Force of Love

23 октября 20:00, Бек Бей, Бостон. Из сонливого марева его вырвала трель мобильника. Кайло разлепил тяжелые веки и попытался сообразить на каком он сейчас свете. Он был в своей спальне и был полностью одет, хорошо что без обуви. Его память тут же воскресила все произошедшие за последние сутки события. Телефон все еще звонил и мужчина засуетился в поисках источника звука, судя по музыке — это был мобильник Рей. Нокия обнаружилась в кармане его толстовки, которую он сбросил с себя на пол возле кровати. Только он взял телефон в руки, как тот прекратил звонить. Кайло посмотрел на экран: — Один пропущенный вызов от «Роуз», — прочитал он. Мужчина хотел стукнуть себя по лбу. Он совсем забыл предупредить друзей Рей о случившимся. Вдобавок, нужно было предупредить заведующего факультета, на котором она учится, о её состоянии. Он потом подумает, как это сделать. Телефон опять зазвонил, снова «Роуз», Кайло глубоко вздохнул, а затем поднял трубку. — Рей? — послышался обеспокоенный женский голос. — Нет, это её парень. — Кайло на секунду замолчал, думая, как представиться и в итоге произнес: — Бен. — Оу, — ответила девушка после недолгой паузы. — Приятно познакомиться. А можно позвать Рей к телефону? — Вы её подруга верно? — Да, и соседка по квартире… — настороженно произнесла Роуз. — Рей не ночевала дома и на занятиях её тоже не было, с ней все в порядке? Кайло тяжело вздохнул в трубку. — Мне нужно вам кое-что рассказать, — ответил он, сжав переносицу кончиками пальцев.

***

23 октября, 21.30, офис сенатора штата Иллинойс, Вашингтон, Округ Колумбия. Сенатор Соло сидела одна за столом своего кабинета и гипнотизировала телефонную трубку, сцепив руки в замок. Час назад она получила последний отчет от Лора о состоянии Рей. В нем также говорилось, что её сын разговаривал с соседкой девушки. Лея чувствовала себя ужасно от того факта, что ей приходится узнавать новости таким способом. Она потребовала от бывшего военного убрать прослушку с телефона девушки, и вот уже час как сидела и собиралась с силами, чтобы позвонить Бену самой. За долгую политическую карьеру ей приходилось не раз общаться лично с убитым горем людьми и всегда она находила что сказать. Но не теперь. Те люди были чужие, пусть и её соотечественники, которым она служит в качестве сенатора, но все равно чужие. Теперь же горе коснулось её родного сына и впервые в жизни она не знала, что сказать, даже как начать разговор, ведь они не общались после того, что произошло здесь неделю назад. «Начну буднично», — подумала сенатор. — «Расскажу ему о том, что ей удалось выяснить о Хаксе.» Лея залпом осушила остатки джина в стакане и подняла трубку, набирая нужный номер. Слушая гудки, она думала, что ни в коем случае нельзя дать ему понять, что она уже все знает. На том конце провода послышался голос Бена, Лея уже открыла рот, чтобы поприветствовать его, как вдруг до нее дошел смысл слов: «…. к сожалению я не могу ответить. Оставьте ваше сообщение после звукового сигнала и я перезвоню.» Ей еще не доводилось оставлять ему сообщения. Он всегда перезванивал, когда видел её личный или рабочий номер у себя в пропущенных. Сенатор решила, что и в этот раз поступит точно так же, чтобы не вызывать подозрений, и положила трубку. Зная своего сына, она была уверена, что он всё еще зол на неё за тот разговор. И Лея не знала точно, успела ли девушка рассказать ему о их встрече и её предложении. За этот долгий день, сенатор успела тысячу раз убедить себя и так же тысячу раз разубедить. Теперь же, приезд Хана и тот факт, что Бен не ответил на телефонный звонок, только подогревали её подозрения. Да уж, будет тяжело выбраться из этой бури без последствий. Женщина встала со своего места и подошла к винному комоду за новой порцией джина. Тем временем, Кайло лежал в своей постели, уставившись в потолок и считал до ста. Его глаза застелила красная пелена гнева. Он еле