Я защищу тебя

Несколько лет назад…

Уилл Бейкер

— Уилл, пора на обед! — радостно звал меня Джим, с которым мы очень хорошо ладили на работе. Я не мог спокойно пойти на обед вместе с коллегой — Джимом Джонсоном, так как я не мог оторваться от важного поручения. К вечеру нужно было правильно сдать отчет за второй квартал непосредственно шефу. Если сдам его неправильно, то будут штрафы, а мне бы этого не хотелось на свою голову и конечно, я не хотел, чтобы снизили премию за мою оплошность. — Ну ты чего, Уилл? — подошел ко мне Джим, наклонившись над моим столом, — После обеда с сытой головой, доделаешь, приятель, — похлопав меня по плечу. Я тяжело вздохнул и отодвинулся на стуле с колесиками от рабочего стола. — Прости, — устало протирая свои глаза пальцами, — Просто, я не могу отвлекаться лишний раз, — уставившись в потолок. — Я все понимаю, но время обеда сейчас, друг. И ты не должен себя так мучить, — покачав головой Джим. — Но… — Если твоя жена узнает, что ты снова не обедал, я не думаю, что она обрадуется. Элиза — моя молодая жена, была очень милой и доброй девушкой, мы с ней познакомились в парке, когда мы с Джимом были практикантами на одном предприятии. Как раз, я тогда и увидел будущую жена Джима — Лизу, которая в то время, тоже была студенткой. — Ты помнишь, как мы познакомились со своими женами? — улыбнулся Джим. — Конечно, помню, — я слегка прикрыл глаза, чтобы вспомнить те моменты, которые произошли летом.

***

Мы с Джимом выходили из офисного здания, так как в то время, мы проходили практику, чтобы нас допустили к выпускному экзамену. — Может пойдем в наш любимый бар? — предложил Джим, — Я угощаю! — Да, можно, — обрадовался я этой идеи. Джим одобрительно кивнув головой. — Тогда предлагаю сократить путь через парк, так будет быстрее, — Джим указал пальцем в сторону городского парка. Мы с Джимом перешли дорогу, когда загорелся зеленый свет на светофоре и направились в парк, где было очень много народу. Погода в летний день была достаточно прохладной, но это не мешало наслаждаться жизни. — Хорошая погода сегодня, да, Уилл? — Да, — слегка улыбнувшись, — Несмотря на то, что слегка прохладно. На лавочках сидели различные люди: от школьников до семейных пар. Проходя мимо одной лавочки, где был фонтан, мы с Джимом заметили двух девушек, которые ели сливочное мороженое в стаканчиках и что-то внимательно рассматривали в своих записях, и даже слегка смеялись. Почему-то мы с другом остановились неподалеку от них и просто молча наблюдали за ними, как какие-то сталкеры… — Студентки тоже, как и мы? — спросил я Джима, не отрывая взгляд от девушек. — Да, но кажется, они тоже скоро выпускаются… — задумался Джим. Одна девушка была слегка загорелой и имела высокие пышные кудрявые шоколадные волосы. На ней было фиолетовое платье с черными балетками, и розовые бусы на ее шее и большие круглые серьги под цвет бус. — У нее испанские черты лица… — обратил внимание Джим и просто не мог оторвать от нее взгляда, — Карие глаза и пухлые губы… Кажется Джим точно втюрился в нее с первого взгляда. — Джим, ты… — не успел я сказать ему, как я услышал… — Мои конспекты! — потянулась рукой другая девушка и встав с лавочки, она побежала за ними. Ветер быстро уносил листы с блока прочь. Несколько листов бумаги оказались прямо перед моими ногами, что я честно растерялся и тут же начал быстро собирать их под себя. — Простите, — опустила виновата глаза девушка, — Ветер такой сильный… Когда я взглянул на девушку, я не мог оторвать от нее взгляда. Девушка была такой… красивой, даже я не мог подобрать слов. Черные длинные волосы, которые были собраны в аккуратный хвостик, карие глаза, губы были покрыты легким прозрачным блеском… Словно, милый невинный ангелок, которая спустилась с небес. — Ничего… — протягивая ей листы в руки с стеснением. Девушка осторожно взяла листы с рук, и заправила свой непослушный локон за ушко. — Спасибо… — и та опустила голову, так как она меня жутко стеснялась, как и я ее собственно. К нам направлялась ее подруга испанка с большими кудрявыми волосами. — Элиза, где ты там? — окликнула ее подруга, которая уже была рядом с нами, — Ой, привет! — дружелюбно поприветствовала нас испанка. — Привет, — сказал Джим ей и лучезарно улыбнулся, — Я, Джим Джонсон. — Лиза Гарсия, — кокетливо подмигнула она ему и затем взглянула свою подругу, которая так и не смотрела на нас, — Моя подруга жутко стеснительная. Джим слегка засмеялся. — Мой друг такой же, — и тот ударил вбок локтем меня, — Да, Уилл? — Я… Уилл Бейкер, — выдавил из себя с трудом. Подруга девушки тоже слегка ударила ее вбок. — Элиза Грин… — и только девушка подняла снова свой взгляд, как и я на нее. Джим подошел к Лизе, которая явно ему симпатизирует. — Может за теплое знакомство сходим в бар? — Я только за! — обрадовалась испанка, и взяла под руку Джима, от чего тот растаял в улыбке, — Почему бы и нет? Джим кивнув головой на сторону бара. — Пойдемте, — и он сопровождал Лизу к бару, как джентльмен. Мы с Элизой встали рядом с друг другом и просто шли медленно позади парочки, которая уже бурно общалась. А мы не сразу начали разговор, так как мы жутко стеснялись друг друга. Но все же… мы смогли поговорить с Элизой и даже мы уже смеялись над чем-то. Все же было приятное знакомство в то время…

