Новый Бог

На небе не было и тучки, когда, словно по велению волшебной палочки, с кристально чистого небесного покрова пошел проливной дождь. Резко вылившись бессменным потоком на землю, он с силой вбивал прежде парящую в воздухе пыль к траве. Ни ветра, ни напряжения от достаточно теплых капель не было, так что Лили с неохотой послушался моей просьбы зайти внутрь халупы. Деревня близ леса оказалась настоящей отдушиной для нас с Лили. И хотя состояние Зарины не улучшалось, мы смогли найти одноэтажный бревенчатый домик, где решили переждать состояние девушки и дождаться лучших времен. На удивление благодушно люди из села встретили вампирского ребенка, дроу и меня, как я понял спустя пару деньков — свежие лица попавших в силки опасного острова обрадовали уже почти потерявших надежду жителей. Несколько ночей мы пользовались гостеприимством местного люда, вот только чем больше часов текло меж нашими пальцами, тем ярче вырисовывалась далеко не радостная картина бытия: Зарина не приходила в сознание, но и хуже ей не становилось, она лишь продолжала пребывать в состоянии овоща, тревожа меня с каждой секундой сильнее. Лекаря среди немногочисленного населения не оказалось, разве что пожилая дама заметила факт того, что пока девушка не подает сигналы о своем выздоровлении, нам стоит надеяться на лучшее и не падать духом. Ничем существенным, конечно, такие слова нам с Лили не помогли, да и спокойствия не прибавили, но раз иного пути не было — оставалось ждать. Сколько себя помню — ненавидел саму суть ожидания. Когда неизвестно, что случится в следующий момент и когда напряжение спадет, но ничего толкового сам ты не в силах совершить, чтобы хоть на толику уменьшить шанс худшего исхода. Дольше третьего дня пользоваться чьей-то добротой было не в моих правилах, так что, поняв, что здесь множество пустующих во всей округе домов, мы с Лили выбрали один из самых неприметных, чтобы там скрыться от глаз снующих туда-сюда интересующихся людей. Многих волновал вопрос о том, не явились ли мы спасать захудалый городок от демонов, но встречались и те, кто не верил в счастливую звезду над нашими головами, и с каждым мгновением последних становилось все больше… Я прекрасно понял, что долгое пребывание столь яркой троицы в городке, численностью не переваливший и за пятую сотку, будет невозможным. Так что каждое чертово утро я проверяю состояние Зарины, надеясь на то, что девушка встретит меня ласковой улыбкой и дерзким словцом. Но… На вторую неделю пребывания на этом злополучном острове Лили случайно выяснил, что пути отсюда нет — все пути к миру отрезаны. Прежде пышущий здоровьем город, от которого остались лишь руины ближе к краю острова, медленно гнил изнутри. И его немногочисленные жители, что остались в живых после первой волны убийств демонами, медленно растворялись среди листвы, почти буквально становясь лесом, не только окружившим стены и всю долину, но и проникшим в самое сердце каждого человека, что ступил на эту землю. Деньги здесь мало кого уже волновали, потому что люди отсчитывали свои последние часы до кончины, прекрасно понимая, что закрытый в свое время порт, являющийся единственным путем с проклятого острова, ведет их лишь к одной станции — «Смерть». Такого количества апатии я давно не встречал… Мой куцый рассказ о путешествии сквозь демонские пещеры переходил из уст в уста, создав вокруг моей головы чуть ли не нимб. Как выяснил я на восьмой день, оказывается, этот остров в свое время был достаточно развивающейся точкой мира, что приносила бешеную прибыль главному магу в ближайшем королевстве, который и открыл месторождение голубого камня. Занимаясь добычей и обработкой драгоценности с каверзным названием «поллунит», переехавшие сюда люди вскоре начали процветать, находясь как раз под защитой того самого мага. Имя «великого» осталось для меня неясной анархией букв и междометий, но в этом и не было большой сути, так как через столетие этот маг погиб и на его место у руля главного руководителя маленьким островком в тиши водной пустыни оказался его приспешник и сын — Лейниро. Лейниро был куда более требовательным учеником своего учителя, и вскоре ему стало не хватать тех ресурсов, что в обычном темпе добывали через многочисленные рукава жители Низы, как ласково сами люди называли свой городок. Тогда-то и случился коллапс, приведший к тому, что я видел сейчас через запотевшее стекло: