Реликвия будущего

Результат отборочных был предрешен. Он знал, что так и будет, но приходилось соблюдать видимость, а это значило, что каждому должен быть дан честный шанс в этом нечестном соревновании. В этом не было их вины, особенно старших учеников. Он провел два небольших турнира: один для старших учеников, а другой для младших, согласно возрастным группам соревнований в Мистрале. Поскольку Эмеральд не участвовала и получила автоматический проход, именно Янг пробилась на вершину своей возрастной группы, победив Ская в яростном финале, который мог закончиться по-разному — но не закончился, потому что Скай случайно коснулся груди Янг во время схватки на земле. Надо отдать должное, Янг не стала психовать, обвинять его или сходить с ума. Это Скай сам себя победил. Вскрикнув, он отскочил от Янг с красным лицом, выкрикивая извинения — только чтобы получить ее кулак в челюсть. Жон сомневался, что Янг вообще заметила случайное прикосновение, хотя Скай — с его подростковыми гормонами — определенно заметил. И почему-то мне кажется, что он посчитает это достойной платой за проигрыш. Гормоны. Я по ним не скучаю… Все присутствующие взрослые хлопали и аплодировали, даже те, чьи дети проиграли. Теперь, когда слава от победы Эмеральд на турнире немного поблекла, оставшиеся ученики были полны решимости стать охотниками, и их родители это понимали. Возможно, это было жестоко, но им предлагали наблюдать за тренировками детей и раньше, а это означало, что — несмотря на многочисленные ранние жалобы и обеспокоенные вопросы — родители теперь привыкли видеть, как их дети проходят через ад. Сегодня среди присутствующих были также Озпин и Глинда, оба в своих официальных ролях, занимавшие почетные места на площадке вместе с ним. Озпин аплодировал победе Янг с легкой улыбкой, а Глинда постукивала одной рукой по планшету, который держала в другой. Многие ученики проявляли к ним особый интерес, и не без причины. Они были здесь сегодня, чтобы высматривать потенциальных студентов. В основном из старших классов, конечно, но это не означало, что те, кто привлек их внимание и был моложе, не могли преуспеть. Маяк не взимал плату за обучение, но это была элитная школа, и один или два его ученика не проходили обучение в Сигнале, что делало поступление очень сложным без хороших оценок или проверенного послужного списка. Тренажерный зал ASH сам по себе не мог обеспечить этого, но Озпин и Глинда могли сделать исключения для тех, кто доказал, что превосходит средний уровень. — Очень хорошо, — сказал Жон, слыша, как Руби поддерживает Янг на заднем плане. Тринадцатилетняя девочка сходила с ума. Даже если она не хочет быть охотницей, ей все равно нравится смотреть бои. Пока они без крови. Я мог бы использовать это. — Думаю, это делает Янг нашим конкурентом в младшей возрастной группе. Скай, ты хорошо справился, просто помни в следующий раз, что не имеет значения, сражаешься ты с парнем или девушкой. И те, и другие способны надрать тебе задницу. Красный как рак, мальчик потер щеку. — Понял, сэр. — Хех. — Янг подмигнула ему. — Хороший бой. Скай покраснел и заговорил со своими ботинками. Подростки… — Хорошо. Думаю, настало время для старшей группы. — Ему хотелось бы сказать, что там конкуренция будет жестче. В каком-то смысле так и было; ученики в целом были лучше своих младших товарищей. Просто… Ну, Вернал. Многие девушки уже нервно смотрели на не слишком исправившуюся бандитку, и напряжение только усилилось, когда Вернал обнажила зубы в свирепой ухмылке. Малахиты, закаленные преступницы, отступили. — Первый матч, — сказал Жон, копаясь в маленькой чаше с именами. — Вернал. Люди отпрянули. — И… Милтия Малахит! — ЧЕРТ!