***

— Кстати, скоро твоя жена рожает? — радостно спросил Джим, тем самым сбив меня с теплых радостных воспоминаний. Я открыл глаза и просто вздохнул. — Да… — снова взглянув на нашу счастливую свадебную фотографию с Элизой, — Девочка будет у нас. — Ну это же здорово, — улыбнулся Джим, — Моя то, родила год назад сына и ты будешь скоро отцом. — И каково быть тебе отцом? — спросил я. Джонсон слегка хмыкнул и присел рядом со мной на стул, который стоял рядом с моим столом. — Не скажу, что я жалуюсь. Наоборот, мы так долго ждали первенца… — А планируйте еще? — Хотелось бы, но… не будем загадывать, — Джим похлопал меня по спине, — Пошли уже на обед, друг. — Да… Выключив на время компьютер, мы направились в соседнее кафе, которое находилось неподалеку от нашего офиса.

***

Пришел тот долгожданный день, когда моя жена рожала ребенка. Лиза позвонила мне тут же и сообщила, что у Элизы отошли воды и вызвала немедленно скорою, и она поехала с врачами туда. Отпросившись с работы у шефа, я не терял времени и хотел заказать срочно такси, но Джим настоял на том, что он подвезет меня быстрее, чем на такси. Друг хотел, чтобы я не пропустил ни одного момента рождения своей дочери. И даже его жена Лиза уже находилась в больнице, чтобы быть рядом со своей лучшей подругой. Двадцать минут спустя… Джим действительно на своей машине быстрее меня подбросил до нужной больницы, и я весь взволнованный, быстром шагом направлялся к нужной палате, где моя жена должна вот-вот родить нашего долгожданного ребенка. Подбежав к администрации, я спросил женщину, где лежит моя жена. Она доброжелательна ответила и указала в какую сторону идти, и направился в нужный корпус, при этом не забыв надеть синие бахилы и специальный халат для посетителей больницы. В коридоре, рядом с родительной палатой, я уже заметил Лизу, которая держала в руках своего сына — Ларри. Жена Джима везде берет своего сына, к сожалению никто не мог присмотреть за ним. Ларри мирно спал, и даже не плакал. Лиза заметила меня и встала с лавочки. — Уилл! — Здравствуй, Лиза! — начал я сильно выдыхаться, переводя дыхание. — Уилл, ну ты как ракета! — окликнул Джим позади меня, — Давай быстрее в родильный отдел, тебя там ждут! — Да! — не теряя времени, я побежал туда, а Джим остался со своей женой и сыном в коридоре.

