Навыворот

- Расскажи что-нибудь... - они удобно устроились на кровати после того, как приняли душ. По отдельности. Найл был против такого расклада, но Зейн настоял, потому что боялся, что снова начнёт распускать руки. - Что, например? - Когда всё началось? - Найл удобно утроил голову на плече у Зейна, и теперь с любопытством заглядывал ему в лицо. - Не знаю, наверное я всегда что-то такое к тебе испытывал, но не понимал, - судя по улыбке, засиявшей на лице Найла, Зейн понял, что ответ пришёлся ему по душе. - Я вот понял уже давно, - он дотронулся до ресниц Зейна, как до крыла бабочки, нежно и осторожно, как-будто всегда хотел это сделать, - Даже раньше ваших отношений с Перри... Сказать, что у Зейна отвисла челюсть, значит ничего не сказать. - Ты вовсе не казался влюблённым. - Я не был тогда ещё влюблён, но уже понимал, что так восхищаться парнем и мечтать увидеть его без штанов - точно не похоже на желание завести приятельские отношения... - Ты мечтал увидеть меня без штанов? - усмехнулся Зейн. - Ну да, я всегда думал, что у такого парня как ты и там всё должно быть в порядке. - Надо же, а я и не замечал даже! - Понятное дело, я сам прифигел, когда начал осознавать всю необычность ситуации. Я, блин, когда в первый раз тебя увидел, глазам поверить не мог. Никогда не думал, что на свете могут быть люди такой красоты. Ты же, чёрт возьми, идеален! Я до тебя о парнях и не задумывался даже, а от тебя просто крышу снесло. Зейн потупил глаза, к щекам прилила кровь. - А потом нас пнули в одну группу. Я и до этого глазел на тебя каждые пять минут, а когда у нас начались совместные репетиции, вообще изнемогал. Потом у вас начались шуры-муры с Перри. Я сначала обрадовался, думал, пройдёт, но стало только хуже. Смотреть, как она тебя лапает - удовольствие ниже среднего, скажу я тебе, - кисло промолвил Найл. - Теперь только ты будешь меня лапать, - улыбнулся Зейн, поглаживая Найла за ушком словно котёнка. Найл смущённо улыбнулся. - Иногда мне было совсем дерьмово, и тогда я на тебя злился. Думал, что таких как ты нужно изолировать от общества или выдавать лицензию на красоту, потому что иначе они будут разбивать сердца всем вокруг. - Найл, я самый обыкновенный, и не настолько красивый. Я во многом тебе уступаю, малыш, поверь мне! - Ты смеёшься? Да ты просто бог во плоти. С тебя картины писать надо, - Найл нежно улыбнулся и поцеловал Зейна в шею. Кожу в этом месте сладко защипало - А когда ты понял? - Недавно... - Зейну как-то не особо хотелось делиться этими подробностями с Найлом, так что он решил на эту тему не распространяться, но видимо, Найл думал по-другому. - Недавно, это когда? - Когда ездил домой... - Не мог выдержать разлуки со мной? - парень изогнул припухшие губы в похабной усмешке и кокетливо поиграл бровями. Зейн вдруг почувствовал себя ребёнком, попробовавшим шоколад на свою беду и желающим после этого достать побольше и объесться до потери сознания. Но максимум, что он себе позволил, это погладить Найла по щеке, потому что понимал, что им нужно поговорить. - Можно и так сказать. Но знаешь, в основном, я понял это благодаря моей сестре и некоторым нашим ярым фанатам... - В смысле? - Найл был явно озадачен. - А в том и смысле, что моя сестрёнка показала мне один порно ролик с нашим участием. - Ч-ч-что? - щёки Найла залил густой румянец, и Зейну захотелось запечатлеть этот момент. Все моменты, где Найл не такой как всегда - обаятельный, уверенный в себе мальчишка, а где он уязвим, пристыжен, где он открыт для Зейна, только для него одного. Такие моменты хотелось собирать, как драгоценные камни и жадно прятать в шкатулку, подальше от чужих глаз, чтобы в нужный момент доставать и любоваться украдкой. Зейн горячо