***

— Она весьма впечатляющая ученица, Жон. Озпин сегодня был сама улыбка, разочарование, которое он проявлял раньше, было далеким воспоминанием. Не каждый день был битвой против Салем и ее сил, и Жон понимал, что этот человек не всегда был тем, от кого стоит ждать неприятностей. Сегодня, казалось, был один из таких дней. — Полагаю, вы не о Коко, — ответил Жон, морщась, когда упомянутая девушка пронеслась по матам, как камень, пущенный по поверхности озера. Пять отскоков, и она снова была на ногах, ее лицо покраснело от ярости. — Мисс Адел действительно демонстрирует мастерство и боевой дух, но вы правы. Я имел в виду ее соперницу. — Соперница — это слишком сильный термин, — сказала Глинда. — Агрессор, возможно? Та, кто сейчас играет с ней? — Тон Глинды ясно выражал ее мнение об этом, а ее прищуренный взгляд намекал, что она считает его виноватым в этом. — Вернал — сложный случай. Я не учил ее быть такой жестокой. — Или такой сильной, я полагаю, — сказал Озпин. — Ваше обучение помогло этим ученикам раскрыть потенциал, о котором они, я сомневаюсь, даже знали, но ее техника… Я узнаю в ней что-то от вас, но в ней есть и что-то еще. Что-то знакомое. — Вероятно, мой старый стиль, — быстро солгал Жон. Он не хотел упоминать Райвен. — Я познакомился с Вернал до того, как приехал в Вейл, но не ожидал, что она последует за мной. — О, боже. Еще одна приемная ученица, как Эмеральд? — Не если я не хочу, чтобы Эмеральд подсыпала слабительное в мою еду. Вернал была… Я не скажу, что это была случайность. Она была кем-то, кому я предложил немного тренировок. Я не придавал этому значения в то время; это было до того, как открылся ASH Gym. — Как с Винтер? — Что-то вроде того. — Если можно быть откровенным, я хотел бы видеть ее в Маяке. Жон чуть не подавился. — Ч-что? — Это так странно? — Озпин странно посмотрел на него, все еще приятно улыбаясь, но также и с недоумением. — Наш интерес к ASH Gym заключается в потенциальных студентах, которых вы можете подготовить. Я уже с нетерпением жду, когда младшие ученики присоединятся к нам, но такие люди, как мисс Адел и мисс… как ее фамилия? — У нее нет фамилии. — Ах. Прошу прощения. Тогда Коко и Вернал. Лично я хотел бы видеть Вернал в Маяке. Что вы думаете, Глинда? — Ее отношение нуждается в небольшой корректировке, но ее талант неоспорим. Она уже на уровне некоторых наших нынешних студентов. Ей шестнадцать, не так ли? — Примерно. — На самом деле он не знал, и сомневался, что Вернал знала тоже. Было забавно, как он никогда не думал о том, что они могут захотеть видеть ее в Маяке. Довольно глупо, на самом деле. Как сказал Озпин, вся суть их помощи заключалась в поиске студентов, а Вернал была самой сильной из тех, кого он мог предложить. Он просто никогда не думал спросить Вернал, что она собирается делать потом. Если вообще что-то собиралась. — Я поговорю с ней, — сказал он. — Вероятно, в Мистрале. Посмотрю, заинтересована ли она. Озпин выглядел удивленным. — Она не планирует посещать Маяк? — Я не уверен, каков ее план. — Зачем еще ей изучать такие навыки? — спросила Глинда. Хороший вопрос. С очень плохим ответом. — Может быть, она действительно хочет быть охотницей, — уклонился он. — Я просто не спрашивал, куда она планирует поступать. Я встретил ее в Мистрале, так что она, возможно, планирует присоединиться к Хавену. — К его облегчению, Озпин и Глинда понимающе закивали. — Но я поговорю с ней и узнаю, заинтересована ли она в Маяке. Это была идея, заслуживающая внимания, особенно если ее можно убедить сражаться вместе с ним и против Синдер, когда придет время. Насколько безопаснее будет Маяк, если Вернал будет полна решимости защищать его? Райвен и Кроу оба учились в Маяке. Возможно, я смогу использовать это, чтобы убедить ее. Черт, если повезет, она может пойти по стопам Кроу и полюбить это место. Стоило попробовать. — Вы сделали планы на транспорт? — спросила Глинда. — В Мистраль, я имею в виду. — Хм. — Он кивнул. — Мы полетим по воздуху; я и те ученики, которые захотят приехать. Я думал поехать на корабле, но если Тириан или Хейзел где-то там, корабль будет гораздо легче атаковать. Я не думаю, что они это сделают, но… — Не стоит рисковать, — сказал Озпин. — Я полностью согласен. Чем быстрее путешествие, тем безопаснее будет для всех. — Вы будете присутствовать? — спросил Жон. — Боюсь, что нет. Работа накапливается, и у меня нет времени. Мы пожелаем вам удачи, но вынуждены оставить вас. Однако Кроу поедет с Саммер и Тайянгом. Если вам понадобится моя помощь, он сможет связать вас со мной. — Спасибо. Надеюсь, мне это не понадобится. Если все пойдет хорошо, я получу то, за чем пришел, и смогу уехать. Если нет… что ж, я буду окружен охотниками и охотницами. — Плохое время для засады. Только обязательно не покидайте город. Если вы это сделаете, все ставки сняты. Крик и грохот с матов возвестили о конце боя. Коко, благослови ее настойчивость, больше не могла подняться. Покрытая потом и синяками, с аурой, потрескивающей вокруг ее тела, она лежала на спине. Некоторые из наблюдающих, даже младшие ученики, застонали. Коко была их единственной надеждой увидеть Вернал униженной. — Определенно достойное дополнение для Маяка. — Я понял с первого раза, Озпин, — простонал Жон. — Я поговорю с ней. Озпин усмехнулся. — Я буду намекать столько, сколько потребуется. Я могу быть весьма настойчивым. Уж мне ли не знать. — Молодцы все, — сказал Жон, снова обращаясь к ученикам. Многие из них выглядели разочарованными, что было справедливо, учитывая ситуацию. — Похоже, Вернал, Янг и Эмеральд будут нашими участниками турнира. Всем остальным, не теряйте надежды. Тот факт, что вы здесь и сражаетесь против них, показывает, что каждый из вас почти так же силен. Те, кто хочет сопровождать нас в Мистраль, чтобы поддержать кого-либо из участников, могут это сделать. А пока, ASH Gym останется открытым для свободных тренировок, но занятия и плата будут заморожены до нашего возвращения. — Он ухмыльнулся. — Считайте это коротким отпуском. — Янг, Эмеральд и Вернал, подойдите ко мне после того, как мы закончим, и я обсужу организационные вопросы. Все остальные, сегодня вы хорошо поработали. Можете идти.