разруха, ожидание смерти, общий пессимистичный настрой и тишина, что пугала похлеще темноты и закрытого пространства пещер. Там хотя я был уверен в том, что скоро конец, а какой — неважно… Тут словно бы время растягивалось, превращаясь в ненавистную резину, которую невозможно разжевать за день или два. Когда люди потревожили мирно дремлющее внутри горы зло, Лейниро не нашел ничего более верного, чем просто изолировать целый остров от окружающего мира. Отрезав все пути к отступлению и побегу, демоны медленно начали поглощать самых неготовых и слабых, становясь с каждым мгновением все сильнее, пока прежде цветущий Низа не стал той самой развалиной, что я каждый день вижу перед своим взором. Но… все это меня волновало мало, ведь проблемы я привык решать по мере их поступления, а пока первозначимой целью у меня было спасти из колких цепей демонской расы Зарину. Ее состояние на удивление было достаточно хорошим, а ведь дроу ничего не ела на протяжении долгих недель, лишь иногда выпивая пару капель воды из стакана, что подавал ей я или Лили. Девушка выглядела более худой, чем прежде, но жила, невыносимо долго пребывая на этой безумной грани между жизнью и небытием. И сегодня, следя за тем, как кончиком ногтя Лили вырисовывает на окне замысловатые рисунки, я не заметил, как позади меня кто-то закопошился, а уже через мгновение хрупкое тело девушки в попытке встать вновь рухнуло на постель. — Зарина? — удивленно пробормотал я, не веря в свое счастье. Лили в мгновение прервал свое скучное занятие и кинулся к Зарине, пускай и замер в полуметре, не смея приблизиться к столь осунувшейся девушке. И я его прекрасно понимал, ведь выглядела дроу не лучшим образом: фиолетовые круги под глазами, сухая кожа, которая, казалась, вот-вот лопнет, покроется мелкими трещинам и по ней начнет течь сливовая кровь. Тело девушки приобрело угловатые формы, и в этой худой эльфийке, лишь отдаленно напоминающей прежнюю Зарину, смутно узнавалась великая представительница своего темного рода. Дроу ответила мне неоднозначным мычанием и указала на стоящий подле ее кровати кувшин с родниковой водой. Я быстро подал девушке стакан с живительной жидкостью и через долгие полминуты, впервые после столь долгого ожидания я услышал от нее пару слов: — Ч… — она облизала потрескавшиеся губы и попыталась во второй раз. — Что слу… — Зарина, я думаю, тебе не стоит перетруждаться. Ты слишком долго была не в этом мире… Если будешь в состоянии в скором времени меня выслушать — я все расскажу, но пока предлагаю тебе немного поесть. Ты совсем исхудала. Лишь на третий день сознательной жизни Зарины в этом городишке она смогла смело выговорить всю просьбу рассказать ей, что же произошло с нами внутри «Чертовых Пещер». — Ина, — ласково назвал я девушку, отрицательно качая головой, — тебе так сильно хочется узнать, что там случилось? Дроу слабо кивнула мне в ответ, улыбнувшись краем губ. Лили, что сидел напротив нее и размахивал ногами под столом (не зная, что я все вижу), с опаской перевел взгляд с одного взрослого на другого. Тяжелый вздох. Зарылся свободной ладонью в черной перчатке в волосы и попытался тоже искривить губы, ведь разговор предстоял быть долгим — это я видел в бездонных глазах девушки. Ее съедал интерес и понимание того, что, кроме нас троих, более никого нет рядом… За все время моего монолога девушка ни разу меня не перебила, а Лили и вовсе замер в одной позе, слушая меня если и не внимательней Зарины, то на ее уровне. Возможно, дроу была все еще не в том состоянии, чтобы хоть попытаться мне противоречить, но из ее уст не сорвалось и лишнего звука, пока я переходил из одного ада той ночи в другой. Все же я упустил пару неприятных и неважных деталей, вроде той, что демон внешне видоизменялся, выбирая то ее личину, то внешность ее брата. Когда я закончил, на пару мгновений воцарилось полное молчание. Словно бы даже дышать мои слушатели перестали. — Я… я немного читала про высших демонов, — задумчиво проговорила девушка; она, осторожно взяв в руку ложку с края стола, покрутила ее немного, прежде чем запустить в тарелку с картофельным пюре. — Ничего занимательного или серьезного… У нас почти нет информации на их счет, но в тех коротких опусах, что мне попадались на глаза, значилось, что ни в коем случае нельзя попадать в область влияния высших, потому как те куда опасней своих менее сильных сородичей. — Поразительно, — пробормотал