Мятное молоко

      — Как он выглядел?       — Ну, как… – Аратака посмотрел на Шигео, с аппетитом уплетающего картошку. – Как хорошо поджаренный тост.       Джозеф закатил глаза:       — А конкретнее?       Дождавшись, пока официантка наполнит чашки, Рейген поерзал на диванчике и с неохотой повторил попытку:       — Как глазунья в том ресторанчике, помнишь, где еще…       — Аратака.       — Кожа обуглилась и отваливалась кусками, – пояснил за него Шигео, не отрываясь от тарелки. Поймав неодобрительный взгляд Рейгена, он чуть покраснел. – Думаю, сейчас можно сделать исключение из правила.       — Какого еще правила? – не понял Джозеф.       — Не обсуждать трупы за едой.       — Не обсуждать трупы за едой!       Джозеф посмотрел на почти хором ответивших с недоумением.       — Вам что, по десять лет обоим?       Рейген все еще хмурился, но, увидев мягкую извиняющуюся улыбку, махнул рукой и стащил у Моба из-под носа картофельный ломтик. Кагеяма улыбнулся уже более уверенно, натянул рукава синего свитера до пальцев и подсел чуть ближе, слегка приваливаясь к плечу. Последняя оборона пала: Аратака улыбнулся сам, шутливо толкнулся, вынуждая Шигео вернуться из полулежачего положения, и потянулся к чашке:       — Да, как-то так он и выглядел. Судя по стенам, полыхало в комнате, точно в кремационной печи. Странно, что тело вообще осталось.       — Не странно, если до гибели принадлежало эсперу с врожденной сопротивляемостью к огню. – Джозеф придвинул пепельницу, не сводя глаз с Шигео. – Моб, не оставишь меня с твоим наставником наедине?       Кагеяма не сдвинулся с места, будто не слышал. Рейген похлопал его по плечу.       — Давай, Моб, мы недолго.       Кивнув, Шигео мрачно глянул через столик и нехотя вышел из кафе, направляясь к Ниссану. Джозеф невозмутимо вытянул сигарету из пачки, щелкнул зажигалкой, не спеша возобновлять разговор. Через минуту Рейген сдался:       — Новости про Рицу?       — Все тихо. – Джозеф качнул головой. – А у твоего пацана проблемы с доверием.       — Его собственные родители держали в подвале пять лет. Конечно, у него проблемы с доверием! У тебя на его месте были бы еще и проблемы со стулом.       — На тебя-то, как посмотрю, они не распространяются. Осторожней, Аратака. Разобьешь мальчишку – потом не соберешь.       — В смысле? – нахмурился Рейген.       — Сколько ему? Шестнадцать? В этом возрасте авторитеты ровняют с землей. А он за тобой, как привязанный, чуть ли не в рот заглядывает. Да и ты изменился. Размяк, что ли, – Джозеф фыркнул, – еще больше. Знаешь, почему все наставники держат с учениками эмоциональную дистанцию?       — Он мне не какой-то ученик. Он мне семья.       — Семья, значит… Ну, хорошо, допустим. И кто вы друг другу? – На вопросительный взгляд Рейгена Джозеф вздохнул. – Для отца ты слишком молод, для брата-товарища – слишком стар. Обозначь-ка границы, пока не поздно.       — Не понимаю, о чем ты.       — Оболтусом ты был всегда, а вот дураком – никогда в жизни. Я все сказал. Поступай как знаешь. – Потушив сигарету, Джозеф поднялся, но, обогнув диванчик, вновь вздохнул, оборачиваясь. – К слову об этой вашей «глазунье». Есть информация, что Седьмое Отделение как раз недавно не досчиталось одного из пирокинетиков, далеко не последнего в составе.       — Внутренние разборки?       — Не исключено. Однако теперь они вдвойне настороже. Аккуратнее со своим пацаном. Не светите лишнего.       Рейген молча кивнул, и Джозеф исчез за дверью.       Вслух этого никто не произносил, но ситуация с «Когтем» обострялась. Одновременно с чем учащались и личные встречи с «куратором», обычно предпочитавшим им дистанционный контроль: не иначе как вышестоящее звено желало убедиться в боеспособности и, что важнее, подконтрольности их «козырной карты». Значит, Тойчиро мог приступить к реализации своего замысла в любой момент, а Моб – отправиться в мясорубку первым рейсом, соответственно. О чем только думали толстосумы из правительства: Шигео всего-то шестнадцать, какая ему война?       