***

— Хелена! Хелена! Хелена Никос вздохнула и подняла руку, говоря Пирре прекратить атаку. Младшая девушка кивнула и перевела дыхание, отступая назад, когда их отец, Александер Никос, ворвался в их личный тренировочный зал с красным лицом. — Хелена! — Чем мы можем помочь, отец? Я была занята тренировкой Пирры к турниру. — Хорошо. Да. — Александер гордо посмотрел на Пирру, жемчужину в его короне. На Хелену он смотрел с гораздо большим разочарованием. — Продолжай. Нет. Улучшай. Пирре нужно больше, больше тренировок, больше обучения. Пирра сглотнула, но кивнула, связанная ожиданиями. Хелена была чем угодно, но не этим. — Почему? — Турнир. Она должна выиграть его! — Я уже фаворит на победу, — тихо сказала Пирра. — Конечно, ты фаворит — но у меня есть новости. Организаторы связались со мной насчет поздней заявки… — Они не должны этого делать, — сказала Хелена. — Разве они не должны быть беспристрастными? Сообщение участнику о новом претенденте дало бы время подготовиться. — Ба! — Александер махнул рукой. — Как будто это имеет значение. Организатор — мой старый друг. — Это теперь так называется?.. — Суть в том, что этот ублюдок собирается участвовать. Приходит прямо к нам на порог и приводит с собой этого своего мошенника! Он был вне себя от ярости, буквально брызгал слюной, когда говорил «мошенник». Хелена посмотрела на Пирру, чтобы узнать, знает ли ее сестра, о ком он говорит, но Пирра пожала плечами. Значит, ей придется спросить. — Кто, отец? О каком ублюдке ты говоришь на этот раз? — Об этом ублюдке Ашари! Хелена встрепенулась. — Жон? — Ашари! — прогремел Александер Никос. — Мне все равно, какие грязные отношения у тебя были с этим человеком. Он враг семьи Никос. Пирра нервно отступила. — Отец, его ребенок победил Пирру на турнире, — сказала Хелена, закатывая глаза. — Это вряд ли конец света. — Она поймала его руку, когда он двинулся, чтобы ударить ее, схватив его за запястье, прежде чем тыльная сторона его ладони смогла коснуться ее щеки. Рука дрожала, когда он пытался преодолеть ее сопротивление. Хелена Никос, Фокстрот, сжала его крепче. — Не смей касаться меня, отец. Отбросив его руку назад, она наблюдала, как более крупный мужчина отступил, глядя на нее с ненавистью. — Пирра, — позвала Хелена. — Почему бы тебе не пойти и не выпить что-нибудь? Только воду, дорогая. Мы будем тренироваться после. — Х-хорошо. — Пирра быстро воспользовалась возможностью убежать. — Ты позор для семьи Никос, — огрызнулся ее отец. — Правда? Я думаю, что верно обратное. Я попрошу тебя не вести себя как грубиян, каким ты являешься, перед Пиррой снова. Что, по-твоему, подумала бы общественность, если бы увидела тебя таким? — Они никогда не увидят. У меня связи во всех СМИ. И утверждение, и напоминание, угроза, что если она перейдет ему дорогу, не он будет выглядеть плохо. Так всегда было с Александером Никосом. Честь была всем. Репутация была всем. Даже слово «честь» не укладывалось у нее в голове. Не честь бытия, долга или разума, а честь в смысле того, что другие люди думают о семье Никос. Их бренд. — Пирра была Непобедимой Девушкой до того, как появился этот оборванец. Мне сказали, что она снова будет участвовать в соревнованиях — вместе с двумя другими из его смехотворной школы. — Лицо Александера исказилось в яростной гримасе. — Им нельзя позволить победить, Хелена. Им нельзя позволить опозорить семью Никос. Не здесь, в центре Мистраля. Другие правящие семьи никогда не позволят нам забыть об этом. «Правящие семьи»? Какая шутка. Скорее, криминальные семьи. Они имели влияние на Мистраль, но это было постоянным позором для самого города. Нет. Для всего Королевства. — Пирра такая же искусная, как и всегда. Она справится. — Готова ли она использовать