Новый Бог

На заре поднебесной медленно опускался яркий солнечный диск, а в воздухе витало скользкое чувство утраты вместе с запахом тухлой рыбы, которую минуту назад пытались продать мне по цене только что выловленной, в то время как я бежал за несносным ребенком по главной улице Шамтира. Его белая макушка мелькала средь разношерстных личностей, пока я пытался, не привлекая внимания, поймать мальчугана. Лили, как я ласково его звал в минуты нежности, гнал вперед быстрее петарды, не иначе, и одним столкновением с посетителями рынка я не отделался. Очередной раз ударившись о чье-то плечо, я устало остановился, положив ладони на колени и сложившись пополам, как этот мелкий уже оказался подле меня со счастливым выражением лица и неизвестно откуда взявшимся яблоком ярко-зеленого цвета. Со смачным и таким сладким звуком вкусив сей спелый и сочный плод, Лили радостно мне улыбнулся, будто и не было секунду назад этого нелепого побега, и мне все показалось. - Ма запыхался? – поинтересовался он, обеспокоенно изучая мое напряженное лицо. Люди вокруг странно на нас поглядывали, не понимая, что происходит и почему вампир-мальчик с кроваво-алыми глазами ест яблоко вместо моего горла и при этом называет меня «Ма». - Сколько раз просил тебя не… - начал я, но замолчал, встретившись с расстроенным и немного обиженным взглядом красных очей мальчишки. – А, ладно… Пойдем, вернемся в паб, а то скоро будет слишком поздно для праздных покупок. И… Лили, прошу тебя, надень капюшон. Вампирёнок с пепельно-белыми волосами надул алые губки, но все же последовал моей просьбе, тут же схватившись за мою ладонь. Он с силой сжал мои пальцы через перчатку, что я скривился от боли, зато не закричал и из глаз не полились слезы. Все же за последнее время привык к его безумной хватке, что уже могу побороть свои первые позывы тела избегать любого контакта с этим малышом. - Ма хочет? – протянул мне обгрызанное яблоко этот ребенок, и я закатил глаза к уже потемневшему небу. - Спасибо, Лили, не стоит. Когда мы пересекли порог паба с парой пустующих комнат на втором этаже, внутри уже бурлила ночная жизнь, полная легкого эля, терпкого вина и сладких булочек с мясом. Конечно, ко всем этим прелестным напиткам и яствам примешивался невыносимый запах пота, неприятных интимных шуток, сальных конечностей на пятых точках дам в отвязных нарядах, и курево. Таверны, пабы, дорожные забегаловки настолько пропахли сигаретами самого низкого качества, что этот «аромат» уже начал мне казаться неотъемлемой частью пути. Разве что в течение последних трех дней, когда мы с Лили шли через лес к этому городу близ окраины Арзамара, я успел в полной мере насладиться не только прелестями ночевки на траве под открытым небом, но и привыкнуть к чистому воздуху – единственному плюсу такого рода пеших прогулок. С момента появления Лили в моей жизни многое резко поменялось, но все же основное осталось неизменным – я был тем, за кем неустанно охотились и кого желали убить. А значит, независимо от количества золотых монет в кармане моих темно-синих брюк, я все еще не могу себе позволить оставаться в более приличных местах, чем эти… заведения для людей-инкогнито. Я откинул капюшон, когда пошел к стойке, за которой стоял знакомый нам с Лили по утреннему визиту сюда хозяин этого паба, и постарался быть вежливым: - Сегодня здесь много народу. - Это точно, - усмехнулся на мою неискреннею улыбку мужчина, тут же подгоняя свою жену отнести новую порцию непотребного пойла за столик неподалеку. – Ваша комната готова, мальчики. Он подмигнул Лили, стараясь незаметно подсмотреть под натянутую по самый нос темную материю одеяния мальчика, но ничего не вышло. Иногда этот ребенок поражает меня тем, что умеет вовремя собраться и перестать играть со мной в прятки… Поднявшись наверх и заперев на все возможные засовы дверь (даже подперев ее стулом, на всякий случай), а так же задернув темные шторы, я позволил себе расслабиться