Я устала тебя терять

Ирина: Войдя в палату я привычно бросаю взгляд на постель и, не обнаружив Сергея на месте, начинаю озираться по сторонам.... Никого. Так-так-так.... И куда девался этот тяжело больной? Хотя, надо отдать ему должное, Сергей сейчас шел на поправку семимильными шагами. Он уже маялся от безделья, считая себя полностью здоровым и убеждая и меня, и докторов, что в домашней обстановке при надлежащем уходе, в этом месте он обычно бросал на меня красноречивые взгляды, он поправится гораздо быстрее, чем валяясь в больнице. Так и не обнаружив пропажу при визуальном осмотре палаты, я подошла к окну и выглянула наружу. Пытаясь разглядеть беглеца среди гуляющих, я вдруг ощутила крепкие руки у себя на талии и томный шепот в волосы: - И кого это ты там выглядываешь? Сергей: Солнечное утро разбудило меня, прошептав на ушко "Пора жить!". Я открыл глаза и попенял своему доброму утру, оглядывая унылые белые стены. Разве можно назвать это жизнью, когда здорового кабана запирают в клетке и даже на прогулку выпускают в сопровождении медсестры? Хотя сестрички тут симпатичные, грех жаловаться! Да и моя пятая точка для них уже давно не достопримечательность. Чуть ли не ежедневно мне приходится бесстыдно оголять свой зад, перед чужими барышнями. Интересно, Ирка ревнует? Я б ревновал на ее месте. Ее попка, несмотря на то, что мы уже столько лет вместе, до сих пор является для меня более чем достопримечательностью. И я искренне надеюсь, что буду обладать исключительным правом единоличного любования и осязания ее до скончания веков. До обеда я промаялся бездельем, от которого в силу уже вполне сносного самочувствия утомился не в меру. Поковырявшись ложкой в больничной каше, решил, что пора с этим что то делать. Взвесив все за и против, а вернее отринув сомнения, я обратился к тайному схрону. В загашнике под раковиной имелось все необходимое для вылазки за территорию, спасибо Дену. Дело в том, что мой добрый друг-опер, проносил в отделение все, о чем я его просил, за исключением сигарет. Печется о моем здоровье. А никотиновая ломка, усугубленная бездлием, давала о себе знать все настойчивей. Я натянул футболку и джинсы, спрятал взгляд под бейсболку, насадив ее по самые брови. А вот о кроссовках, не подумали ни я, ни Антошин. Я с прискорбием осмотрел кожаные больничные тапки, и махнув рукой, отправился в самоволку. В будничной суете стационара мне удалось проскочить незамеченным. Лишь дежурная медсестра Юленька, посмотрела на меня то ли с заинтересованностью, то ли с подозрением. На мое счастье, внимание ее отвлек мужик, из соседней палаты. Я вышел за забор и с наслаждением вдохнул запах свободы и жаркого лета. В ближайшем ларьке я купил сигарет и мороженого, которое тут же съел на скамейке в парке, наблюдая за прогуливающимися девицами. С которых зной согнал последнюю стыдливость, вместе с остатками одежды. Красавицы и дурнушки с одинаковым рвением демонстрировали свои телеса, радуя глаз мужиков. Закончив с мороженым я распечатал пачку, неторопливо вытянул сигарету, вдохнув вожделенный запах табака. Неспешно закурил, с непривычки закашлялся. Сделав еще две затяжки, с недовольством откинул сигарету. Кайф не заладился, едкий дым обжег гортань. Посидел еще немного, солнце пригревало, я автоматически потянулся за второй сигаретой. Эта пошла лучше, но особого удовольствия все же не принесла. Немного расстроенный, я вернулся в палату, где меня ожидал сюрприз. Моя ненаглядная, припав к окну, пристально вглядывалась в больничный парк. Ее шикарный вид сзади недюже взволновал меня и, подкравшись на ципочках, я приник к Ирке всем телом, сомкнув кольцо рук на ее талии. Грубая ткань кителя притупляла ощущения и ладони мои скользнули под него. Ирина откинулась назад, погружаясь в мои требовательные объятия и попыталась членораздельно ответить на вопрос о том, что же ее так заинтересовало за окном. Все еще не отвечая, она повернула голову и потянулась губами к моим губам. Сладостный поцелуй расслабленных, мягких губ, с нежным проникновением языка, возвестил о том, как соскучились друг по другу наши тела. Я развернул ее к себе лицом и нежность поцелуя растворилась под натиском страсти. Руки мои тем временем, погружались под пояс юбки и тонкое кружево белья. Пальцы соприкоснулись с бархатистой кожей ягодиц, я судорожно сжал их, вероятно причиняя боль. Мы застонали одновременно, не прекращая поцелуя. Ирина: Вместо ответа поворачиваю голову и касаюсь поцелуем его губ. И тут же растворяюсь в ответных ласках. Черт! Я ведь хотела устроить ему взбучку за нарушение постельного режима... Хотя, так ли он его сейчас