я и через секунду пояснил свои слова: — Я просто подумал, что удивительно твое знание не одного, а нескольких языков… Как я понимаю, все же у дроу свой собственный диалект и прочее. Да и ты разбираешься в других видах существ на этой планете, даже читаешь… Я, конечно, не разбираюсь в вашей расе и не хочу тебя обидеть, Ина, — поспешно добавил я, увидев, как округлились глаза у девушки, — но это удивительно. И не более того. — В этом нет ничего странного, Марсель, — ответила девушка, еле сдерживая раздражение от сказанного мной, — ведь мой род в свое время служил верой и правдой нескольким великим семьям. Именно наши с Вергилем родители настояли на изучении как можно большего количества различных дисциплин. Такие, как я — лучшие из лучших. Мы не можем посрамить свой род и свою нацию и всегда самосовершенствуемся, чтобы угодить любому хозяину. — Хм… — я ненадолго замолчал, переваривая полученную информацию насчет служения дроу. — Но ты не считаешь, что, живя ради других, забываешь о себе? Ты же, по сути, отдаешь все свои силы на то, чтобы другому человеку было проще жить… Это же рабство. — Ты совершенно не понимаешь нашего менталитета, Марсель, — выдохнула девушка, бездумно перемешивая ложкой еду на тарелке. — Редкие единицы дроу воспринимают свое положение с той же стороны, что и ты. Да и наш род не приемлет таких… Я попытаюсь тебе объяснить: представь, что тебе с самого дня рождения говорят, что, встретив хозяина, наконец увидев господина и занявшись служению ради высшей цели — его спокойной жизни — ты достигнешь не только своей истиной цели и займешь положенное место в обществе, но и станешь тем, кого так хотят видеть в тебе родители, то ты вряд ли будешь бежать от судьбы. Наоборот, мы ищем достойных хозяев, что готовы принять на себя роль руководителя… — Я заметил, как девушка осторожно из-под ресниц взглянула на Лили. — Даже если это будет не прямо сию секунду. — Все равно для меня — это дико. Навечно посвятить себя кому-то… — Я запоздало вспомнил о своих первых днях на месте личного шута у Миярола. Воспоминания о наглом лекаре отозвались неприятными ощущениями на кончиках пальцев. — Ха! Марсель, а ведь ты тоже служишь. Просто не кому-то определенному, а самому себе и иногда другим, просто меняя хозяев как перчатки. Для нас — дроу — такое положение вещей не считается нормой. Куда более естественно — найти одного-единственного и быть под его началом до конца своих или его дней. Я устало потер переносицу: — Возможно, в вашей теории есть толика смысла. Но для свободного от таких мыслей и притязаний человека твои слова звучат нелепо, по крайней мере. — Согласись, что у каждого народа свои личные правила и постулаты. Просто людской род всегда воспринимал служение высшей цели или другому более мудрому и сильному созданию как притеснение собственных возможностей. Мы же видим в этом действии куда больше свобод, чем могут найти люди. — Человек может пойти в служение к другому лишь по безумной нужде, но никак не сам искать себе хозяина, — твердо высказался я, повернув голову в сторону девушки. — Хм… Да, это очень похоже на людей, — пробормотала в ответ на это Зарина. — Такой тип мышления. Но… Меня куда больше интересует вопрос, почему ты до сих пор, как бы это сказать, и в помещении носишь перчатку на одной руке? Мое сердце сделало бешеный кульбит, а Лили перестал жевать собственную щеку и уставился на меня немигающим алым взглядом, от которого кровь стыла в венах. А Зарина в это время продолжила говорить: — Я это заметила еще когда только увидела тебя в той таверне, но у каждого свои тайны. Думала, не стоит вмешиваться, да и вдруг ты просто потерял вторую? Но вот уже который день я вижу, как ты носишь на себе этот нелепый предмет. Хотя… помнится, когда я только пришла в сознание в этом домике, на тебе не было перчаток. Мне тогда показалось, словно бы у тебя очень тонкая рука и почти серая кожа на ней, — девушка посмотрела на меня исподлобья и довольно резким, несвойственным ее изможденному состоянию движением воткнула ложку прямо в пюре так, словно бы та была заостренной на конце. — Ты ничего не хочешь мне сказать, Марсель? Нервно сглотнул, заморгал, неосознанно убрал руку со стола. — Марсель, — настойчиво повторила девушка мое имя, всем своим видом показывая, что желает знать правду. Если бы я ее только знал… — Зарина, не думаю, что это подходящее время для подобных