и снял перчатку с левой руки. Комната вмиг окрасилась в зеленый цвет, отчего мгла отошла в самый край помещения, скрываясь за предметами мебели, коих было немного, и таясь в углах. - Как светлячок, - восторженно пробормотал мальчик, подвигаясь ближе и невольно протягивая свою маленькую пятерню. Я зорко взглянул на него, и вампирёнок отпрянул обратно, расстроено сев на край постели. Устало выдохнув, я в который раз попытался объяснить ребенку, почему никому нельзя трогать эту руку: - Лили, малыш, ты же знаешь, что огонь – не игрушка? - Огонь не бывает зеленым, - надулся еще сильнее малыш. Я потрепал мальчугана за щечку и нежно прижал к себе, усадив на колени. Он с благоговением стал изучать ласкающие языки пламени на коже моей левой руки, но, все же не касался ее и не тянулся притронуться к ней, что радовало безмерно. Между пальцами выступал пот из-за постоянного ношения перчатки, и кожа ужасно прела в этой жаре, но это было лучше, чем гонение и ненависть, которая, я уверен, изуродовала бы лица окружающих, стоило только показать эту «красоту». Воспоминания того дня, когда я очнулся в лесу от безумного жара по всему телу, болью отразился в сердце. Казалось, что я по-настоящему горю, и это безудержное пламя медленно поглощает меня, частичка за частичкой, клетка за клеткой. И пока я выгибался на траве, беззвучно моля небо о прощении, на черном пологе надо мной светились звезды. Они словно перекликались друг с другом, нервируя меня своим блеском. Это был первый день моего побега после поце… смерти Шайри. Стоило же мне только взглянуть на свою левую руку, как я тут же закусил правый кулак, чтобы невольно не сдать свое месторасположение возможной погоне, – она горела. Сначала это было чистое зеленое пламя, без какого-либо намека на плоть, но спустя пару дней я заметил, что под перчаткой от драконьего дыхания (которая даже не поступила в местные элитные магазины для продажи) я уже ощущаю что-то твердое… Видеть собственные кости было, мягко скажу, странно. Зато я этим впечатлил Лили, когда нашел его… Вернувшаяся рука меня, конечно же, радовала, даже если первое время это были лишь кости, до первой боли по ночам. Каждую ночь, с того момента, как начали нарастать мышцы на пальцах, я кусал простыни либо жевал траву с землей (смотря где везло оказаться), туша крики. Сейчас уже было лучше, но я все еще засыпаю с неохотой, уже ожидая очередную порцию агонии. - Лили, ты спишь? – осторожно поинтересовался я, резко очнувшись из дремоты, в которую погрузился. Мальчик мило дремал, посасывая большой палец, и я аккуратно встал, чтобы не разбудить его. Как и обычно бывает в таких ситуациях, мне казалось, что я закрыл глаза секунду назад, а на самом деле, надев перчатку и чуть отдернув штору, увидел светящийся в небе полумесяц. Значит, прошел минимум час или даже два. Сна, на жалость, не было ни в одном глазу, так что я решил спуститься вниз, впустив в свой спокойный мир чуть взбалмошности и безумия первого этажа паба. Казалось, что весь мир застыл с того момента, как я поднялся наверх вместе с Лили, и только сейчас отмер: словно бы те же лица, те же фразы, улыбки, пьяный смех, рваные разговоры без смысла, неуместная ругань и легкие драки, пока в кого-то не полетит нож хозяина, пускай и промажет. На этот раз. То, что я был одет лишь в одни брюки и легкую рубашку, вместо вездесущей накидки с капюшоном, привлекло ко мне чуть больше внимания, чем я бы хотел. Моя любовь к светлой одежде пусть и не могла выразиться в белом пиджаке и бежевых сапогах, но вот свои три хлопковые рубашки я люблю безмерно, и почему-то в голову не пришло, что стоило переодеться во что-то… более темное и присущее местам общего посещения. Когда же общее удивление спало (и оно понятно – настолько чистая ткань без следа крови и темная перчатка на левой руке), я смог спокойно в одиночестве выпить немного томатного сока – единственный безалкогольный напиток, который оказался в «меню» этого заведения. Далеко не сразу сквозь общий шум и гам до меня дошло, что кто-то в дальнем углу пытается привлечь моё внимание. Лишь когда этот субъект поравнялся со мной и потрепал по плечу, я понял, что эти «эй, милашка» были обращением к моей скромной персоне. - Да? – осторожно поинтересовался я, внутренне напрягшись от такого отношения к себе. Перед моим взглядом оказался местный представить расы дроу: высокий темнокожий эльф со светло-голубыми волосами и глазами цвета спелой вишни. Он без зазрения совести оглядел меня с ног до головы, за мгновение оценивая с высоты своего роста, и ухмыльнулся принятому в своих мыслях решению, после чего все же соблаговолил ответить на немой вопрос, что уже с минуту застыл на моем лице: - Пересядешь к нам с сестрой? Парень выглядел типично для своего вида, будто сбежал из магазина садо-мазо, не иначе: кожаные полоски ткани по всему телу, на мой взгляд, ничуть не защищающие ни от заинтересованных взглядов, ни от серьезного оружия. Я устало выдохнул, чувствуя, что нервозность, спавшая после того, как я выяснил по взгляду его глаз истинную причину его возникновения возле меня, стала возвращаться. - Спасибо, я устал и мне не до общения с кем-то. И уж точно, не до знакомства. Моя попытка быть с парнем вежливым и учтивым пролетела мимо кассы. Я легко это понял, ведь он не перестал трогать меня за плечо (практически мять его своими пальцами), да еще вновь заговорил уже куда более ласковым голосом. И в каждой гласной его слов было столько патоки, что я не понял, почему во рту остался странный привкус помидор, вместо меда: - Не будь таким занудой, малыш. Дроу не кусаются, - он сделал паузу, дождавшись моего полного внимания, - разве что иногда. Захотелось вдарить ему меж челюстей, дабы выбить пару светящихся белоснежной голубизной зубов. Но я сдержался и даже улыбнулся в ответ на этот наглый флирт с его стороны: - Я сказал: «спасибо, нет». Надеюсь, на этом мы закончим представление для местных посетителей. Парень оглянулся на других присутствующих, и все тут же уткнулись в собственные напитки, словно бы секунду назад не навострили свои уши-радары на наш с ним разговор. Он усмехнулся, но не отбросил в сторону свои бессмысленные попытки подкатить ко мне. Дроу взял неподалеку стоящий стул и сел рядом со мной, жестом подзывая кого-то. Через пару мгновений с другой стороны ко мне подсела еще и женская его копия. Разве что с одним отличием – она была безумно сексуальной. От макушки до самых ног его тело было открыто настолько, что простор для фантазии любого мужчины был ужат до минимума, а ее кожа ластилась в лучах полумесяца, что мягко проникал в помещение сквозь окна с улицы. Девушка сразу заметила мою заинтересованность и соблазнительно улыбнулась, качнув плечом. Я постарался засунуть собственные желания куда подальше, пока не оказался втянут в некую оргию меж двух близнецов-дроу, что, несомненно, являлось тайной мечтой всего паба, и встал с места, как можно скорее удалившись в свою комнату наверху. Только прижавшись спиной к двери, я почувствовал себя в мнимой безопасности. В голове до ненависти к самому себе стучала фраза парня, которую он кинул, как только я поднялся со стула. «Милашка, не будь девственницей»… - Черт, что за ерунда, - устало прошипел я сквозь зубы, ударив затылком о твердую поверхность дерева. – Нам надо будет завтра же менять свое место на ночлег. И все из-за моей бессонницы… Стоило прямо сейчас сорваться и сбежать отсюда, но будить столь ангельски спящего Лили было невозможно. Так что эту идею я отбросил в следующее же мгновение. Ругать себя не было смысла, но я предался этим стенаниям на ближайшие пять минут и только потом, засыпая, вспомнил, что не заплатил за свой сок. Рано поутру я был разбужен обеспокоенным чем-то Лили, мальчик отчаянно требовал уйти из паба куда-нибудь подальше и, если быть честным, я настолько вымотался за очередную мучительную ночь, что далеко не сразу