Шестнадцать.       Аратака взглянул в окно – Кагеяма сидел в машине, увлеченно читая мангу, – затем – на дымящийся окурок в пепельнице, прокручивая слова Джозефа, но уже через пару секунд энергично помотал головой.       Да быть не может.       — Вот и все. – Рейген скомкал чек, отправляя его в корзину. – На эту неделю план выполнен, можно отдохнуть. Что думаешь? Гастрономический набег на Осаку?       Глаза Моба с энтузиазмом заблестели: в этом отношении уговаривать его никогда не приходилось.       Приспособиться друг к другу, а заодно – к новой, весьма насыщенной сверхъестественными явлениями жизни оказалось проще, чем Рейген себе представлял. Это поначалу он на полном серьезе искал у себя в зеркале по утрам седые пряди, а потом привык. И к призракам, и к екаям, и к тому, что Шигео для них – несокрушимый противник: какой бы оравой нечисть ни нападала, Моб неизменно одерживал победу без единой царапины. Привык Рейген и предотвращать эмоциональные срывы, теперь, к счастью, редкие; и не обращать внимания на то, как Шигео иногда «подвисал», таращась в пустоту – а по ночам это выглядело крайне жутко. Не привык только к его улыбкам, слишком теплым, чтобы твердо стоять на ногах.       — Но тему по естествознанию дочитаешь сегодня. И так затянул.       Воодушевления заметно поубавилось, но спорить Моб не стал. Знал, что бесполезно: в вопросах образования Аратака был непреклонен. Раз об обычных школах по понятным причинам не могло идти речи, приходилось полагаться только на урывчатое самообучение, хотя бы основам. Рейген и сам нынче «плавал» в той же математике, чтобы требовать большего.       — Я уже дочитал.       — Ну-ну. Устрою тебе экзамен по дороге – вот и проверим. – Аратака неожиданно свернул в сторону проспекта, вместо того чтобы направиться к парковке перед банком – Кагеяма едва не врезался в него, легонько задевая плечом. – Зайдем в магазин перед отъездом, а то у нас аптечка полупустая. Что-то в последнее время ты часто болеешь. – Рейген оглянулся и на ходу приложил ладонь тыльной стороной ко лбу Моба, смахивая мизинцем челку. – Опять будто красный, голова болит?       — Нет.       — Точно? Не молчи, если нехорошо.       — Мне хорошо. – Шигео улыбнулся. – Правда, хорошо.       — Хм-м? – Рейген смерил Моба критическим взглядом, однако тут же улыбнулся в ответ. – Еще бы! Осака! Года два там не были! – Он убрал руку, ища ближайший переход. – Надо составить план, чтобы не потеряться, как в прошлый раз: дальше той улицы и не ушли в итоге. Хотя сомневаюсь, что в меня или тебя влезла бы еще одна порция…       — Наставник.       — Думаешь, все-таки влезла бы?       — Эспер. Сильный. Совсем близко.       — В принципе можно будет взять чего-нибудь с со… что? – Аратака споткнулся на ровном месте.       — Эспер, – повторил Моб. Поравнявшись с Рейгеном, он прищурился, всматриваясь в толпу, а затем поднял руку, указывая на кого-то впереди. – Там.       Ладони моментально вспотели. «Коготь» на горизонте практически не показывался, а если и показывался, Джозеф предупреждал заранее, чтобы Рейген успевал дислоцироваться в соседний город или еще дальше, поэтому свободные от работы дни проходили настолько спокойно, насколько могли проходить, учитывая ситуацию. Скрывать Шигео до поры до времени было в интересах всей властной вертикали, и отлаженный механизм ни разу не давал сбой. До этого момента.       Они встретились взглядами почти одновременно – Рейген и броской наружности парнишка, вальяжно приобнимающий левой рукой без умолка что-то тараторящую девчонку. Но если Аратака внимания не удостоился, то Шигео – наоборот: едва посмотрев на Моба, парень резко затормозил, вынимая из кармана и правую руку. Плотно перебинтованную.       — Теру, ты чего? – капризно протянула девушка.       Рейген растерялся. Показательные выступления эсперы из «Когтя» не устраивали, действуя хоть и масштабно, но без прилюдной демонстрации сверхспособностей, поэтому лобовой атаки Аратака не ждал. Однако чего он ждал еще меньше, так это прочитать в темно-синих глазах паренька не агрессию, не хищный интерес, но страх. Была, конечно, вероятность, что в городе оказался еще один правительственный эспер, о котором Джозеф забыл упомянуть, да вот только Джозеф никогда и ничего не забывал.       Если не «Коготь» и не кто-то из своих, тогда…       — Те-еру! – Вздрогнув, парень очнулся и склонился к уху спутницы. Та обиженно надула губы. – А как же кино?       — В другой раз. Я напишу. – Теру качнулся назад и, обворожительно улыбнувшись напоследок, растворился среди прохожих.       …тогда вариант оставался только один. И к «глазунье» он имел самое что ни на есть прямое отношение.       Все еще плохо чувствуя ноги, Аратака опустил ладонь Шигео на плечо и развернул того в противоположном направлении:       — К черту аптечку. Выезжаем сейчас. И не теряй бдительность, пока не доберемся до трассы.       — Откуда я знаю? – возмутился Рейген. – Мне что, нужно было с ним за руку поздороваться?       — Тебе Шигео для чего? Болтовню твою слушать? – прорычал Джозеф из динамика телефона. – У нас незарегистрированный эспер! Достаточно сильный, чтобы отправить на тот свет передового кадра «Шрама»! А вдруг он не один? Нам только второго Тойчиро не хватало для полного счастья!       Рейген посигналил нерасторопному водителю впереди и перестроился в соседний ряд.       — Аратака. – Голос Джозефа похолодел. – Если эспер еще в городе, я его найду и обезврежу. Но если он сбежит, а потом прикончит кого-нибудь из наших, это будет на твоей совести… Приказ помнишь?       — Помню, – буркнул Рейген.       — Хоть что делайте – он не должен уйти.       Джозеф оборвал связь, и Аратака перевел взгляд с потухшего экрана сотового на Шигео.       — Простите, – шепнул Кагеяма. – Я был невнимателен. Мог заметить раньше, но…       — Ничего страшного, Моб. Если мы с ним больше не столкнемся, то и переживать не стоит. Выслеживание беглецов – не наша работа. А мы не столкнемся, я специально выбрал самый неудобный для выезда маршрут.       Потому что вынуждать Шигео биться с эспером, почти ровесником, к тому же – насмерть… Пускай Джозеф катится со своими приказами куда подальше. У Рейгена не было ни суперсил, ни власти, чтобы защитить Моба от всей грязи, с которой приходилось встречаться на ежедневной основе, но он мог хотя бы попытаться взять основную ее часть на себя, как умел.       Пригородные постройки сменились гористо-лесным ландшафтом, и Аратака понемногу начал успокаиваться. Полупустое шоссе он проверял в зеркале заднего вида ежеминутно – их не преследовали. Кем бы ни был этот парнишка, он явно испугался больше, чем сам Рейген, значит, не бросится нападать без повода.       — Я что-то чувствую, – насторожился Моб.       Или нет.       — Ближе? Дальше? – Аратака прибавил скорость.       Кагеяма замолчал, расфокусировано глядя перед собой. Рейген его не торопил: в движении определять дистанцию всегда было сложнее.       — Ближе. Он догоняет. Довольно быстро.       Рейген неслышно чертыхнулся, старательно сохраняя уверенный вид.       — Действуй как обычно. Плевать, что говорит Джозеф – выпутаемся. Не взваливай на себя то, чего не хочешь. Для этого у тебя есть я.       