Новый Бог

Меня всего трясло, пока я слушал наставления священнослужителя. Каким образом он нашел меня в толпе, догадаться было несложно, ведь сидящим в позе лотоса на земле был только я. Но как я ни пытался здраво оценить ситуацию и принять случившееся, душа рвалась на части... - ... Тебе не придется ни в чем нуждаться, - лепетал парень в темных одеждах, ласково мне улыбаясь. — У нас небольшая община, и никто чужой в нее не проникает... - Рука, - лишь произнес я, смотря сквозь монаха. - Что? - Рука, - повторил, уже возвращаясь из запутанных мыслей. - Руку можно как-то... вернуть? Магически, например. Я согласен поверить в этот бред про иномирян, других рас, вроде эльфов, которые обокрали меня в первый день пребывания в этой вселенной, и прочих существ, лишь бы был шанс вновь почувствовать пальцами левой руки раскаленный песок и холод каменных плит. - Как я знаю... - он замялся. - Тебе лучше обратиться к высшим магам, но они и разговаривать не будут, если за душой ни гроша. Стоило мне лишь услышать эти слова, как бесстыдная дама по имени «Надежда» с новой силой вгрызлась в сердце. Если есть возможность, хоть какая-то, не просто ощущать иллюзию присутствия руки, а именно вернуть, пусть даже не настоящую... а что-то вроде железной рукавицы - то я искренне буду стремиться к этой цели. - Наша община живет далеко от города за горой, в чаще леса, скрытая от глаз не избранных. - Хорошо, - кивнул я, согласный на все что угодно, лишь бы не сидеть здесь больше и не видеть эти падкие до крови лица. У монаха с простым именем Ким оказалась повозка с запряженной в нее лошадью. Когда я сел в нее, места осталось очень мало, но улыбчивый парень не сказал и слова на этот счет. Стоило нам только выехать из города, как я расправил плечи и погрузился в неспокойный сон, готовый проснуться хоть в пекле Ада - все лучше, чем это место, так «гостеприимно» принявшее меня под свое крыло. Что-то невесомое и легкое плыло по сознанию, перетекая из одного вида в другой, так и не принимая определенной формы. Словно через затуманенную пленку смотришь на происходящее, взирая на все сверху и не находя ничего грустного... Бесчувственность и безразличие тонкой границей проходило сквозь сон, оставляя дуновение прохладного ветерка на лице и спокойствие отчужденности. Уставши морально и физически, проспал до самого вечера, погрузившись в самую темноту собственной души и растворившись в этом великолепии спокойствия. Открыв глаза, я вновь ощутил давление реальности, взглянув на культю вместо руки. Сердце сжалось, но я отогнал грустные мысли, ведь лежал на мягкой перине. В небольшую комнату с приятным убранством через чуть приоткрытое окно заглядывала луна, улыбаясь мне своей незаконченностью круга. Потянулся, расправил плечи и понял, что кто-то меня переодел, а на левой обрубленной кисте недавно кто-то поменял повязку. От кожи сладко пахло розмарином и немного лимоном, она чуть блестела, видимо, втирали масла, и из-за этого голубой свет полумесяца яркими отблесками ложился на тело. Приятная хлопковая рубашка небесно-белого цвета и чуть сероватые брюки из приятной материи завершали этот ворох причин для переживаний... Я не собираюсь вдруг начать верить в ласковость этого мира магии. И наличие опрятной одежды и отличной постели скорее меня напрягает, чем наоборот. Ступив с постели на пол, я подошел к окну и внимательно оглядел местность, где был выстроен этот замок: верхушки деревьев колыхались в темноте, ложась неровными тенями на каменную защиту, что отрезала это место от всего остального леса. Открыть окно, не сломав его, не предоставлялось возможным - никакой ручки или чего-то вроде нее не было, так что я пока оставил попытки вдохнуть полной грудью ночной воздух. Пока паника всерьез не охватила меня, я решил найти какой-нибудь предмет из окружения, достойный быть оружием. Но взгляд невольно уткнулся в маленькое зеркало, что стояло на полке между какими-то кубками. Волосы слишком сильно отросли, я не привык носить «хвостик», предпочитая