Реликвия будущего

— Что? Фу, Райвен не моя мама. Кроу внимательно осмотрел мальчишку, оглядев с ног до головы, пытаясь побороть немедленное чувство облегчения. Он отчаянно хотел верить, что это правда, но пацан был здесь, одет как Райвен, держал меч Райвен, и выглядел точно как молодая версия Жона, который, как ни странно, оказался единственным парнем, кто мог находиться рядом с Райвен в течение любого времени, и который был в племени до прибытия в Вейл. Это было всего пару лет назад, конечно, но всегда оставался шанс, что он был с племенем дольше. Райвен не из тех, кто легко доверяет. И всё же, надежда была так реальна… — Ты не её ребенок? — Нет. Фу. Райвен, конечно, классная, но… нет. — Хех. Умный пацан. Как тебя зовут? — Я не думаю, что… — начал черноволосый мальчик с розовыми глазами. — Жон. — Неважно… — застонал розовоглазый. — Давай просто расскажем странному мужчине всё о нас. Что может пойти не так. — Что? Но незнакомцы — это просто друзья, с которыми ты ещё не познакомился. — Это… я… — Мальчик помассировал виски. — Нет, забудь. Делай, что хочешь. Кроу обычно наслаждался бы таким маленьким спором, если бы не имя, так небрежно брошенное. Жон. Так, это ещё одна галочка в пользу версии о незаконнорожденном ребёнке. Судя по возрасту мальчика, он, вероятно, родился после Янг, что поднимало множество сложных вопросов. Неужели Райвен бросила Тайяна ради Ашари? Это могло быть неприятно. Очень неприятно. — Назван в честь отца? — небрежно спросил Кроу. — А? Нет. Моего отца зовут Николас. Фух. Кроу покачнулся на носках. Пронесло. Если подумать, мальчик был достаточно похож и на Тайяна — за исключением более бледной кожи, кожи, которая могла быть от Райвен. Однако, присмотревшись внимательнее, хотя было много сходства с Жоном Ашари, особенно нос, у мальчика не было никаких черт Райвен. Иногда, глядя на Янг, он вспоминал свою сестру, но ничего подобного он не видел в стоящем перед ним мальчике. — Так, просто чтобы убедиться. Ты не ребёнок Райвен? — Она моя крёстная мать. Правдоподобно. Возможно. Он не знал всех, с кем общалась Райвен, так что, вероятно, где-то был кто-то достаточно глупый, чтобы считать, что Райвен будет хорошей крёстной. Он жалел бедняг — им, вероятно, стоило проверить голову — но они могли существовать, и, по крайней мере, это означало, что перед ним не отпрыск друга, изменившего с его сестрой его лучшему другу. Это привело бы к некоторым неловким разговорам. Может быть, это как «Джон», но регионально. Возможно, это распространённое имя, с которым я просто не знаком. Не всем достаётся такое глупое имя, как «Кроу». — Моя фея крёстная! Пффт. Кроу прикрыл рот. И внезапно всё стало налаживаться. — Ты так называешь её в лицо? — Конечно. Ах, а он думал, что день будет скучным. — Хорошо, малыш. — Он положил руку на голову мальчишки. — Думаю, ты мне начинаешь нравиться. Вон та куча апатичного алкоголизма — моя сестра. Меня зовут Кроу. Кроу Бранвен. — Жон Арк. — Он кивнул в сторону. — А это Нора и Рен. — Опасность незнакомца! — воскликнул Рен. — Твои родители тебя ничему не учили?! — Но он не незнакомец. Он сестра Райвен. Это делает его… вроде как крёстным дядей по закону? — Жон посмотрел на него прищуренными глазами. — И у него такие же глаза, а я никогда раньше не видел красных глаз у кого-либо. Ты можешь превращаться в птицу? Малыш знал об этом? Райвен, должно быть, была ближе с ним, чем он сначала думал. Это нужно было держать в секрете, но если он уже знал, то Кроу решил, что будет проще подтвердить, что он брат Райвен, и получить от него