Я устала тебя терять

Сергей: Все эти мелочи по приготовлению к детскому празднику, неожиданно заняли все свободное время следующей недели. Мы и оглянуться не успели, как настал день торжества. Утро выдалось морозным, но ясным и сухим, что не могло не радовать. Я вообще, чувствовал себя так, будто это у меня день рождения. Мы рассадили ребятню по машинам, еще несколько человек должны были доставить на место проведения родители, любезно согласившиеся нам помочь в организации. Таким образом у нас организовалось две команды: человек пять взрослых против десятка ребят. Облачаясь в обмундирование, дети приплясывали на месте от предвкушения и нетерпения. Мужчины, свое предвкушение и нетерпение скрывали, изображая насмешливость и солидность. Самую живописную картину являли собой дамы, которые как и дети были искренны, но в своем недоумении и скептицизме. Ирина: Утро дня рождения сына было подпорчено самим же именинником. Сын радостно сообщил, что пригласил вечером отца. Уж не знаю, какие мысли витали в голове моего бывшего, но он придет! Видеть его за семейным столом мне хотелось меньше всего, но сказать об этом сыну я не могла. Я простила, обиды стерлись, но... осадок остался. А эти годы тактичности Алексею не прибавили. Что ему нужно, ведь раньше он не изъявлял желания поздравить сына дома. Это всегда происходило вне семьи – кафе, прогулки, парк. Сашка его каждый год приглашал, а он каждый год находил причину отказаться. Что же случилось в этот раз? А, ладно, отец все-таки и они любят друг друга. И со мной рядом будет Сергей. Сергей... надо ему сказать, подумала я. Подумала и в суматохе сборов, разумеется, забыла. Сергей: Наконец, игра началась, и уже было трудно определить, где дети, а где взрослые. Все поддались настроению и носились по территории с самоотдачей и непременным желанием не только выжить, но и победить. Довольно таки скоро, я обнаружил под березкой, подстреленную Ирину. Слишком довольное лицо ее, навело меня на мысль, а не специально ли она оказалась на линии огня. Как бы ни был я захвачен азартом, пройти мимо, не приложившись к губам любимой, я не смог. А приложившись, честно говоря, немного увлекся, и тут же стал беззащитной мишенью. Выйдя из игры, мы обосновались на скамеечке, где вскоре собралась и вся наша поверженная команда взрослых. Ирина: Ребятня с восторгом приняла игру в пейнтбол и с удвоенным азартом принялась отстреливать силы родителей, которые значительно уступали по количеству мальчишкам. Минут через 15 беганий, лазаний и пряток я все же придумала, как оптимизировать игровой процесс и скрасить времяпрепровождение. Сраженная «вражеской пулей» я пристроилась под березкой. На видном, естественно, месте и поджидала Глухарева, который не замедлил появиться и не смог пройти мимо. И тоже был повержен кем-то из деток. Вот так, один за одним, подстреленные взрослые заполнили скамеечку и терпеливо ждали, когда мальчишки наиграются. Сергей: Следующие пару часов мы провели за приятным, шутливым общением, пока наши мальчишки воевали уже между собой. Дальше вся компания переместилась в кафе, где с удовольствием принялась за трапезу. А после, началась развлекательная программа, с конкурсами, поздравлениями и веселыми играми. Так и пролетел день до вечера, счастливая, но уставшая детвора, рассаживалась по машинам, бурно обсуждая моменты минувших баталий. Именинник вместе с ближайшими друзьями, вызвался ехать на моей машине. Таким образом видимо выражая признательность за мой вклад, в проведении дня рождения. По дороге, с затаенной гордостью, он поведал соратникам о моем ранении, чем признаться, поставил меня в неловкое положение. Я не любил об этом вспоминать, но вызванный сообщением восторг, пробудил во мне какую-то мальчишескую