***

Десять часов спустя… Роды моей жены длились очень долго, и поэтому ей пришлось делать кесарево сечение. И к сожалению, врачи попросили меня уйти с палаты, и я ждал вместе с Джонсонами. Спустя еще два часа, вышел главный врач и подошел к нам. — Вы Уилл Бейкер? Почему мне нравилось, как врач на меня взглянул. — Да… Врач рукой указал, чтобы я отошел отдельно и поговорил с ним. — Мистер Бейкер, ваша жена родила здоровую девочку. Я очень этому обрадовался, как я услышал об этом. — Но… — врач помрачнел в лице сильнее грозовой тучи. — Что с моей женой?.. — взглянув с недоумением на врача, — С ней… все в порядке? Врач покачал головой. — К сожалению, она умерла, — с сочувствием сказал мужчина, опустив голову, — Мне очень жаль, мистер Бейкер. — Нет! — схватившись за свою голову, — Нет, нет! — Мне очень жаль, мистер Бейкер, — и врач медленно уходил обратно в палату. Я не мог поверить тому, что моя жена умерла. Не могу… Я стоял, как окаменелый и не мог двинуться. — Уилл! — подбежали ко мне Лиза и Джим. Я не мог проронить ни слова. — Уилл? — отозвал меня друг. — Родилась дочка здоровой, но… — Но? — переспросил Джим. Я прислонился спиной к стене и прикрыл свое лицо руками. — Элиза, — мои руки начали сильно дрожать, — Она… она… — Что?! — не выдержала Лиза. — Умерла. Джонсоны не могли поверить моим словам, что они смотрели на меня шокированными глазами. Но спустя минуту, Лиза начала сильно плакать, прижимаясь к своему мужу. — Нам очень жаль, Уилл… — дотронулся до моего плеча Джим, — Кто мог знать, что она умрет при родах… Лиза начала еще больше плакать, конечно, ведь она потеряла свою лучшую подругу. Что даже сын в руках Джима проснулся, но не стал плакать. В тот день, я просто разбился, что я даже почему-то не радовался рождению дочери. Настоящее время… Я один растил свою единственную дочь — Сару, после смерти моей жены. И мне было очень сложно быть отцом-одиночкой. После смерти Элизы, я так и не смог оправиться… Я любил её больше жизни. Она была моей первой любовью, что я так долго и отчаянно добивался. Элиза была первой красавицей в колледже, где она училась с Лизой с будущей женой Джима. Элиза была очень милой, доброй, целеустремлённой и искренней. Таких как она, больше не было в этом мире. Её смерть стала самом большим ударом для меня. Я не мог есть, спать, ходить, разговаривать — я не мог жить без неё! Кажется, что вместе с ней умер и я сам. Помню первое время, я всегда чувствовал запах её духов в квартире… И были нетронутые ее вещи и украшения. Я не мог расстаться с ними и до сегодняшнего дня. Я ужасно тосковал в течении несколько лет, как и сейчас… Тогда я полностью ушёл в себя забывая об внешнем мире, а был озабочен только своей работой. И то… должность была не моя. И, теперь я очень желаю об этом. Ведь у меня осталась Сара, но я напрочь забыл о ней и мы с ней ссорились почти, что каждый день. Толку я никогда с ней не общался и вообще забил на нее, словно ее и не было. Когда-то в Финиксе, после смерти жены, я думал покончить с собой. Даже после смерти моей жены, Джонсоны переехали туда, где я жил. Я даже в какое-то время ушел в запой и просто забыл о них. И к счастью, они меня вовремя остановили, когда я хотел наложить на себя руки… После этого, я просто не мог смотреть в глаза своей дочери. Она была совсем ребёнком, что потеряла мать и чуть не лишилась и меня. Никогда не смогу простить себе это! Вся моя жизнь превратилась в полнейший ад, когда я лишился своей жены. Я не понимал, за что мне это? Почему я должен был лишиться своей жены? Почему у Джима на работе всё складывалось, как нельзя лучше, а меня просто хотели выкинуть, как надоевшую шавку? Не люблю это признавать, но я всегда завидовал своему лучшему другу — Джиму Джонсону. Но разве я должен был завидовать своему лучшему другу? При этом, он всегда был лучше меня во всем. Всегда у него всё получалось лучше. Его жизнь сама по себе всегда складывалась удачно. И вот… когда моя жизнь покатилась к чертям, он вдруг решил помочь. Но зачем? Кто его просил? Решил помочь бедному и несчастному мне — как это унизительно! Ненавижу его за это… Но все же… если бы не он, я оказался бы на улице вместе со своей дочерью. И однако, я поступил с ним, как сволочь, когда он оказался в Ноксвилле. Всего лишь… он хотел увидеть меня, а я его выставил на улицу. Даже он отправлял письма в мой адрес, а я просто их уничтожал. Разве я заслуживал такого друга, как Джима? Я уехал из Финикса с Сарой намеренно. Решил оборвать все связи с Джонсонами, и пришлось пойти на обман. Что Сара тоже против общения, знаю, я был подонком в то время. Я решил начать жизнь с чистого листа. Тем более, должность, которую отдал мне Джонсон, была именно в Ноксвилле, но однако я мог и работать в Финиксе. Но нет, я решил уехать отсюда. Но по правде сказать, я струсил. Я просто не хотел, чтобы Сара узнала, кто её отец на самом деле. Желаю ли я об этом? Не знаю. Всё вышло как-то само… В общем выходит, я снова натворил дел. Теперь на моих руках ещё и кровь… покойного лучшего друга — Джима Джонсона. Я никогда ни хотел и не желал ему смерти! Я любил его семью, как свою собственную. Если бы он только мой друг знал, как мне жаль. Как я хочу всё исправить. Но уже поздно. Уже слишком поздно… И я даже не знаю, что мне делать по сей день и как загладить свою вину за все мои совершенные грехи. Позже… После очередного долгого совещания и душераздирающих воспоминаний, мне хотелось снова навести могилу своего бывшего коллегу — Джима Джонсона, которого убили год назад. Ведь моя дочь не знает, почему я задерживаюсь так поздно, да одно дело работа, а другое… навестить кладбище. В последнее время, я сам не свой, что я не общаюсь толку со своей дочерью, которая наверное меня ненавидит за то, что я ей запрещаю все, в том числе и общение с Джонсонами. Ведь, она до сих пор не знает, что со мной и почему я скрываю от нее многое, даже от своего дворецкого — Тима, который стал моим единственным близком другом, вместо Джима. Но понимаю и осознаю горькую правду, что никто Джима не может мне заменить. Да на работе все видят меня таким, каким хотят, но никто не знает, что внутри моя душа просто гниет и увядает. Может быть, мне все же… уволиться и жить спокойной жизнью со своей единственной дочерью? Я действительно стал помешан на своей работе, а что есть у меня самое ценное… я просто перестала уделять ей время. И чувствую, что Элиза не рада таким событиям в моей жизни, которые происходят между мной и Сарой. — Остановите около входа, — приказав своему водителю. Водитель остановился около кладбища и я выходил с машины, прихватив огромный букет цветов.

