Хранитель

      — О, Шостакович!.. — выдохнул Северянин, как только рассеялся снежный туман, окружающий замок Эльзы.       Джек тоже невольно залюбовался элегантными хрустальными сводами, пусть и видел их далеко не в первый раз. Закатное солнце подсвечивало замок, играло с его оттенками и создавало неописуемой красоты переливы.       — О да, — хмыкнул Джек, наблюдая за лицом старшего Хранителя.       Реакция Северянина превзошла его ожидания. Голубые глаза, всегда огромные, стали похожи на два снежных шара. Нижняя челюсть отпала и явно не собиралась возвращаться на место. Северянин забыл даже о вожжах, которые сжимал в руках, и умные олени вели сани ко входу во дворец без каких-либо приказаний.       — Джек… Почему ты не сказал?.. — шепотом спросил Северянин, потрясенно оглядывая замок.       — Признай, мой сюрприз удался.       Как только они приземлились, Северянин спрыгнул в снег и зашагал к ледяным ступеням, сильно запрокидывая голову. Он несколько раз взмахнул руками и торжественно что-то произнес. Потом едва ли не бегом вернулся к Джеку; глаза его все не уменьшались в размерах.       — Но это… Это ведь… Джек, неужели ты нашел?..       — Да, — ответил Джек и почему-то испытал смущение. Пришлось даже опустить голову, чтобы спрятать глупую улыбку.       Да, он нашел.       С ледяным скрипом отворилась высокая дверь, и изящный силуэт Эльзы появился на ступенях. Джек невольно залюбовался ею, что в последнее время происходило все чаще, а потом торопливо обернулся к Северянину и собирался уже представить ему свою подругу…       Но оказалось, что в этом не было необходимости.       Северянин замер в глубоком поклоне, а выпрямившись, с уважением произнес:       — Ваше Величество.       На лице Эльзы отразились недоумение, волнение и испуг, а потом эмоции исчезли, и она чуть заметно кивнула со своей обычной невозмутимостью.       Джек почувствовал себя так, словно его ударили в грудь снежком, размером с замок. Он понятия не имел, что происходит, но догадаться не составляло труда.       Эльза — его Эльза! — королева.       Северянин знает ее. Или о ней.       В первую встречу Эльза не сразу назвала свое имя, почти запнулась перед первым звуком. Наверняка по привычке хотела назвать титул, но передумала. А он-то, глупый, надеялся!..       И не только на это. Надежды, в которых Джек сам не хотел себе признаваться, рассыпались снежной пылью.       Он не смог бы сказать, в какой момент его жизни эти надежды появились. Сколько времени он подавлял их, не хотел обозначать словами даже мысленно. И вот они разлетелись на мельчайшие осколки, и лишь теперь Джек понял, какой великой ценностью они были.       Глупые. Наивные. Пустые.       И все-таки надежды.       Джек не мог шевельнуться, не мог придумать, что сказать. Он молча смотрел, как Эльза — королева Эльза — спускается по ступенькам, не сводя глаз с Северянина. Смотрел… И начинал осознавать странную вещь…       То-самое-чувство не только не причиняло боли. Оно почти ликовало. Ведь Эльза, которая ушла в горы явно не потому, что ее королевство любило свою правительницу, теперь снова обретает шанс. Хотя бы на то, что где-то к ней будут прислушиваться.       Сколько лет она провела в полном одиночестве? Джек не знал. Но знал, что это было тяжело.       А теперь она снова слышала свое полное имя, настоящее имя, и только Джек мог представить, каково это. Каково снова чувствовать хоть что-то.       Джек лишился надежд, и это было убийственно больно, но вместе с тем Джек был счастлив. За нее.       — Вы знаете меня, — сказала Эльза, настороженно глядя на Северянина. — Откуда?       — Эльза, королева Эренделла, — почти мечтательно пропел тот в ответ. — В этом мире о вас знают немногие, и все же я не мог не слышать о человеке с такой историей.       Джек заметил, как напряглась Эльза под конец его фразы и как расслабилась, дослушав. Она думала, что Северянин будет говорить о ее силе.       — Что ж, я рада, что не должна представляться.       — Вы действительно хотите пойти с нами? — спросил Северянин, почти подпрыгивая от волнения, совсем как ребенок. — Не подумайте ничего дурного! Напротив, для Хранителей это великая честь!..       — Хочу, — только и ответила Эльза.       — Тогда, с вашего позволения, прошу в мои сани!       Северянин предложил ей руку, но Эльза проигнорировала этот жест. Она так и не посмотрела больше на Джека, а сам Джек стоял неподвижно, подобно ледяной скульптуре. Все не мог отойти от шока.       — Джек, ты идешь? — крикнул ему Северянин; он уже хватался за вожжи.       Хотелось отказаться. Джек не знал теперь, как вести себя с Эльзой, что говорить… Но ведь никогда не были им нужны.       — Иду.       Сани уже взмывали в воздух, когда Джек легко нагнал их. Он случайно поймал взгляд Эльзы — ее глаза выражали все то, что не могли выразить слова. И от этого на душе стало чуточку теплее, насколько вообще могло потеплеть в душе зимнего призрака.       Но Джек не успел увидеть, как, идя к саням, Эльза и Северянин обменялись понимающими улыбками.