Проклятие Гизборнов

Глава Мил Синсир Начав просыпаться, Гай пересмотрел самые яркие моменты своего хмельного сна. Хмель как таковой из командора Гизборна давно выветрился, но иначе, чем хмельным сон было назвать нельзя. В особенности из-за последней его части. Сперва Гаю вновь снилось что-то о планете Святая Земля Восемь, знаменитой по всей Дикой Галактике своими бескрайними песками, темнокожими воинами и кривыми саблями. Потом малиновка, которую Гизборн успел схапать за хвост, со вкусом мееедленно-медленно выщипал из него перышко за перышком, а затем велел Мэг приготовить ему на завтрак в кляре и с брусничным соусом. Заживо да живо! Снилась Гаю и сама Мэг, и Марион… Как они вернулись к нему с небес. Сделали круг и прилетели обратно. Опустились рядом на постель и принялись ластиться к Гаю игривыми кошечками. Медленно-медленнноооо раздевать (во сне Гизборн снова оказался полностью одетым, включая черные кожаные перчатки и плащ), попутно снимая друг с друга свои легкие воздушные одеяния… Дальше Гаю пошли сниться совсем уж жаркие сцены, последствия чего немедленно сказались, от чего он и проснулся. От того, чем начал заниматься во сне. Нда, давненько же с ним такого не было… И как же было чудесно — во сне… Вот бы в него вернуться!.. Раз уж в действительности такое может лишь присниться. Гай глубоко вздохнул, бурно кончил, проснулся окончательно, смущенно хмыкнул и отправился приводить себя в порядок. Одеваясь, он вспоминал, как Мэг погладила его перед сном по голове… или и это ему только приснилось?.. А то, что он сказал потом, после этого? Уж лучше бы приснилось, только бы приснилось! Как бы Мэг не приняла это за авансы и не сбежала от него! Как же он без нее! Кто его знает, что там творится в ее хорошенькой головке… И в ее добром сердечке… Точно так же внимательна Мэгги могла бы быть к кому угодно… Во что Гаю верить решительно не хотелось. А захотелось ему, внезапно и неожиданно, приготовить Мэг что-нибудь вкусненькое на завтрак и отнести его ей в постель. Кошмар какой. Транспортировать в постель Мэг себя Гаю захотелось еще больше. Ну, это уже вообще караул, свистать всех наверх. Не иначе лекарство его порой такой наивной глупенькой девушке подсунули просроченное, и он все еще пьян. Гай встряхнулся, застегнул штаны, обулся, бочком просочился из-за осторожно приоткрытой двери в коридор и, стараясь топать сапогами как можно бесшумнее, отправился на кухню. Шикая и цыкая по дороге на приставучих услужливых дроидов, походу намеревающихся их почистить. Чтоб им, если бы не они, сапоги бы с него вчера сняла Мэг! Ну, помечтать-то можно, почему нет, кому от этого плохо. А яичницу с сосисками и ветчиной он приготовит потому, что Мэг так долго ждала его, сварит кофе за то, что заставил ее поволноваться. Ничего такого в этом нет, не на танцы же он ее приглашает, не в койку ведь. Это просто по дружбе, Мэг ведь его единственный друг. И испортить этого Гаю совсем не надо. Надо… как-то отблагодарить ее, сделать для нее тоже что-то хорошее и приятное. Не зарплату же ей повышать! А еще… хочется увидеть благодарность в смотрящих на него глазах, услышать ее, в словах и в голосе. А не получить подарком в морду. Тем более что это будет раскаленная яичница-глазунья. Гай скорее надеялся, что задуманное ему удастся. И нисколько не удивился, увидев Мэг на кухне, а яичницу на столе. Как раз такую, какую он и любит по утрам — улыбающуюся при виде него, встречающую его веселой шуткой… Любит — в смысле ажурно зажаристую по краям глазунью. Гай любит яичницу именно такую. И любит Марион, а не Мэг. Мэг просто друг. И просто