Not serious

Мое увольнение сыграло на руку всем, кроме моего кошелька и мамы: Наоми таскала меня везде, начиная от магазина фарфора, заканчивая Макдоналдсом, папа всегда просил отвезти его рабочие документы в другой офис, с Лиамом мы выбирали смокинг. Я ездила везде, чтобы помочь решить чужие дела с единственным условием: все должны покупать мне продукты, чтобы забить холодильник. И все соглашались. — Вы встретились два раза… — начала Наоми, тщательно рассматривая спортивный костюм от Victoria’s Secret. — И он так тебя и не поцеловал? — возмущенно спрашивает она, держа две вешалки в руках. — Коралловый или салатовый? — Ну, технически, это можно считать поцелуем, — неуверенно произношу я, стараясь убедить в этом не только Наоми, но и себя. — Салатовый, — указываю рукой на топ, который она держит в правой руке. — Кстати, он подарил мне обалденный букет пионов вчера! — Это слишком мило, — приторно улыбается Наоми. — Даже не в твоем стиле. Удивлена, что ты еще не затащила его в постель! Рядом с нами проходит мать с маленьким ребенком, посылая на нас до ужаса возмущенный взгляд. — Какая-то проблема? — спрашивает Наоми, на что она хмыкает и быстрее уводит ребенка подальше от нас. — Знаю, но это ведь хорошо? Найл не давит на меня, просто позволяет ситуации идти своим чередом. Значит, ему не нужен от меня только секс. Все та же женщина с ребенком оказывается с другой стороны от нас, на этот раз одарив взглядом, полным отвращения. — Да, люди занимаются сексом! — не выдерживаю я, обращаясь к ней, но она вновь быстро уходит, волоча за собой маленького мальчика. — Пригласи его на свадьбу, — беззаботно пожимает плечами Наоми, проходя в примерочную. — Ты с ума сошла? Мы знакомы неделю, виделись три раза, а ты хочешь, чтобы я позвала его на свадьбу? — Ну да, — отвечает Наоми из-за розовой шторки. — Джен, сейчас двадцать первый век, женщины могут даже предложение сделать первыми. — Это полный отстой, — выдыхаю я. — Ты же знаешь, я антифеминистка. Люблю патриархат. — Просто попробуй. Такое ощущение, будто ты не составить компанию на свадьбе просишь, а стать суррогатным отцом. Я сижу на черном пуфике в этом адском розовом раю Victoria’s Secret и обсуждаю с Наоми второе свидание с Найлом только по одной причине — она согласилась купить мне ярко-синий свитер, за которым я охочусь уже второй месяц. Ей повезло — сегодня на него как раз есть скидка. Может, она права, и мне стоит пригласить Найла пойти на свадьбу со мной? Второе свидание прошло замечательно, Найл подарил мне шикарный букет, мы гуляли по парку, он даже присоединился к уличным музыкантам и сыграл с ними на гитаре, но дальше поцелуя в щеку дело не дошло. К этому добавляется тот факт, что последний раз, когда я сама куда-то звала парня, был в четвертом классе, когда я попросила Джозефа Корди сходить со мной в раздевалку, потому что я оставила там пенал, а одной идти было страшно. И то, это было потому, что все мои одноклассницы уже уехали домой, а мы с ним ходили на одну секцию по плаванию. — Не знаю. Как-то неудобно. — Неудобно куртку в трусы заправлять, Джен. А строить свою личную жизнь очень удобно, — она выходит из примерочной в серых леггинсах и салатовом топе. — Ну как? — Отлично смотрится! — довольно киваю я, смотря на изумительную фигуру Ми. — Почему ты ешь абсолютно все и не толстеешь? — обиженно спрашиваю я. — Это дар свыше. — Или глисты. — Или они. Пока Ми переодевается обратно, я думаю над ее предложением еще раз. Появляться на свадьбах одной ужасно унизительно, особенно мне, когда каждый второй знает о моей личной жизни. Найл — хорошая кандидатура. Нас не связывают никакие отношения, от этого легче, но удастся ли нам избежать чувства неловкости? Его в любом случае придется знакомить с родителями и Лиамом. Нормальные люди не знакомят парня с семьей через две недели после знакомства. Но что я теряю? Просто предложу ему пойти со мной. Откажется — ничего страшного, ведь это вполне понятно, согласится — будет просто замечательно. А о знакомстве с родственниками я подумаю уже на самой свадьбе, зачем сейчас забивать голову ненужными вещами. На самом деле, я не думала, что мне придется кого-то звать, потому что… Не знаю, потому что Томлинсон бы пошел со мной? — Ладно. Я попробую позвать