Новый Бог

Медленно погружаюсь в воду, растворяясь в течении и безумно вязкой стихии. В голове проносится вся жизнь, начиная с первого дня, который помню. Эти воспоминания отдают горьким вкусом, а внутри появляется наивное чувство, что есть шанс что-то изменить, от которого щемит в сердце. Но стихия неумолима, и я опускаюсь все ниже, в водовороте эмоций исчезая мысленно и физически. Лили открывает рот в теплом течении, и шар воздуха быстро устремляется вверх. Малыш кричит что-то, пока меня уносит от него все дальше, все глубже… Черная жидкость повсюду, заполняет нутро, не оставляя места для самого меня. Это противное нечто с чуть прозрачной консистенцией отдает болью и еще множеством разных эмоций, каждая их которых иголкой впивается в тело. В какой-то момент дно корабля оказалось слишком близко, чтобы мне не испугаться за Лили. Я попытался дернуться в сторону, но успеть за короткий срок скрыться с пути практически невозможно… Приходится опуститься ниже, и в одну минуту появляется невыносимое чувство, будто грудную клетку сжимает чья-то рука. Я отчаянно выдыхаю воздух, а Лили испугано на меня взирает… А уже в следующее мгновение я тону, отчаянно хватаясь за белые пальчики маленького вампира, так естественно и просто плывущего надо мной. Внутри больно, холодно и склизко. Так же, как и снаружи. Я закрываю глаза, отдаваясь этой неумолимо тянущей энергии пустоты… - Ты отвратительный сын! – слышу я сквозь воду, пытаясь убрать ладонь с груди, которая давит на меня с безумной силой, не позволяя подняться из ванны. Воспоминания накатывают с головой, противно-реальными кадрами кинопленки прокручиваясь перед глазами. - Ничтожество… Не можешь научиться плавать? На что ты такой мне вообще нужен?.. Очередная бессмысленная попытка ребенка двенадцати лет вырваться из сковывающих рук, чтобы вновь вдохнуть такой нужный воздух. На мгновение, в порыве борьбы, удается наполнить легкие кислородом вперемешку с водой. Мышцы ноют от бессилия, но куда хуже от осознания факта, что происходящее в голове не выдумка… - Хватит! Прекрати! Ты решил убить ребенка? – слышен надрывный голос мамы сквозь толщу противной прозрачной, но такой невыносимой жидкости. – Так не учат плавать! Звук удара, и наконец удается вылезти из ванной. Вода стекает с мокрых волос, с кожи, она будто до сих пор везде, где только можно и нельзя, обволакивает естество, присутствует в каждом отдельном промежутке времени и пространства. Вздох, как благословение, а в глазах ужас. Открываю веки и впиваюсь взглядом в скрывающуюся из виду фигуру Лили. Он такой маленький в этом пространстве, такой далекий и такой родной… Мне хочется стать ему опорой, но пока я лишь сильнее погружаюсь в пучину отчаяния. И следующий кадр жизни… Кажется, что уже умер, что уже не существует надежды, что сопротивляться нет смысла, что ты просто ничтожная песчинка. Края бассейна далеки, а я на самом голубом дне, смотрю на такие же небеса с вкраплением белых размытых линий – облаков. В стеклянных глазах пустота, а люди вокруг резвятся – им глубоко плевать на того, кто пал так низко, что решил утонуть в столь радостный день. Окончание института. Красный диплом. Знание трех языков. Изучение четвертого. Прекрасные способности в двух видах спорта: в прыжках в высоту и беге. Идеальная девушка, но… «Ты не соответствуешь», - всего одна фраза, и мечта об улыбке отца рушится о серую действительность, где его лицо остается недвижимой маской. Соответствие? Какого черта! - Отец, я стараюсь соответствовать твоему статусу и требованиям. Я хочу внимания! Я хочу знать, что нужен тебе, несмотря на то, что по одному предмету у меня чуть не вышла четверка вместо «отлично». А ты отвечаешь мне