ответы. С быстрым кивком он превратился в свою птичью форму и обратно. — Это твоё Проявление? — спросил Рен. — Что-то вроде того, — уклончиво ответил Кроу. Дети не упустили этого. — Ты фея, как Райвен, да? — спросила девочка. С одной стороны, ни один мужчина не любит, когда его сравнивают с маленьким крылатым существом для детей. С другой стороны, мысль о том, что Райвен застрянет как «подтверждённая фея» на всю оставшуюся жизнь, была слишком хороша, чтобы отказаться. — Да, — солгал он. — И Райвен тоже. Но ей очень стыдно за это, поэтому она, вероятно, скажет иначе. — Он пожал плечами, пытаясь не рассмеяться. — На самом деле она очень стесняется таких вещей. — Я так и знала! И я говорила тебе. — Теперь, когда мы закончили с представлениями, — сказал Кроу, — И поскольку похоже, что Рей не собирается просыпаться в ближайшее время, почему бы тебе не рассказать мне, что здесь произошло? На племя напали? Райвен отбилась от них? Они… кого-нибудь забрали? Несмотря на готовность говорить ранее, мальчик колебался рассказывать о том, что произошло. Кроу мог это уважать, но это было слишком важно. Если Райвен потеряла деву… — Слушай, я был частью племени, прежде чем ушёл. Что бы мы с Райвен ни думали друг о друге, мне нужно знать, в опасности ли она. У меня есть друзья, которые могут помочь исправить это. — Думаю… — Жон. Младший Жон — чёрт, это будет сбивать с толку — посмотрел на бессознательное тело Райвен. Он явно беспокоился о ней. — На племя не нападали. Мы на самом деле спасали Рена и Нору от плохих людей, которые похитили их. — Спасали…? — Кроу посмотрел на упомянутых. — Его звали Артур Уоттс, — сказал Рен, и глаза Кроу немедленно сузились. — Он похитил нас с Норой и запер в клетках в подземном бункере. Он никогда не говорил, что у него было на уме, но я слышал, как он упоминал другому о том, чтобы вернуть нас для встречи с кем-то важным. Уоттс. Кроу поморщился. Так, Райвен пошла из своего пути, чтобы спасти каких-то детей? Он хотел сказать, что этого не могло случиться — она была трусихой, которая заботилась только о себе — но она не была идиоткой. Если один из этих детей был важен каким-то образом, достаточно важен, чтобы быть угрозой для Райвен, если бы его привели к Салем, тогда Райвен бы действовала. Хотя бы для собственной защиты. Его взгляд скользнул к молодой девушке. Пятнадцать лет, нервная и прячущаяся за своим спутником. — Вы, дети, в безопасности здесь сейчас? Они обменялись нервными взглядами. Умные дети, не предполагающие, что будут в безопасности. — Мы думаем, что будем, — сказал Рен. — Племя, кажется, не против нашего присутствия, и кто-то приносит нам еду и воду. Когда Райвен проснётся, возможно, будет лучше, но нет гарантии, что Уоттс и его союзники не вернутся. Без Райвен, чтобы противостоять им… — Да, я понимаю. Вот что, я полечу в Мистраль и достану медикаменты. Я знаю директора Хейвена. Мы постараемся поставить Райвен на ноги и отправить вас троих в безопасное место. Как это звучит? — Мне вроде как нужно домой, — нервно сказал Жон. — Я не сказал маме или папе, что буду помогать Райвен. — Угх. — Ещё осложнения. — А вы двое? — У нас больше нет дома, — сказал Рен. — Или семей. — Чёрт. Мне жаль. — Слишком много таких в наши дни. Казалось, что всего, что они делали, чтобы бороться с врагом, было недостаточно. — Мы поговорим подробнее о том, какие у вас есть варианты, когда я вернусь. Оставайтесь здесь и будьте в безопасности, хорошо? — Трое детей кивнули и пообещали сделать именно так. Пора ему отправляться в Хейвен и связаться с Озпином.

