Статус обновлен

Когда Девятка впервые оказывается у детектива дома, он ловит несколько сбоев подряд.       Это так нелепо — подхватить простуду во время очередной погони за преступником, носясь в одной толстовке под мокрым мелким снегопадом. Но нелепо, не значит невозможно. Зиму в Детройте нельзя назвать суровой, а вот коварной — вполне. Когда RK900 фиксирует телефонный звонок от детектива идущий напрямую капитану Фаулеру, любопытство пересиливает соображения этики и морали. Ему хватает пары секунд, чтобы подключиться к разговору. Из всего многообразия хриплого мата, проклятий в адрес синоптиков и уверенного заявления об уходе на больничный, Девятка выхватывает главное: детектив Рид болен и, если не оказать ему своевременную медицинскую помощь, его вынужденный отдых может значительно затянуться. Из следующей подслушанной беседы, уже с офицером Чень, Ричард делает вывод, что лечиться детектив не настроен. В ответ на вопрос, собирается ли Гэвин к врачу, на Тину обрушивается шквал жалоб на цены в клиниках, а когда мужчина небрежно бросает «организм сам справится», андроид решает, что отчаянные времена требуют отчаянных мер.       Простая мелодия из недр коридора сейчас сродни воздушной тревоге. Потому что Гэвин никого не ждёт, ни сегодня, ни когда-либо ещё. Электронный термометр жалобно пищит, когда Рид от досады сжимает его в руке сильнее чем следует: на пороге его квартиры обнаруживается Девятка, с пугающей решительностью в глазах и объемными пакетами из супермаркета в руках.       — Мне надо уточнять, что ты тут забыл?       Первый сбой появляется от несоответствия между повседневным образом детектива и тем, что андроид видит перед собой. Одежда и вправду меняет человека: без своей любимой куртки мужчина не выглядит таким широкоплечим, напротив, в растянутом свитшоте тело словно уменьшилось на треть, тем не менее, как замечает про себя Девятка не без удивления, ничуть не потеряв своей привлекательности.       Не встретив предполагаемого сопротивления Ричард ловко проскальзывает в квартиру, пока немного растерянный Гэвин молча наблюдает за его перемещениями и двигается следом. Гость прекрасно ориентируется в чужой квартире и, как ни странно, это не вызывает в больном разуме тихого раздражения. Среди покупок Рид обнаруживает свои любимые сэндвичи, несколько пачек молока и какую-то дохуя полезную овощную смесь. Но как только он замечает на дне сумки нечто в шуршащей упаковке, то мгновенно выходит из своего апатичного состояния. Остановить жестянку он не успевает, целлофан громко шуршит у того в руках, а детектив обреченно стонет.       — Я сделал что-то не так? — уточняет андроид, и почти получает ответ на свой вопрос, как что-то влетает в кухню.       — Больно, чудовище! Габи, прекрати! — ткань на теле ходит ходуном и через секунду из-за разворота плеч мужчины с интересом сверкают два желтых глаза. Котенок в два простых рывка перемещает свое маленькое гладкошерстное тело со спины на плечо и впивается острыми коготками в кожу своему хозяину. Хвост обвивается вокруг шеи Гэвина, тот на несколько секунд улыбается от щекотки и, аккуратно поворачивая голову, так чтобы случайно не столкнуть с себя живность, разглядывает Габи, — Ну, и что с тобой делать? Всё-то тебе интересно, да?       И правда, кошка немного опасливо разглядывает машину напротив и ловит такой же сосредоточенный взгляд в ответ. Картина поистине библейская: грубый и циничный детектив Рид, стоит прямо перед ним в домашней одежде и с котенком бенгальской кошки на плече. Это становится вторым сбоем за день. Да что там за день — за последние пять минут!       — Ну, что, сейчас одна моя головная боль познакомится с другой? Ричард, это Габи. Габи, это твоя новая умная когтеточка, — с этими словами Рид осторожно снимает с себя цепляющуюся за ткань кошку и опускает на пол. Та ходит вокруг Девятки и с любопытством обнюхивает его, затем, словно собрав всю интересующую её информацию, выбегает в другую комнату.       — Так. Ещё раз. Чего приперся? — громко и с оттяжкой шмыгнув носом, Гэвин складывает руки на груди и выжидающе глядит на напарника. Теперь, RK900 не может удержать себя от того, чтобы мысленно не сравнить детектива с его питомицей: такой же острый пронзительный взгляд, та же настороженность. Чуть подвисая на этом наблюдении и пару раз моргнув желтым диодом, Рич раскрывает сильно шумящий пакет, высыпая на стол коробочки с лекарствами, тюбик с разогревающей мазью и кучу других больничных мерзостей. Взгляд отстраненно скользит от одного медикамента к другому, пока не спотыкается о пару стеклянных ампул с мутной жидкостью и упаковку шприцов. Мозг моментально соединяет воедино все составляющие мозаики и мужчина ужасается свалившемуся на него осознанию, в какую задницу он только что попал.       — Нет, блять! — прикрикивает он на ничуть не смутившуюся такой реакции жестянку, — Проваливай, мой организм сам со всем справится!       — Конечно, справится. Это только вопрос времени, — обескураживающе ласково и снисходительно улыбается Ричард. Программа социальных взаимодействий, выступая сейчас в роли интуиции, услужливо подсказывает линию поведения, и Девятка, желая снизить уровень стресса у человека, нежно поглаживает того по плечу, чем только сильнее злит мужчину, — Я просто хочу Вам помочь, детектив Рид.