***

На кладбище было сильно жутковато, но… я уже привык к такой обстановке. Подойдя к могильной плите Джима Джонсона, я наклонился и положил букет цветов. — Джим… — опустив виновато голову, — Прости меня, я не знаю, как мне загладить свою вину за все, — сжав кулаки. — Ты снова здесь, Уилл. Повернув голову, я увидел проповедника церкви — Кеннета Фелпса. — Кеннет… — Снова ты здесь, — мрачно поприветствовал меня. — И ты знаешь почему, — встав с земли и отряхнул свой рабочий костюм. — Неужели ты никак не забудешь Джима Джонсона? Да, Джим Джонсон — всегда и везде был лучше меня. Он один из тех людей, что непременно выходят победителями. Так сказать, выходят сухими из воды. За какое бы он дело ни брался и чтобы не делал, у него всегда всё получалось. Неудивительно, что тогда на эту должность выбрали его. Он идеально подходил под это и даже я это признаю. Джонсон был ответственным и целеустремлённым, а ещё не алчным… в отличии от меня. Про таких как он, говорят только хорошее. Нет, не потому-то он умер, а потому-то нечего о нём плохого сказать. Я всегда хотел быть похожим на него… Но, я почему-то постоянно на него злился. В тайне завидовал его успехам и победам. Меня очень злило, что ему всё так легко даётся, а мне нет. Рядом с ним я всегда выглядел неудачником, что определённо меня всегда раздражало… Но я никогда не говорил ему об этом. И все же… я очень жалею о том, что такого друга, как он, нет рядом со мною… — Как я могу забыть того, кто спас мою жизнь в тяжелое время? — Разве не сам ты хотел, чтобы Джонсон исчез из твоей жизни? Вспоминая тот ужасное убийство год назад и мои горькие слова о нем перед Кеннетом, мне становится не по себе. — Я не говорил так, Кеннет! — Если бы не моя помощь, то Джонсон до настоящего времени тебе бы не позволял делать то, что ты хочешь! В мое сознание пришел неприятный отрывок того события, который случился год назад. — Уилл! — отозвал меня давний друг. Выходя из работы, меня подкараулил Джим. — Нам нужно поговорить! — Нет, у меня нет времени, — грубо ответив ему. — Уилл, да что с тобой происходит?! Громкий выстрел. — А! — крикнул Джонсон. Развернувшись я увидел, что Джим мертв и лежит на асфальте. Его кровь растекалась по всему асфальту. — Нет! — крикнул я и схватившись за голову, — Джим просто хотел вернуть со мной связи, но… я поступил, как настоящая сволочь в тот день! — и резко развернулся к нему, — Я не просил тебя убивать его! Это было неправильно! — Ты хочешь, чтобы я повесил на тебя убийство Джима Джонсона? Я боялся двинуться с места, когда услышал это от проповедника. — Это угрозы?! — Если ты не будешь мне давать деньги на содержание моей церкви, то знаешь, что с тобой будет, Уилл. — Ты понимаешь сам, что твоя церковь на самом деле служит на содержание секты?! — Да, я знаю, что делаю. И, не забывай. Ты тоже состоишь в секте и ты пошел добровольно! Теперь я только осознал, что я натворил, и об этом, я начал сейчас горько жалеть! Теперь в моем подсознании были слова Сары, когда забирал ее со школы. — А ты был раньше таким, как сейчас?! И снова ее слова, которые ранили меня до глубины души. — Да, отец! Ты изменился после переезда сюда в Ноксвилл, когда тебе предложили здесь работать! Тебя словно подменили! Да… меня подменили, я действительно не был таким, и я только сейчас осознал это поздно! Ведь никто не знал, что я… состоял в секте — Кеннета Фелпса, и то от отчаяния, я вступил к нему, не осознавая будущих