***

Папа. Его отец. Нет, незнакомец. Жон отвел взгляд, борясь с комком, образовавшимся в горле, когда все те упущенные возможности попрощаться нахлынули снова. Это был человек, который вырастил его, и которому он, в своем высокомерии, отплатил, украв меч и сбежав. К тому времени, когда у них появился шанс восстановить отношения, они уже противостояли Салем, и Николас, как и многие отважные охотники, отдал свою жизнь, защищая невинных людей четырех Королевств. Они так и не помирились. Жон так и не получил шанс извиниться или спросить отца, гордился ли он им в конце концов. Не смотри на него. Он здесь чужой. Мы никогда не встречались друг с другом раньше. Его ноги дрожали. Мама здесь…? Я… я хочу её увидеть. Его сестры тоже. Все они были здесь, в этом мире, не тронутые ужасами будущего. И, конечно, здесь тоже был бы Жон. Высокомерный и глупый мальчишка, который думал, что может стать охотником без тренировок и тяжелой работы. То, что он таким стал, не делало ситуацию лучше; это только напоминало ему, как сильно он принимал свою семью как должное. — Озпин, — сказал он слабым голосом. — Я вам нужен для чего-то? — Конечно. — Озпин внимательно наблюдал за ним. Не с подозрением, как обычно, а с искренней заботой. Он, очевидно, ожидал какой-то реакции, но, возможно, не такой драматичной. — Я прошу прощения за то, что пришел без предупреждения, — И за то, что не предупредил его об этом, говорили его глаза. — Но мой старый ученик, Николас, прибыл в Вейл с тревожными новостями. Мы надеялись, что вы могли бы помочь. Не так ли, Николас? — Вы Арк? — выпалил Николас. Жон встретился с ним взглядом. — Нет. — Вы уверены? Есть шанс, что… — Я никогда не был и никогда не буду Арком. Я Жон Ашари. Эмеральд вложила свою руку в его, предлагая поддержку, какую только могла. Это было больше, чем она осознавала, и Жон сжал ее пальцы. Вздох вырвался из него, и он сразу почувствовал себя немного увереннее. Он прожил свою жизнь как Жон Арк. Он не сказал бы, что растратил ее впустую, но его отец был мертв. Это был другой человек. — Я приношу извинения за то, что выгляжу так растерянно, — сказал он, звуча немного спокойнее. — Я только что вернулся из Мистраля и не имел времени отдохнуть. Вы также… ну, полагаю, вы сами видите, насколько поразительным было сходство. Николас выглядел так, будто хотел возразить, но Озпин вмешался. — Давайте не будем задерживать Жона дольше, чем необходимо, хм? Мы ищем сына Николаса, который, кстати, тоже носит ваше имя. Жон? Младший Жон? — Почему? — спросил он. — Что случилось? — Он пропал из своего семейного дома в Анселе, — объяснил Озпин. — Николас приехал сюда, чтобы узнать, не пытался ли его сын поступить в Маяк. Безрезультатно, боюсь. Мы подумали, что он мог быть очарован вашим Залом после вашего недавнего успеха в Мистрале. Жон здесь? Так скоро? Это было… возможно, он полагал. Он никогда не интересовался турнирами в детстве и не лгал Пирре, когда говорил, что не знает, кто она, но это не значило, что что-то не изменилось. Даже новостной репортаж по телевидению или статья в газете; что угодно могло захватить ум молодого мальчика. И Зал ASH не требовал подготовки охотника. Это был честно лучший подход для его младшего я, чем просто убежать в Маяк. — У меня не было возможности проверить с момента возвращения, так что если он там, я не знаю. — Жон наблюдал, как лицо отца поникло, и сразу почувствовал себя виноватым. Это был не он как таковой, но он тоже сбежал, так что всё это испытал бы его отец в изначальной временной линии. — Я бы предложил отвести вас туда сейчас и проверить, но уже поздно. Даже если ваш сын был здесь, он бы подождал до завтра, чтобы появиться. Именно тогда Зал рекламируется к открытию снова. — Вы не возражаете, если я приведу Николаса завтра? — спросил Озпин. — Разумеется. После того, что мы сделали в Мистрале, я в любом случае ожидаю множество новых учеников. — За некоторыми, как Синдер, он будет присматривать, но он также ожидал обычных искателей славы, которые появились в первый раз. Тех, кто видел славу и возбуждался, но в конечном итоге не приложил бы долгосрочных усилий. — Я также буду следить за его именем и свяжусь с Озпином, как только увижу его. — Спасибо, — сказал Озпин. — Д-да. — Николас кашлянул в кулак. — Спасибо за это. И извините за беспокойство так поздно… — Без проблем. Вы… хотели бы остаться на ужин? — Нам не стоит, — сказал Озпин. — Вы только что вернулись, и, если память мне не изменяет, вы уже заботитесь о трех детях. Нет необходимости добавлять в список еще двух взрослых детей. — Он усмехнулся, говоря это. — Увидимся завтра, Жон. Еще раз спасибо за вашу помощь, и прошу прощения за любые неудобства. — Да. — Жон наблюдал, как они уходят. — Без проблем… Эмеральд усилила хватку его руки. — Я в порядке, — сказал он, ложь давалась легко. Эмеральд заметила это так же легко и потянула его к дивану. Он опустился на него, ноги как желе. Когда Эмеральд побежала за напитком, он крикнул: — Не нужно. Я буду в порядке. Игнорируя его, она вернулась с банкой пива. Не совсем отличный образ для его дочери, но у них не было возможности сходить в магазин и купить сок. Жон открыл ее со щелчком и шипением пены и сделал долгий глоток. Горький вкус помог ему сосредоточиться. Возможно, Кроу и Райвен были правы в отношении механизмов выживания. Хотя Кроу не стал сильно пьющим в этой жизни. Он пил только на вечеринках. — Ты действительно Арк, — прошептала Эмеральд. — Нет. Уже нет. — Он посмотрел на нее и протянул руку. Эмеральд быстро заняла место рядом с ним, прильнув головой к боку его груди, а его рука обнимала ее за плечи. — Я теперь Ашари. Мы оба. Это всё, что имеет значение. Эмеральд кивнула и прижалась к его боку.