зашептал Найлу на ухо, покусывая мягкую мочку и целуя в чувствительное местечко на шее: - Сафа показала мне ролик, где были мы с тобой, точнее почти - мы с тобой. Мы занимались сексом. Я был в тебе, и ты явно был не против. Ты так жмурился и стонал, обхватывал меня ногами, насаживался на всю длину, а я был в тебе по самые яйца, и нам было сладко, малыш. Найлу, очевидно, сорвало дыхание после этих слов. Он смотрел на Зейна потрясённо, влажными от возбуждения глазами, зрачки которых затопили почти всю радужку. Зейн всё-таки распустил руки и аккуратно пробрался под майку, поглаживая пальцами повлажневшую кожу на пояснице. Парень отреагировал как надо - задрожал, зажмурился и полез целоваться. Зейн раскрыл его рот большим пальцем другой руки, и Найл со стоном подчинился. Поцелуй был сладким, как патока и томным, тягучим. Они жадно ласкались языками, руками и телами. Найл целовался так, будто был готов отдать себя на расправу хоть сейчас, раздвинуть ноги и пустить в себя, настолько, насколько Зейну захочется, он будил в нём зверя, издавая эти голодные поскуливающие звуки. Он тёрся пахом о Зейнов член так, как будто пытался высечь искры, и ему, чёрт возьми, удалось. У Зейна от такой прыти в штанах всё закаменело. Даже в самых разнузданных позах с Перри ему не срывало так крышу. Зейну безумно хотелось взять Найла, отлюбить его всеми известными способами прямо здесь и сейчас, и одежда жутко мешала, только распаляя жажду. Но сними они её, и Зейн вряд ли бы мог поручиться за себя, поэтому он оторвал слишком инициативного друга от себя, чувствуя себя последним мазохистом. Тот уставился на него мутными глазами. Губы влажно блестели и ещё больше налились кровью. Зейн сглотнул. - Подожди, Найл! Мы хотели поговорить! Найл засосал кожу на обнажённой шее Зейна, словно в бреду шепча: - Мы поговорим, Зейн, поговорим. Только давай, чёрт возьми, для начала кончим. После этого у Зейна в голове остались только одни непечатные выражения. Он резко перевернул Найла на спину и буквально содрал с него рубашку. Покрывать эту загорелую кожу мокрыми поцелуями, засосами и синяками, чувствовать сладкий мускусный запах, от которого туманит голову и слушать эти самые стоны, было удовольствием почище самого изощрённого секса, который только был у Зейна. Он быстро расстегнул джинсы Найла и стянул с него штаны вместе с бельём. У Найла стояло. Зейн не мог отвести глаз от него. Там кожа была сливочного цвета, а из золотистых кудряшек поднимался член, весь влажный от смазки, красивый, с большой розовой шляпкой. Ни на секунду не останавливаясь, Зейн сжал его прямо у основания. Найл захлебнулся воздухом. Вверх-вниз - до боли знакомое движение. Он доставлял так себе удовольствие множество раз, а в последнее время он делал это думая о нём. Представляя себе, как бы всё могло бы быть. А теперь он ласкает Найла наяву, мог делать с ним, всё, что захочет, и это лучше всех его фантазий вместе взятых. Зейн ласкал Найла ожесточённо, оставляя мокрые засосы на внутренней стороне его бёдер и одновременно придерживая их, вылизывая чувствительную кожу яичек и местечко за ними, и дурел от всего происходящего - от его запаха, от скулящих звуков, вырывающихся из открытого рта Найла. Он не видел его глаз, но был уверен, что они распахнуты настежь, но ничего не видят. Он знал, что они сейчас чёрные, с тонким голубым ободком по краю, потому что Найл на пределе, потому что ему хорошо до беспамятства, и в этом виноват Зейн, который посасывает головку его члена,вылизывая маленькую дырочку на ней и пробуя Найла на вкус, одновременно двигая кулаком по стволу. Впервые в жизни Зейн кончил, отсосав парню. Хотя с Найлом, многое в его жизни было впервые. И Зейн был только рад этому факту.