Реликвия будущего

— Хааа! — Неплохо, Янг. Всё ещё немного медленно на замахе, но неплохо. — О, да? Тогда как насчёт этого! — Янг зачерпнула немного пыли и бросила её отцу в лицо. Она стекла по его рукам, Тайянг успел заблокировать. — Извини, firecracker. Я действительно обращаю внимание, когда ты тренируешься в спортзале ASH. К тому же, я уже сражался с вами, мелкими разбойниками. — Он опустил руки и ухмыльнулся ей. — Если ты думаешь, что сможешь застать меня врасплох какими-то маленькими уловками, тебя ждёт сюрприз. Янг зарычала и бросилась вперёд, как она всегда делала, а Тайянг засмеялся и увернулся, изматывая дочь, пока та размахивала руками как сумасшедшая. Слабостью Янг всегда был её характер — Саммер не была уверена, от кого он ей достался. Ни она, ни Тай, ни Райвен не были особо вспыльчивыми людьми. Покачав головой, Саммер с нежной улыбкой наблюдала, как её муж тренируется с её дочерью на поляне за пределами Вейла, Руби у неё на коленях, а Цвай на коленях у Руби, сражаясь с одуванчиком, которым Руби дразнила его нос. Был прекрасный летний выходной, и у всех было свободное от работы время, чтобы провести его вместе. Это был не их дом, Патч, но окрестности Вейла могли быть такими же живописными, если вы были готовы, или достаточно сильны, чтобы уйти далеко от проторенной дороги. Разделение между городом и сельской местностью было огромным, буквально огромная стена, а затем холмистые равнины и луга. Жители Вейла привыкли к своей безопасности, и мало кто когда-либо ступал за стены. Тем лучше для нас. Как будто у человечества никогда не было шанса испортить это. Конечно, они были осторожны. Саммер положила свой клинок на траву рядом с собой в пределах лёгкой досягаемости, а также несколько капсул с пылью под плащом, которые можно было использовать как оружие. Тайянг также был более чем способен справиться с любым Гриммом, который мог появиться, как и Янг. Единственной, кто не мог, была Руби. И это её беспокоило. Эти серебряные глаза, эти прекрасные серебряные глаза. Как Саммер иногда их ненавидела. Они приведут Руби прямо к беде, и в таком состоянии она не сможет из неё выбраться. — Мама? — Руби смотрела на неё. — Ты на меня уставилась. — Хм? Прости. Я задумалась. — Снова подняв взгляд, она наблюдала, как Тайянг сбивает Янг с ног и отпрыгивает. Даже если она была намного лучше, чем кто-либо её возраста должен быть, Тайянг всё ещё был охотником. — Что ты думаешь о бое? Янг победит? — Да! — Какая уверенность. — Саммер рассмеялась. — Ты не думаешь, что твой старик может её победить? — Папа всегда даёт Янг выиграть. Простая логика ребёнка, хотя и правильная. Тайянг был таким мягкотелым, когда дело касалось его девочек, и, вероятно, даст Янг шанс. О, он заставит её потрудиться, но не позволит, чтобы всё закончилось потерей надежды для Янг. Он действительно был размазнёй. Забавно, как это раздражало, когда они учились в школе, но сейчас это черта, которую она в нём любила. — Твоя сестра становится лучше. Она сможет пойти в Маяк через пару лет. — Ага. — Будешь скучать по ней? — Да… — лицо Руби немного поникло. — Но если мы будем в Вейле, она сможет приходить в гости. У Саммер не хватило духу указать, что Янг, вероятно, не будет часто приходить. Это был вечный ритуал взросления, тот момент, когда ты впервые получаешь возможность жить самостоятельно. Янг будет так занята, испытывая, каково это жить с тремя другими людьми, что забудет о них. Не забудет-забудет, но, вероятно, будет приходить только раз в неделю. Ну, это не значит, что они тоже не могут её навещать. Больше, чем учиться быть охотницей, Маяк также был местом, где люди учились быть самостоятельными взрослыми. — Знаешь, — сказала Саммер, — ещё