последствий. Кеннет промывал мои мозги и контролировал мое мышление, и оказывал групповое давление на меня. Фелпс говорил мне, что у меня пойдет жизнь в лучшую сторону, но это не так. А на самом деле, я разрушал себя, но не показывал этого никому, как и своей дочери. Сара не знала, что проповедник угрожал ей и поэтому, я запрещал своей дочери куда-либо выходить и тем более… связываться с Ларри Джонсоном. Мне стыдно, стыдно за всё, что я когда-то сказал его отцу и тогда в тот день, я просто отвергал его с силой. Я ненавижу себя! Мои руки в крови… в крови Джима Джонсона. Сколько бы раз я не пытался умерить себя в своей невиновности, но какой из этого смысл если это не так. Я ужасный человек. А самое ужасное, что я кричал и говорил в секте о Джиме Джонсона только один негатив, и поэтому, решили мне «помочь». Но я не знал, что проповедник убьет его! Когда я увидел сына Джима — Ларри, я… растерялся. Я никак не ожидал увидеть его в школе, а тем более рядом с Сарой. Это сложно объяснить, но я очень боюсь потерять свою дочь. В смысле, что она всё узнаёт благодаря этому мальчишки. Нет, я никогда не убью его за это и мои руки не поднимутся даже! Я знаю, что моя дочь с детства привязана и дружит с ним, но Фелпс в случае неподчинения к нему, угрожал и сыну Джонсона. Я даже не могу взглянуть в глаза Ларри! Ведь я знаю убийцу его отца, ведь именно из-за меня он погиб! Покойный Джим Джонсон не простит меня за убийство его сына, как и Лиза. Секта Фелпса — имела большой бизнес и также деньги, которыми я обеспечивал. Фелпс неоднократно шел на преступления, как и все его последователи. Кеннет Фелпс — являлся фанатичным религиозным фанатиком и собирал всех своих единомышленников, он был словно помешан на этом. — Я ухожу из твоего круга, Кеннет! — указав на него грозно пальцем, — И не смей больше мной командовать! Я развернулся от него, чтобы прочь уйти отсюда, но проповедник сказал то, от чего я был в ступоре. — Я не хотел усугублять ситуацию, но… ты сам на это нарываешься, Уилл. Я остановился около выхода из кладбища. — Ты о чем вообще сейчас говоришь?! — даже не развернувшись к нему. — Сара. Я постоянно видел ее, как она постоянно выходила из апартаментов Эддисона. Я был просто ошарашен услышанным. Неужели, моя дочь обманывала меня все это время, и получается… дворецкий, как и все остальные покрывали все это время?! Неужели… нет, она не могла меня столько обманывать, нет. И все же… в этом было моя вина, что я не давал ей должного внимания, и поэтому возможно она была там, где хотела. — Может ты что-то путаешь, Кеннет? — Ты ошибаешься, я запоминаю людей слишком хорошо. — Ты уверен, что это была моя дочь? — Да. Я даже не знал, что на это ответить. — Так что выбирай Уилл, либо ты остаешься в секте, либо… — направив на меня свое ружье, — Я найду управу над твоей дочерью, и над теми, кто рядом с ней. — Снова угрозы?! — прокричал я ему. — Ты меня знаешь, либо… я сам все расскажу ей о тебе. Так что, тебе решать, Уилл Бейкер, — и с этими словами, он направился в свою церковь. Не теряя времени, я быстрым шагом направлялся к своему транспорту и попросил водителя, чтобы отправили меня в гостиницу. И предупредил дворецкого, чтобы меня никто не ждал и Саре сообщить, что я вновь задерживаюсь на работе. А на самом деле, я не хотел появляться там, где меня ненавидят и еще больше возненавидит меня дочь, как и сын Джима — Ларри. Все из-за меня могут пострадать! Тем временем…

