Сомнения

– Добрый день, мистер Эндрюс. – Добрый, Марта. Том просунул галстук между двумя верхними пуговицами и аккуратно разгладил его по рубашке. – Опять собирались в спешке? – пепельные брови секретарши плавно поползли вверх. – Биллу срочно позвонил заказчик, пришлось подвозить сына в садик, – Том взмахнул своим кейсом. – Как я выгляжу? Не было времени даже в зеркало посмотреться. – Как всегда неотразимы, – сказала Марта, удостоив его оценивающим взглядом. – Кофе ждет в кабинете, а это – квартальный отчет за последний месяц, нужны ваши подписи. И да, звонили с пятнадцатого. Совещание ровно через десять минут. – Спасибо, Марта. Том забрал из рук секретарши кипу документов и вскоре скрылся за стеклянной дверью своего немаленького кабинета. В запасе была всего пара минут. Он бросил бумаги на широкий стол из прочной нержавеющей стали и с некоторым нетерпением подхватил чашку с кофе, которую Марта заботливо приносила аккурат перед его приходом. Из панорамного окна десятого этажа открывался потрясающий вид на городской парк, в это раннее время суток обычно заполненный только бегунами с собаками. Солнце заливало кабинет мягким, не раздражающим светом. Том подул на обжигающе-горячий напиток и сделал осторожный глоток. Он любил, когда утро начиналось так. С крепкого кофе, прекрасного вида и, главное, в одиночестве. По его мнению, лучшего способа как следует сконцентрироваться и правильно настроиться на грядущий день, попросту не было. Не то, чтобы дома ему мешали "поймать волну", но атмосфера, царящая там, явно не способствовала необходимому настрою. Разве с таким ураганом, как Майло, можно думать о чем-то столь скучном и заунывном, вроде работы? Улыбка мгновенно растянулась на губах при воспоминании о сыне. Положа руку на сердце можно было сказать, что Майло рос прекрасным ребенком во многом благодаря Биллу. Непоседливым, жизнерадостным, любящим всякие шалости. Мать Тома часто называла его ожившим прототипом Тома Сойера, эдакой современной интерпретацией во плоти. Билл обижался, дескать, даже теща считает, что Майло со своим "шилом в заднице" вырос копией Тома не только внешне, но и характером, и Том знал, что это чистая правда, однако благоразумно помалкивал, чтобы не расстраивать мужа еще больше. Жалел только, что Билл ни в какую не замечал очевидных вещей. К примеру, как Майло перед сном всегда щепетильно убирает игрушки в коробку, а книжки и раскраски аккуратной стопкой складывает на столе. Как он заливисто хохочет, и высовывает кончик языка от напряжения, когда занят каким-нибудь делом. Или как во время чистки зубов напевает детские песенки, слегка притоптывая ногой. Все эти и многие другие забавные, безумно милые привычки достались ему от Билла, и Том обожал подмечать эти маленькие сходства. Он любил думать о сыне. Черт! Иногда эта любовь переполняла его так сильно, что хотелось разорвать на себе кожу, чтобы выпустить ее на свободу. И Билл, так много вкладывающий в их семью... – Мистер Эндрюс, вы не забыли про совещание? С любопытством заглянувшая в кабинет Марта беспощадно вырвала Тома из его мыслей. Он даже не сразу понял, что кто-то вошел, пока не увидел отражение ее блондинистых кудрей в отполированном стекле. Опомнившись, Том резко развернулся на пятках, чуть не пролив на себя горячий напиток. – Нет, не забыл. Как там по времени, успеваю? – Осталось чуть больше трех минут, а вам еще лифт ждать. Том чертыхнулся. Он совсем забыл, что главный лифт ремонтировали уже вторую неделю, и сотрудникам приходилось пользоваться старым допотопным лифтом в восточном крыле. И он, кстати, ползал со скоростью виноградной улитки, поэтому стоило пошевеливаться. – Заварить к вашему возвращению еще кофе? Том с сожалением отставил кружку на стол. – Боюсь, мы задержимся. Можно не сомневаться, раз звонили с пятнадцатого, в ближайшие пару часов ему точно кофе не светит. Оставив Марту выливать очередное недопитое "утро", Том пулей рванул из кабинета и направился в восточное крыло, вскоре оказываясь перед свинцовой дверью старого лифта. – На пятнадцатый? Ему даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кому принадлежит этот голос. – Доброе утро, Миранда, – поздоровался он, чуть поворачивая голову. Улыбка тут же непроизвольно расцвела на его лице, стоило ему столкнуться с ее океанским взглядом из-под нежно-очерченных темных бровей. – Привет, – она коротко кивнула и встала рядом. На высоченной шпильке, в обтягивающем платье с вырезом, открывающим только ключицы. – Тоже опаздываешь? Сладковатый, однако, ничуть не приторный аромат добрался до его ноздрей, защекотав нервы. Почувствовав необъяснимую радость, Том улыбнулся. – Едва кофе выпить успел. – Вот и мне Андрэ позвонил, пока я разговаривала по другой линии со своим тренером по пилатесу, – сказала она доверительным шепотом, будто они делили какую-то тайну. – Хорошо, что я приехала сегодня пораньше, иначе бы точно опоздала. Том удивленно поднял брови. – Хм, и давно ты подсела на пилатес? – А ты думал, что это тело мне досталось таким от матушки-природы? – огладив себя по бедрам, Миранда весело рассмеялась. Проводив ее тонкие руки заинтересованным взглядом, Том почувствовал, как слегка запершило в горле. Ее смех все еще эхом отдавался в ушах. – Кстати, я так и не поблагодарила тебя за вчерашнее. Том облизнул губы. – Не стоит. Мне было несложно. Даже наоборот. – Да, я знаю. Она снова тепло улыбнулась и легким жестом откинула черную гриву волос за спину. Том поднял глаза на ее приветливое и такое красивое лицо. Они посмотрели друг на друга. Так много хотелось сказать. Он заметил в ее взгляде едва уловимый трепет, и вдруг ощутил каждой клеточкой своего тела, что и сам становится мягким, тягучим, словно податливое масло под острым лезвием ножа. Перестань. – Вижу, ты все-таки надел ее. Она провела кончиками пальцев по его предплечью, нежно и практически ненавязчиво, едва задев ткань рубашки своими светло-розовыми ногтями. Эта невесомая ласка прозвенела в его сознании, словно выстрел. Хватит. – Почему бы не надеть красивую вещь? – Том усмехнулся. – Действительно. Тем более что у того, кто ее выбирал, весьма изысканный кус. – Не могу не согласиться. Взгляды их снова встретились и какое-то время они молчали, просто глядя друг другу в глаза, пока Миранда не наклонила голову, первой выйдя из своеобразной игры. – Том. Том вопросительно поднял бровь. – Ты до сих пор не нажал на кнопку вызова, – Миранда кивнула на приборную панель, а после понимающе улыбнулась.