тем, что просто выписываешь новый чек! – срываюсь на крик, но вместо звука будто раздается какое-то бульканье. Я тону, просто стоя посреди кабинета отца, пока он, не поднимая на меня и взгляда, продолжает подписывать какие-то документы. Пятна появляются перед лицом, я хватаюсь за горло с безумным желанием разорвать ткани, чтобы дышать было легче. До боли в коже провожу ногтями по груди, впиваясь ими в рубашку. Ослабляю галстук, закрываю лицо руками, складываюсь пополам, падаю на колени, больно ударяясь о паркет… - Акула бизнеса, - одними губами. Хочется бороться с затягивающей пучиной, но ради чего? Ради чего вновь страдать, каждый раз поднимаясь с пола, в надежде, что никто не отправит в полет. Может, проще поддаться разок этому чувству? Лили! Это имя красной молнией проникает в сознание, заставляет очнуться от вязкого сна. Открываю глаза, переворачиваюсь на бок и выплевываю на землю черную, будто нефтяную, воду. - Марсель, ты как? – слышу слишком отчетливо вопрос от знакомого голоса, но ответить пока не могу. Положив ладони на чуть мокрую почву, наслаждаюсь этим чувством близости к земле, к чему-то кроме воды. И пускай смоляная жижа капает с одежды, с волос, с носа и оставляет противные капли на коричневой рыхлой поверхности, но это мгновение изумительно. - Он очнулся! – доносится откуда-то сбоку. Ласковые переливы колокольчика я ни с чем не спутаю – Зарина собственной персоной. - Что… - я открываю рот вновь, не в силах противостоять желанию избавиться еще от небольшого количества неприятной жидкости, которой слишком много для меня одного. – Что случилось? Где мы? - Успокойся для начала, - легкое касание спины ладонью. – Ты три дня был без сознания. - Три дня? – удивленно повторяя за ней я. – Но как?.. Почему я плююсь водой? Ответ приходит с другой стороны, от Нали. Парень будто материализуется из ниоткуда, обеспокоенно помогая мне подняться с колен и наконец принять вертикальное положение. - Это потому что вода необычная. В этой части моря достаточно неспокойно, как ты заметил… - лекарь замолкает. – А данный вид черной жидкости называется «нисо», что на диалекте нагиров буквально переводится «проклятая вода». - Явно так не может называться что-то обычное и светлое, - фыркаю я, убирая остатки с краев губ. Меня все еще мутит и в голове стоит противный гул, но уже намного лучше. Окончательно придя в себя, я замечаю, что парень как-то странно близко стоит ко мне, положив ладонь на мою талию. Осторожно отстраняюсь, но Нали тут же пытается вновь помочь, будто я настолько слаб, чтобы… Да, я вновь падаю на землю. - Не геройствуй, - корит меня блондин, нахмурившись. – Еще никто на моем веку не выживал после того, как захлебнулся таким большим количеством нисо. - Давай я тебе помогу, - говорит Зарина, и я тут же чувствую ее нежные ладони на спине, после чего девушка дергает меня на себя, заставляя вновь подняться. – Нам нужно спешить, вдруг пираты передумают… - Пираты? – я удивленно моргаю, в тайне наслаждаясь близости с девушкой. Замечаю Лили, дремлящего у кого-то из парней на руках, и улыбаюсь тому, что с малышом все в порядке. Внутри становится легче… - Да, пираты, Марсель, - не без грусти отвечает мне дроу. – Мой брат, он… он поступил опрометчиво, продав себя им в обмен на наше спасение. … ровно на мгновение. - Что? Как это случилось? – выдыхаю, обернувшись. – Как пираты вообще на это согласились? - У всех есть правила, - отвечает вместо моих знакомых невысокий парнишка с копной рыжих волос и ярким блеском зеленых глаз. – А уж у пиратов и подавно. Держать в хаосе свору бешеных псов, готовых перегрызть друг другу глотки из-за монеты? Такое не под силу ни одному богу. У них правила