вспомнил события вчерашнего вечера. Вампирёнок за считанные мгновения собрал свои вещи в мой рюкзак и вышел в коридор второго этажа, я незамедлительно последовал за ним и замер у двери. - Доброе утро, - поприветствовал меня ночной кошмар в черной одежде, которая, кажется, скорее раздевала, чем прикрывала хоть что-то на его идеальном теле. Лили с напутственной вежливостью кивнул на его слова и перевел свой взор алых глаз на девушку, что стояла неподалеку от своего брата. Дроу была привлекательной по всем параметрам: красивая грудь больше второго размера, аккуратно «упакованная» в обтягивающем ее стан топе из кусков кожаной ткани темного цвета, округлые бедра и пресс не хуже, чем у рядом стоящего темнокожего парня. Такой, чувствую, палец в рот не клади – не только заткнет дерзким словом, но и воткнет один из своих кинжалов, что миролюбиво прикреплены к ногам с помощью довольно необычного механизма из застежек, меж глаз. - Уже уходите? – поинтересовался ее брат, так и не дождавшись от меня и слова. Я постарался стереть ошарашенное выражение с лица и нахмурился: - У нас дела. Правда, малыш? – я подмигнул Лили. - Не думал, что тебя привлекают дети, но нужно было сразу сказать об этом, - с усмешкой на устах произнес парень, а я ужаснулся от его мыслей. - Что за? – мой гнев потонул в горле, не смея вырваться наружу из-за обуревающих меня эмоций. – Лили мне как ребенок! Я нелепо прижал мальчугана к себе, защищая от взора двух надоедливых дроу. - Вергиль, ты переходишь грань, - заметила девушка, лучезарно мне улыбнувшись. Она нагнулась и поманила Лили, так что мальчишка тут же отошел от меня, и не чувствуя исходящей от дроу опасности, приблизился к ней. Я же почему-то следил за происходящем со стороны, лишь на секунду попытавшись остановить вампирёнка от этого шага, но схватил пустоту. - Какой милашка, - потрепала светлые волосы мальчика она. – Как зовут? - Лили, - представился ей он, как когда-то мне. - А меня – Зарина. Будем дружить? – она протянула ладонь мальчику, и тот, не раздумывая, ее пожал своей маленькой пятерней. - Все представились, кроме тебя, - заметил парень по имени «Вергиль», на что я лишь фыркнул. - Лили, пошли… Ты же сам хотел уйти, - напомнил я мальчишке, но он уже совершенно меня не слышал, завороженный то ли красотой девушки, то ли ее сладкими речами. Когда же Зарина достала из-за пазухи сахарный леденец, мое терпение кончилось. Хотя оно исчезло в мгновение раздевания меня взглядом достаточно надоедливого Вергиля, но последней каплей было именно это… - Лили, пошли, - чуть грубо произнес я, пройдя мимо парня и схватив мальчика за руку. – У нас мало времени. И не бери ничего у незнакомцев! - Ма, а насчет яблока ты ничего не говорил! – обижено заметил Лили, потянувшись к улыбающейся девушке. - Ты так и не сказал свое имя! – кричал мне вслед дроу, пока я, не оглядываясь, спускался по лестнице вниз. Отдав пару монет хозяину паба и ключи от комнаты, мы с Лили выбежали наружу, где свежий воздух перемешался с ароматом конского навоза и свежескошенной травы. Только когда мы с ребенком завернули за угол, я смог успокоить дыхание и сердцебиение, а так же приодеть Лили, а то в таком виде он один привлекал слишком много внимания. - И зачем ты пошел к ней? – хмуро спросил его я, поправляя складки на накидке. - У нее глаза как у мамы… - еле слышно пробормотал Лили, и я сжал его в объятиях. Какое-то мгновение мы так стояли, пока я тяжело не выдохнул и не попросил так больше не делать. Лили слабо кивнул, и я понадеялся, что та парочка дроу не решит проследить за нами дальше паба. Ох… Я же прекрасно осознаю тщетность этой надежды! Этим же вечером в таверне на окраине города я вновь встретился с двумя представителями расы темных эльфов. Лили первым заметил их присутствие, когда мы спустились перед самым закатом, чтобы поесть. Вампирёнок слабо улыбнулся и указал рукой на наших недавно знакомых личностей, которые незамедлительно