Мой подарок к Рождеству

Примечания: Майстрейд. Описание: Немного о Майкрофте и Грегори. Предупреждение: Нецензурная лексика.

***

      Инспектор Грегори Лестрейд как раз закончил смазывать и растягивать себя, когда зазвонил мобильник, возвещая, что вызванное такси прибыло. Едва не ответив водителю стоном, он быстро поправил одежду (сказывалась многолетняя практика) и сбежал вниз.       С трудом сдерживая дрожь нетерпения, он забрался в салон, откинулся на спинку сидения и прикрыл глаза. От соприкосновения с мягкой обивкой уже побежали волны тепла. Что же будет, когда в него вонзится такой желанный член… Лестрейд едва сдержал вздох, явно неуместный в данных обстоятельствах.       Водитель попался понимающий и с разговорами не полез, только включил какую-то бодрую музычку.       Скоро… совсем скоро он будет с ним. Со своим невероятным любовником, который привык не церемониться и брать Грегори сразу, едва они встречались. Господи, главное успеть довести его хоть до какой-нибудь комнаты, а то в прошлый раз всё случилось прямо в коридоре. И хотя опасность быть застигнутым, к его собственному удивлению, только подогрела Грега, всё же лучше делать это за закрытыми дверями.       Майкрофт Холмс. Одно это имя вызывало у инспектора практически неконтролируемые спазмы. И безумное желание бухнуться перед ним на колени, расстегнуть брюки, чуть погладить ткань, прижаться к ней лицом, вдыхая этот всегда такой свежий и приятный запах, медленно спустить бельё и вдоволь насладиться минетом. Как ни странно это звучит, но Лестрейду правда нравится это делать. А вот получать самому пока не доводилось…       Мысли о тёплой и нежной коже, по которой так приятно скользить как ладонями, так и языком, воспоминания о грубых, но таких чутких ладонях Холмса, что обычно зарываются в жесткие волосы инспектора, твёрдых как гвозди пальцах, что умеют удивительно нежно чертить узоры на его лице, плечах, спине, явно были лишними. Инспектор чувствовал, что до комнаты они опять не дойдут.       Если Майкрофт выйдет его встретить, Грег начнёт раздеваться прямо на улице, не дожидаясь, пока такси уедет.       Желая отвлечься от скабрезных мыслей, Лестрейд открыл глаза и устремил взгляд за окно.       Они любовники уже много лет, и Грег точно уверен, что больше Майкрофт ни с кем не встречается. Но вот… любит ли он его? Даже не так. Чувствует ли Холмс к нему хоть что-нибудь, кроме похоти?       Да, он всегда дарит Грегу потрясающий секс, но… только потому, что делает с ним что хочет, и так уж выходит, что он приучил Лестрейда хотеть того же. Он приучил инспектора заранее заботиться о смазке и растяжке, запасном белье и, желательно, одежде. Нет, Холмс всегда платит Грегу за порванные пиджаки и выдранные с корнем молнии в брюках, платит даже больше, чем нужно, но… но это не забота, а просто правила приличия.       С Холмсом у них никогда не бывает прелюдий, предварительных ласк. Не говоря уже о каких-нибудь нежных словах и поцелуях. За все эти годы — ни одного. Лестрейд хорошо знает вкус его члена, его спермы, даже ануса (Майкрофт всегда использует очищающие средства с ароматом ананаса), но понятия не имеет о вкусе его рта, мягкие или жёсткие у него губы. Целует ли он также резко, как и трахает, или всё же способен на нежность?       Они никогда не разговаривают ни до секса, ни во время. «До» просто некогда, ладно. «Во время» Лестрейд способен только к определённого рода звукам. А после… после он должен молниеносно одеться и уйти. Ему ни разу не предложили остаться на ночь. Да что там, за все эти годы его ни разу даже не уложили в кровать.       А когда они встречаются, или вернее, пересекаются по работе… Грег готов поверить, что общается с близнецом Майкрофта, не имеющим понятия об интрижке с его братом. Холмс держится так холодно-отстранёно, так по деловому, что инспектору иногда кажется, что их утехи привиделись ему во сне.       Секс и деловая жизнь у Майкрофта не пересекаются. Существуют в параллельных плоскостях. Разумеется, в этом случае Грегу не светят ни совместные прогулки, ни ужины, ни даже просто разговоры хоть о чём-нибудь…       Встречи их всегда происходят по инициативе Майкрофта. Грегу приходит смс с указанием дня и времени. Холмс соблюдает этикет, и никогда не пишет «у меня через полчаса». Нет, он всегда даёт Грегори время на подготовку и корректирование своих планов, не меньше двух дней. Будто зная, что тот так изведётся от ожидания, что будет готов сбросить брюки и раздвинуть бёдра едва Холмс его коснётся.       И Грег не требует иного. Он принимает, что ему дают, и довольствуется этим. Он ценит, что Холмс выбрал именно его. Но ждёт… да, подспудно ждёт, что всё изменится. Что пусть чуточку, но они станут ближе. Что пройдёт время, и Грегу будет предложено не только тело, но и сердце Майкрофта. Ведь сердце самого Лестрейда давно и прочно отдано в сильные руки главы клана вампиров.       Инспектор вздыхает. Нет. Этим существам, видимо, чужда привязанность. Или же это слишком большая роскошь для Холмса в его положении. Ему нужна отдушина, нужно как-то сбрасывать стресс… и Грег просто оказался удобен для этого. Не он, так на его месте был бы другой. Майкрофту не важен Лестрейд как таковой, его устраивает покладистость и нетребовательность любовника. Что тот принял правила игры, не пытается их менять и не лезет с сантиментами. А так же с советами и помощью, когда его не просят. Просто предоставляет требуемые детали организма, получает свою порцию кайфа и выполняет свою работу.       