хорошенькая пухленькая девушка, на каких он всегда был особо падок. Упасть бы сейчас на Мэг… Завалить на стол, и смахнув на пол чертову глазунью — как раз дроидам будет чем заняться, пока Гай занимается… Проклятье! Стоило вчера пошутить самому с собой по пьяной лавочке про жениться на Мэг, и на тебе! Кофе решил секретарше сварить, дожили! Гай не удержал глухого стона и схватился за голову. — Гай, тебе больно? — мигом слетела с губ Мэг появившаяся было при виде него ласковая улыбка, а в заблестевших радостью глазах ясно отразилось беспокойство. Мэг вскочила из-за стола, за которым смотрела голографическую карточку с последними новостями, подлетела к любимому мужчине, осторожно отвела его руки от лица, пытливо, с болью заглянула в его глаза. — Неужели правда так болит? Или что-то случилось, да, Гай? — Кто вообще догадался сделать лекарство от мигрени с симптомами мигрени? — раздраженно буркнул Гай, сам не замечая, как начинает тепло улыбаться. Но его уже понесло поизголяться, вывернув все наизнанку. — Похмелье, переживаемое заранее, великолепно. Узнаю, кто этот деятель, убью. Но не сразу. Пусть тоже помучается. Мэг, что ты делаешь сегодня вечером? Сложно было сказать, кто растерялся от последних слов больше. Мэг, которую чуть ли не холодный пот прошиб, или сам Гай, почувствовавший себя приблизительно так же, едва договорил. — Я делаю сегодня вечером… пока не знаю, что бы тебе хотелось? — мгновение подумав, Мэг пришла к выводу, что это Гай об ужине. — Тебя, — не колеблясь, огласил Гай «меню». Мысленно матюгнулся и поскорее договорил. Смотря в округлившиеся от испуга глаза девушки и чувствуя, что вот-вот, и начнет комплексовать по этому поводу. Он что, такой уж прямо страшный? Эни вон так не считает, и с ней еще ого-го сколько телок согласится! Марион и то как-то раз потянуло его полапать! — Пригласить. Хочу тебя пригласить. В «Кисулю Одри». — название пришло на ум первым. Теперь Гаю пришлось выкручиваться. -Подумал, что тебе будет любопытно воочию увидеть заведение, о котором ты столько слышала, думала. — Фух, а я-то уж испугалась, — облегченно выдохнула Мэг и нервно рассмеялась, отчего Гай незамедлительно поморщился, — Все еще болит? — тут же перестала смеяться Мэг, поднимая руку и нежно проводя чуть дрожащей ладонью по все еще разгоряченному со сна лбу Гизборна. — Кажется, у тебя температура, Гай… — Тебе кажется, — перехватил Гай ее руку и, сам не понимая, что делает, страстно прильнул губами к мягонькой теплой девичьей ладошке. Мэг незамедлительно вскрикнула и дернулась в сторону, как если бы Гизборн ее не поцеловал, а вцепился ей в руку зубами наподобие волчьих. Самооценка Гая полетела ко всем чертям на сверхсветовой скорости. Но, ничем этого не выдав, Гизборн шикарно и разнузданно ухмыльнулся и свел все к куртуазной шуточке, — Во всей Дикой Галактике это — самое неподходящее заведение для такой юной и прекрасной леди. И разве вам, миледи, не интересно познакомиться с ним поближе? Бедная влюбленная девушка чуть не заплакала. Так Гай и не думал ее никуда приглашать, он просто шутит… Так сразу и не разберешь, что хуже — проснувшийся у него к ней поверхностный постельный интерес или то, что она ему интересна только как… да вообще никак не интересна! — Мэг, извини, я просто хотел как-то отблагодарить тебя за вчерашнее, — расстроился и сам Гай, у которого больно защемило на сердце, когда он заметил новый блеск в доверчиво смотрящих на него глазах. Блеск непролившихся слезинок незаслуженной обиды. — Это просто моя работа, — тихо пробормотала Мэг, делая шаг назад и опуская глаза. — Хорошо оплачиваемая