решили присоединиться к нам и сели за столик, притащив с собой стулья. - Бессмысленно скрываться от нас, - озвучил мою мысль Вергиль, положив руку на мое плечо и заставляя, таким образом, сесть обратно, хотя я пожелал бы сбежать обратно в комнату наверху. - Что вам надо от нас? – зло прошипел я, надеясь, что никто из постояльцев не слышит мой недовольный тон. Таких спокойно пьющих своё горькое пойло в углах таверны было не очень много. Пока что. - Просто путешествовать вместе. Ни много ни мало, - ответила Зарина, водя указательным пальцем по краю своего деревянного стакана. Ее темный ноготь окунулся в пивную пену, и она незамедлительно облизала ее языком с кожи. - Нет, - грубо ответил я. – Нам не нужна ни помощь, ни лишние рты. - Мы можем постоять за себя, - заметил Вергиль. - Да зачем вам это понадобилось вообще?! – окончательно разозлился я, взорвавшись и стукнув ладонью по столу. - Ты понравился моему брату, - взяла первенство ответа на себя девушка. - Я предпочитаю противоположный пол, - фыркнул на это заявление я. – И каким бы замечательным и привлекательным я ни был, но мне слабо верится в эту версию. Я жду правду. - А если я скажу, что мы знаем, кем является этот мальчуган рядом с тобой? – тут же отозвался Вергиль, кивая в сторону Лили. Так, а теперь главное – не выдать себя. Потому что я сам не особо в курсе, что за вампирёнка я спас на свою голову меньше недели назад. Разве что я помню, что это был тот самый малыш, которого держал на руках хозяин дома, куда я ворвался с попыткой воровства, прямо перед отрезанием одной своей пятерни. - И? - Думаю, если мы будем держаться рядом, когда он вернет власть своего отца, то… Ты сам понимаешь, что бедная жизнь не будет ждать нас. - А в ином случае? – решил зачем-то уточнить я, хотя это читалось и так в их алых глазах. Что за кровопийцы окружают меня? - Мы сообщим о находке местной власти. И не думаю, что тебя примут за его спасителя, - вместо брата произнесла Зарина, отчего Вергиль расстроено захлопнул рот. - Будто вы не понимаете, что в этом случае подпишите ему смертный приговор! – сжав челюсти, заметил я, невольно схватив Лили за руку. Мальчик либо не понимал серьезности разговора, либо же просто изображал невинность. Я все еще не могу поймать эту его грань. Нужно успокоиться. Я выдохнул, мысленно досчитал до десяти и произнес: - Он еще ребенок и не сможет быть один. - Будешь его нянькой до его совершеннолетия? – цокнув языком, сказала Зарина. – Знаешь, сколько лет должно быть вампиру, даже полукровке, чтобы считаться взрослым? - Тогда какая выгода вам? Будете ждать? – скептически заметил я, зло переводя взгляд с одного дроу на другого. - Мы, в отличие от тебя, человек, живем дольше. И не думаю, что ты в одиночестве сможешь защитить эту тайну, если даже мы раскрыли личность мальчика, - кивнула девушка, соблазнительно улыбнувшись, но ее магия эротики перестала на меня действовать с того момента, как я выяснил истинную причину ее внимания. - Хорошо. Отлично, - я зарылся лицом в ладонях. – Делайте, как знаете. От них нужно избавиться. Пока не знаю как, но это проблема непосредственно будущего, а значит – расслабляться не стоит. Такие и нож в спину воткнут, а Лили отдадут на растерзание. Ведь после смерти отца он находится в настоящей опасности, уверен, масштабы которой я даже не могу представить! - Так как тебя зовут, сладкий? – подал голос молчавший прежде Вергиль. И, честно, лучше бы он и дальше сидел, зажав язык меж зубов. - Марсель, - представился я. - Как? – он наклонил голову, а я издал болезненный стон. Почему они нормально воспринимают свои запутанные имена, а мое обычное вызывает такое отторжение памяти? - Забава Путятишна, блин! – рявкнул я, поднимаясь со своего места и хватая за руку Лили. Перед тем как я вновь оказался в непосредственно мифически защищенной комнате, этот дроу успел забить еще один гвоздь в гроб моей гордости: - Отличное имя, Забава. Я его уже ненавижу.