его, — в голове вертится один вопрос, который я не могу озвучить некоторое время, но любопытство все равно берет верх. — Ты не знаешь, с кем идет Томлинсон? Мы уже стоим на кассе, и я нагло впихиваю свой свитер Наоми, чтобы она заплатила за него. Да, иметь безработного родственника не очень приятно, но мне же надо на что-то жить. И в чем-то ходить. — Не знаю. Вроде бы, ни с кем. Но ты же знаешь Луи, для него найти девушку не проблема. Уж я знаю. — Ясно. Просто я подумала… Да, свитер тоже пробивайте в этот чек. Так вот, я подумала, что мне не надо никого искать. Он шафер, я подружка, мы могли бы негласно пойти вместе. Разве это не так делается? Ми лишь пожимает плечами, а я целую ее за купленный свитер, и она подвозит меня до дома. Я решаю зайти в магазин за углом и купить бутылку вина и пончики в сахарной пудре, перед тем как сесть за тщательные поиски работы. Да, я пообещала себе, что начну этим заниматься, ничего не делать изо дня в день очень... выматывает. В любом случае, мне нужны деньги, потому что скоро придется платить за квартиру. Я усаживаюсь за компьютер и открываю первый попавшийся сайт работодателей. Никакого плана, просто буду просматривать все и откликаться на что-то более-менее приемлемое и интересное. Няня для тридцатидвухлетнего мужчины… Пролистываем. Охранник в школу… Дальше. Маникюрный мастер? А что, я давно хотела научиться делать хороший маникюр. После двух часов поисков среди танцовщиц для шоу-балета и компьютерных мастеров мне все-таки удается найти неплохие вакансии: в цветочный магазин требуется администратор, в кафе неподалеку от моего дома ищут бариста, а еще я наткнулась на работу помощника редактора. После третьего бокала вина я уже не могла не упомянуть в резюме о своем потрясающем таланте – я знаю абсолютно все песни из «Классного Мюзикла» наизусть. Возможно, это будет полезным, кто знает. Вдруг мой телефон звонит, а на экране высвечивается фотография Наоми. — Уже соскучилась? — Срочно нужна твоя помощь! — Что на этот раз? Свадебный букет оказался недостаточно темно-красным? — Позвонили из свадебного салона, платье подшили. Мне нужно его померить и внести кое-какие изменения, мне кажется, там слишком мало кружев. — Так в чем проблема? — В это же время у меня назначена дегустация свадебных тортов! — кричит в панике Ми, и я даже представляю, как она размахивает руками от волнения. — И ты хочешь, чтобы я… — аккуратно начала я, допивая вино в бокале. — Пожалуйста, съезди на дегустацию за меня, — в ее голосе столько мольбы, что у меня сердце сжимается. — Я добивалась ее две недели, в эту кондитерскую практически нереально попасть. — Почему Лиам не может поехать? Или родители? — цепляюсь за последнюю надежду, как Джек из «Титаника» за злосчастную дверь. — У нас с Лиамом разный вкус: он выберет что-нибудь имбирно-лимонное, и мне придется плакать прямо на свадьбе, разрезая этот торт. Ненавижу лимон, — Наоми явно раздражается. — Мы должны были поехать с ним вместе, но он сразу соскочил после того, как я сказала, что попрошу тебя помочь. — А родители? — Джен, я доверяю в этом плане только тебе. Я не хочу, чтобы на моей свадьбе был торт с безвкусными белыми бантами из мастики. Ты умеешь готовить, знаешь мои вкусы, знаешь, что подойдет. Пожалуйста! Тут только ты можешь мне помочь. Тяжело вздыхаю и смотрю на полупустую бутылку вина. Я не люблю ездить в общественном транспорте подвыпившей: в метро меня всегда укачивает, даже если я пью один коктейль, а на такси денег сейчас нет. — Слушай, я выпила, поэтому… — Не волнуйся, я уже позвонила Томлинсону, он заедет за тобой, и вы пойдете вместе. Луи знает, что понравится Ли, ты знаешь, что понравится мне. Я все продумала. — Да, ты просто гений, — выдыхаю я. — Ладно, так и быть. Только потому, что ты покупаешь мне одежду. — Ты лучшая! Дегустация на шесть часов на имя Наоми Стивенс и Лиама Пейна. Так и представьтесь, а то вас могут не пустить. Там запрещено приходить кому-то другому вместо записавшихся. Люблю тебя! — Наоми быстро скидывает трубку, боясь, что я передумаю. Замечательно, оставшийся день я проведу в компании Томлинсона и его шуточек, а к вечеру умру от подскочившего диабета. Луи приезжает через полчаса — слышу, как он сигналит мне, остановив машину около