не поздно и тебе попробовать поступить в Маяк… Руби замерла. — Ты не обязана. Я просто говорю… — Я… я не хочу. — Руби подтянула колени, прижав Цвая к груди. Маленький корги озадаченно посмотрел на неё, затем лизнул её подбородок. — Ты сказала, что я не обязана. Ты сказала, что я могу быть кем захочу. — Можешь, Руби, можешь. Я просто… я просто хотела убедиться. — Обняв Руби, она покачала их обеих вперёд и назад. — Никто не заставит тебя быть тем, кем ты не хочешь быть. Я просто подумала, что ты можешь чувствовать себя обделённой. Постепенно Руби начала успокаиваться. — Ты всё ещё хочешь быть медсестрой? — Доктором, — проворчала Руби, искоса глядя на неё. — Доктором, тогда. Это то, чего ты всё ещё хочешь? — Хм. Я хочу помогать людям. Это, по крайней мере, в ней не изменилось. Руби всегда была такой доброй и заботливой девочкой. Единственное, что изменилось — её желание быть охотницей; оно было вырвано из неё. Потеряно после Атласа. Саммер вздохнула и посмотрела на Янг и Тайянга, пытаясь скрыть своё разочарование. Как бы она ни поощряла и ни поддерживала своих дочерей во всем, что они делали, всё же было немного грустно узнать, что они не хотят идти по её стопам. Хотя, может быть, в данном случае это к лучшему. Если бы Руби стала как я, её могли бы убить, как меня чуть не убили. Это не значило, что она теперь в безопасности. — Не хочешь хотя бы научиться самообороне? — Зачем? На случай, если те люди, которые пришли за мной, придут за тобой. — Разве доктору не пристало уметь о себе позаботиться? И кроме того, тебе следует хотя бы знать, как защитить своих пациентов от Гримм. — Я не хочу драться с людьми… Не хочу снова видеть, как кто-то умирает, имела она в виду. Иногда Саммер думала, что именно это ответственно за её желание стать доктором, даже если это означало, что в долгосрочной перспективе она увидит столько же смертей, может быть, даже больше. Хотя она никогда не винила Жона за то, что он убил того человека на глазах у Руби, Саммер хотела бы, чтобы они вообще не ездили в Атлас. — Тебе нужно будет только спарринговать с ними. Как Янг делает с твоим отцом. — Саммер подтолкнула Руби, чтобы она могла наблюдать, как Янг воет с яростным смехом из своего положения в захвате, её руки размахивают, пока Тайянг другой рукой щекочет её рёбра. — Разве похоже, что они причиняют друг другу боль? Руби скривилась. — Не люблю щекотку… — Я заставлю его пообещать не щекотать тебя. Вместо ответа Руби закусила губу. Это не было отказом, как во все другие разы, когда Саммер пыталась. Рассуждения с ней, казалось, были лучшим подходом, и хотя Руби было тринадцать, она не была идиоткой. Живя на Патче, она знала, насколько опасными могут быть Гримм. — Просто подумай об этом, — сказала Саммер, целуя Руби в макушку. — Ты могла бы тренироваться с Янг, твоим отцом или даже со мной. И это не обязательно должно быть настоящим оружием. А если тебе удастся стукнуть нас тренировочным оружием, ты сможешь попрактиковаться в перевязке. — Хм. Я подумаю об этом. — Это всё, о чём я прошу. — Саммер посмотрела вверх, когда Янг заявила о своей `победе`, поймав Тайянга, когда он был `не готов`, и повалив его на пол. Он громко сдался, а Янг ликовала, не замечая, как Тайянг гордо улыбается. Руби и Саммер аплодировали вместе, даже если ни одна из них не обманывалась. — Ты потрясающая, Янг! — крикнула Руби. — Молодец, подсолнух. — сказала Саммер. Закончив тренировку на день, Саммер оставила Руби хлопотать над своей сестрой и заклеивать её болячки. Всего несколько царапин и порезов, которые прошли сквозь ауру Янг, её контроль ещё не был идеальным. Руби нанесла немного дезинфицирующего средства и пластырь на каждую, демонстрируя гораздо