сдержался, чтобы не ответить на телефонный звонок матери. Счет не помогал, ему хотелось что-нибудь разрушить. Но в соседней комнате спал отец, поэтому он стал со всей силы бить кулаком по матрацу, чтобы хоть как-то выпустить раздирающую его боль и гнев от бессилия. Он даже не понял, что снова плачет, пока не почувствовал горячие слезы на своих висках. Кайло подавил всхлип и уткнулся в подушку, глубоко вздыхая. Наволочка еще хранила её запах, это успокоило его и через некоторое время он снова заснул. Ему снилось прошлое. Он сбежал из своего кабинета, наврав Хизз, что у него назначена важная встреча. Прошел всего месяц как он получил эту должность и он катастрофически не справлялся с делами. Он скрылся в библиотеке, чтобы спокойно продолжить написание своей статьи. В какой-то момент в библиотечной тишине он услышал звук приближающихся шагов и поднял глаза. Это была она. Рей Ниима. Та студентка, которая врезалась в него в первый его день в Университете во время поисков аудитории, в которой он должен был вести первый урок. Она была прекрасна. Он обратил на нее внимание еще в тот день, когда помогал ей подняться с пола. Он не преследовал никаких корыстных целей, прикасаясь к девушке, просто хотел помочь, но когда он дотронулся до её кожи, по его телу словно прошла электрическая волна. Позже он увидел её на своей паре и буквально почувствовал её стыд, когда она поняла, что тот человек, при котором её вырвало, оказался её преподавателем. Кайло стал замечать за собой, что каждый раз, когда он занимал место возле кафедры и обращал свой взор на студентов, то всегда в первую очередь находил глазами именно её. Он наслаждался её голосом в те редкие случаи, когда она принимала участие в дискуссии, и при виде её улыбки, что иногда появлялась на её лице, его сердце пускалось вскачь. Рен пытался припомнить, когда он в последний раз чувствовал подобное к кому-то и понял, что такие чувства у него вызывала его студенческая любовь. С тех пор прошло десять лет. — Мисс Ниима, добрый вечер. Я могу быть вам полезен? — произнес он быстрее, чем успел подумать. Все-таки для чего он спрятался от всех в библиотеке. Чтобы никого не принимать. — Здравствуйте, профессор. Вы разве не слышали? Библиотека закрывается. — Девушка виновато улыбалась. «Боже, как она прекрасна», — подумал Рен, чувствуя как краснеют его уши и тут же перевел взгляд на часы. — Вы правы, — произнес он и устало потер веки, проскальзывая пальцами под очки. Он стал собираться, с удивлением обнаружив, что она ждет его. В груди потеплело. Вдруг он почувствовал на своём плече её руку. Кайло вздрогнул и повернулся, Рей стояла перед ним вся мокрая и из её головы текла кровь. — Рей! — крикнул он и схватил ее за плечи, осматривая рану. Она вся дрожала и шептала что-то. — Рей… — Рен взял её лицо в руки, поворачивая к себе. — Что с тобой? — Б…Бен… — прошептала она одними губами. Вдруг реальность поменялась и они оказались в его прихожей. — Мне х…хол…лодно, Бен, — тихо сказала девушка, глядя ему в глаза. — Сог…г…грей м…м…меня. Бен обернул свои руки вокруг нее, но ничего не почувствовал. Девушка исчезла. — Рей? — недоуменно спросил он, оглядываясь по сторонам. — Рей! Он выскочил из квартиры и побежал вниз по лестнице в сторону выхода. Рен распахнул парадную дверь и замер на месте. Посередине дороги стояла его любимая и в её сторону стремительно ехал автомобиль. — Нет! — крикнул он и в ту же секунду её сбила машина. Он побежал к ней, но на мокром асфальте никого не оказалось. Кайло завертел головой и обнаружил себя около здания одной из библиотек MIT. Перед ним стояла целая и невредимая Рей. — Мне в ту сторону, — проговорила девушка, кивнув головой. — Доброй ночи, профессор. — Рей… — прошептал Кайло и протянул свою руку, касаясь ладонью её щеки. — Не уходи. Но девушка уже стремительно удалялась от него в сторону жилых кампусов. — Рей! — крикнул он ей вслед и открыл глаза.