Трэвис

Когда я только перешёл в старшую школу, то сразу дал понять всему классу, что не настроен на общение и никакие друзья мне не нужны. Не то чтобы мне не хотелось завести друзей… просто у меня раньше их никогда не было. Раньше я всегда был один, а поэтому совершенно не умею общаться с людьми, особенно с девушками. Да, и отец всегда был против того, чтобы я с кем-то общался. Вообщем так сложилось, что я был по жизни одиночкой. Люди относились ко мне негативно… хотя скорее это из-за моего поведения. Я никогда не хотел кого-то обидеть или оскорбить, но это было что-то типа защитной реакции с моей стороны. Отец воспитывал меня в строгости, которая стояла у меня поперёк горла. Наверное из-за этого я и срывался на всех остальных. Стыдно ли мне? Да… Когда же Сара побежала в тот день за мной в мужскую уборную, а потом начала меня успокаивать и даже поддерживать, то я был очень сильно удивлён. — Трэвис, ты можешь быть совсем другим и пойми, нам необязательно быть заклятыми врагами на всю жизнь, а тем более уж со всеми. Я каждый день, вспоминаю ее слова. Раньше никто не хотел не то что дружить, и даже подходить ко мне. Сара Бейкер была совсем другой. Она узнала мой позорный секрет по письму, который я адресовал одному парню. Любой узнав об этом, сразу пошли говорить по всей школе, но… Сара никому не рассказала не смотря на то, что я повёл себя с ней, как мудак в первый ее день в старшей школе. А потом и вовсе стала со мной разговаривать и дружить. И это не смотря на то, что её друзья были против меня давно… Она пригласила меня на день рождения этого ботаника… Как его там… Тодд вроде. Да, Тодда Моррисона! Мне тогда было так приятно, что я потратил все свои сбережения, которые я очень долго копил, ему на подарок. Но я ни капли не жалел. Я не хотел подвести Сару, ведь это она меня пригласила. Она стала моей первой и единственной подругой, что приняла меня с моими загонами и нестандартной ориентацией. Я буду вечно благодарен ей за это. Но что-то в последнее время, она меня начала сильно беспокоить. Я решил ей набрать по сотовому, и спросить как у нее дела. Знаю, что возможно ее бунтарь — Ларри Джонсон, будет сильно и дико ревновать, но она мой друг. Судя по тому, что Эшли была долго с ней в уборной школы, не кажется ли мне… что она что-то скрывает от своего парня? Если она не может ему сказать, я должен хотя бы у нее спросить, может она мне доверится, и… я ей помогу с чем смогу? Только хотел набрать Саре, как в мою комнату ворвался старый мудак — отец.