***

Среди учеников, прибывших на следующее утро, не было Жона. Были новые лица, как и ожидалось, но ни одного из тех, кого он действительно ожидал — Синдер и, если его внутреннее чутье не обманывало, может быть, даже Сан. Но это не было необычным. Они не могли просто переехать в Вейл за один день. Потребуется время. У него было много людей разного уровня подготовки. Его существующие ученики выглядели раздраженными из-за этого, особенно потому что знали, что он отсеет ленивых с помощью жестких тренировочных упражнений. Всем предстояло снова много бегать. Это было полезно для них. Пока ученики бегали круги вокруг Зала, причем те ученики, которых он тренировал до отъезда, опережали остальных на несколько кругов, Жон нашел время подойти к Озпину. Директор стоял немного в стороне от Николаса, который выглядел так, будто не спал и сегодня тоже не будет. — Похоже, он не присоединился. — Нет. — Озпин издал тихий вздох. — Это был дальний выстрел, но я надеялся, что он принесет плоды. Мне действительно жаль беспокоить вас этим. — Никаких проблем. — Жон говорил правду. Он вспомнил свою семью. Отца. Николас был хорошим человеком, и он, должно быть, очень беспокоился. Если его младший двойник был таким же, как он, то, скорее всего, он попытался сбежать, чтобы стать охотником. — Я надеюсь, что вы найдете его, прежде чем он попадет в беду. — Мы оба знаем, что это неправда — и я говорю не о юном мальчике. — Взгляд Озпина вернулся к Николасу. — Я не буду спрашивать, в чём там проблема — это не моё дело — но хотя я ожидал некоторого удивления от сходства, я не предвидел, что на вас так сильно повлияет его прибытие. Это было несправедливо с моей стороны. — Если вы пытаетесь выудить информацию, я её не дам. — Я бы и не ожидал этого. У каждого есть скелеты в шкафу. Он был немного удивлен, что Озпин был готов оставить всё как есть, учитывая, насколько параноидальным тот обычно был. Вероятно, Озпин считал эту информацию неважной, или, может быть, реакция Жона была достаточным ответом. Да, там была какая-то связь, и нет, она не была идеальной. Этого могло быть достаточно для Озпина. По крайней мере, это подтверждало, что он не появился из ниоткуда. Полагаю, позволить Озпину придумать свои собственные теории тоже помогает мне. Создаёт впечатление, что у меня есть прошлое в этом мире. — Спасибо, что оставили это. Но насчёт ребёнка… — Оставьте его нам; я не хотел бы, чтобы это повлияло на вашу работу. Я уже передал описание мальчика местной полиции, и я попрошу Кроу следить за ним, когда он вернётся. — Где Кроу? — На небольшом задании для меня. — Ясно. — Информации не последовало. Жон обменялся несколькими быстрыми любезностями с директором, рассказав ему о нескольких учениках, за которыми Озпин, возможно, захочет присмотреть для целей набора — Коко, Скай и Янг были очевидными кандидатами. К его облегчению, Озпин не упомянул об отсутствии Эмеральд в этом списке и не предложил её. Закончив, он вернулся на главный мат, чтобы наблюдать за бегающими детьми. По крайней мере, внешне. В голове он не мог не волноваться. Нашла ли Салем Жона — другого Жона? Имя было редким, но не невозможным для повторения, и он был уверен, что сохранил имя «Арк» в тайне — только Эмеральд и Райвен знали его — но не исключено, что они заметили физическое сходство. Достаточно, возможно, чтобы предположить, что они родственники, и что Жон может стать многообещающим заложником. Они бы связались со мной, если бы это был случай. И была бы драка. Они бы не удовлетворились тем, что просто забрали Жона, когда могли бы забрать и моих сестёр. Больше заложников означало больше безопасности, наряду с возможностью причинить вред одному, чтобы доказать, что они не блефуют. Учитывая, что они точно знали, где он находится, им было бы нетрудно предъявить свои требования. Гораздо вероятнее, что Жон сбежал. В конце концов, он сделал это однажды, так что на два года раньше — это изменение, но такое, которое можно объяснить. Больше внимания к тренировкам, изменение обстоятельств или просто что-то другое, что он изменил. Трудно отследить каждую