***

26 октября, 10:00, деканат, MIT. Больше недели Армитаж Хакс пребывал в отличном расположении духа. Все складывалось как нельзя лучше: мамаша Рена сдержала слово и отправила к нему нескольких специалистов, которые уже начали набор его предвыборной команды. Всю последнюю неделю декана практически не было на своём месте. Он лично хотел участвовать в процессе подборки кадров в свою команду. Теперь же, Хакс решил заняться накопившимися делами Университета, ведь он все еще занимал пост декана, но сначала он хотел переговорить с Реном лично. — Митака, соедините меня, пожалуйста, с профессором Реном, — произнес мужчина по внутренней связи. Хакс заглянул в свою электронную почту и стал просматривать все письма, которые он счел не такими важными во время своего отсутствия. Всеми неотложными делами он занимался на месте, ведь он получал письма так же и на мобильный. Через минуту раздался звонок внутренней связи. Армитаж, не отводя взгляда от экрана компьютера, щелкнул по кнопке. — Да, Митака? Рен на связи? — Боюсь, что нет господин декан, — неуверенно произнес Митака, будто он лично был виноват в том, что Рен не ответил. — Профессора Рена нет на месте. — Ну что ж, не страшно. Вы же оставили сообщение его секретарю? — Да, господин декан. Только вот… — Только вот, что, Митака? — Его начинало это раздражать. — Его секретарша сказала мне, что профессор уже четвертый день не появлялся в Университете, но она пришлет ему электронное сообщение с тем, что вы искали его. — Сколько дней Рена не было в Университете? — Армитаж вскинул свои рыжие брови и всем корпусом повернулся к телефону. — Т-Три дня, господин декан. — Почему я ничего об этом не знаю? Вопрос был риторическим, но Митака, как всегда, принял его на свой счет. — Я не знаю, господин декан. Хакс закатил глаза. — Известно по какой причине его нет столько времени? — Спросил он после короткой паузы. Митака замялся, но все же ответил: — Она сказала, что что-то связанное с семьёй. Кто-то из родственников то ли болен, то ли попал в аварию, она не знает точно. «Ничего себе новости», — подумал Хакс. — «Неужели что-то случилось с его матерью. Да нет бред, я говорил с ней позавчера, а Соло нет уже четвертый день. Кто же это мог быть?» Мужчина вновь повернулся к экрану компьютера в поисках соответствующего письма от Рена. Все преподаватели должны были предупреждать его о подобных вещах через своих начальников — глав кафедр. А так как Рен сам является главой кафедры, то он должен был послать письмо напрямую. Он пробежался глазами несколько раз, но не нашел ничего. — Сэр? — подал голос секретарь. — Да, да. Я все еще с вами, Митака, — задумчиво произнес Армитаж, открывая папку со спамом. — Вы можете соединить меня с заместителем Рена? Я хочу с ним переговорить. — Будет сделано, — произнес мужчина и отключился. — Интересно, — произнес вслух декан. — Рен не предупредил меня о своей внеплановой отлучке. Почему? Из раздумий его вырвал звонок. Хакс глянул на аппарат и понял, что это скорее всего заместитель Рена на линии и поднял трубку. — Слушаю. — Декан Хакс, — проговорили на том конце телефона, — вы хотели поговорить со мной. — Доброе утро, профессор Колонел. Как поживаете? Как семья? —  Фальшиво заинтересованным голосом проговорил Армитаж, читая следующее по очереди сообщение. — Спасибо, хорошо, — вежливо отозвался мужчина. — Рад слышать, — соврал декан. — Скажите, Колонел, профессор Рен... вы знаете по какой причине он отсутствует? На том конце провода повисла тишина. Зак поджал губы. Рен попросил его лично, прикрыть его от Хакса. Но так как декан уже выяснил, что того нет в Университете, то врать было бесполезно. — У профессора Рена случилось несчастье, — нехотя проговорил он после паузы. — Кто-то из его близких попал в аварию. — Ужасно слышать такую новость, — произнес декан и почти не покривил душой. Ему нужен был Рен здесь под боком, как гарантия того что его мать будет соблюдать условия сделки до конца. Тот факт, что у них в семье там кто-то покалечился, может сломать ему все планы, если она решит его надуть. — Вам известно, кто именно? — Нет. — недоуменно ответил Зак. — Я не стал спрашивать его