работа, — подсказал Гай, кисло ухмыляясь и не выпуская ее руки. — На которую я не стала бы тратить свое время, если бы эта работа была мне не по душе, — поняла наконец Мэг, о чем говорит Гизборн, загнала подальше слезы и мило улыбнулась ему, — Доброго тебе утра, Гай. Завтрак уже ждет. — Доброго утра и тебе, Мэг, — повторил следом за ней Гай, чувствуя, как теплеет от ее слов у него и в груди, на сердце, и улыбка — на губах. Мэг всегда приветствовала его именно так, желая именно того, чтобы его утро было добрым. Гай перенял эти слова от Мэгги, но сегодня этот маленький ритуал оказался нарушен, они сразу же заговорили о чем-то другом… И Мэг впервые не пошутила… — А-ну, бис! — задорно подмигнула Мэг, многозначительно покосилась на карточку новостей и теперь искренне рассмеялась, — Вот это лазерное шоу ты вчера устроил! Зажег, так зажег! На бис слабо, досточтимый командор? — Я уж было испугался, что ты назвала меня моим прозвищем, — с облегчением рассмеялся и Гай, у которого отлегло от сердца. Все снова стало как всегда. Легко и спокойно. — Шакал, дерущий налоги. Анубис. — Так и было, — состроила Мэг хитренькую мордашку, после чего оба от души посмеялись. А затем снова затихли, не без настороженности поглядывая друг на друга и улыбаясь не без смущения. — Так ты пойдешь со мной? — спросил Гай еще раз, — Выпьем пива… — Гай понимал, что несет полную ахинею, но пути назад уже не было. Мужик сказал — мужик сделал. — Пригласите вы меня на танцы, командор, я бы и правда перепугалась не на шутку. А пива почему бы не выпить, — весело ответила похолодевшая Мэг почувствовавшему горечь от ее слов, но продолжающему беспечно улыбаться Гаю, — Мы же лучшие друзья. — Да. Мы с тобой друзья, Мэгги, — подтвердил Гай, поправляя локон в прическе девушки, незаметно для себя впервые назвав ее так вслух, а не про себя, — Увидимся вечером? — Мы еще пока не расстались, но да, до вечера, Гай, — встряхнула Мэг головой. Гай убрал руку, тепло от которой Мэг продолжала чувствовать в затрепетавшем от счастья и страха сердце. С перепугу она его руку и стряхнула. Тогда как хотелось девушке прикоснуться губами к этим длинным изящным и сильным пальцам. Застучало быстрее и сердце грозы космоса командора Гизборна. Ему подумалось, что, будь Мэг кошкой, зашипела бы на него сейчас, а он ведь хотел только погладить… Но Мэг согласилась. Тяпнуть пивка по дружбе, зашибись как романтично. Может, ему стоит побриться? Или сменить прическу, отпустить волосы, например. — До вечера, — повторил Гай, а Мэг повторила это следом за ним одними губами. И Гай, и Мэг чувствовали сейчас одно и то же — несказанную радость пополам с разочарованием на грани капитального облома. Близость друг к другу вдруг стала опьяняющей, и Гай не выдержал. Одной рукой резко привлек к себе Мэг за талию, жадно всосался в ее пухленькие губки, а другой рукой смел со стола все, вплоть до карточки новостей. Мэг жалобно вскрикнула и обвила шею Гая руками, приникла к нему всем затрепетавшим телом. И тут же оказалась спиной на столе, придавленная к нему немалым весом накачанного тела так давно любимого и желанного мужчины. Продолжающий взасос, до боли в губах у них обоих, целовать ее, Гизборн задрал платье Мэг. Рывком, до самого горла. Подхватил под коленку одну из ног девушки, прижался еще ближе, ближе уже некуда, только дальше. Почувствовав его у себя между ног, Мэг ахнула… И проснулась. Вся пунцовая от возбуждения, со сбившимся дыханием и сладко пульсирующим жаром внутри. — Чеоооорт… — простонала Мэгги, пряча пылающее личико в подушку и сворачиваясь в клубочек, подтянув коленки к груди и зажав