Два дня назад в доме Холмсов случился пожар. А точнее — было совершено покушение на всех троих представителей клана. Хотя исполнителей было всего двое, бед они наделали не мало. Вообще вся история довольно тёмная, и, инспектор понимает, что огласка ни к чему, тем более, что одной из виновниц случившегося оказалась младшая из Холмсов — Эвер, да и средний, Шерлок что-то там напортачил, чуть-ли не впустил охотников в дом, замутив к тому же с одним из них.       Грегори понимал, что его роль сводилась не к тому, чтобы помогать в расследовании, а сделать так, чтобы власти в это самое расследование не лезли. Майкрофт всё собирался провести сам, но ему нужна была помощь в некоторых моментах. Ничего необычного, не считая того, что во всегда невозмутимых глазах Майкрофта плескалось такое…       Такое, что Грегу хотелось нарушить все их негласные договорённости и… смешать личное с работой. И наверняка потерять любовника навсегда.       Только страх лишиться возможности быть с Майкрофтом, удержал Грегори от опрометчивого шага. И нет, дело тут не в плотских радостях. Не их боялся потерять инспектор… хотя кроме них Холмс ничего ему не предлагал… Как это сложно всё, если пытаешься обдумать и осмыслить.       Когда сегодня вечером пришло смс от Майкрофта, Грег побил все свои рекорды по сборам. Он понимал, что речь, скорее всего, пойдёт о деле, но на всякий случай подготовился. Если Холмсу вдруг приспичит, будет уже поздно доставать лубрикант, а задница у Лестрейда одна и нужно её поберечь.       Такси остановилось довольно плавно, но Грега всё равно качнуло вперёд. Лестрейд успел выйти из машины, осмотреться, убедиться что никто его не встречает, чуть попинать переднее колесо, а водитель всё таращился открыв рот на остов сгоревшего здания. Инспектору пришлось его окликнуть и напомнить, что нужно назвать цену.       Грегу и самому было больно смотреть во что превратился фамильный особняк Холмсов. Страшно подумать каково Майкрофту… Ведь этот дом помнил его родителей. Их родителей. В этих коридорах звучали их живые голоса. Их комнаты хранились в неприкосновенности. Их вещи встречались тут и там… Белый рояль миссис Холмс, клюшки для гольфа отца семейства. Белые подушки с белой же вышивкой, коллекция всевозможных верблюдов, верблюдиков и верблюжат… И многое-многое другое, непоправимо утраченное. Но, главное, наверное, что все трое Холмсов выжили. А это важнее любых вещей. Даже очень дорогих и памятных.       Стараясь не смотреть на пепелище, Грег стремительным шагом летел к домику для гостей. В смс Холмс сообщил, что пока обосновался там.       Инспектор постучал. Ответа не дождался, но дверь была не заперта. Майкрофта он нашёл в дальней комнате. Тот стоял ко входу спиной, уверенный, крепкий и непоколебимый как всегда. Почему же у Грегори так защемило сердце, что он едва не бросился и не сжал в объятиях эту так одиноко смотрящуюся здесь фигуру…       — Майкрофт?       Он обернулся.       — Спасибо что приехал, Грег. Прости что дёрнул тебя так внезапно.       — О чём разговор. Что… что ты хотел?       Холмс вздохнул.       — Как обычно. Не возражаешь?       Спустя меньше чем минуту, брюки и трусы Грега уже лежали на стуле, а сам он стонал и вскрикивал обнимая главу клана за плечи, скрестив ноги у него за спиной. Майкрофт поддерживал Грега под ягодицы, без видимых усилий резко приподнимая и опуская. Лицо Холмса было так близко… Так хотелось его поцеловать… Но нет, инспектор хорошо знает свои права и обязанности…       Потом вампир поставил его на пол, с упором руками в сиденье стула, продолжил двигаться жёстко и резко, одновременно в том же ритме работая с членом инспектора, а под финал довёл себя до разрядки рукой, позволив Лестрейду смотреть на это и слизнуть последние капли с кончика. Сам инспектор кончил ещё на фазе стула.       Отдышавшись и одевшись, Грег ещё раз глянул на Майкрофта.       Тот должен сказать: «До встречи», — показывая, что Лестрейд всё сделал правильно и их отношения продолжаются. Но сегодня Майкрофт молчит. Молчит, и смотрит не на Грега, а себе под ноги. Ну да, они же запачкали пол. Но когда это стало его беспокоить?       — Майкрофт, я… — инспектор сознаёт, что нарушает правила. Что сильно рискует. Но сегодня ведь необычный день.       — Да? — Холмс поднимает голову и смотрит на него.       «Люблю тебя! Люблю! — кричит душа, — Позволь мне быть с тобой! Позволь помочь тебе! Позволь разделить твою боль!»       — …хотел спросить. Эти охотники, они у тебя?       — Да. Один под арестом, второй… — Майкрофт протирает руки влажной салфеткой, с ароматом ананаса, разумеется, — второй… ты не очень торопишься, Грег?       Лестрейд отрицательно качает головой, делает шаг вперёд и берёт любовника за запястья. Затем спускает руки к ладоням, переплетает их пальцы. Вампир не вырывается. Нет. Он кивком указывает Грегу на постель, но тот понимает, это только потому, что больше им тут вдвоём нигде не сесть.       А ещё инспектор понимает, что его ждёт самая необыкновенная ночь с Майкрофтом. Они будут разговаривать.