об этом. Он только попросил меня подменить его на некоторых курсах, которые он ведет, а на остальных отменить занятия, сказал что потом восполнит студентам материал за счет своего личного времени. — Да, конечно. Студенты не должны пострадать из-за этого. Я не сомневаюсь, что профессор восполнит эти часы. Я позвоню ему и лично выражу свои пожелания скорейшего выздоровления его родственнику. Спасибо, профессор Колонел. — Всегда пожалуйста, декан. Приятного дня. — И вам, — ответил Хакс и положил трубку. Он постучал по своими бледными пальцами по столу, обдумывая дальнейшие действия. Спустя некоторое время он вновь щелкнул по кнопке внутренней связи: — Митака, вызовите ко мне в кабинет студентку по имени Рей Ниима. Скажите, пусть подойдет сюда, как только у нее будет перерыв. — Слушаюсь. Прежде чем звонить Соло с его фальшивыми пожеланиями, было необходимо выяснить, кто конкретно попал в аварию. Девчонка должна была знать по определению. Хакс вернулся к ожидающим его делам и просидел за ними пару часов. Девушка так и не приходила, а ему хотелось пойти на обед, поэтому он снова вызвал Митаку по внутренней связи. — Митака, скажите, что там по поводу мисс Ниимы? Вы передали ей, что я жду её? — Я не смог связаться с девушкой, — виновато проговорил секретарь. — Она не берет трубку, я оставил ей два голосовых сообщения. — А почему вы до сих пор молчали?! — рявкнул Армитаж. — П…простите, сэр. Я думал, вы заняты… — начал оправдываться Митака, но Хакс перебил его. — Хватит! — Он зажмурился и устало потер переносицу. Кусочки пазла потихоньку складывались в картинку, но он ещё был не уверен в своих выводах, может девушка просто не брала трубку. — Проверьте, пожалуйста, на каком факультете она учится и соедините меня с его главой. — К…конечно, сэр… — И, Митака, если есть какие-то проблемы, то докладывайте сразу. Мужчина услышал, как его секретарь сглотнул. — Хорошо, господин декан. «Могла ли это быть она?», — думал Хакс, пока Митака суетился с заданием. Через пять минут он уже беседовал с главой факультета Инженерного дела. Его догадка подтвердилась. Рей Ниима попала под машину и сейчас находится в больнице без сознания. — Бедная девушка, — произнес мужчина. — Тяжелые травмы для такого хрупкого существа. — Вы у неё были? — Вчера, сразу как узнал о случившемся. Мне сообщила её соседка по квартире, — ответил глава Инженерного дела. — Она была еще в реанимации, когда я приходил, меня не пустили к ней, но в этой больнице работает моя жена, она сообщает мне новости о состоянии её здоровья. — На том конце трубки послышался тяжелый вздох. — Тяжелые травмы. Понадобится длительный курс реабилитации, я взял на себя ответственность начать кампанию по сбору средств на нашем факультете. Думаете стоит задействовать весь университет? У бедняжки ведь никого нет, она же из приюта. — О, конечно, стоит. Я сейчас же прикажу Митаке, чтобы он начал незамедлительно заниматься этим делом. Я тоже должен навестить её. Скажите, в какой она больнице? — В Бостонском Медицинском центре, сэр. Вчера она была в отделении интенсивной терапии, но жена сказала мне, что сегодня ей должны сделать повторное МРТ головы и может после этого её переведут в другое отделение. — Благодарю вас, — сказал Хакс. — Держите меня в курсе того, как продвигается кампания через моего секретаря. — И повесил трубку. Армитаж откинулся на спинку кресла, заведя руки за голову. Девку Рена сбила машина. Хакс еще не знал к какому разряду относить эту новость. В любом случае, стоило быть максимально осторожным. Его должность обязывала его в таких случаях хотя бы выразить свои пожелания скорейшего выздоровления родным студента. Но тут был немножко другой случай, он должен был сам увидеть состояние здоровья его «золотого ключика в Капитолий», чтобы уже трезво оценивать, насколько это может помешать, или, наоборот, поспособствовать его планам. В любом случае, очко будет в его пользу в глазах преподавательского состава, которые тоже являются потенциальными избирателями. Армитаж подумал, что надо бы купить цветы. — Да, пожалуй, хорошая мысль, — произнес он вслух и поднялся с места. Но сначала он должен пообедать.