короткую стильную прическу, о которой здесь оставалось только мечтать. Но зато лицо уже не такое бледно-серое, как было раньше, пусть и прошлого блеска в глазах нет... Да и кто бы радовался в моей ситуации без одной руки? Лучше об этом не вспоминать. Хотя бы какое-то время. Как вариант, стать пиратом - туда меня примут, только увидев, тысяча чертей! По одним щекам можно сразу понять, что набрал вес, но до прошлых объемов далеко. Везде надо искать плюсы, даже в том опыте, который получил, будучи вором. Недолго, но поучительно. Когда дверь отворилась, я уже начал догадываться, в образе кого попал в эту комнату, в это довольно странное место. «Община», как сказал мне Ким, представляла собой далеко не обитель одухотворенных людей. Та же мебель или моя одежда легко открывали взору суровую действительность - это притон. Пусть и добротный, скрытый от глаз остальных людей и, возможно, элитный, но обычный дом для продажи тел. И я - одно из таких тел, даже не самое дорогое. С таким-то дефектом... - Сколько, говорите? - донеся до меня чей-то скрипящий голос. - Ничтожная плата за столь хрупкое тело, - тон, с которым это сказал Ким, заставил меня вздрогнуть. Хрупкое? Как низко я пал. - Ты уже проснулся, - обрадовал меня своей улыбкой парень, будто и не было ничего странного в том, что я вместо церковного приюта попал в руки дилеру тел. - Очень хорошо. Надеюсь, ты не проголодался и готов принять первое дело здесь, в общине. Странно, что он не начал ничего плести о важности сексуального рабства и того, какой свет оно несет в мир. Очищение от желания, освобождение от бренных одежд и возвращение в ту стезю, от которой сбежали люди, прикрывшись разумом. Мне нужно в ораторы. Легко зазову работать секс-игрушкой любого своим красноречием. Ким отошел в сторону, открывая моему взору невысокую тучную женщину. От одного ее вида у меня к горлу подкатил противный комок. Но вместо того, чтобы выказать свое недовольство, я почему-то слабо кивнул, сглотнув. Ким тут же исчез, закрыв за собой дверь, а я в непонимании взглянул на клиентку этого «заведения». Меня передергивало от одной мысли, что ее нужно трогать, и улыбка, что появилась на ее лице, ничуть не улучшила ситуацию. Не сказать, что я не люблю секс или что-то вроде того, я даже предпочитаю девушек, у которых есть за что ухватиться, но чтобы все было настолько… тщетно. Может, и не сто килограмм, вот только то, как одежда сидела на ней, впиваясь в бока и создавая складки на теле, вызывало лишь отвращение. Она даже не стеснялась своей фигуры, раскрепощено начав раздеваться, а я, поддавшись неожиданному порыву, решил остановить ее, продлив свое мучение еще на пару мгновений: - Может, сначала поговорим? - О чем? – поразилась она моему вопросу, продолжая расстегивать пуговицы на своем воротнике, что был под самый второй подбородок. Ее сальные пальцы не справлялись, и это выводило меня еще сильнее. - О том, как ты сюда приехала… О чем-нибудь. Женщина удивленно взглянула на меня, на пару мгновений замерев, тут же внимательно сузила глаза и, не веря, прошептала: - Девственник? - Что? Нет. - Тогда чего боишься? Мне показалось, или в ее тоне была нотка разочарования? Ну, да… купить невинность подешевле не всегда удается, а тут, стоило ей только понадеяться, такая неудача. Но ведь это она – женский пол, а мужская чистота никогда не ценилась на вес золота! Пока я думал над ответом на вопрос, клиентка успела снять верхнюю одежду, неожиданно став ловкой. Незамедлительно приступила к нападению, приближаясь с явным желанием слиться в незабываемом поцелуе. Я отвернулся, закрыв ладонью лицо, потому что не хотел на нее смотреть, и ее это немного разозлило. Так что в следующее мгновение она сжала меня в своих огромных объятиях, сдавив грудную клетку. - Нечего ломаться, - томно зашептала. Я бы мог заломить ей руки или больно ударить, но в моей власти осталась лишь одна пятерня, и с культей сильно не повоюешь. Ее губы были слишком близко, и пахло изо рта чем-то