Шигео коротко, нервно кивнул. Аратака чувствовал его напряжение, как собственное. И злился пуще прежнего: сколько он ругался с Джозефом на эту тему, сколько выслушивал в свой адрес – и упреков, и прямых угроз, – но стоял до последнего: Мобу нельзя превращаться в палача. Мальчишка, подкармливающий бездомных кошек, не должен учиться убивать людей, даже если эти люди – террористы. Руководство же только подкидывало все более провокационные задания. Совпадение ли, что гражданский эспер со способностями, не уступающими элите Седьмого Отделения, вдруг оказался на пути?       В прямом смысле.       Аратака вдавил педаль тормоза. Ниссан взвизгнул шинами, проехав еще метров пятнадцать, и замер напротив остановки для междугородних автобусов. На которой в гордом одиночестве переминался очень знакомый светловолосый паренек. Медленно округляющий глаза от удивления.       Похоже, «гениальная» идея покинуть город самым нелогичным путем пришла одновременно в две головы. И как только вперед проскочить успел.       Никто не смел шелохнуться. Даже машины не проезжали: аппендикс пригородного шоссе популярностью не пользовался. Немая сцена грозила затянуться, однако Шигео неожиданно опустил со своей стороны стекло и дружелюбно улыбнулся:       — Тебя зовут Теру, да?       Рейген с проклятьями ударил по газам. И все равно не успел. Асфальт треснул, огромный пласт дорожного полотна подбросило в воздух вместе с машиной. Но полет быстро взяли под контроль: Шигео перенес Ниссан на обочину, отстегнув ремень еще до того, как колеса коснулись земли. Рейген выпрыгнул из автомобиля вслед за ним.       Теру застыл в странной стойке. Увидев Моба, забравшегося на груду вывернутого асфальта, он раздраженно цокнул:       — Чего еще ожидать от «Когтя». Чистильщик однозначно сильнее.       — Почему ты атакуешь? – нахмурился Кагеяма. – Я ведь ничего тебе не сделал.       Ответом стал град мелких камней. Рейген содрогнулся: снаряды били с такой мощью, что незащищенная барьером дорога покрылась кратерами, как после артиллерийского обстрела – этот парень не шутил.       — Стой, стой! – Аратака в примирительном жесте поднял руки. – Мы не из «Когтя». Давай поговорим.       — Во второй раз я на это не поведусь! – В ход пошли куски асфальта покрупнее.       — Моб…       — Все хорошо, Наставник. – Кагеяма шагнул вперед. – Я справлюсь. Как вы и учили: без жертв.       — Позвонить Джозефу?       — Не нужно. С Джозефом без жертв не выйдет. – Его правда: тот не станет церемониться. – К тому же… вы ведь тоже это видите? – Моб кивнул в сторону Теру. – Он не желает драться.       Прозвучало крайне сомнительно, учитывая вонзившуюся в асфальт крышу остановки. Но не без доли истины. Довольно большой доли.       Рейген обреченно вздохнул, и Моб сделал еще один шаг:       — Я не хочу причинять тебе вред. Пожалуйста, прекрати.       — О, не хочешь причинять вред? – Теру саркастично усмехнулся. – И чего же ты хочешь?       — Подружиться, – Шигео вновь улыбнулся. А Рейген медленно закрыл глаза, хватаясь за голову.       — По… подружиться? – Теру захохотал. – Серьезно? Ты что, больной?       — Разве обязательно болеть, чтобы заводить друзей?       Бомбардировка прекратилась. Парень озадаченно покосился на Рейгена: наивная непосредственность Моба определенно сбила его с толку.       — Мы не из «Когтя», – повторил Аратака. – Мы из тех, кто против них.       — Тогда зачем преследовали?       — Мы тебя не преследовали… да, знаю, не очень убедительно, но если дашь нам возможность – более чем убедительно сядем в машину и уберемся отсюда в два счета.       — Или доедем до следующей остановки вместе, – с плохо скрываемой надеждой предложил Моб.       Выдержав паузу, Теру сложил руки на груди:       — Мне не нужна компания. И тем более друзья. Уходите, если правда не с ними.       — Всем нужны друзья, – не сдавался Шигео. – В мире можно выжить, только помогая друг другу. Связи очень важны. Закрыться от людей – это тупик. Просто доверя…       — Не приближайся.       — Мы можем помочь. Агенты «Когтя» повсюду, а у нас – информация, где они конкретно и как их обойти. Одному очень трудно и страшно. Если пойдешь с нами, тебя больше не будут преследовать. Вместе с напарником ты сможешь…       — Я сказал тебе не приближаться! – рявкнул Теру, запуская в Шигео булыжником.       — Моб, ну что ты делаешь? – вполголоса процедил Рейген. – Полезай в машину, мы уедем и… Моб!       Кагеяма упорно смотрел вперед, будто собирался убедить одной своей решимостью. Аратака же едва не кусал губы от бессилия. Это ведь он учил Моба «доверию», он авторитетно проповедовал гуманистические ценности. И Моб прекрасно все усвоил. Буквально слово в слово. Кроме того, что не в каждой ситуации этими ценностями надо размахивать, как флагом. И не в каждой – вообще о них заикаться. То есть в самом главном Аратака как раз и провалился.       — Мы так похожи. – Шигео протянул ладонь. – Почему бы нам не…       Телекинетическая волна раздробила шоссе на пятьдесят метров в обе стороны. Рейген инстинктивно закрылся, однако барьер выдержал.       — Знаешь что? «Друг», – прошипел Теру. – Не верю ни единому слову. Ты ударишь мне в спину, едва я отвлекусь. Но такого шанса я тебе не дам.       Позади послышался характерный звук экстренного торможения: еще только свидетелей эсперских разборок недоставало.       — Моб, пожалуйста, – взмолился Рейген. – Не усугубляй. Поехали.       Шигео повернул голову. Огонек в черных глазах медленно потух, не находя поддержки, и Кагеяма понуро кивнул, отступая.       — Ты подчиняешься простолюдину? – презрительно скривился Теру. – Знатно же тебе промыли мозги.       — Наставник не простолюдин. – Расположение в голосе Моба быстро сошло на нет. – И мне не промывали мозги.       — Наставник? Он? Ха, вот теперь верю. Вы точно не из «Когтя». Вы из цирка.       Да что ж такое-то.       — Моб, поехали. – Рейген ощутимо сжал локоть Шигео.       — Вот такого напарника мне дадут «в помощь», если я пойду с вами? Уж лучше побегать от «Когтя», чем таскаться с балластом.       — Моб.       Кагеяма без единой эмоции на лице развернулся:       — Ты сильный.       — Только сейчас заметил? – самодовольно хмыкнул Теру.       — Я не про телекинез. Ты такой же, как я. Тоже боишься его. – Шигео посмотрел Теру прямо в глаза. – Одиночества.       — А?       — И так уверенно говоришь, будто тебе на самом деле нравится. Но ты ведь ненавидишь быть один.       — Чушь. – Безупречная маска дрогнула: Теру мгновенно посерьезнел.       — Это тяжело. Я бы, наверное, не смог. Так здорово притворяться.       — Чушь!       Земля раскололась. Деревья по обеим сторонам от шоссе с треском повалило и засыпало горной породой вперемешку с асфальтом. За спиной в панике вскрикнули, впереди сверкнули фары внедорожника: невольных зрителей становилось все больше.       — Не суди других по себе, – прорычал Теру. Похоже, Моб серьезно его зацепил. – Ты ни черта обо мне не знаешь. И прекращай смотреть свысока, будто чем-то лучше. Ничем ты не лучше! – Новая волна протащила оползень из камней и почвы почти до испуганных свидетелей. – Нравится быть под надзором – пожалуйста. Но мне свою рабскую идеологию не навязывай!       — Да что на тебя нашло! – Рейген схватил Шигео за руку. – Оставь его и сматываемся. Сейчас полгорода набежит. Как потом выбираться будем?       Никакой реакции. Оба эспера буравили друг друга взглядами: Теру – с какой-то отчаянной злостью, Моб – пугающе спокойно. Рейген понемногу проникался солидарностью к Джозефу с его былыми жалобами: сверхсилы и подростковые гормоны – сочетание не для слабонервных.       — Почему ты отрицаешь? – Шигео склонил голову набок. – Тебе, как и мне, нужен…       — Мне никто не нужен! Никто! – Температура резко подскочила. Теру хищно оскалился – с его пальцев сорвались яркие искры. А через секунду на барьер Моба обрушился огненный шторм. – Думаешь, я не слышал все эти ваши проповеди от вербовщиков? Слышал! Сыт ими по горло! Он тебе не наставник! Он тебе надсмотрщик! – В горле пересохло, глаза защипало от жара. – Он использует тебя! Все используют! Люди только и делают, что используют друг друга! Дружба? Ха! Нет никакой дружбы! Ты держишься рядом с кем-то, пока есть выгода! А когда от тебя не будет никакой пользы, тебя бросят! И твой «наставник» тебя бросит!       Шигео стер со лба выступивший пот. Он долго и внимательно смотрел на Теру сквозь стену пламени. После чего свел брови, понижая голос:       — Где твои родители?       Глаза Теру полыхнули яростью:       — Не твое! Гребаное! Дело!!!       Голова закружилась, и Рейген осел вниз. Он стремительно задыхался.       — Защищаешь своего простолюдина-наставника и даже атаковать не можешь? – глумливо скалился Теру. – Решил привлечь на свою сторону? Вот этим вот примером? Не очень убедительная аргументация!       — Вообще-то могу.       Огненная вакханалия вокруг барьера неожиданно стихла. Аратака хрипло прокашлялся, поднимая голову: от удушающего пекла воздух рябил, но за его полупрозрачной мутью все же можно было разглядеть окружность второго защитного купола.       — Я могу атаковать, – продолжил Моб. – Даже с барьером. Просто не хочу. – Он обернулся к Рейгену, добавляя уже намного тише. – Вакуум.       — Что? – в тон тихо спросил Аратака.       — Я правда дочитал. Тему по естествознанию.       Рейген озадаченно посмотрел на переливающиеся сферы. И кивнул, с трудом ворочая языком:       — Экзамен принят. Высший балл, Моб.       Шигео просиял, но тут же серьезно вернулся к Теру и, сняв барьеры, приблизился, останавливаясь на минимально безопасном расстоянии.       — Я не хочу меряться силой. И знаю, что ты тоже не хочешь. Я всего лишь подумал… Я ни разу не встречал эсперов моего возраста и решил, что ты не против… немного пообщаться. С тем, кто понимает… Мне жаль.       Внутри все болезненно натянулось.       — Тебе лучше не появляться в городах. Ты убил одного из Шрамов, и привлек внимание. Всех сразу. Поэтому…       — Я никого не убивал, – прервал его Теру.       — В смысле? – не понял Аратака. – Так пирокинетик не на тебе?       — Я победил. Но не убивал. Этого придурка добили свои же. Не буду врать, что соболезную: я хоть и перенял у него интересный прием, но урок обошелся дороговато. – Теру спрятал перебинтованную руку в глубокий карман и глянул Рейгену за спину: первые любопытные уже бесстрашно перелезали через завал, вооружившись телефонами.       — Тогда, возможно, у тебя есть шанс. – Аратака нашарил визитки. – Возьми. Ничего не обещаю, но если кто-то из… наших тебя заметит – покажешь, выиграешь время, и там уж отговоришься как-нибудь. В лицо, кроме нас, тебя никто не видел.       А если побежденного прикончили добрые «коллеги», Джозефу донесут, и установки охотникам сменят на более лояльные: хотя бы диалог завяжут, прежде чем нападать без предупреждения – уже что-то.       Теру недоверчиво нахмурился. Не дождавшись ответа, Шигео мягко подхватил телекинезом визитку и перенес ему в карман. Как ни странно, не встретив отпора барьером.       — Меня зовут Шигео. Кагеяма Шигео. – Моб чуть склонил голову. – Ты всегда можешь позвонить. Просто знай, что мы тебе не противники.       — Кагеяма? – переспросил Теру. – Ты сказал Кагеяма?       — Да… а что?       Аратака напрягся.       — Встречал я кое-кого. Месяц назад. Не очень похоже на совпадение: однофамильцы-эсперы, возможно одногодки. Только лагеря разные.       Шигео смертельно побледнел:       — Ты видел Рицу?       — Ну, он в отличие от тебя официально не представлялся, – невесело усмехнулся Теру. – Я и фамилию расслышал случайно. Пока отбивался. Кто он тебе? Родня?       — Брат. – Голос Моба задрожал. – Как… как он?       — Нам было не до разговоров: вообще-то он меня убить пытался. Про тебя не спрашивал, к слову.       — Где ты его видел? – вмешался Рейген.       — Сайтама, пригород.       Совсем рядом с Токио. В последний раз Джозеф передавал вести аж из Амстердама: Рицу кочевал вместе со «штабными» по всему миру.       — С ним все в порядке? – Шигео стиснул трясущиеся пальцы в кулак.       — Бросался на меня вполне бодро, если ты об этом, – съязвил Теру. – Для братьев вы не похожи. Совершенно ничем. – Он попятился к обочине. – Больше не пересечемся, надеюсь. Ни с кем из вас.       — Точно не нужно подбросить? – скорее из вежливости предложил Аратака: в ответе он не сомневался.       Теру только хмыкнул, перелезая через ствол молодого дуба: телекинез при собравшейся толпе он применять не решился. Рейген пожал плечами и склонился к Шигео, доставая платок:       — Ты в порядке? Выглядело по-настоящему опасно… а, показалось. – Аратака стер с порозовевшей щеки грязь, не увидев под ней ссадины.       Шигео с блуждающей улыбкой посмотрел в сторону. Рейген проследил за его взглядом: быстро отвернувшись, Теру прибавил шаг.       — Нам тоже пора… кстати о чем, – Аратака почесал затылок, – дорога в руинах… ее, собственно, нет. Сомневаюсь, что машина проедет.       — Думаю, мы уже наделали шуму.       Рейген задумчиво покачал головой, взвешивая не высказанное вслух предложение.       — Давай, но прям быстро. Чтобы ни одна камера четкой фотографии не сделала.       — Не сделает, – пообещал Моб. – Только держитесь крепче.       — Не светить?! Это, по-твоему, не светить?! – орал в трубку Джозеф. – Летающий Ниссан над лесом?! Вы там вконец…       Рейген прикрыл динамик, громко кашляя. Моб показательно ковырял носком придорожный грунт.       — Пришлось снимать эфиры! С десяти телеканалов! С десяти, мать твою! – Джозеф не унимался почти четверть часа: Аратака не представлял, каково придется тем, кто попадется «куратору» под руку до конца дня. – Мало вам работы, да?! Удвою! Утрою! Вы у меня высыпаться от работы не будете! – Джозеф шумно выдохнул. – Пулей из префектуры.       — Куда?       — Да хоть в Антарктиду, мне плевать! Чтобы ни одна живая душа вас на острове больше не видела! Идиоты!       Растерев покрасневшее ухо, Аратака убрал телефон:       — Похоже, Осака откладывается.       — Да.       — Выше нос, через неделю Джозеф остынет… Ну, может, через две.       — Он был так близко. – Шигео привалился к дверце спиной. – Рицу.       Рейген вздохнул. Не найдясь, что ответить, он молча приобнял Шигео, и тот с готовностью уткнулся лбом в грудь:       — В манге было по-другому.       — Ты о чем?       — Теру. – Моб чуть отстранился, с тоской поднимая глаза. – Я совсем не умею заводить друзей.       Невидимые тиски вновь сжали ребра. Кто виноват, что Шигео видел ровесников только в манге, где вы подеретесь в одной главе и побратаетесь уже в следующей. Кто виноват, что общался он лишь с Рейгеном, Джозефом да продавцами в закусочных все последние четыре года.       Он, Рейген, и виноват.       — Ничего, в другой раз будет лучше. – Аратака ободряюще встряхнул Моба за плечи. – К тому же, я уверен – он нам позвонит. Не сразу, конечно: ты определенно наступил ему на больную мозоль. Возможно, не одну. При знакомстве обычно так не делают. Это я на будущее. – Кагеяма заулыбался, и Рейген вопросительно кивнул. – Что?       — Просто подумал, как мне повезло.       — С чем? – Моб только улыбнулся еще шире. Аратака махнул рукой и открыл дверцу. – Полезай назад – вижу ведь, что засыпаешь на ходу. И да, раз нас послали далеко, но в неопределенном направлении: север или юг?       Шигео задумался.       — Юг.       — Значит, поехали к морю. Уверен, такояки там ничуть не хуже, чем в Осаке. Заодно и кальмаров поедим – не пропадать же теперь выходным.