольку в такой ситуации все отчёты ложились на его плечи.
Ящер шёл по коридору и краем глаза заметил высокую, широкую, рыжеволосую фигуру. Не глядя на неё, секретарь поприветствовал её.
— О, босс, вы решили задержаться? А как же Люциан?
— Люциан будет у меня в руках… Как и ты!
Звук голоса заставил ящера дрогнуть. Это определённо не был голос Молоха. Слайз подскочил, готовый драться, но его вырубили одним ударом тяжёлого кулака.
— Мать твою, это ты… — просипел он, прежде чем потерять сознание.
***
*** Ваал и Легион, отец Люциана, сидели и играли в шахматы где-то на краю Всетленной. — Твой черёд проигрывать, Ваал, — хмыкнул самодовольный демон и поставил ему шах. Время нисколько не повлияло на демона. Сидел всё-такой же вылизанный, аккуратный и злой. Длинные чёрные волосы он не собирал в хвост, позволяя им лежать на спине или на груди. Улыбка у него была угрожающая. Чувствовалось, что ты встретил демона в чистых брюках и рубашке, но тебе всё равно хотелось помыться после встречи с ним. Несмотря на это, у него была блестящая военная карьера. Демонов его чина можно было по пальцам пересчитать. В деле войны он был ас. Возможно, Ваала привлекло именно это. Он мог устроить кровавую баню, после чего флегматично закурить и игриво на тебя посмотреть. Ваал стал ещё более похожим на Молоха. Он побрился, собрал волосы в хвост на затылке и раздобыл униформу главнокомандующего. Теперь их было не отличить. Подобно злому близнецу, он вынашивал план мести за то, что Молох сожрал его сына. Сына можно было воскресить, но за моральные и денежные траты Молох должен был заплатить. — И твой сынок тоже, красавчик, — заявил Ваал. — Я давно в нём разочаровался, — пожал плечами Легион. — Стал подстилкой на постоянной основе и ничего не добился, кроме колечка на пальце. Браво! Здравствуй, народ, Молох сына ебёт! — Да ты поэт, — усмехнулся Ваал. — Твой второй сынок не лучше. Вообще в гареме обитал. — Кальцифер крепнет, я бы сказал. Я отправил его в гарем по совету одного привлекательного демона и не проиграл. Кальцифер понял жизнь и устроился получше. Осознал, что если тебя кто-то ебёт, то ты ничего не стоишь. — Я тебя ебу, — оскалился Ваал. — Это другое! — Не сомневаюсь.***
*** Ваал-Молох вышел из штаба и вдохнул полной грудью. Его не ждал никто, кроме Йенса Гросса. — О, шеф, я думал, вы уехали. Вам подать машину? — Да, — Ваал старался говорить похожим голосом. — Что ты тут делаешь? — Так конец рабочего дня, — пожал плечами Гросс. — Я уже шёл домой, но интуиция меня задержала. Не знаю почему. Неладное чую, короче. Гросс отвернулся, чтобы отдать приказ, но не успел этого сделать. Ваал-М набросился на него сзади и начал душить. Йенс вырывался, ему это почти удалось, но кислород предательски покинул сильное тело. Никто этого не увидел.***
*** Люциста лежала в шезлонге на утёсе, поскольку гостила у матери, и ей захотелось солнышка. Периодически она мазалась кремом для загара, искренне наслаждаясь ощущениями: спокойно, жарко и тихо. Как в Аду, только ты ещё загораешь, и тебе открываются удивительные виды. Её купальник почти не скрывал наготу. Она хотела отправить селфи Слайзу, но тот почему-то не брал телефон. Неожиданно тень прервала её попытки связаться с любимым. Демонесса подняла голову и хмыкнула. — Здоровки, шеф, — хмыкнула она. — Отойдите в сторону чуть-чуть: солнце загораживаете. — Да что ты. — Ну типа да. — Ты пойдёшь со мной. Кое-что