рябь. Может быть, сделав Рашема фантастически богатым бизнесменом, это каким-то образом заставит младшего Жона уйти раньше. Это не обязательно должно иметь смысл для него — только для его пятнадцатилетнего я. Сначала Нора и Рен, а теперь Жон. Слишком много всего происходит. Мне действительно нужно, чтобы Райвен снова начала показываться. Его волнение не отражалось на лице, но оно окрасило его действия, заставив его крикнуть ученикам остановиться, а затем заставить их выполнить мучительное количество отжиманий, приседаний и скручиваний. Может быть, если он установит птичью ванну, Райвен придёт. Лучше наполнить её выпивкой…

***

— Что заползло в задницу твоего старика и сдохло? — спросила Коко у Эмеральд в раздевалке, откинувшись на прохладную кафельную стену. Покрытая потом, с грудью, поднимающейся и опускающейся при каждом тяжёлом вдохе, Коко выглядела так, как они себя чувствовали: полностью истощёнными. — И как нам это вытащить? Я чувствую, будто каждая мышца в моём теле горит. — Хаа хаа… Вайсс согнулась пополам над деревянной скамейкой, всё ещё в тренировочной одежде, с лицом таким красным, что оно могло бы соответствовать плащу Руби. Только у нескольких девушек хватило сил добраться до душа. Янг была одной из них, но в последний раз, когда Эмеральд проверяла, она просто лежала плашмя с включённым душем, настроенным на максимально холодную температуру. Они были не единственными. Эмеральд немного жалела новичков, многие из которых громко рвали в туалетах. Они, вероятно, никогда в жизни не работали так усердно, и это даже не было оскорблением в их адрес. Что бы ни беспокоило разум её отца, это не исчезло прошлой ночью. Он был в одном из своих «настроений». Люди справлялись по-разному, как узнала Эмеральд. Некоторые люди на улицах — многие люди — становились злыми и жестокими. Некоторые плакали, а некоторые просто сдавались. Папа не был похож ни на одного из них, к счастью. Он бил её всё время, но тренировка была другой, и она всегда знала, что он мог бы ударить её гораздо сильнее. Вне этого, он никогда не поднимал на неё палец. Проблема была в том, что когда у него было плохое настроение, он отвлекался, а когда отвлекался, он имел тенденцию забывать, что большинство людей могут выдержать. В данном случае, он собирался потерять большинство, если не всех, новичков. Хотя… это не было чрезмерно плохо. По крайней мере, с её точки зрения. Меньше людей, с которыми нужно делить учебное время. Кроме того, если они испугались этого, то их сердца, очевидно, не были в этом. Они не должны тратить его время. — Я не знаю, — ответила она честно. — Пропал ребёнок. — Один из наших? — спросила Коко. — Я не заметила, чтобы кто-то отсутствовал. — Нет. Мистер Озпин пришёл вчера вечером и спрашивал о ребёнке, который пропал; они думали, что он может попытаться присоединиться к залу. — Она видела несколько человек, заинтересованных в истории, но не могла предложить больше. — Но он не появился. Папа, возможно, просто беспокоится. — О чьём-то чужом ребёнке? Эмеральд пожала плечами. — Единственное, о чём я могу подумать. — Можешь что-нибудь с этим сделать? — прохрипела Вайсс. — Желательно до того, как мы все умрём? — Ты живёшь в одном доме со мной. Ты могла бы помочь. — Хорошо. — Вайсс глубоко вдохнула и выдохнула. — Может быть, если я попрошу Винтер поговорить с ним, у него будет лучше настроение. — Нет! — Эмеральд поморщилась, когда все взгляды обратились на неё. Это сработало против неё. — Я не думаю, что это лучшая идея. Оставьте это мне. Я лучше знаю своего отца. — Но ты только что сказала помочь тебе… — Это было риторически. — Это не то, что… — Хех, лучше оставить это, — сказала Коко, подмигнув в сторону Вайсс. — Не очень хорошая идея вставать между папиной дочкой и её стариком. Люди попадали в необычно злые тренировочные инциденты, когда делали это. Ты когда-нибудь слышала о девушке, которая пыталась флиртовать с ним? — Нет. — Вот именно! Эмеральд фыркнула. Не было ученицы, которая пыталась флиртовать с её отцом, хотя если бы такая была, у неё бы были слова для неё. Коко просто создавала проблемы, как