свое Проявление? Хелена не ответила. — Проклятье! Неужели она не понимает, насколько это важно? — Она считает это мошенничеством. Это не так, — объяснила Хелена, — и я пыталась сказать ей об этом. — Мне плевать, что это такое! — Александер ткнул рукой в направлении, куда ушла Пирра. — Поговори с ней, Хелена. Приведи ее в порядок. Этот мошенник использовал свое Проявление против Пирры, так что убедись, что она знает, что должна использовать свое в ответ. К черту честную игру. — У Пирры сильные моральные принципы. Это то, чем стоит гордиться. — Это то, что нужно обуздать. Желательно до того, как станет еще хуже. Я хочу, чтобы моя дочь победила, Хелена. Если для этого тебе нужно снова залезть в постель этого ублюдка и соблазнить его, чтобы выведать секреты его учеников, пусть будет так. Делай то, что должно быть сделано. — Или что? — спросила Хелена, закатывая глаза. — Или я сам разберусь с ним. С этими загадочными словами на прощание Александер Никос вышел из тренировочного зала, крича, чтобы кто-нибудь принес ему бренди. Один из слуг семьи поспешил исполнить его желание, и двери закрылись. Как только это произошло, Пирра выглянула из-за соседней стены. — Хелена?.. Хелена вздохнула. — Ты подслушивала? — Было трудно не слышать. — Пирра вышла с тревогой. Ее сестра была такого же роста, как и она, и обманчиво доброй и нежной. Ну, для Никос. В любой другой семье Пирра была бы просто приятной женщиной. Здесь она была белой вороной. — Прости, что подвела тебя, Хелена. Я… я должна была справиться лучше. — Не говори глупостей. Ты сражалась изо всех сил, и это все, что для меня важно. Кроме того, это всего лишь турнир. Кого это вообще волнует? Кроме твоего отца, я имею в виду. — Ты не хочешь сказать «нашего» отца? — Разве? Он точно никогда не называл меня своей дочерью. — Хелена вздохнула, а затем почувствовала себя плохо, увидев мучительное выражение лица Пирры. — И это тоже не твоя вина! Если я услышу, что ты говоришь иначе, я сама выбью это из тебя. Понятно? Пирра засмеялась. — Понятно. — Хорошо. Ты замечательный ребенок, Пирра. Никогда не забывай об этом. Пирра выглядела смущенной, но довольной похвалой. — Но мне жаль, что он сказал. О том, что ты прыгнешь в постель этого человека… — Э-э. Если бы у меня был шанс, я, вероятно, так и сделала бы. Но не ради секретов. — ХЕЛЕНА! — Пирра покраснела. — О, успокойся. Однажды ты поймешь, каково это. Найдешь себе милого, неосведомленного мужчину, чтобы вожделеть. Ну, надеюсь, он не будет таким же неосведомленным, как Жон, но, эх, работаешь с тем, что имеешь. — Придется поверить тебе на слово. — Пирра все еще выглядела немного смущенной, но, по крайней мере, она больше не была расстроена тем, что сказал их отец. В конце концов, смущение было лучше, чем откровенное огорчение. — Так мы продолжим тренироваться? — Нетерпится? — Мне все равно, выиграю я или проиграю, — сказала Пирра. — Но мне понравился бой. Если не… если не то, что она сделала со мной в конце. — Ее выражение потемнело, но она стряхнула его. — Я хочу быть лучше в этот раз, чтобы победить ее по-настоящему. Улыбаясь, Хелена подняла свой тренировочный меч и щит. — Вот это дух. Теперь, я сама тренировалась с Ашари, так что поверь мне, когда я говорю, что знаю множество приемов, которые он, а значит, и его дочь, могут использовать. — Хелена провела большим пальцем по маленькому контейнеру за своим щитом, вытаскивая чеку. — Позволь мне показать тебе один из наших любимых. Он называется «Сюрприз команды November». — Команда Nove…? Светошумовая граната скользнула под щитом, прокатилась по полу и взорвалась. Хелена уже спрятала лицо за щитом. Пирра — нет. — АААА! Мои глаза! Я не вижу! — А вот и сюрприз! — захохотала Хелена, бросаясь в атаку.