больше знаний о первой помощи, чем должно быть у тринадцатилетней. Как преподаватель в Сигнале, Тайянг знал это как стандарт и был рад её научить. — Ты выглядела необычно серьёзной там, — сказал Тай, усаживаясь рядом с ней. — Ты заметил это посреди боя? — Не говори Янг, — поддразнил он. — Насколько ей известно, я сосредоточился на ней. — А почему ты смотрел на меня? — Меня поразило нечто, редкая красота… Саммер рассмеялась и наклонилась, чтобы поцеловать его. — Не начинай с этого. — Но ты действительно беспокоилась. И я сомневаюсь, что это было о том, что я или Янг пострадаем. — Хм. — Тай знал её слишком хорошо. — Это Руби. Я беспокоюсь о ней. — Почему? Я знаю, что она не хочет быть охотницей, но это не повод для беспокойства. Люди меняют своё мнение. Она свободна быть тем, кем хочет быть. — Я знаю это! Я просто… я не хочу, чтобы она была свободна быть раненой. Глаза Тайянга сузились. — Люди, которые пришли за мной, — объяснила она. — Я беспокоюсь, что они пойдут и за Руби, особенно если узнают, что она не может себя защитить. Скажи мне, что я параноик. Скажи мне, что я глупая. — Ты не такая. — Я боялась этого… Тайянг согласно хмыкнул, прислонившись к ней, в то время как он тоже наблюдал, как Руби отклеивает пластырь и прикладывает его к колену Янг, а всё это время Цвай пытается взобраться на её волосы и заснуть. Они обе смеялись, молодые и беззаботные. Как им и положено быть. — Это никогда не была жизнь, которую я хотела для них, — сказала Саммер. — Мы должны были быть счастливой семьей на Патче. — Могло быть хуже, — сказал Тайянг. — Могло быть намного хуже. — Я знаю. Я просто не хочу, чтобы стало ещё хуже, чем уже есть. Янг будет в безопасности в Маяке. Озпин позаботится о ней, и она станет сильнее и сильнее. Но Руби будет уязвима, и мы не можем приглядывать за ней вечно. Она рано или поздно вырастет. Может быть, даже откроет свою собственную врачебную практику. — И если они выследили тебя, они могут пойти за ней. Если бы не Жон… — Я была бы мертва. Я знаю. — Рука Саммер искала его руку и нашла её на полпути, Тайянг уже тянулся к ней. Их пальцы переплелись. — То, что это произошло, просто показало мне, насколько всё это на самом деле хрупко. Я не хочу, чтобы это закончилось ни за что. — Хм. — Тайянг закрыл глаза. — Я поговорю с Кроу и Жоном. Мы что-нибудь придумаем. Даже если она не может заставить себя сражаться, она хотя бы может научиться заботиться о себе. — Спасибо. — Саммер поцеловала его в щёку. — Я поработаю с Руби.

***

— Ты хочешь что? — Ты слышал меня, — сказал Тайянг, один локоть на столе между ними, а другой держит стакан пива. — И это не только я. Саммер согласна, и я уверен, что Кроу тоже. Мы хотим, чтобы Руби была лучше обучена заботиться о себе. — Я понимаю это, — сказал Жон. — И я одобряю. Просто… но вы не хотите, чтобы это имело какое-либо отношение ко мне. Тайянг поморщился и бросился в серию оправданий, которые Жон отмахнул одной рукой. — Я понимаю, почему. Я знаю, что я был ответственен за то, что напугал её в первую очередь. Руби сейчас стало лучше, она могла разговаривать и находиться рядом с ним, не выглядя тревожно, но это не значило, что он был бы лучшим человеком для её тренировки. Худшим, на самом деле. Была большая вероятность, что он мог вернуть её к приступу, если бы направил на неё оружие, даже во имя тренировки. — Я больше озадачен тем, почему ты обращаешься ко мне за советом по поводу чего-то, в чём ты не хочешь, чтобы я тебе помогал. — Жон почесал щёку. — Я имею в виду, что я должен сказать? Я не могу предложить помощь в её тренировке, если это, вероятно, только ухудшит ситуацию. Я не уверен, какая от меня здесь польза. Кроме как отвлечение для