сущность. Воцарившаяся в салоне автомобиля атмосфера восхищения, придала этому, в общем-то, лишенному героизма событию, величественность и особую важность. Мы покружили по району, развозя по домам мальчишек, но для нас праздник еще не был закончен. По плану предстояло домашнее чаепитие, для ближайших родственников. Когда уже все приглашенные расселись за столом, снова раздался звонок в дверь. Сашка радостно сорвался открывать, а я с недоумением наблюдал несообразное случаю напряжение на лице Ирины. К вечеру она вообще стала какой-то нервозной, но я списывал это на усталость суматошного дня. А вот теперь заподозрил неладное. Долго оставаться в неведении мне не пришлось, на пороге образовался весьма импозантный мужчина, с шикарным букетом наперевес. То, с каким трепетом льнул к нему довольный Сашка, сомнений не вызывало, перед нами его отец. Ирина: Мы познакомились, когда мне было 19, а ему 25. Банально познакомились - проезжая вечером после дождя мимо остановки, обдал меня фейерверком брызг и лихо притормозив, кинулся с извинениями. Ухаживал красиво - цветы, прогулки по ночной Москве и слова, слова, слова. И даже ревность его я воспринимала, как признание. Поженились мы на последнем курсе и нам казалось, что вся жизнь у наших ног - мы амбициозны, молоды и красивы. А после института я вышла на работу. ОВД. Мужской коллектив. Восхищенные взгляды, провожающие молодую лейтенантшу. И вот тут я узнала, что ревность мужа не так уж и безобидна. Но мы любили друг друга и мне снова казалось, что это лишь подтверждает его чувства. Рождение сына я ждала, как восьмое чудо света. Мы переехали от родителей Алексея в свою квартиру и я с энтузиазмом взялась вить семейное гнездышко. Муж меня в этом всячески поддерживал. Походы в магазин, поездки на рынок он целиком взял на себя. С рождением Сашки ничего, в сущности, не изменилось - я сидела дома и целиком зависела от мужа. Он же делал все, чтоб у меня не было нужды лишний раз выйти из дома без него. Я никуда не ходила, практически ни с кем не встречалась. У меня даже не было при себе денег обычно. Все заботы подобного рода взял на себя муж. Заботливый. Мой помощник. Так я предпочитала думать тогда. До того, как Сашке исполнилось 2 и я заикнулась о возвращении в отдел. Все. Идиллия закончилась. С этого времени мой маленький семейный замок превратился в золотую клетку. Мужа не устраивало практически все - от внимания, уделенного ребенку до телефонного разговора, продлившегося дольше пары минут. Одним словом все, что не касалось непосредственно его персоны. Но я любила его и от невозможности разорваться и успеть быть в нескольких местах одновременно, я чувствовала себя виноватой. Я стала дерганная и усталая. Но продолжала ненавязчиво приучать мужа к мысли, что на работу я все же вернусь. В ОВД. В мужской коллектив. И мне казалось, что у меня получается. Ведь он меня любит. Ну, а с того памятного дня, как я вышла на работу, Алексею практически постоянно казалось, что я даю ему повод для ревности, а мужикам возможность мной полюбоваться. Но в редкие дни, когда всех и все устраивало, мне казалось, что все как прежде и мы друг друга любим. Дура! Какая же я была дура! К семилетней годовщине нашей совместной жизни мы подошли издерганными и практически равнодушными к тому, что с нами происходит. Алексей строил свою карьеру, смирившись с тем, что его жена не домохозяйка, а я свою, практически не оставляющую времени на ведение домашнего хозяйства. Единственное, что нас еще объединяло и худо-бедно сохраняло чуть тлеющий семейный очаг - это наш сын. А я к своему тридцатилетию еще с тщательно выпестованными комплексами собственной несостоятельности как матери, жены и любовницы. И в один прекрасный день мое терпение