***

— Ты победила! Ты победила! Ты победила! Руби радостно засмеялась и бросилась к Янг. Большинство старших сестер отступили бы в сторону или были бы раздражены, но Янг поймала Руби и притянула ее поближе, проводя костяшками пальцев по волосам Руби, заставляя ее смеяться. — Чертовски верно! Ты думала, я проиграю? — Я думала, Эмеральд может победить тебя. — Тч. — Янг копнула немного сильнее, заставляя ее взвизгнуть. — Никакой веры. Я могу победить Эмеральд в бою. Я делала это раньше. — Да, но ты проиграла той девушке на турнире, а Эмеральд победила ее. Это значит, что Эмеральд сильнее тебя. — Такая логика, при всей ее простоте, заставила Янг отвернуться и бормотать себе под нос о несправедливости и о том, что она победила в этот раз. — Это не так работает. Я могла бы победить Эмеральд. Я сделаю это в этот раз, — пообещала она, глаза сверкнули. — Я надеру ей задницу и сделаю счет один-один. Вот увидишь. Мне нужно тренироваться. Сейчас. — Не будь слишком нетерпеливой, — сказала Саммер, тыкая Янг в лоб. — Твой отец подумал, что мы все могли бы пойти поесть, чтобы отпраздновать твой успех. Ты выбираешь место. — Круто! Янг повернулась с широкой улыбкой на лице, готовая сказать своему отцу, сколько именно он потратит на нее и Руби сегодня вечером, когда увидела, что он приближается с двумя другими людьми. Глаза Янг расширились. Директор Озпин и Глинда Гудвитч. Она встречала их раньше, конечно. Они были в Маяке один или два раза, поскольку дядя Кроу и мама работали с Озпином над какими-то делами, а мисс Гудвитч также приходила провести несколько занятий в ASH Gym и наблюдать за ними, но это был первый раз, когда их глаза были твердо направлены на нее. Янг немного выпрямилась, испытывая волнение и небольшую нервозность. Ее отец не чувствовал ничего подобного, заключив ее в смущающие объятия. — Отличная работа, Огонек. Ты была потрясающей. — П-папа… — Что? Руби можно тебя обнимать, а я слишком старый? — Не перед важными людьми, — пробормотала Янг, покраснев. К ее облегчению, Тайянг отпустил ее, хотя и закатил глаза. Янг отступила немного назад и посмотрела на двух учителей, размышляя, стоит ли ей что-то сказать или протянуть руку. Не каждый день такие важные люди приходят поговорить с тобой. — Мисс Сяо-Лонг, — сказал директор, опираясь на трость. — Впечатляющее выступление. Я вижу, вы взяли на вооружение особый стиль вашего учителя для нестандартного боя. Э-э. Это был комплимент или нет? — Я, э-э, стараюсь изо всех сил? — Вполне. — О чем думал Озпин, оставалось загадкой. — Вы намерены поступать в мою школу? — Еще бы! Когда достигну нужного возраста… — Я рад это слышать. Хотя, должен сказать, я, как директор, имею решающее слово во многих аспектах жизни в Маяке. Вам сейчас пятнадцать, верно? — Когда она кивнула, он улыбнулся. — Что ж, не является неслыханным, чтобы кто-то такой молодой, как вы, поступил раньше. Он говорит то, о чем я думаю?! Янг чуть не пустилась в пляс, ее сердце забилось немного быстрее. — Вы имеете в виду… — Озпин. — Голос Саммер был напряженным. Твердым, но с неоспоримой резкостью. Смущенная, Янг оглянулась на своих родителей, видя, что оба они стоят неестественно неподвижно. Рука Саммер была на руке Тайянга и крепко сжимала ее. Даже Руби выглядела растерянной, не совсем понимая, откуда взялась эта внезапная атмосфера. — Она уже на уровне перспективного студента, Саммер, — сказал Озпин. — Но не в возрасте студента. Я не позволю этого. Глаза Янг расширились. — М-мама?.. Саммер посмотрела на нее со сложным выражением лица, хотя ее гнев немного смягчился. — Дело не в тебе, Янг. Быть охотницей — это не то, во что следует спешить. Ты знаешь, как я чуть не погибла несколько лет назад. Два года — это не долгий срок, чтобы подождать, и подумай, насколько сильнее ты будешь после еще двух лет тренировок здесь. Это было правдой, но если бы она поступила в Маяк в пятнадцать? Это сделало бы ее одним из самых молодых людей, когда-либо учившихся там. Это было бы потрясающе! И, честно говоря, она уже намного превосходила людей своего возраста в Сигнале. Она была лучшей в своем классе до того, как мистер Ашари взялся за нее. С его тренировками в дополнение к тому, что она получила от своей мамы и папы, ей уже говорили сражаться со студентами, близкими к выпуску. Иначе было бы несправедливо. — Разве ты не хотела пойти в Маяк с Эмеральд? — спросил Тайянг. — Могу сказать тебе прямо сейчас, что она не заинтересована в раннем поступлении в Маяк. Если ты примешь предложение