дома. Выбегаю на улицу в своем новом свитере, рукавом цепляясь за ручку двери, и наклоняюсь назад, едва удерживая равновесие. Вижу, как в машине Томлинсон смеется надо мной. Ничего нового. Иду к машине с недовольным лицом, потому что я не планировала сегодня больше никуда выходить, но кто будет спрашивать о моих планах, если я подружка невесты, а свадьба через неделю. — Лицо попроще, Пейн! — ворчит Луи, пока я заползаю на пассажирское сидение. Не люблю высокие машины. — У меня тоже были другие планы на сегодня. — Какие? Есть вяленое мясо и читать комиксы? — Я взрослый человек, Джен. Я не читаю комиксы, а смотрю по ним фильмы, — цокаю языком, как только мы отъезжаем от моего дома. — Как дела на бирже труда? Луи как всегда одет в спортивную одежду, но она смотрится на нем так, будто он только что фотографировался для Vanity Fair. — Пока без изменений. Зарегистрировалась на сайте, оставила резюме, может, кто-нибудь и позвонит. Вспомнила, что учила французский в универе, так что оставила несколько заявок на преподавание. — Аккуратнее с этим, — усмехается Луи, — не наткнись на извращенца. Таким способом иногда ищут девушку на ночь. — Кого ищут? — кашляю, потому что от неожиданного заявления давлюсь собственной слюной. — Ты наивная, как пятилетний ребенок, — качает головой Томлинсон. — Пишут на сайте, что им нужна учительница для частных занятий, а потом ты приезжаешь, и какой-то волосатый мужик уже лежит на кровати в костюме сантехника и обмазывается маслом. — Томлинсон, это полный бред. Твой мозг воспринимает абсолютно все через призму секса и порнушки. Телефон звенит, уведомляя о сообщении раньше, чем я успеваю как следует подумать над словами Луи. Будто в подтверждение слов (не знаю, моих или его), я получаю отклик на свое предложение об уроках французского. — Вот, пожалуйста! — чуть ли не тычу телефоном в лицо Томлинсона. — Не прошло и двух часов, а у меня уже есть ответ. Найти работу не так уж и сложно, — принимаюсь читать письмо вслух. — Привет, детка! Как насчет приватных уроков французского, после чего мы могли бы заняться языком наших тел. Замечательно. Салон автомобиля мгновенно наполняется диким смехом Луи. Я недовольно скулю, съезжая по сидению вниз, упираясь коленками в бардачок. — Серьезно? — кричу я. — Так люди ищут девушек на ночь? Это просто кошмар! — Луи все еще смеется, отчаянно пытаясь успокоиться. — Как учителя вообще живут, если в Бостоне одни извращенцы? И я даже не хочу знать, откуда ты это знаешь. — Думаешь, я один из тех, кто ищет девушку на сайте для работы? — Я не удивлюсь, если это так. Тяжело вздыхаю, закрывая лицо рукой. Может, на мне клеймо неудачницы, и моя участь в том, чтобы до конца своих дней сидеть дома, смотреть «Офис» и пить невкусное вино из супермаркета? — Да ладно тебе, Пейн, — Луи касается рукой моей коленки, и я на секунду напрягаюсь, но потом понимаю, что это лишь подбадривающий жест и пытаюсь расслабиться. Если честно, не выходит: наверное, я просто устала. — Найдешь ты работу, дворники всегда нужны, тем более, скоро осень, — посылаю Томлинсону яростный взгляд, но он будто не обращает внимания на меня. — Не смотрела аренду помещений под кафе? — Смотрела, — грустно говорю я, — но это стоит бешеных денег. Учитывая мои отношения с мамой, сейчас не самое время заявлять, что мне нужно пять тысяч долларов. — Вы так и не помирились? — Нет. Но нам пришлось разговаривать, потому что мы ездили с родителями за подарком на свадьбу. — Все так плохо? — Мы почти не общались. Только поздоровались, в остальном это было вынужденное общение ради приличия. И ради того, чтобы в глазах людей выглядеть примерной и дружной семьей, которая покупает подарок на свадьбу старшего сына. Луи паркуется около кондитерской, и я спрыгиваю из его машины, заметив знакомый силуэт. Несколько секунд раздумываю над тем, чтобы сделать вид, что не замечаю его, но в итоге решаю окликнуть. — Найл? Блондин оборачивается с легким непониманием на лице, но когда видит меня, широко улыбается и подходит ближе. — Ух ты, приятная встреча, — говорит он, целуя меня в щеку. Снова. Он выглядит лучше, чем хорошо в белом поло и бомбере. — Да, это точно, — смотрю на Найла некоторое время и слышу, как рядом со мной откашливается Луи. — А это Луи, мой… — Лучший