Мой Люциан Гроссельдорф
21 июня 2020 г., 17:58
Люциан неровно дышал, прижавшись спиной к Молоху. Бросило в жар, и в униформе сразу стало некомфортно. Демоны сидели на постели и ловили кайф от такой близости. Молох прижимал любимого к себе и расстегивал его брюки.
От ощущения большой тёплой ладони на возбуждённом члене Моргенштерн тихо застонал, откинув голову на плечо главкома. Молох ухмыльнулся и закусил мочку уха партнера.
Ощущение безопасности и тяжёлой тягучей страсти, накопленной несколькими днями, обезоруживало Люциана — он взялся за колени любимого и напрягся всем телом, опустив голову и спрятав своё лицо.
Главком намотал длинные чёрные волосы на кулак и резко прижал супруга к себе обратно.
— Куда это мы собрались? — эротично прошептал он на ухо маршала.
— От тебя разве денешься… — на выдохе ответил Люциан, повернул голову и коснулся губ главнокомандующего своими.
Молох рыкнул и завалил любимого на постель, чтобы вкусить этот яркий фруктовый коктейль с толикой ямайского рома. Люциан был, конечно, солидный мужчина, но для главкома он был эдакой карамелькой, которую в рот возьмёшь и рассосёшь до вкусной начинки в два счёта.
Маршал лежал на постели, неровно дыша и призывно глядя на супруга. Молох уютно устроился между ног мужчины и плотоядно провёл языком по его шее. Люциан задрожал: им постепенно овладевала жгучая, как текила, страсть. Он быстрым движением избавил мужа от верхней одежды, ещё не добравшись до брюк.
Молох выпрямился, взяв Люциана под коленями и придвинув того к себе.
— Ну как, нравлюсь? — с оскалом произнёс он.
Шрамированная кожа, крепкая грудь, покрытая рыжими волосками, небольшой животик (последствия брака, с кем не бывает из мужчин) и общий грозный вид вызвали усмешку у маршала.
— Могло было быть и лучше, — нагло заявил Моргенштерн.
— Вот как, — прищурился главнокомандующий.
И с силой сорвал с Люцианы брюки галифе вместе с нижним бельём, влажным от смазки: маршал, несмотря на всё, был высшим демоном похоти. Заведёшь такую куколку в маленькой шкатулке, зазвучит мелодичная музыка и получится трогательный танец, с которым ныряешь в прошлое. Любовь строится на отсутствии предрассудков.
Моргенштерн обожал своего главнокомандующего. Сильный, властный, сексуальный, жёсткий и просто-напросто вышибающий всю дурь движениями мощных бёдер. Секс с ним похож на ныряние в воду. Постоянно не хватает воздуха, жарко и отбирает очень много сил, требуя великое множество движений.
Молох так же обожал своего Люциашку, свою ненаглядную Принцессу. Да, Люциан — мужчина с принципами, но сколько же в нём дерзости, наглости и сарказма. А уж как забавно тот реагирует на «Принцессу». Сразу хмурый такой, недовольный поначалу, но потом понимающий, что попал в медвежий капкан, и осознающий, что ему даже комфортно в нём.
Люциан быстро оказался без одежды. Молох активно целовал и кусал кожу его груди, ласкал соски пальцами и языком. От такого количества настойчивых, но мягких прикосновений Моргенштерн млел и обнимал любимого за шею, оставляя на ней следы от ногтей. Главнокомандующий, словно голодный волчара, впился в шею Люциана, когда заметил, что от этого он сильнее стонет.
И он стонал не сдерживаясь.
Люби меня, люби, ещё сильнее, насколько это возможно. Люби меня так же, как тебя люблю я. Так не хочется, чтобы всё так быстро пролетало, нет. Секс с тобой — величайшая из вещей, за которые можно убить. Да, я не приемлю жестокость, но ради тебя… Ради тебя я готов на всё.
Особенно сильно Люциан застонал, когда Молох решил поласкать его языком ниже лобка. Он удобно устроился между ног любимого маршала, и началось…
В глазах заиграли сияющие звёзды, стало невыносимо жарко, и всё смешалось. Маршал вплёл пальцы в волосы Молоха, но тот сделал движение головой, и тогда тот просто вцепился в простыню, постанывая сквозь зубы.
Вкусный Люциашка. Я не уничтожил тебя и, пожалуй, рад этому. Кто знал, что мне достанется такая трепетная и чувственная Принцесса, отзывающаяся на каждое моё движение. Кажется, ты готов для меня горы свернуть? Замечательно. Мой Люциан Гроссельдорф. Только мой.