Plague of Shadows*

— Что ты знаешь о Бейкерах?! — прокричал мне отец и ударил меня по лицу, что я упал на пол с кровати, — Сейчас же мне отвечай! Я не знаю, что ему нужно было, но да признаю, я сначала охотно делился с ним. Не сокровенным, конечно, а просто тем, что, да, есть у меня такая подруга и всё такое. Мне правда кажется до сих пор, что он показывает вид, что ему на меня не насрать. На самом деле, ему было на меня насрать. Зачем я вообще действительно об этом говорил? Но… что-то мне не нравилось, что он хотел еще больше спросить о ней. — Что тебе нужно?! — Еще раз повторю, если ты тупой. Что ты знаешь о Бейкерах?! Как оказалось отцу нужна была более личная информация о ней и её отце, о котором мне она тоже жаловалась. Когда я спросил зачем, то отец просто был в бешенстве. С того то всё и началось. Он был словно одержим семьёй Бейкеров, но я молчал. Я не мог предать Сару. Она моя лучшая подруга и ее не предам никогда, как и ее друзей! — Я не выдам Сару! — не побоясь посмотреть в его мерзкое старое лицо, — Ни за что! — Ты хочешь, чтобы я покалечил тебя?! — подняв над моей головой палку, которая была рядом с камином. — Мне все равно, ты до этого, всегда меня бил и неоднократно! Первый удар по моей спине, от чего я сильно скривился в лице от жгучей боли. — Ты вообще меня не боишься?! — закричал он. — Мне очень стыдно иметь такого мудозвона гребаного! Снова удар по моей спине, что из-за рта у меня пошла кровь. — Ты всегда для меня был разочарованием, и я не удивлен ни капли… — и снова удар палкой по моей покалеченной спине, — Ты вообще должен мне подчиняться и следовать по моим правилам! Для меня отец давно прекратил свое существование, и я никогда о нем толку не говорил в школе. Раньше отец не был так помешан на религии, его словно подменили. Фанатичный религиозный фанатик, подвергающий остракизму и избивающий меня за мою нестандартную ориентацию. И когда-то, он заставлял меня раздавать листовки в школе, чтобы сплотить новых членов в его секту. Конечно, когда я брал эти листовки, я сразу их выбрасывал в мусорное ведро и просто сжигал напросто, я никогда не поддерживал идеи своего старого мудака. И тем более, я никому не говорил, что мой отец состоит в секте. — Я и так молчал и выполнял все твои указания, как собачка! — кричу я на всю гостиную, выплюнув кровь со рта на пол, — Я не твоя собственность! Отец снова начал избивать меня палкой, я уже не боялся получать ударов. У меня есть тот человек, которого я должен защищать. Благодаря ей, ко мне окружающие начали относиться иначе в школе, как и окружающие вокруг. Даже Ларри против меня стал ничего иметь. Сара вступилась за меня, когда остальные отвернулись от меня. И тут я вспомнил то, что отец скрывал целый год. — И ты думаешь, я не знаю, что ты убил отца Ларри и твои дружки бросили тело в реку?! — прокричал я, — Его все равно обнаружили полицейские! Я сдам тебя сразу полиции! С трудом встав с пола, я выбежал из своей комнаты и хотел набрать по своему сотовому полиции, но отец, ударил палкой по моей руке, что смартфон разбился вдребезги. — Ты будешь об этом сильно жалеть! — прокричал он и снова начал взмахивать на меня кровавой палкой.