смоляным, неприятным. Поддавшись панике, что дышать тяжело в таких объятиях, схватил с полки один из небольших кубков и несильно приложил им. Женщина, будто кукла, у которой отрезали нити, медленно осела на пол, пусть даже я попытался затормозить ее падение. И только когда внимательно осмотрел ее лицо, понял, что ударил в висок, и на коже выступила чуть желтоватая жидкость, по своим свойствам напоминающая кровь. - Не человек, - скорее утвердительно заметил я, роняя кубок на пол. – Надеюсь, это ее не убило… Черт! Я положил два пальца ей на шею, надеясь, что в строении мы не сильно отличаемся, и у вида этой женщины есть вены в теле. И они проходят по всему телу, а не только в какой-то определенной точке. Прошло пару мгновений и ничего, никакого пульса. Я забеспокоился. - Но ведь я и не собирался становиться проституткой, так что это… к лучшему, - в отличие от слов, сам я не чувствовал себя уверенно и корил за возможное неловкое убийство. Найдя в ее вещах несколько бумажек-денег, я запоздало понял, что в моих брюках нет карманов. Пришлось засунуть их под резинку и надеяться, что они не пропадут. Сбежать – таков план. А значит, нужно думать, как это сделать. Выбор пал на выход из окна, ведь не так далеко были сами ворота, и если забраться на дерево, крона которого близко к стеклу, разве что ветки не бьются о него, то потом можно легко перебраться за пределы этого замка. Так как путь по коридорам мог закончиться не лучшим образом, я решил попробовать себя в роли скалолаза. Даже с одной действующей рукой. Взяв откатившийся к постели кубок, я ударил им по стеклу, прикрыв локтем левой руки лицо. Сильного звона не было, но я решил поторопиться. Промозглый ветер тут же ворвался в комнату, заставив меня на секунду закрыть глаза. Когда я разбивал окно, пару осколков все же больно врезались в кожу на правой кисти, порвав белую материю, которая за мгновение впитала в себя кровь, и дальше двигаться так я не мог. Пришлось вытаскивать стекло ртом, осторожно зубами вынимать каждый кусочек, пока все три стеклянных осколка не оказались на полу. Встав на подоконник и взглянув вниз, я сглотнул: подо мной было метров пять, но и этого хватит, чтобы разбиться насмерть. Но я решил даже не думать об этом, выйдя за пределы помещения, где оставалось неподвижно лежать тело женщины, и схватился пальцами за зазор между элементами каменной кладки. В этот раз все было куда страшнее, чем тогда, когда я прорывался в дом мэра. Здесь любое мое движение могло сыграть на руку смерти с косой, что явно имела на меня зуб. Долго так держаться на одной руке я не мог, так что осторожно оглянулся назад и приметил куда прыгать. Зажмурился, слушая завывания ночного ветра и стук собственного сердца, и развернулся. Немного не рассчитал прыжок и больно ударился грудью об одну из веток, зато крепко схватился за другую и не упал. Прошло еще пару долгих мгновений, прежде чем я собрался с духом и силами, чтобы совершить еще один шаг навстречу своей свободе. И даже когда залез на ворота, было рано расслабляться – я услышал, как кто-то в той комнате закопошился, и через мгновение какая-то тень появилась в оконном проеме. Прошла секунда, и эта тень прокричала, чтобы меня искали. Если прежде я уже начал подумывать вернуться на дерево и спуститься вниз, то теперь у меня был один путь – прыгать с трехметровой высоты в траву. Закрыл глаза и убрал из головы лишние мысли, абстрагировавшись от звуков снаружи. Сказались тренировки и обучение в моем мире и здесь, так что я сгруппировался еще в воздухе, лишь немного повредив колено при ударе о землю. Но останавливаться было нельзя, и я кинулся в чащу леса, надеясь найти быструю смерть или спокойную ночь, желательно в тепле… А еще мне безумно захотелось есть, ведь кроме того несчастного яблока еще прошлой ночью, я ничего не брал в рот. Даже маковой росинки. Но времени думать об этом нет. Нужно бежать вперед, в чащу леса. Не разбирая дороги, я кинулся в темноту, освещаемую лишь невесомыми лучами звезд и тускнеющей луной.