обычно. Одним ярким моментом их жестоких тренировок было то, что даже Вернал была слишком уставшей, чтобы быть стервой. Не истощённой, как они, но уставшей и довольной этим, сидящей на табурете в углу с широкой улыбкой на лице и потом, льющимся по её топу. Коко увидела, как она смотрит, и сделала жест в её сторону, а затем обвела вокруг своего уха в универсальном знаке сумасшествия. Эмеральд кивнула, полностью соглашаясь. Вернал была глупой — хотя теперь она была довольно богато-глупой, потому что папа открыл ей банковский счёт и дал деньги. Было неприятно думать о том, что Вернал ворует у них, но если альтернативой было то, что Вернал живёт с ними? Эмеральд продала бы оба лёгких, прежде чем позволила бы этому случиться. — Ты когда-нибудь думала, что ему нужна женщина в его жизни? Эмеральд искоса посмотрела на Коко. — У него есть одна. Я. — Нет, я имела в виду женщину. Эмеральд подняла одну бровь. — Партнёр, Эмеральд. Снятие стресса. Весёлое время. — Видя, что она никуда не продвигается, Коко сдалась. — Секс. Я говорю о сексе! Он, вероятно, напряжён и ему нужно снять напряжение. — Ты предлагаешь мне заняться с ним сексом? — НЕТ! — закричали Коко, Вайсс и даже Янг (из душа). — Кто-то другой, очевидно, — сказала Коко. — И нет, я не делаю шаги в сторону твоего отца. Просто говорю, что ему, возможно, не помешало бы немного веселья в его жизни. Хорошая девушка — или парень, я не сужу — помогла бы ему успокоиться. — Она вздохнула. — По крайней мере, это спасло бы нас от таких пыток снова. Эмеральд прикусила губу, не зная, что думать. С одной стороны, её отец был взрослым и очень одиноким. Конечно, она была с ним, но, если верить тому, что сказала Саммер, это не считалось. Саммер была бы идеальна для него, но она занята, и Янг с Руби, вероятно, не понравилось бы, что я пытаюсь свести своего отца с их мамой. Даже если бы это было очень удобно. Она бы не возражала иметь Руби и Янг в качестве сестёр. — У тебя есть мама? — спросила Эмеральд у Коко. — Да. И папа, спасибо. — Твой отец удовлетворяет твою мать? — Иии я заканчиваю этот разговор сейчас. — Коко отвернулась. — Я пыталась, дамы. Я пыталась. Девушки рассмеялись в ответ и вернулись к переодеванию, но Эмеральд больше размышляла над этой идеей. Не она и её отец, конечно, это было бы странно. Но её отец был идеальным человеком — очевидно — и был одинок. Может быть, Коко была права, когда сказала, что он может быть разочарован. Саммер и папа рассказали ей об этом во время «разговора», из-за которого они были так взволнованы, о том, как некоторые люди вступают в отношения для целей, отличных от брака или размножения, что, по их словам, было совершенно нормально, если обе стороны согласны, заботятся друг о друге и уважают друг друга. То, что папа с кем-то встречается, не обязательно означает брак или то, что он оставит её — а в наши дни, беспокоилась ли она об этом вообще? Он когда-то был Арком, но покинул свою семью. Теперь они Ашари, и ничто не изменит этого. Найдёт он кого-то или нет, она всё равно будет его дочерью в первую очередь. Оставив всё как есть, он может сделать что-то глупое, например, согласиться на Винтер — или, что ещё хуже, Кровавую Леди. А что, если Вернал запустит в него свои когти?! Было так очевидно, что она хочет его внимания, так что представить, как она пытается соблазнить его, было даже не так сложно. Это было бы плохо. Очень плохо. Лучше, конечно, чтобы она приложила руку к поиску кого-то идеального для него. Действительно жаль, что тётя Саммер счастлива в своём браке. Вернувшись из душа, Янг посмотрела на Эмеральд и сузила глаза. — Мне не нравится выражение твоего лица… — Я думаю. — Не было смысла говорить о чём; Янг просто разозлится. Удивительно, как мало взрослых женщин она знала. — Как ты думаешь, Мисс Гудвитч займётся сексом с моим отцом? — Э. Ну… я не знаю? В смысле, я встречала её только раз или два. Почему бы тебе не спросить её, когда она в следующий раз приедет на один из своих семинаров? Спросить её? Вот так просто? Спросить Мисс Гудвитч, переспит ли она с её отцом? Ладно. Это казалось разумным.