между ними вспотевшие ладошки. Увидеть Гая в одних трусах… Еще и погладить его… Прямо перед сном… Без последствий такое никак не могло обойтись! Мэг не могла знать, что подсмотрела сон Гая. Подслушала его мысли, заглянула в его прошлое и в его чувства. Не дано ей было знать и того, где закончилось одно и пошла лишь ее фантазия, сон как таковой. Почему вдруг так произошло? Может быть дело было в том, что наступал древний праздник Самайн. Но, конечно же, и не только, и не столько в этом… Однако мысль о том, что приснившееся не простое сновидение, не могла не мелькнуть у влюбленной девушки. Мелькнула и пропала, сметенная лавиной воспоминаний об увиденном ею во сне… Мэг казалось, что она продолжает ощущать губы Гая, такой желанный вес его крепкого тела… Только что так и было, во сне, как наяву… Мэг всхлипнула и тихонечко заплакала. Как результат этого, Мэг впервые проспала, прособиралась и не проводила Гая на работу. Не накормила завтраком, не пожелала ему от всего сердца добра — утром, чтобы так было до ночи, когда он дойдет до безопасного дома. Не пожелала, заклиная этим от любого зла, которое ему могут причинить… Маленькая смешная выдуманная ею молитва, которую сегодня Мэг не произнесла в тайне, про себя, о нем. Ругающая себя на все лады Мэг, думала так до тех пор, пока не вышла из спальни. В нос ей немедленно ударил запах горелого. Горелым оказалась яичница. Ее любимая, с помидорами. Определить это Мэг смогла лишь по искромсанным собратьям тех, которые кремировал на сковороде матерящийся под нос Гай. Шурующий лопаткой в столь же малоаппетитном на вид, как и на запах, месиве. Отключенные дроиды, пытавшиеся вмешаться, были свалены в углу грудой металлолома. Гай хотел приготовить для Мэг завтрак сам. Он вообще привык все делать сам. Даже готовить кофе по-турецки научился. Чей аромат на раз перешибла сожженная дотла, но так и не поддавшаяся ему болтунья. — Хотел отблагодарить тебя за вчерашнее, — кашлянул командор Гизборн и закашлялся по-настоящему, отгоняя рукой дым от лица. Сердито посмотрел на Мэг, в сердцах кинул лопатку к куче дроидов. Мэг была не причем, понятно, но Гизборн был слишком раздражен тем, что у него ни черта не получилось. Однако он тут же обратил внимание на покрасневшие и округлившиеся глаза девушки. Сразу же как очнулся, смягчился, немного виновато улыбнулся. — Ты совсем не спала, я смотрю. — Спасибо тебе, Гай… — пролепетала Мэг, осознавая происходящее… самое настоящее чудо! — Не за что, — кисло ухмыльнулся Гай и тут же снова искренне и тепло улыбнулся. — Ты бы еще в «Кисулю Одри» меня пригласил, — заставила себя рассмеяться Мэг. — Что? — удивленно воздел Гай бровь, мгновение подумал и рассмеялся еще веселее, — А, это ты пошутила. Хотя я только что подумал об этом — что и то было бы лучше. — Все самое интересное я уже пропустила — лазерное шоу ты устроил вчера, — сдула Мэг с лица упавший на него локон. Поняла, что проговорилась. Испугалась до смерти. Непонятно чего. Того, что сейчас выяснится, что сон никакой нисколечко не в руку… — Откуда ты знаешь? — изогнулась и поднялась бровь Гизборна еще выше. Он же собственными руками избавился от карточки новостей, Мэг не могла ее увидеть! — Слухами Дикая Галактика полнится, — состроила ему Мэг лукавые глазки. И поскорее произнесла свое маленькое заклинание, — Доброго вам утра, дорогой командор Гизборн. Как ты себя чувствуешь, Гай? — Просто чудесно, Мэг. Благодаря тебе, — произнес Гай в ответ. Говоря на самом деле больше, чем о самочувствии и о том, что Мэг спасла его от страшной головной боли. — И тебе всего самого доброго. Кофе будешь?