***

26 октября, 14.00, Бостонский медицинский центр. Бен вместе с отцом сидел в лобби отделения интенсивной терапии. Прошло уже пять часов с момента, когда дежурный реаниматолог сообщил им, что они перестали подавать препарат, который помогал удерживать Рей в искусственной коме и она должна прийти в себя самостоятельно. — Это может занять от нескольких часов до суток, — предупредила его доктор. — Зависит от её метаболизма. Рано утром её отвезли на повторное МРТ головы. Спустя час к ним подошел нейрохирург, чтобы сообщить результаты. — Мозг и черепная коробка не повреждены, — обрадовал их врач. — Давление на мозг так же не наблюдается. Пострадала только кожа головы, но об окончательных последствиях я смогу судить, лишь когда она придет в себя. У нас не было возможности провести качественное МРТ с самого начала из-за открытых переломов и потери крови. Но лично я могу сказать, что травма бедра тут самая серьезная. Когда она придет в себя и я смогу оценить её состояние, тогда можно будет говорить об операции. Кайло вместе с Ханом вздохнули с облегчением. Первая хорошая новость за последние несколько дней. Все это время они занимались поисками лучших специалистов в области травматологии, ортопедии и физиотерапии. При помощи некоторых людей, заседающих в совете директоров в их компании, Кайло вышел на первоклассного травматолога, являющегося современным «светилом» в области остеосинтеза*, доктора Габермана. Доктор Габерман жил и работал в Нью-Йорке. Как и большинство врачей он занимался в основном частной практикой, но так как он являлся «лицом современной травматологии», он три раза в неделю посещал государственные клиники, консультируя тамошний персонал и, в особо сложных случаях, оперировал их пациентов. Можно было с уверенностью сказать, что этот врач работал 24/7, буквально собирая людей по осколкам, и попасть к нему на консультацию было практически невозможно. Сперва, Рен пытался самостоятельно добиться разговора с доктором Габерманом и буквально затерроризировал его секретаря. Поняв, что это бесполезно он обратился за помощью к Эндрю Джонсону, тому кто должен был занять место его матери в качестве председателя совета директоров. Поговорив с ним, Рен понял, что Лея еще не объявила ему о своем решении назначить своего сына новым председателем, и вздохнул с облегчением. Он не собирался занимать её кресло, но ему сейчас были нужны союзники в совете директоров, чтобы привести в действие небольшой план, о котором он думал уже больше недели с момента разговора в Капитолии. Оказалось так же, что Джонсон лично знаком с доктором Габерманом, так как тот в свое время занимался лечением его племянника, сломавшему обе ноги на лыжном курорте в Швейцарии. В тот же день доктор Габерман перезвонил ему. — Я не выезжаю за пределы Нью Йорка, если вы не знаете, мистер Рен, — спокойно сказал ему врач, — только на конференции и в отпуск. Но я могу посоветовать вам хорошего специалиста, практикующего в вашем городе. — Но я хочу вас, доктор. Вы лучший специалист в области остеосинтеза. Я готов заплатить вам двойную плату за операцию, а также оплачу вам перелет туда обратно и лучшую гостиницу во время вашего пребывания здесь. — Боюсь вы не поняли, мистер Рен. Дело далеко не в деньгах. У меня много своих пациентов в Нью-Йорке, которым также срочно нужен остеосинтез. Люди получают травмы каждую секунду. Я нужен им здесь. Единственное, чем я могу вам помочь, так это свести вас с бостонским доктором, которого я знаю лично. Я даже попрошу его незамедлительно заняться вашим случаем и, поверьте, он послушает меня. — То, что мне нужно, я беру, — сказал Кайло, сжимая телефон. — Моя девушка серьезно пострадала. — Он сделал паузу. — Из-за меня. И я должен найти лучших специалистов, которые помогут ей вернуться к нормальной жизни. Хотя бы ознакомьтесь с её случаем. Доктор тяжело вздохнул. Как много было таких, как Кайло Рен, готовых пойти на всё ради своих родных. Как много было пациентов, перенесших разного рода травмы, а он был один. Он физически не мог помочь им всем. — Хорошо, я свяжусь с Бостонским медицинским центром, — устало