разговоров, — я кивнул в сторону сидящего с нами за одним столом ребенка. — Меня не обманешь, Марсель, — цокнула языком дроу. — Лили выглядит как соучастник преступления, который усиленно имитирует полное непонимание. К тому же… мне слабо верится, что обычный человек смог бы противостоять высшему демону, даже одному, когда дроу и маги остались в его силках. Вот черт! А я только подумал, что стоит выдумать что-нибудь правдоподобное об этой вещи. Вроде: «Это память от моего отца, и я сам себе обещал хранить этот скромный предмет, после того как его не стало рядом», но она испортила все мои планы своим умом и сообразительностью. — Ина, я… Если быть до конца честным с тобой, то и я должен знать истинную причину твоего желания помогать мне и Лили. К тому же ведь твой брат даже продал себя, как слугу, пиратам, лишь бы вызволить нас из беды — это дорогого стоит. А я о вас обоих знаю ровно… ничего. — Не стоит пытаться достучаться до моего добродушия, Марсель, — ложка медленно опустилась на край тарелки, увязнув в пюре. — Я безумно благодарна тебе за помощь, оказанную мне и Лилиану в этом далеко невеселом путешествии, но я слишком хорошо изучила тебя и твой характер — ты уже знаешь правду. И ведь знаю. Знаю, что когда-то давно кто-то из семьи Лили был настоящим хозяином для родителей Зарины и Вергиля. Именно поэтому, когда эти двое увидели малыша и на ментальном уровне уловили, что он предок и возможный будущий господин брата и сестры, те решили всяческими способами добиться моего и его расположения. Но, по сути, это лишь самая из приятных моих догадок насчет этой парочки дроу… В пользу этой догадки говорит тот факт, что она знает полное имя Лили. Хотя я сам никогда прежде не произносил его. — Ладно, — девушка ласково прикоснулась ладонью к моей спине. — Если ты не хочешь говорить, то я не буду заставлять. Главное, что мы выбрались и справились с этой проблемой. Вот только, как я понимаю, уйти с острова, пока тут господствует этот демон, нам не удастся. Лили перевел взор на собственную тарелку, а я задумчиво помассировал челюсть. — К тому же там ведь не может быть что-то поистине страшное! — рассмеявшись, фыркнула девушка. — Разве что ты не отрезал у кого руку и не пришил ее на место своей прежней. — Наверное, тебе все же стоит сказать, — медленно проговорил я, осторожно, палец за пальцем, стягивая перчатку с левой руки, пока взору девушке не открылась нелицеприятная правда. Она зажала рот рукой, не веря собственным глазам, и интерес, зарожденный на дне ее радужки, превратился в ужас: — Только не говори, что я была права только что… — Эм… не полностью. Потому как я не помню, чтобы отрезал у кого-то руку, кроме как… Ну, ее обрубили у меня из-за воровства. — Ты вор?! — с еще большим удивлением проговорила дроу. — Я попал в то общество случайно, — попытался оправдаться я. — Но за это заплатил достаточно большую плату — лишился руки, а потом… Я не знаю, по какой именно причине, вот только она начала расти заново на месте культи. И сейчас ты видишь самый лучший вид моей левой руки, из всех, что был за последнее время. — Эти багряные куски живого мяса, что проглядывают сквозь белую кожу — лучший вид? — Сейчас это не так часто… Обычно поздно ночью, но кисть вспыхивает зеленым огнем, и в такие минуты на нее медленно нарастает плоть. Неприятная картина для лицезрения. — Подожди-подожди, — жестом руки попросила замолчать меня Зарина. — Выходит, ты можешь самоисцеляться. Необыкновенно! Восхищение, с которым она произнесла последнее слово, разозлило меня: — Ну, знаешь ли… Я как-то иначе представлял себе это… — Марсель, это поистине изумительнейший дар, несмотря на то, как сложно он проходит. К тому же тебе осталось пару дней потерпеть, и она будет выглядеть полностью как новенькая. — Минутой ранее ты была иного мнения о моей руке, — я болезненно потер запотевшие пальцы. — Я думаю, ты не зря смог противостоять демонам. Ты уверен, что ты — обычный человек? С тобой не приключалось ничего странного в последнее время? До нашей встречи. А Зарина не только похудела, но и нос отрастила! — Может, хватит? — зашипел я на девушку, вновь натягивая уже привычную материю тонкой огнестойкой перчатки на кисть левой руки. — Но, Марсель, нам просто необходимо избавиться от этих несносных демонов и освободить город от их тирании. Я не верил собственным ушам! Пару дней куцего общения с местными жителями — и те уже успели