***

— Угх. — Глаза Райвен затрепетали, а затем, когда она увидела четырёх людей, смотрящих на неё, снова закрылись. — Нгх. — Вставай и сияй, спящая красавица, — позвал её идиот-брат голосом, настолько чертовски счастливым, что ей захотелось заколоть его. — Солнце встало, птицы поют, и в воздухе витают возможности. — Вообще-то, сейчас ближе к полуночи, — сказал мужской голос. — Детали. Снова застонав, Райвен заставила себя сесть, останавливаясь, когда почувствовала, как бинты натянулись на её животе. Они были неаккуратно наложены; работа Кроу, это точно. Почему он здесь, она не знала, не говоря уже о том, почему он потрудился подлатать её. Судя по присутствию Жона, Рена и Норы, ей удалось сбежать с ними. Незнакомое чувство поднялось в её животе. Райвен подавила его. Здесь нечем гордиться. Глупость порождает ещё больше глупости. — Почему ты здесь, Кроу? — Это твои первые слова после пробуждения? Ха. Я должен был знать. Я здесь, дорогая сестра, потому что твоему крестнику нужен был кто-то, чтобы собрать медикаменты для тебя. Не знаю, осознаёшь ли ты, но ты была не в лучшей форме там. — Кроу сел на комод. — Ты в порядке? — Как будто меня переехал Голиаф. — Я не удивлён. Озпин почувствовал, как сражаются две девы. Оказаться в центре этого? — Он покачал головой. — Плохая идея. Безрассудно, даже. Я бы спросил, что заставило тебя сделать что-то настолько глупое, но, думаю, даже ты знаешь, насколько плохо было бы, если бы она собрала все четыре. Желудок Райвен сжался, и она бросила на него суровый взгляд, ожидая, когда он предложит это. Ожидая разговора о рисках, безрассудстве и о том, почему она должна делать то, чего они хотят. Это не заставило себя долго ждать. — Дети, можете оставить нас наедине на минутку? — спросил Кроу. — Не знаю, — сказал Жон, сверля взглядом спину Кроу. — Он действительно твой брат, Райвен? Несмотря на свои травмы, взгляд, которым он одарил Кроу, заставил её улыбнуться. — Да. К сожалению. Идите. Найдите мне еду и питьё, если хотите быть полезными, и если кто-то попытается остановить вас, скажите им, что я буду недовольна. — Еду? — Да! Я спала чёрт знает сколько. Я голодна. Идите! — Д-да! — Жон встал. — Идёмте, ребята. Еда для Райвен. Что феи вообще едят? — Трое детей выбежали из палатки, болтая о том, что ей принести. С любой удачей, они найдут кого-то с каплей здравого смысла, потому что она хотела бекон, говядину, свинину и любое другое мясо, которое она могла запихнуть в своё горло. Если Жон вернётся с волшебной пылью или какой-то такой ерундой, она проведёт для него экспресс-курс фехтования. — Милый ребёнок, — сказал Кроу, когда они ушли. — Я не знал, что ты крёстная мать. — Хм. — Не имея понятия, что сказал Жон, она играла безопасно. — Просто чтобы проверить, он… не твой. Верно? — Жон?! — Райвен поморщилась. — Нет. Абсолютно нет. — О, слава богу. Я думал… Неважно, что я думал. Озпин послал меня узнать, что случилось, когда он почувствовал битву между двумя девами. Это была буря, которую мы видели на днях, я полагаю. — Райвен напряглась, и Кроу вздохнул, заметив это. — Мы знали, что у тебя в племени была Дева Весны некоторое время. Мы ничего не говорили из-за… ну, из-за того, какая ты. Решили, что тебе не понравится идея, что мы следим за тобой. — Не нравится. И до сих пор не нравится. — Как бы то ни было, мы следили. Ты знаешь, что я собираюсь сказать, Райвен. Держать такую силу здесь нерационально. Враг знает, где она, и как бы сильна ты ни была, ты не так сильна, как Озпин. Самое безопасное место для девы — в Маяке. — Под его контролем, ты имеешь в виду, — прошипела она. — В чём вообще твоя проблема с Озпином? — Ты не поймёшь. — Или