лопнуло. Больше не было ни сил, ни желания обманывать себя иллюзией любви. Я вспомнила, что я не только мать, жена и отличный следователь. Я - женщина! И, черт возьми, красивая! И на ставший уже риторическим вопрос мужа «кому ты нужна, да еще с ребенком, кроме меня, дурака» я нашла в себе силы предложить проверить правильность его выводов. Без слез и истерик я собрала сына и ушла. Навсегда. Чтобы никогда больше не вернуться в золотую клетку под названием СЕМЬЯ. После попыток меня вернуть и выпросить прощения, Алексей сделал широкий жест, не позволив сыну скитаться по бабушкам и съемным квартирам - мы вернулись домой, а муж съехал. Куда, к кому - я не спрашивала. Да и не тревожил меня этот вопрос. А получив развод после длительных и изнурительных попыток Алексея разкочегарить домашний очаг, я зареклась от таких неосмотрительных поступков, как брак. О, не подумайте, я не просто хотела, я жаждала любить и быть любимой, но без таких разрушительных последствий. Сергей: Я картинно взвил брови, переводя взгляд на Ирину. Ответный взгляд поведал мне примерно следующее: «Спокойно, Сережа, я тебе все объясню, как только представится возможность». По крайней мере, я понял, что явление было для нее хоть и не приятным, но удивления не вызвало. Она была в курсе, что он придет. Со всеми присутствующими, вошедший видимо был знаком, поэтому поцеловав по очереди руки всех присутствующих дам и одарив Ирину принесенным букетом, он протянул руку мне: - Алексей - и смерив меня взглядом, решил утвердить свои позиции - Я отец Саши. - Сергей - ответил я, приподнимаясь ему навстречу и пожимая протянутую руку. Скривив в ехидной усмешки губы я добавил, одарив любимую красноречивым взглядом - Друг Ирины. Ирина: Звонок в дверь вернул меня из эйфории прошедшего дня в настоящее. И как я могла забыть? Я напряглась. Перехватила удивленный взгляд Сергея. Сашка сорвался с места и понесся открывать и вернулся вместе с отцом. Я равнодушно скользнула взглядом по Алексею - импозантный, в хорошем костюме, вооруженный огромным букетом интересный мужчина. Интересный. Но не мне. В голове вихрем пронеслись воспоминания, ничем себя не выдав. Разве что отразились в напряженном взгляде. Сижу, будто кол проглотила, подумала я и в попытке расслабиться перевела взгляд на Сергея. А может, мы один на двоих глотали? Полная противоположность моему прошлому мое настоящее было напряжено не меньше, чем я. Я покачала головой - все объясню позже. Надеюсь, он меня правильно поймет. Я скептически наблюдала, как Алексей приложился к ручке каждой дамы, а мне перепал затяжной поцелуй руки и букет. Знакомство мужчин вызвало бы у меня неподдельный интерес и искреннюю улыбку, если бы я не была так напряжена. И даже то, что Глухарев не упустил случая съехидничать и припомнил мне мои же слова, когда я представила его маме «другом», не смогли вывести меня из этого состояния. Сергей: Одномоментно из задушевных посиделок, застолье превратилось в нелепую комедию. Никто из присутствующих до конца не понимал, как вести себя в сложившейся ситуации. Только Сашка, искренне был рад отцу и казалось не ощущал напряжения, повисшего в воздухе. Это, в общем-то, и спасало, ребенок был в эпицентре внимания, рассказывая, как весело провели мы время за городом. Скептическая усмешка не сходила с моего лица, таким образом, я пытался скрыть свою настороженность. А к концу вечера, моя персона у бывшего мужа, вызывала примерно такую же реакцию. Ирина, насколько считала это уместным в кругу своей семьи, обозначала мое превосходствующее положение в ее жизни. А Сашка, вдохновленный сегодняшним днем, через каждое слово повторял: «Дядя Сережа то, дядя Сережа это». Этими двумя фактами Алексей был удручен, но демонстрировать свое недовольство