друг Джен. Буквально с пеленок вместе, не разлей вода! — он обнимает меня за плечи сзади и треплет за щеки, и я цокаю языком. — Очень приятно, Найл, — Томлинсон жмет руку Найлу, сильно акцентируя внимания на его имени, и мне приходится незаметно ударить его в бок. — Много слышал о тебе. Кстати, на твоем контакте у Джен слишком много эмоджи. Не придумываю ничего лучше, как громко засмеяться, переводя внимание на себя, а Луи получает второй удар. Почему вместо того, чтобы выходить из неловких ситуаций, я всегда делаю только хуже? — Просто велосипедист смешно упал, не обращайте внимания, — бубню я, и Томлинсон давится смехом. — Мне тоже приятно, — Найл переводит взгляд на меня, потому что я бы тоже не хотела смотреть на подозрительно довольное лицо Луи. — Что ты тут делаешь? — Подруга попросила помочь выбрать торт для свадьбы, так что я сегодня что-то вроде сомелье, только для тортов. Мы с Найлом смеемся над моим идиотским сравнением, и Томлинсон тоже, только его смех гораздо громче и наиграннее, словно он на сцене Бродвея играет главную роль в самом бездарном мюзикле. Ну что за придурок. — Слушай, я опаздываю, срочно вызвали на работу. Но я очень рад тебя видеть, — Найл достает свой телефон и смотрит на время. — Я позвоню тебе, хорошо? —Конечно, — на выдохе произношу я, и Найл снова целует меня на прощание, обнимая за талию. — Приятно познакомиться, Найл! — орет Луи на всю улицу, на что блондин лишь неловко машет рукой и уходит. Я еще несколько секунд смотрю на удаляющуюся фигуру Найла, а потом резко разворачиваюсь, с размаха ударив Томлинсона по плечу. — За что? — смеется он, потирая место удара. — За что? Что ты городил? Слишком много эмоджи, серьезно? Скажи спасибо, что я не выкрутила тебе соски за это. — Забей. Ты видела его телефон вообще? Он же кнопочный! Он точно либо нищий, либо из прошлого. Ставлю сто баксов, что он даже не знает, что такое эмоджи. — Ты снова это делаешь! — недовольно говорю я, громко топая ногами по асфальту. — Что делаю? — Отшиваешь от меня потенциальных парней. — Это проверка на прочность, — говорит Луи, а затем добавляет: — Да ну, он тебе не подходит! Ты видела его поло? Он что, играет в гольф каждые выходные? Или это ему мама одежду покупает? — Я и не встречаюсь с ним, Томлинсон. Мы просто узнаем друг друга. И пока мне все нравится. — Что может нравиться в крашенном блондине? — фыркает Луи. — Манеры и воспитание. — Манеры и воспитание, — передразнивает Луи писклявым голосом, делая вид, будто взмахивает волосами. — Он скучный, Пейн. Что ты с ним будешь делать? Книжки читать? — Ты даже не общался с ним, как ты можешь говорить, что он скучный? — возмущаюсь я. — Мне хватило и двух минут, чтобы понять это. — Слушай, хотя бы ты не контролируй мою личную жизнь. Она на то и личная, чтобы я разбиралась в ней сама. — Это просто совет. Дружеский. Томлинсон поднимает ладони вверх, а я скептически на него смотрю. Зачем он вообще начал эту тему? Ему не понравился Найл, но какое ему дело до этого? Ему не нравятся все парни, с которыми я встречалась, это не значит, что я буду выбирать спутника жизни по критериям Томлинсона. — Кстати! — восклицает Луи, улыбаясь, будто этой маленькой перепалки между нами вообще не было. — Ты в курсе, что на ближайшие два часа мы с тобой Лиам Пейн и Наоми Стивенс? Вспоминаю о том, что Ми предупредила меня, чтобы мы представились их именами, иначе дегустацию могут отменить. Что за идиотские правила? Теперь мне надо сюсюкаться с Луи, изображая жениха и невесту. — В курсе, — бормочу я. — В таком случае, сегодня ты моя женушка, — говорит Томлинсон, выпячивая свои губы вперёд, пытаясь меня поцеловать. Я смеюсь и уворачиваюсь, но Луи все равно пытается поцеловать меня в щеку, крепко сжав в объятиях. Он всегда так делает, когда хочет достать меня ещё больше. — Фу, ты меня обслюнявил, — ною я, вытирая щеку рукавом свитера. — Это самая сексуальная слюна в твоей жизни, Пейн, — он отпускает меня, становится передо мной и заглядывает в глаза. — Ладно, пойдём. Луи вытягивает руку, пальцами хватаясь за мое плечо, и тянет меня к себе. Как только я расслабляюсь, он резко притягивает мое лицо ближе и облизывает щеку языком, на что я громко и недовольно рычу, пытаясь дать ему пинок. Ему точно пятнадцать.