он бы понял, но никогда бы ей не поверил. Слишком много веры в старика. — Я не вернусь, Кроу. С Озпином и со мной покончено. Закончено. Жизнь движется дальше. — Райвен поморщилась. — Тайян и Саммер, конечно, двинулись дальше. Он поднял бровь. — Ты их за это винишь? — Нет. — Он бы остался с тобой до конца, знаешь ли. — Заткнись, Кроу. Ты не знаешь, о чём говоришь, так что не пытайся. — Райвен снова попыталась встать и поморщилась, всё её тело напряглось, и она задрожала. Кроу положил руку ей на плечо и твёрдо опустил её. — Сиди спокойно. Я не шутил, когда сказал, что ты выглядишь ужасно. Тебя сильно побили. — Дева, — прошипела она. — Не могла понять, какая. Работает с Уоттсом и Тирианом. — Ты против троих? Чёрт, Рей. — Он сумел улыбнуться. — Ты заставляешь меня чувствовать себя неадекватным здесь. — Это был бой, которого я не хотела. Я думала, что буду против одного человека. — При его вопросительном взгляде она объяснила. — Уоттс. Должен был быть только он, но у него была поддержка. Это была ловушка с самого начала, и я попала в неё. — Она винила воспоминания Жона за это. Заставляют её делать глупости и действовать как он. — Только благодаря моему Проявлению и отвлечению со стороны Жона я выбралась. — Маленький Жон? Райвен осторожно кивнула. — Это совпадение. Я его не называла. — Конечно, нет. Ему на вид пятнадцать. Тот же возраст, что и у Янг? — Достаточно близко, я полагаю. Он хочет поступить в Маяк. Кроу оживился. — И ты позволишь ему? — Это его жизнь, не моя. — Райвен легла обратно на кровать и закрыла глаза. — Я знаю, что ты ждёшь, чтобы сказать, Кроу. Покончи с этим. — Хорошо. Я скажу. Тебе повезло, Райвен. Очень повезло. Если бы не твоё Проявление, ты была бы мертва. Я не скажу, что ты была неправа, сражаясь. Удержание девы от их рук важно. Это было… храбро с твоей стороны взять это на себя. — Кроу выглядел раздражённым, вынужденный сказать это. — Я думаю, ты знаешь, насколько плохо было бы, если бы они получили их всех, так что не так сложно поверить, что ты действовала в своих интересах. Но всё равно думаю, что ты могла бы связаться со мной или Озпином. Я знаю, — сказал он, когда она собралась возразить, — Ты не доверяешь ему. Но если бы он знал, что поставлено на карту, он бы помог. По крайней мере, я мог бы присоединиться к тебе в бою. Чёрт, ты могла бы собрать меня, Жо… Большого Жона, Саммер и Тая. Мы бы поучаствовали в чём-то настолько серьёзном. Как бы раздражающе это ни было, она знала, что он прав. По крайней мере, в одном маленьком моменте — Жон. Он хотел быть там, чтобы спасти Рена и Нору, а её самостоятельный поход был верхом глупости. Скорее вопрос доказательства самой себе, что она может это сделать. Глупость с её стороны. — Но суть, к которой я веду, в том, что теперь небезопасно. Они теперь знают, где ты; они знают, чего ожидать. Они вернутся, и они не сдадутся, пока не получат силу Девы Весны раз и навсегда. Райвен нахмурилась, глядя в потолок палатки. — Я знаю, что ты хочешь оставаться независимой. Я знаю, что ты хочешь остаться в стороне. Но ты уже бросила свой кубик. Ты действовала. Они не примут того, что ты стоишь в стороне, и они будут продолжать охотиться за Девой Весны, пока она на виду. — Кроу облокотился на край её кровати. — Признай это, Райвен. Выбор очевиден. — Нет. — Она прошипела это слово, зажмурив глаза. — Я не вернусь. Я отказываюсь возвращаться в Маяк! — Ты? Кто говорил о тебе? Я имею в виду Деву Весны. Райвен уставилась на него с открытым ртом. — Что? — Нора, девочка, ради спасения которой ты рисковала своей жизнью, — сказал он с абсолютной уверенностью человека, который знал, что не может ошибаться. — Дева Весны.