Озпина, ты будешь одна. Эрк. — Никакой Эмеральд, никакого Ская, никого, кого ты знаешь из тренажерного зала, Сигнала или Патча. Угх. Она знала, что делает ее отец, но это знание не означало, что это не работало. Она обещала пойти в Маяк с Эмеральд, или, по крайней мере, подождать, пока у нее появится шанс убедить своего отца позволить ей пойти. Пойти сейчас было бы круто, но она пропустила бы еще два года тренировок в ASH Gym, и даже если бы они с Эмеральд поддерживали связь, был хороший шанс, что они не будут такими близкими друзьями, как сейчас. Не если Янг придется иметь дело с занятиями, домашними заданиями и командой в Маяке. — Э-э. Может быть, я подожду два года, — сказала Янг, заслужив широкие улыбки от Саммер и Тайянга. — Извините, сэр. Я действительно хочу поступить в Маяк, но… — Нет, нет. Я вполне понимаю. — Озпин не выглядел расстроенным. — Иногда я тороплю события. Желание собирать талантливых студентов и подталкивать их к присоединению к нам. В этом отношении я был немного нетерпелив. Мы будем с нетерпением ждать, чтобы приветствовать вас достаточно скоро. Я уверен, что с вашими навыками вы пройдете инициацию с легкостью. Небольшой румянец появился на щеках Янг. — Да. Не могу дождаться! — Вы говорите, что мисс Ашари также заинтересована в том, чтобы присоединиться к вам в Маяке? Вы намерены попытаться создать команду вместе? — Да. Мы надеемся на это. Хотя… — Янг поморщилась. — Не уверена, что ее отцу нравится эта идея. Она сказала, что поработает над ним немного, но я не знаю, насколько успешно. — Что ж, я буду надеяться, что вы обе со временем поступите. — Улыбнувшись ей, а затем ее родителям, Озпин извинился и ушел. Мисс Гудвитч последовала за ним, хотя она вежливо кивнула в сторону Янг; это было самое близкое к «молодец», что она могла получить. — Хм. Это было нечто… — Это точно, — сказала Саммер, с непроницаемым выражением лица. — Думаю, мне нужно поговорить с ним. — Позже, — сказал Тайянг, касаясь ее руки. — Сегодняшний вечер для Янг, помнишь? — Ты прав. — Улыбка Саммер вернулась, или, по крайней мере, скрыла ее раздражение. — Наша не такая уж маленькая девочка будет соревноваться в Мистрале. — Она бросила Янг небольшую усмешку. — Будем надеяться, что на этот раз она не забудет, что у ее соперника может быть трансформирующееся оружие. — Мааам!

***

Жон упал на землю с силой. Боль расцвела по всему его телу, исходя не только от удара, который он получил по голове, но и от многочисленных синяков по всему телу, многие из которых, как он чувствовал, приобретали ужасный синий цвет. Ему хотелось только свернуться калачиком и переждать, но опыт подсказывал, что это будет плохой идеей. Очень плохой идеей. Его фее-крестной это не нравилось. Он снова поднялся на ноги и повернулся, держа деревянный тренировочный меч в защитной позиции. Его фея-крестная была рядом с ним секунду спустя. Ее первый удар был сокрушительной силы, угрожая полностью пробить его защиту и, возможно, сломать руки одновременно. Вместо того, чтобы пытаться сопротивляться, он позволил удару отбросить его на несколько футов назад, уступая территорию, чтобы погасить силу. Она не говорила ему делать это, скорее показала. Показывай, а не рассказывай. Корал упоминала об этом в отношении письма, но Жон не был уверен, что это должно работать в бою. В любом случае, ее избиение было хорошей мотивацией для обучения. — Прекрати все время защищаться! — прошипела она, ударяя снова, на этот раз достаточно сильно, чтобы полностью выбить меч из его рук. Он заскулил от заноз в руках. — Почему ты стоишь? Ты думаешь, Гримм будет сидеть и ждать, пока ты соберешь свое оружие? Атакуй меня! — Н-но я безоружен. — АТАКУЙ МЕНЯ! — Рарх! — Жон бросился вперед с вытянутыми руками. Райвен поймала их плоской стороной своего деревянного меча, заставила их вернуться к его собственному лицу, а затем отступила в сторону, подставив ему подножку, пока его зрение было заблокировано. Жон упал на пол кучей. — Достаточно. — Его фея-крестная прошла мимо него, но не помогла ему встать. Она никогда не помогала. Вместо этого она использовала свой меч, чтобы подтолкнуть к нему его фляжку с водой. — Пей. Телу нужно питание, и обезвоживание убьет тебя быстрее, чем я. Открутив крышку, он жадно пил. — Ты слишком оборонительный, слишком задумчивый, — продолжала она. — Твоя стойка улучшилась, как и твоя защита, но защиты никогда не будет достаточно, чтобы обеспечить тебе победу. Ты должен атаковать. Ты должен победить своего