нарушает? - Сережа, дверь... - простонала я ему в губы, когда его руки скользнули мне под юбку. Это была последняя моя здравая мысль. Тело, истосковавшееся по его рукам и губам, тянулось к нему, как намагниченное, забыв про запреты. Руки торопливо проникали под футболку, стремясь как можно быстрее прикоснуться к обнаженному телу. Сергей: Боже, как в старые добрые времена – Сережа, дверь. Как можно оторваться сейчас от ее губ? Хотя, наверное, стоит сделать это, я даже как-то не рассчитывал, что смогу продолжить за запертой дверью. Я приподнимаю Ирину, и усаживаю на подоконник, спеша исполнить ее приказание. На выдохе пытаюсь пошутить, чтобы дать себе возможность прийти в себя: - А что, снова Карпов должен прийти? Ирина: Эта фраза и его мимолетное замешательство вернули малость сознания в мою обезумевшую голову. Этого мгновения хватило на то, чтоб кое-какие рецепторы, кроме осязания, у меня заработали. Например, обоняние. Я втянула воздух и иронично приподняла бровь: - Карпов? Ну, разве чтоб сигарет тебе принести! Ты что, курил? Сереж, ну ты же взрослый человек! Тебе нельзя.. Сергей: - Не, мам Ир, это пацаны курили, а я рядом стоял – немного раздраженно съязвил я в ответ, направляясь к двери для того, чтобы ее запереть. Ирка тем временем спрыгнула с окна, и поправляла растрепавшуюся одежду. Зря стараешься, подумал я про себя, сейчас вернусь и всё сниму! В мыслях своих я уже усадил ее обратно, проведя ладонями по внутренней стороне ее бёдер, раздвинул их, расстегнул свои брюки, и… И возможность оголить зад, представилась мне в ту же секунду. В дверь, которую я так и не успел закрыть, ввалилась деловитая Юленька: - Сереж, укольчик пора сделать – пропела она медовым голоском и, слегка опешив, прикусила язык, споткнувшись о насмешливый Иркин взгляд. Для меня не предвещавший ничего хорошего. Ирина: Ого! Укольчик?! Я насмешливо наблюдаю, как молоденькая медсестричка заливается краской. Глухарев же, пожав плечами и красноречиво улыбнувшись, укладывается на койку и оголяет зад. Под моим пристальным взглядом юная кокетка делает укол и быстро ретируется, тихо прикрыв за собой дверь. Я уселась на кровать рядом с Глухаревым, даже не попытавшимся прикрыть задницу и, проведя рукой вниз по спине до пресловутой пятой точки, пропела ему в ухо: - Сережа, и как давно твоя задница пользуется такой популярностью у младшего медицинского персонала? Сергей: Легкая неприятность в виде вонзившейся в задницу иглы, была с лихвой компенсирована ласковыми Иркиными прикосновениями. Я разомлел от удовольствия и только что не мурчал. - О! Ирочка, моему заду не сравниться с твоей ... Мммм... попкой... Может, махнемся не глядя, поиграем в больничку? Я не прочь поставить тебе пару укольчиков! Только я буду твоим персональным медбратом, а если кто другой посягнет - вмиг лапы оборву! Ирина: - Да я смотрю ты окончательно идешь на поправку, медбрат - хихикнула я, убирая его руки уже со своей пятой точки - Но я боюсь уколов! А тебе, видимо, пора выписываться, пока твоя сверхпопулярная задница не превратилась в решето от усердия медсестер! - не смогла я не уколоть его в ответ, все так же шепча на ухо, слегка прикусив губами мочку. - Ну что ж ты отказываешься, у меня же есть и другие методы лечения! – пытаюсь я затянуть начальницу в койку и подмять под себя. Она игриво, но достаточно настойчиво сопротивляется моему натиску – Только давай вечером, а то днём тут проходной двор и чтоб облапать мой зад, придется в очередь встать! Упершись Сергею руками в грудь, я все еще сопротивляюсь его попыткам уложить меня в кровать. А так хочется расслабиться и поддаться на его провокации. Но время обеда неумолимо приближалось к окончанию не оставляя шансов на получение удовольствия. - Сереж, я сегодня не могу, мне Сашку надо из бассейна забрать. Но ты даже не думай, что я буду стоять в очередь, чтоб приложиться к твоей заднице! - возмутилась я, целуя его в губы. Сергей: - Уууу… - расстроился и даже слегка надулся я – Не маленький твой Сашка, сам прекрасно доберется! Я, наконец, отпустил Ирку и натянул штаны. Я настолько привык, что она каждый вечер рядом, что даже дневное посещение взамен вечернего не утешило меня. – Опять самому с собой в шахматы играть… - давил я на жалость, а потом вдруг улыбнувшись снизошедшей мысли – А я Дену позвоню, вот он и скрасит досуг больного друга, раз уж товарищ подполковник вся в делах. Ирина: - Ой, ой, ой - пропела я, поднимаясь с кровати - вот стоит один раз уделить время сыну, как уже и товарищ подполковник - скорчив ему смешную рожицу, я стала поправлять форму - Вот и обнимайся со своим Дэном, раз уж даже на один вечер верности не хватило.