случилось. Йенс и Слайз пропали. Люциста сразу стала серьёзной. Она очень неохотно оторвалась от шезлонга. — План действий? — В пути расскажу. — Ладно. Я дойду хотя бы до мамы, предупрежу её. — Нет времени, — подозрительно заспешил Ваал-М. — Пойдём. Быстро. Люциста неожиданно остановилась. — Нет. — Что значит «нет»? Моргенштерн прищурилась и столкнула Ваала-М с утёса, на котором загорала. Щелчком пальца переоделась в фирменное чёрное платье. Черта с два её кто-то обманет. Настоящий Молох позволил бы ей доделать дела, поскольку он был настолько могущественным, что умел всё рассчитывать. — Похоже, игра началась. Ма-а-а-ам! Едва она собралась телепортироваться, как вдруг Ваал-М с крыльями набросился на неё сзади и перерезал ей горло. Анри вышла из дома, услышав, что её зовут, и ахнула, когда увидела, что произошло, однако она не успела попасть копьём в, как она считала, Молоха.***
*** Люциан проснулся от того, что почувствовал на себе тяжёлый и сверлящий взгляд. Поначалу он подумал, что это Молох чем-то недоволен. Он улыбнулся и чмокнул любимого в кончик носа. — Доброе утро, Мо. — Такое ли оно доброе? — спросил с оскалом Ваал-М. Люциан нахмурился. — В смысле? — Ты не узнаёшь меня, Люциашка? — Ваал-М приложил ладонь к щеке генерала и когтями коснулся кожи. Глаза у того округлились и тут же увлажнились. Сердце чуть не выпрыгнуло из глотки. Люциан дёрнулся, чтобы сделать хоть что-нибудь. Магия не работала, тело было слабым. В сравнении с ним Ваал — греческий олимпиец. Его объятия были жёсткими и цепкими, словно мёртвый вонзился ногтями в тебя и тащит в могилу. — Мо! — позвал Люциан. — Легион! Все молчали. — Что ты с ними сделал? Почему я ничего не могу сделать?! — Одна маленькая печать, которую я поставил на тебя, делает много доброго и светлого. Позволяет отплатить той же монетой, например. Сначала я поразвлекаюсь с тобой, после чего сожру. Постарайся сделать так, чтобы твои последние минуты были приятными. Представь, что умираешь от руки любимого. — Для этого ты принял его облик, да? Чтобы нагадить побольше? — Нет. Отплатить той же монетой, — Ваал-М схватил Люциана за горло. — Не волнуйся, я приготовлю тебя, когда ты умрёшь. А умирать ты будешь долго… — Молох! Мо! — звал Люциан, надеясь, что хотя бы подаренное им кольцо призовёт его, но никто не отзывался. — Что ты с ним сделал, ублюдок?! — Тебя это не должно волновать, — Ваал-М провёл языком по щеке Люциана. — Уверен, на вкус ты божественен. Годы ебли с Молохом сделали тебя пикантным блюдом. Моргенштерн поджал губы и треснул в нос Ваала-М лбом. Тот чертыхнулся и ударил Люциана наотмашь так сильно, что тот заскулил и сплюнул зуб. Он стиснул зубы, проглатывая слёзы страха и омерзения, и кровь засочилась между них. Люциан ухмыльнулся. — Бить тебя бабушка учила? Ваал ударил ещё раз, но уже кулаком и целенаправленно, сломав генералу нос. И ещё раз в лицо, и ещё раз. Моргенштерн улыбался, щурясь и ощущая слёзы боли на щеках. И тут он услышал до боли знакомую фразу. — Брось, Люциан, тебе же больно. Признай это, и я закончу. — Ты не он, — гаркнул Моргенштерн, — пошёл в жопу из моей головы! — А что если я заменю твои воспоминания и сделаю тебя своей шлюхой? Будешь тем, кто ты есть на самом деле. Ты демон похоти, в тебе нет ничего разумного, только инстинкт, зовущий на чей-нибудь хер. Тебе очень подойдёт пеньюар, а волосы можно заплести, чтобы не мешали при минете…