противника. — Р-разве я не могу их измотать? — Я думаю, я только что доказала тебе, что ты не можешь. — Да, но я не могу победить тебя. Ты знаешь магию. Ты фея. Рука Райвен сжалась в кулак, и она прошептала что-то себе под нос, кулак дрожал перед ее лицом. — Я, — процедила она, — не фея. — Но я видел, как твои глаза светятся. И ты изменила погоду на днях. И ты появляешься из ниоткуда, и у тебя красные глаза, которые иногда загораются огнем… — Жон замолчал, давая своему аргументу устояться. Не то чтобы он не знал, что такое Проявления и все такое, но, ну, у Райвен было просто слишком много необъяснимых способностей. Кроме того, она никогда не говорила, что магия не существует, когда он указывал на это. Она просто говорила: «У меня нет магии». Потому что она была феей, очевидно. Она была магией. — Твоей глупости нет предела. Я начинаю думать, что это компенсация твоей выносливости. Какой-то аспект твоего мозга понимает, что не хочет мириться с побоями, которым ты себя подвергаешь, и поэтому давно покинул тебя. — Я действительно настолько впечатляющий? — Впечатляюще глупый, — простонала Райвен, садясь на бревно. — Тебе все еще нужно работать над своим нападением. Я буду бить тебя до синяков, пока ты не научишься. Не угроза. Утверждение. Райвен не делала угроз. — Знаешь, ты могла бы разблокировать мою ауру… — Еще нет. Аура — это костыль. Охотники полагаются на нее, чтобы танковать урон, который им действительно не нужно получать. Видя твои резервы, я полностью ожидаю, что ты станешь кирпичной стеной, как только она будет разблокирована. — Она смотрела на него с некоторым раздражением. — Я предпочла бы, чтобы ты сначала усвоил важность избегания, прежде чем приобретешь плохие привычки. — Охотники действительно настолько плохи? — Хуже. — Райвен подумала мгновение, а затем похлопала по бревну рядом с собой, предоставляя ему редкую возможность сесть рядом с его феей-крестной. Жон с радостью воспользовался ею. — Охотники бросаются в бой, не заботясь о своем окружении, — продолжила она. — Аура делает их почти неуязвимыми для вреда, поэтому вместо того, чтобы продолжать концентрироваться на защите, они уделяют все внимание нападению. — Вместо того, чтобы использовать и то, и другое? — Да. — Это глупо. — Согласна. Хорошо, что ты это понимаешь. Я научу тебя быть сильным до того, как твоя аура будет разблокирована, и тогда она станет просто еще одним инструментом в твоем арсенале. Это, конечно, если ты готов продолжать. — Определенно, — немедленно сказал Жон. — Я не сдамся. — Даже когда я раню тебя? — Даже тогда! Ты единственная, кто готов тренировать меня. Я не подведу тебя. Райвен хмыкнула. Он не мог сказать, была ли она довольна или нет, но у него было ощущение, что была. Она никогда не проявляла особой привязанности к нему, но это было нормально. Он провел свое исследование. Райвен определенно была из Зимнего Двора Фей. Это объясняло, почему они тренировались с деревянными мечами; потому что у нее была слабость к железу. — Ты сейчас думаешь о чем-то невероятно глупом, не так ли? — Н-нет. Райвен ущипнула переносицу. — Мне так сильно хочется причинить тебе боль… — Хе-хе… — Говори, — приказала она. — Я тренировала тебя и буду продолжать, но я хотела бы знать о тебе больше. — Обо мне? — О твоей семье. У тебя есть братья? — У меня есть сестры, — сказал он, считая вопрос о поле странным, но продолжая. — Есть мама, папа, я и мои семь сестер. Братьев нет. — Дяди? — Не знаю таких. — Двоюродные братья и сестры? — Нет? Райвен хмыкнула. — Значит, семья Арк маленькая. Или у нее есть дальние родственники в мире? — Я не знаю. Папа — это Арк в семье, он женился на маме. Он никогда не говорит о своей прошлой семье, так что может быть что-то. Я даже не знаю, кто мои бабушка и дедушка. — Он пожал плечами. — Может быть, они умерли, когда папа был молодым. Мама тоже была сиротой, так что это не было необычным. — Хмм. — Снова этот настойчивый звук, тон «не совсем верю», который она издавала. — Итак, в семье нет никого, кто носит твое имя? — Почему бы это должно быть? Разве не было бы запутанно, если бы два человека в семье имели одинаковое имя? — Он моргнул, внезапно осознав, что мог обидеть ее. — Я-я имею в виду, может быть, это не запутанно. Хотя у нас обычаи отличаются от обычаев фей. — Должна. Не. Убивать. — прошипела Райвен в свой кулак. Ее тело перестало дрожать через мгновение. — Где я могу узнать больше о твоей семье? Если я захочу узнать больше? — Я… я не знаю. У папы? Хотя ему может не