был не вправе. А потому, стискивал зубы и молчал. Меня это радовало, но не дарило успокоения, я все больше взвинчивался и накручивал себя. Ирина: Я едва дождалась, когда же закончится эта пытка присутвием бывшего мужа. Я уже давно не испытывала такого дискомфорта. И сам того не желая в такое положение меня поставил собственный сын. Казалось, что нервы напряжены до предела такой вот встречей моего прошлого и настоящего. От двусмысленности положения я не знала, что сказать и что сделать. Хотя какая уж двусмысленность! Все всё прекрасно понимали. Все прекрасно понимали, что в моей жизни значит Сергей и какое место в ней занимает. И только я все еще никак не решалась озвучить этого вслух. Но, вот ведь пакость, когда гости разошлись, Алексей так и остался сидеть на месте. Чего он ждал? Но зато, судя по взгляду, брошенному на меня Сергеем, он видимо, решил, что с него достаточно на сегодня и мне показалось, что он сейчас просто встанет и уйдет. О, нет! Я, не обращая внимания на присутствующих, наклонилась и прошептала ему на ухо «Подожди». Сергей: Чаепитие подошло к концу, ушла Иринина сестра с дочерью. Даже мама уже засобиралась, а этот хмырь, все сидел, и никуда не спешил. Не желая оставлять дочь, в столь щепетильной ситуации, медлила с уходом и мать. Немного раздосадованный тем, что Ирина не торопится внести в ситуацию ясность, я решил предложить отвезти маму домой. Но любимая, разгадав мои намерения, встрепенулась, и прошептала мне на ухо: «Подожди». А вслух произнесла: - Мама, останься, пожалуйста, нам с Сергеем нужно уехать сегодня. Ирина: Я не знаю, чего ожидал от этого вечера Алексей, но, видимо, не столь явной демонстрации моей самостоятельности и новой жизни. Он скис и смотрел так, словно я незаслуженно швырнула в него своим женским счастьем. А я как со стороны вспомнила то время, когда мы любили друг друга, когда были вместе, была семья…. Но любовная лодка разбилась о быт….. И я нисколько об этом не жалела. Я счастлива, молода и амбициозна! Под насмешливым взглядом Глухарева он вынужден был подняться и отправится восвояси. А Сергей словно выдохнул с облегчением. Ну, ладно, бывший… но этот-то неужели думал, что я предпочту компанию бывшего мужа времени, проведенному с любимым мужчиной? У меня на этот вечер были несколько иные планы. И я никому не позволю их испортить… даже Глухареву, если у него вдруг возникнет такая мысль. А по плану у меня был беспредел! Сергей: Бывший от этих слов скис, он-то уже, видимо, предвкушал задушевную беседу с Ирочкой, наполненную воспоминаниям о минувших днях. Пришлось ему удалиться, не солоно нахлебавшись, потому что мама, спасибо ей, проявила бурный энтузиазм в ответ на предложение остаться. Не знаю, что за отношения ее связывали с бывшим зятем, негатива она не демонстрировала, но и особой любви, судя по всему, тоже не питала. Только сейчас я подумал о том, как мало я знаю об этом периоде жизни своей женщины. Ведь когда-то она его, наверное, любила, родила ему сына. Но, что именно и когда пошло не так, Ирина не рассказывала, а я не спрашивал. Я знал лишь только то, что расставание было болезненным, и этим она оправдывала свое нежелание того, чтобы Сашка ко мне привязывался. В последнее время, Ирина будто бы сняла это ограничение, позволив мне принять участие в подготовке ко дню рождения сына. Да и после ранения мы с ним много времени проводили вместе, пока я был на больничном, а Сашка на каникулах. Не уверен, что я испытывал к нему именно отцовские чувства, всё-таки пацан уже взрослый, но, тем не менее, могу однозначно сказать, что он мне не чужой. Да и парнишка ко мне тянется, и мы кажется, неплохо ладим. Так что в свете сложившихся обстоятельств, появление настоящего отца, было как нельзя более некстати.