посерьезней, чем во флоте. - Главенствовать над хаосом может только гений, - вспоминаю я чью-то фразу. Зарина утыкается носом мне в плечо, и я чувствую ее боль на ментальном уровне, хотя она даже не сжимает мою руку, а лишь нервно теребит кожу через ткань ноготком. - Он, прежде чем пираты успели посчитать нас зависимыми от их помощи, поставил себя перед ними в положении посла. Вергиль попросту предложил им вместо того, чтобы сделать нас всех рабами – свою помощь, - девушка тяжело выдохнула, опалив кожу своим горячим дыханием. – Дроу, поклявшийся служить, – это очень дорогая победа. Она стоит жизни миллионов, потому что дроу, однажды вставший на колени перед хозяином, становится не просто его вечным помощником, но и все его последующие поколения будут обязаны помогать детям человека, который получил в награду признание любого из нашей расы. Я не могу сдержать своего восхищения, и догадка по поводу того, почему двоим дроу так хотелось помочь мне с Лили, приходит в одно мгновение. Многое встает на место. - И все это время?.. – я боюсь быть сильно настойчивым, но мне нужно знать, как мы оказались на этом каменном побережье. - Ты был без сознания. Мы думали, что ты не выживешь. Ты был очень плох. Я не обращаю внимания на слова рыжеволосого парня, потому что впервые за все время внимательно оглядываюсь и замечаю, где именно мы находимся: песчаный пляж в паре метров от меня резко заканчивается, так что я стою на темной земле и парой травяных пучков на ней, но впереди возвышается целая каменная стена, возведенная на нашем пути природой. Мы в каком-то ущелье, где единственный путь выбраться из этого клочка почти безжизненного пространства - это полезть наверх в надежде, что не сорвешься и окажешься на вершине, а там все-таки будет обычный остров с деревьями и чистым ручейком. - И пираты, конечно же, нашли лучший остров для того, чтобы высадить нас? - со скепсисом замечаю я, осознавая, что у других не менее радостные мысли, чем у меня, насчет этого места. - Вергиль сделал что мог… - отзывается на это Зарина, и я сжимаю ее ладонь рукой, желая передать хоть немного своей поддержки. - А ты не могла убить того «хозяина»? – поинтересовался я у девушки, чтобы окончательно понять, какие именно отношения связывают дроу с их господами. - Нет, конечно. Даже если бы я не была ему родственником, ни один дроу не может тронуть такого человека. Я кивнул в ответ на ее слова и помассировал переносицу: - Что будем делать? Не лезть же нам по этому склону каменной горы? - Не стоит, - подтвердил мою догадку Нали. – К тому же не в твоем состоянии. Я и так еле вытащил тебя из воды… Ты как-то странно светился чем-то зеленым, когда медленно опускался на самое дно. Испугал нас всех изрядно. И, честно, никто не ожидал, что ты, только попав на борт, резко выплюнешь часть нисо прямо на капитана и задышишь. Настолько долго задерживать дыхание - это… Нали не позволили договорить, его перебила Зарина, выйдя вперед предо мной: - Тогда у меня возникает вопрос, с чего ты решил достать его из глубины? И что делал все это время, пока мы мучились, спасая корабль? Если не ошибаюсь, ты вообще выпрыгнул в воду самым первым. Все внимательно посмотрели на девушку и лекаря, и в глазах многих блеснуло что-то жаждущее отмщения. Вот только в данной ситуации это бессмысленно. - Успокойтесь. Сейчас не место и не время выяснять подобное. Рыжий паренек цокнул языком, привлекая к себе мой взор: - Я видел тут какую-то расщелину, есть надежда, что там может быть вход… Если его сделали люди, то должен быть и выход с другой стороны. - Показывай, - попросил я его, искренне надеясь, что в этот раз опыт хождения по пещерам скал не принесет мне подпаленный бок.