понравиться, что ты тренируешь меня… — Нет. Забудь. Я осмотрю твой дом позже. Его поразило, что это заявление должно было его беспокоить, но, ну, что он мог сделать? Райвен была феей. Она будет делать то, что захочет, и не то чтобы он был достаточно силен, чтобы остановить ее. Должен ли он сказать своему отцу? Если бы он сказал, что его тренирует фея, вся его семья сочла бы его сумасшедшим. — Почему ты вообще так интересуешься моей семьей? — спросил он. — Это не твое… — Райвен приостановилась, обдумала, а затем изменила тон. — Возможно, я встречала твоего дальнего родственника. Трудно сказать. Однако на его ножнах такой же символ, что и на одежде твоей семьи. — Она коснулась пальцем эмблемы полумесяца на его груди. Она также украшала меч и щит его отца, Кроцеа Морс. — Это эмблема семьи Арк. Если кто-то носит ее, они должны быть Арками. — Или они убили одного из них, — заметила Райвен. — Д-да. Или это. Или, может быть, папа продал какую-то одежду, теперь, когда я думаю об этом… — Неважно. Я выясню это сама. — Разве ты не можешь использовать свои волшебные силы? — Тренировка! — быстро сказала Райвен, вставая так внезапно, что сбросила его с бревна. — Вставай и бери свой меч. У меня внезапно возникло желание сосредоточиться на твоей защите. — Она взмахнула своим оружием, красные глаза уставились на него. — Я буду атаковать, а ты будешь защищаться так долго, как сможешь. — Л-ладно. Когда мы остановимся? Ухмылка Райвен была слишком злой. — Когда ты больше не сможешь двигаться. Глоток.

***

— О, я помню этих двоих. — Вы помните?! — Роман мог бы поцеловать эту женщину — восемьдесят шесть лет или нет. Его пальто было покрыто грязью, ботинки были испачканы насквозь, и у него закончились сигары два дня назад. Здесь, в глуши Мистраля, казалось, в магазинах продавались только дешевые сигареты. Ублюдки. — О да, — вспоминала старушка. — Прекрасная пара. Маленькая Нора всегда была такой буйной, в то время как ее друг был тихим и замкнутым, но ужасно вежливым. — Она с опаской посмотрела на него. — Почему вы сказали, что ищете их? — Меня наняли дальние родственники, — солгал он. — Хм. Что ж, ваши волосы действительно похожи. Я слышала, что их деревня подверглась нападению, бедные малыши. — Да, я знаю. Куроюри. Послушайте, они здесь? Вы знаете, где я могу их найти? — Боюсь, что нет, дорогой. Роман сдержал желание сбросить свою шляпу-котелок и растоптать ее. — Почему…? — Эти двое были здесь, но вскоре после этого уехали. Или не вскоре — примерно через год или два. С моей точки зрения, это все скоро. О, как летит время. Я думаю, они что-то или кого-то искали. Может быть, они искали вас. Чертовы дети! Можно было бы подумать, что пара сирот, переживших разрушение деревни, будет сидеть на месте, но неееет, они должны были быть самыми экипированными и живучими детьми, о которых Роман когда-либо имел несчастье слышать. По крайней мере, если бы он нашел тело или два тела, он мог бы считать дело законченным. Жирный шанс, что босс позволит мне отделаться этим. Ему нужны доказательства. Черт возьми. — Да, конечно. Они сказали, куда направляются? — Боюсь, что нет. Я не уверена, что даже они знали, куда идут. Роман застонал. — И никто не подумал остановить двух маленьких детей, просто… бродящих по дикой местности? — Он снова застонал, когда старушка пожала плечами. — Отлично. Замечательно. Я рад видеть, что я каким-то образом самый ответственный человек здесь. Вы хотя бы знаете, в каком направлении они пошли? — На самом деле, я не уверена, что они вообще покинули деревню. Охранники не позволили бы двум детям уйти самостоятельно. Я не совсем помню, но… нет, я вспомнила. Я уверена, что за ними пришли какие-то люди. Взрослые. Я не видела многого, но они убедили двоих детей уйти с ними. — Что-нибудь, что вы можете вспомнить об этих людях? Что-нибудь вообще. — Высокий парень. Очень респектабельный вид, с почти военной манерой. О, и у него были великолепные усы. Как его звали. Ах да! Артур. Вот оно что. Артур как-то там. — И двое детей ушли с ним? — Да. Роман кивнул и поблагодарил женщину, уходя с Нео — которая украла часть яблочного пирога старушки незаметно. Нео продолжала есть его, пока они выходили, облизывая пальцы. Артур. Что-то Артур. Это не так много, но это не проблема. Босс ожидал, что эти дети будут сами по себе, а не усыновлены или подобраны каким-то странным военным парнем посреди чертовой глуши без объяснимой причины. — У меня такое чувство, что боссу это не понравится, Нео. Ни капельки…