вдолбить девушке в мозг свои личные желания на наш счет! — Что, простите? — от удивления я перешел на «Вы». — С твоим мозгом все в порядке? — Но этому месту нужен герой! — Ты реально считаешь, что полудохлый дроу, потерявший недавно одного из самых близких родственников, сирота-вампир, который еще сущий ребенок, и человек, не понимающий, почему у него неожиданно начала расти рука на месте отрезанной — это те самые герои, что спасут этот никчемный городок?! — на одном дыхании выпалил я и краем зрения заметил, как Лили вздрогнул от моих резких слов. — Если иных нет… — Мы никому тут ничего не должны! — рявкнул я, перебив девушку на полуслове. — Они сами загнали себя в такую ситуацию и сами с самого первого дня подались на игру демона, так что не нам, не кому-то другому спасать этих людей. — Они были столь милы, помогая нам… Это одни из первых людей, кто хоть как-то проявил свое участие. — И теперь стоит сложить свои головы во благо этой несчастной деревушки? — не скрывая злобы, поинтересовался я. — Ты хоть частично понимаешь, что ни ты, ни Лили, не смогли противостоять демону? Я… — указал на себя пальцем, — Именно я, а не кто-то другой, вызволил вас оттуда. Причем потерял всех остальных, как ни старался защитить каждого! И до сих пор виню себя в этом, в своей слабости! Это не тебе снятся сны о том, что ты сделал далеко не все, что мог… Что стоило лишь постараться чуть больше, и… — Так именно поэтому стоит постараться… — Зарина прикоснулась к моей правой руке, но я быстро выдернул кисть, отодвинув стул, и, пока не разозлился еще сильнее и не кинул этот деревянный предмет в стену, встал из-за обеденного стола. — Я не понимаю, что засело в твоей голове! Ты вообще слышишь свою речь? Предлагаешь мне отдать себя в руки высшему демону? Может, еще сразу лечь на поднос, заранее засунув в рот петрушку, для вкуса?! — Петрушка? — на пару мгновений замерла Зарина, но быстро выбросила из головы неизвестное слово, повернувшись вполоборота так, чтобы смотреть прямо на меня. — Ты тоже не понимаешь всю важность того, чтобы это сделать! Думаешь, что этот островок потонет в водной пучине? Что его сожрет тот дьявольский монстр со дна океана? Нет! Если высший демон попал в наш мир, то его надо загнать обратно. Иначе этот городок лишь капля в море перед тем, что начнется потом, когда тут не останется свежей крови и тел! Демоны просто поглотят весь мир, пока не наткнутся на ту силу, что сможет противостоять им… Но тебе не кажется, что будет поздно, если они уже достигли такой силы и стольких пожрали в своем безумном пиршестве? Будет против демонов стоять самый сильный человек или маг с такой силой воли, что сможет противостоять им. Возможно, именно сейчас мы теряем нить с будущим, даже не осознавая важность борьбы! Я замолчал, вдумываясь в слова девушки. И ведь, черт, в них был смысл. — Почему я… — устало застонал я, зарывшись лицом в руках. — Больше просто некому. — Это все нелепо. Я проснусь от этого страшного сна в собственной комнате, и отец долго будет хмуриться, когда я за обедом расскажу матери об этих несвязных видениях, о том дурацком драконе… Ох… — Это реальность, Марсель. Тебе придется в это поверить, — «обрадовала» меня дроу. — Но — ты не один. Правда, Лили? — Да… — лишь голос этого малыша заставил меня чуть улыбнуться и перестать мучить себя. — Ма? Ма, не надо так. Лили с тобой! Твердый взгляд алых глаз поддержал меня. Да. У меня есть двое маленьких детей на руках, и я в ответе за обоих… — Давайте не сейчас… — еле слышно пробормотал я. Зарина кивнула, чувствуя свою внутреннюю победу, а Лили лучезарно улыбнулся мне, так что я увидел его маленькие клыки. Я решил не рассказывать этим двоим о своем разговоре с Лейниро. О том, каким путем я договорился отправить их за пределы острова, о том, что, возможно, это последний наш день вместе… О том, что я вызвался идти обратно в пещеру к демонам, лишь бы Зарина и Лили покинули остров живыми и здоровыми. Это все было бы сейчас неуместным, так что я лишь подмигнул вампиренку напротив, вновь сев на свое место подле Зарины и мысленно попрощался с обоими своими дорогими друзьями. И… Вергиль, прости, я поступлю так же, как и ты. Так что… Вряд ли у меня получится вызволить тебя из рук пиратов, ведь я сам буду у демонов. /от автора/ Мои немногочисленные читатели, пожалуйста, порадуйте меня парой фраз по теме главы. Выскажите свое мнение в двух-трех строчках.