проговорил мужчина. — Но я все равно предлагаю вам обратиться к моему коллеге, доктору Рендалу. Этот разговор состоялся вчера вечером, а сегодня, уже после того как её привезли обратно в реанимацию, доктор Габерман позвонил сам и согласился её оперировать, ссылаясь на то, что случай показался ему интересным. — Меня будут держать в курсе всех событий, я попросил у управляющего больницей прислать мне результаты её МРТ. Мы будем на связи. Пока они с отцом сидели тут, к ним приходили административный управляющий и главврач больницы, чтобы поговорить по поводу прибытия светила современной травматологии. Для них, несомненно, была огромная честь, что такой специалист как доктор Габерман будет оперировать в их больнице. Они хотели убедиться, что это правда. Бен, в который раз, посмотрел на свои наручные часы. Отец сидел рядом, прикрыв глаза, скорее всего дремал. Вдруг в лобби вошел Хакс, неся в правой руке букет цветов. Бен почувствовал прилив адреналина в кровь, и сжал кулаки так, что ногти впились кожу. Мужчина резко поднялся навстречу своему врагу номер один, отчего тот застыл на месте. — Рен, — произнес Хакс встречаясь с ним взглядом. — Как… Но Кайло перебил его: — Какого хрена ты здесь забыл? Услышав угрозу в тоне своего сына, Хан резко открыл глаза. Бен стоял напротив какого-то рыжего, неестественно бледного мужчины. И судя по виду, Бен был готов броситься на него в любую секунду, поэтому Хан поспешил встать с места. Декан перевел на него взгляд и обратился к Рену официальным тоном: — Я пришел проведать студентку моего Университета. От главы её факультета я узнал о её тяжелом состоянии, а так как у девушки нет родных, я решил навестить её лично. — Тебе тут не место, — прорычал мужчина. Хакс обратил внимание как белки его глаз наливаются кровью и сам Рен стал как-то больше, отчего у него неприятно засосало под ложечкой. — В чем дело, Бен? — с опаской проговорил Хан, медленно сокращая расстояние между ними. Хакс оторвал взгляд от Рена и улыбнулся мужчине дежурной улыбкой. Он отошел от угрожающей фигуры Соло и протянул руку для рукопожатия: — Добрый день. Меня зовут Армитаж Хакс, я декан Массачусетского Технологического Университета. Хан настороженно посмотрел на рыжеволосого мужчину, но пожал ему руку. — Хан Соло. Я… — Вы отец профессора Рена, — закончил за него Хакс. — Точно. — Я еще раз спрашиваю, — зарычал Кайло. — Что ты здесь делаешь? — Повторяю, — нарочито спокойным тоном ответил декан. — Услышав о состоянии Рей Ниимы, я пришел… — Нет, ты пришел не за этим, Хакс, — тон младшего Соло опустился до зловещего шепота. — Тебе совершенно плевать на Рей, как и на всех вокруг. Ты видишь в людях лишь средство к достижению цели. — Послушайте, Рен, вы должны успокоиться, — начал декан примирительным тоном. — Вы не в себе. Я все понимаю, ваша девушка пострадала, вы перенервничали и устали. Вам нужен отдых. — О, я знаю что мне нужно, — угрожающе произнес Рен, нависая над Хаксом мрачной горой. — Бен, что происходит? — недоуменно поинтересовался Хан, оглядывая обоих мужчин. — Это он, отец. Тот кто шантажирует нас с Рей. И он пришел сюда отнюдь не из лучших побуждений, поверь мне. Хан грозно посмотрел на Хакса и некрасиво скривил лицо. — Послушайте, джентльмены… — начал было декан, но он не договорил, потому что ему в нижнюю челюсть прилетел кулак. Всё поплыло перед глазами Армитажа, его ноги подкосились и он стал терять равновесие. Он разжал руку и букет цветов упал на пол. Где-то на заднем плане послышался женский крик. — Бен, успокойся! — крикнул Хан, пытаясь удержать сына, но все было тщетно. Кайло оттолкнул отца и схватил рыжего за лацканы пальто. — Ты, сукин сын, — прорычал мужчина в лицо декана. — Угрожал мне и Рей. Шантажировал мою мать. И ты думал я тебе это просто так спущу? Он ударил Хакса в нос, удерживая одной рукой, с наслаждением наблюдая, как кровь хлынула на его бледную кожу. В лобби забежал толстый охранник и недолго думая, выстрелил в Кайло шокером. Его словно проткнули тысячами иголок. Он еще несколько секунд удерживал Хакса за ворот его пальто, глядя ему в глаза, прежде чем все померкло.