Сара

На следующий день… Узнав о своей беременности, я с трудом отошла от этой новости. Эшли обещала молчать до определенного времени, но если я сама не скажу Ларри, то она сделает это вместо меня. Хоть рада одному, что с Салли, я вчера помирилась. Вы спросите как? Салли, после занятий сам подошел ко мне и начал извиняться. Просто, он действительно боялся за своего лучшего друга и не хотел, чтобы что-то с ним случилось. И тем более, когда он узнал о моей беременности, о не мог не радоваться, так его друг скоро станет отцом. Фишер тоже будет молчать до определенного времени. Но… будет ли рад сам Ларри тому, что он скоро станет отцом? Но факт один сильно возмутил, я удивлена, что отец вчера не вернулся с работы, неужели он и вправду вновь задержался на работе? Как бы там не было, я должна помириться с отцом и как-то вывести его на разговор, который к сожалению у нас никак не получается. Но… почему у меня было плохое предчувствие? Все эти мысли преследовали меня, когда я стояла около шкафчиков, и ждала пока ребята не соберутся, чтобы вместе пошли на урок английского языка. Я заметила, что Ларри что-то смотрит на своем смартфоне, не отрываясь и тут… он пустил слезу. — Ларри, ты… — подойдя к нему, — Ты в порядке? Конечно Джонсон мне показал свое невозмутимое лицо. — Да, мелкая, — отмахнулся он, — Мне просто… что-то в глаз попало. — Я же говорила, что этот фильм очень эмоциональный. Джонсон отключил свой смартфон и засунул в карман рюкзака. — Это так красиво. Надеюсь, в конце они будут вместе. Они заслуживают счастья после всего дерьма, через которое прошли. Может быть… время сказать ему о том, что я беременна? — Ларри… — Да? — Ты… и вправду меня полюбил? Почему я спросила такой вопрос?! На что Ларри, покосился на меня и разозлился в лице. — Ты чего несешь чушь, глупая?! Что за тупой вопрос?! Никак у меня не поворачивается язык о том, что я беременна. Джонсон что-то хотел мне явно сказать, как к нам быстро подходила Мейпл с волнением на лице со своим парнем Чаком, который как всегда что-то ел. — Вы слышали, что случилось с Фелпсом?! — спросила Мейпл нас. Эшли, Тодд и Салли обернулись к ней. — Что такое, Мейпл? — спросила я ее. Девушка-гот быстро покачала головой. — Вчера его нашли избитым на обочине дороги, и он был весь в крови, — сурово сказала Мейпл. От услышанного, я уронила книги со своих рук. — Что?! — мое лицо побледнело и я прижалась к стене, — Что… что, случилось с ним?! — Я знаю, что хозяин апартаментов обратился в больницу и его забрали, — договорил Чак. — Ты про мистера Эддисона? — удивленно спросил Ларри Чака, — Он же почти не выходит из своей комнаты. — Да, — кивнул Чак, — Я тоже так думал, — прожевывая бутерброд, — Все наши в школе тоже знают о случившийся. Трэвис… не может быть. Что же с ним произошло?! — Скажите преподавателю, что я не приду на английский! — Сара, ты с ума сошла?! Ты прогуляешь?! — Я не могу не поехать к Фелпсу, не знаю как вы, а я поеду в больницу! Джонсон подошел ко мне. — Нет уж, если прогуливать, то я с тобой! — взяв меня сильно за руку, —Ты одна к Трэвису не поедешь, только через мой труп! — Я тоже поеду! — крикнула Эш. — Мы пропустим первый урок, но ладно, — вздохнул Тодд, — Я тоже с вами. — И я! — присоединился Салли. Мейпл и Чак нас прикроют на английском языке и мы поспешно направились к автобусной остановке. Больница Ноксвилла Пол часа спустя… Побежав к палате, в которой лежал Фелпс, я вошла к Трэвису, который был в ужасном покалеченном состоянии. — Трэвис! — ужаснулась я и подбежала к его койке, — Что с твоим лицом?! Фелпс с трудом открыл свои опухшие глаза и развернул свое лицо и дотронулся до моей руки. — Прости меня Сара, я не мог тебя выдать… Я не понимала, о чем он ведет речь. — Ты о чем вообще говоришь?! — Твой отец… — сильно кашлянув, — Навещал вчера кладбище и он встретил моего отца там… — Кладбище? — сильно удивилась я. — Да… он навещает покойного отца Ларри. В этот момент ворвался Ларри. — Что ты говорил о моем отце?! — Ларри, не перебивай его! — заткнула я Джонсона и снова взглянула на Трэвиса, — Ты о чем вообще говоришь?! — Мой отец получал деньги от твоего отца на… — Что?! — прокричала я, но в этот момент вошли врачи. — Кто вам без разрешения позволил сюда войти?! Врачи нас с силой заставили уйти отсюда, и мы с Ларри вышли из палаты. — Я не понимаю, что происходит! — схватившись за Ларри. — Получается, твой отец бывает каждый день на кладбище?! — сильно удивился он, — Может, это объясняет его долгое отсутствие? В этот момент позвонил… мой отец. Чему я была сильно удивлена и никак не ожидала от него звонка. — Папа? — Возвращайся немедленно домой, — потребовал отец. — Что? — Я все знаю Сара о тебе, и уже нечего скрывать от меня! Мое сердце пропустил удар, когда я услышала об этом. — Папа… — Немедленно!!! — прокричав в телефон и вырубил связь. — Я поеду с тобой! — отозвался Ларри. — Нет Ларри, я должна поговорить со своим отцом одна! Эшли, Салли и Тодд подбежали к нам. — Сара! Мы не можем тебя бросить, — взяв меня за руку Эшли, — Мы поедем с тобой! — Мы не хотим, чтобы у тебя были неприятности из-за нас, — отозвался Тодд. Я сжала кулаки и серьезно взглянула на своих. — Нет, если суждено, я должна поговорить с отцом. Рано или поздно, у нас должен был состояться разговор. — И вообще… откуда он мог узнать, что ты сейчас в больнице? — спросил Тодд. Я с ужасом осознаю, что меня могли действительно выдать! И когда я вспомнила слова Трэвиса, я поняла, что меня выдал его отец! И Трэвис не выдал меня своему же отцу! Но вот только… зачем нужно было его отцу, что-то знать обо мне? Я не знала, что этот день станет моей последней каплей с отцом...