***

Она была во тьме. Рей пыталась оглядеться по сторонам, но не видела ничего, только чувствовала ногами, что она стоит по щиколотку в ледяной воде. Она приблизила ладонь к своему лицу, пытаясь разглядеть её, но бесполезно, она не видела ничего, и воду в том числе. Она пыталась вспомнить как попала сюда, но ничего не получалось. — Ау! — крикнула девушка в пустоту и вздрогнула, услышав собственное эхо. Она стала двигаться на пробу, надеясь, что наткнется на какой-нибудь предмет. Но нет, все также темно и холодно, она перестала чувствовать свои ноги, её била крупная дрожь. Рей обняла себя, пытаясь сохранить остатки тепла. Она не знала сколько бродила так в темноте в поисках хоть какой-то суши, пока не выбилась из сил. Ей хотелось лечь прямо в ледяную воду, чтобы она окончательно поглотила её. Собрав все свои оставшиеся силы в кулак она крикнула: — Кто-нибудь слышит меня?! В ответ ничего кроме эха. Рей заплакала. И медленно села на корточки, чувствуя как ледяная вода щекочет её ягодицы. Вдруг она услышала знакомый голос где-то вдалеке: — Рей! Кто-то звал её. Девушка встрепенулась и вновь поднялась на ноги, пытаясь определить источник звука, но в итоге двинулась наугад. — Рей? — повторил голос. — Что с тобой? Она остановилась на месте, пытаясь вспомнить кому он может принадлежать и до нее дошло. — Бен! — Крикнула она изо всех сил и с ужасом поняла, что не издала ни звука. В этот момент почувствовала, что уровень воды начал стремительно поднимается. — Мне холодно, Бен, — произнесла она все также не слыша своего голоса. — Согрей меня. Но мужчина не ответил на это и продолжал звать её. — Рей! «Пожалуйста, Бен, приди за мной», — мысленно попросила она. Вода уже дошла ей до пояса и она с трудом могла двигаться. Вдруг из темноты выросла фигура Бена. Она видела его четко, только его и больше ничего, ни себя ни воду. — Рей.... — прошептал он, дотрагиваясь ладонью её щеки. — Не уходи. Рей хотела что-то сказать, но Бен исчез. Вдруг она услышала его голос над самым ухом: — Рей! Девушка дернулась и в тот же момент потеряла точку опоры, с головой падая в ледяную воду. Она забарахталась, пытаясь выбраться из водного плена. Вода попала ей в горло, Рей запаниковала пуще прежнего, пока в одну секунду все прекратилось и вода исчезла. Она почувствовала, что лежит на твердой поверхности, но вокруг все та же темнота. Девушка свернулась калачиком пытаясь хоть как-то согреться. «Бен», — мысленно обратилась к нему Рей. — «Мне так страшно, пожалуйста, вытащи меня отсюда». Прошла маленькая вечность прежде, чем она поднялась на ноги и пошла исследовать пространство. В какой-то момент, она стала чувствовать ломящую боль всей левой стороны. Особенно сильно боль чувствовалась в руке и бедре. Рей запаниковала, её пульс участился. — Что происходит? — крикнула она безучастной темноте. Внезапно она услышала незнакомый женский голос: — Она приходит в себя. «Что?», — подумала Рей, и в ту же секунду тьма сменилась ярким светом. Она почувствовала режущую боль в глазах. Дежурный реаниматолог следила за тем, как взгляд девушки постепенно фокусируется. Она очнулась.