Руби, конечно. Она играла с Эмеральд, Вайсс и Витли наверху. Или, скорее, Руби играла с Эмеральд, в то время как Витли делал всё возможное, чтобы заслужить расположение Эмеральд, а Вайсс стояла там, сетуя на то, что её окружают идиоты. Это оставило двух взрослых сидеть внизу по обе стороны от обеденного стола, потягивая спиртное. Он винил в этом Райвен. Как только Тайянг пришёл с просьбой поговорить, он сделал вежливый жест хозяина и предложил мужчине выпить, только чтобы понять, что у него не было ничего, кроме ликёра и пива. А девочки ускользнули с ликёром, несколькими пакетами печенья и ведёрком мороженого. Интересно, когда я решил отправиться в прошлое и открыть бар для различных членов команды STRQ. Иронично, единственным, кто не приходил выпить, был Кроу. — Саммер и я доверяем тебе… — начал Тайянг. — И я доверяю вам двоим, но это на самом деле не меняет тот факт, что я не имею понятия, что сказать. Научить её некоторым навыкам самообороны — хорошая идея. — Отличная, учитывая будущее. — Но если я не могу быть тем, кто это сделает, я вам бесполезен. Если только вы не хотите, чтобы я кого-то предложил? Честно говоря, ты преподаватель в Сигнале. Ты и Кроу были бы теми, к кому я бы посоветовал обратиться. — Дело не только в этом. Тренировать её — не проблема; я могу с этим справиться. Дело в том, что будет после. — Тайянг наклонился вперед. — Я видел, как ты смотришь на моих дочерей. Жон подавился. Пиво пузырилось на его губах. — Это взгляд учителя, который не может вынести, чтобы его ученики пострадали. Кашляя, Жон сглотнул и ударил кулаком себя в грудь. — Т-ты не мог начать с этого, ты ублюдок? — И ты тоже знаешь, что они в опасности, — продолжил Тайянг. — Ты очень стремился заполучить Янг, и ты сделал с ней чудеса. Мы все знаем, что там снаружи. — Тайянг сделал глоток. — Что действительно там снаружи. Если бы они хотели попытаться напасть на Руби, они бы не сделали этого, пока она под нашей защитой. Они нанесут удар, когда она будет одна. — Опять же, ты не ошибаешься, но я понятия не имею, что сказать. Она хочет быть доктором? — Да. Я надеялся, что ты мог бы взять её под своё крыло. Жон моргнул. Медленно он повернулся, чтобы посмотреть позади себя, просто чтобы убедиться, что там не стоял кто-то в белой форме, с кем разговаривал Тайянг. Обнаружив, что нет никакого злоумышленника, которого нужно выгнать из своего дома, Жон повернулся обратно и глупо указал на свою грудь. — Я…? Почему? — Ты можешь лечить людей. — Как Проявление. И я не знаю, заметил ли ты, но Проявления имеют тенденцию делать людей ленивыми, когда они могут делать определённые вещи. Мои фактические знания о первой помощи ограничены наложением пластыря. Мне это никогда не требовалось с тех пор, как я разблокировал моё Проявление. Руби, вероятно, знает о первой помощи больше, чем я. — Жон откинулся назад. — Я полагаю, она могла бы работать на меня? Это может сработать. Вроде как. Но это может просто заставить её чувствовать себя хуже. Оставляя в стороне тот факт, что это была бы фальшивая работа — моё Проявление делает работу за меня — если я когда-нибудь поранил бы ученика, то нести кровоточащее тело к ней, возможно, не самое лучшее для её восстановления. Или он с окровавленным тренировочным оружием, стоящий над кем-то. Действительно, идти Руби в спортзал ASH вообще звучало как плохая идея. Существовал прецедент решения фобий путём воздействия людей на них, но он не думал, что это была фобия. Это были `иррациональные страхи`. То, что Руби боялась быть разрубленной пополам, было чертовски рационально. — Возможно, ты прав, — сказал Тайянг. — Это была плохая идея. — Нет, идея хорошая. Я просто… я не уверен, что я правильный человек, чтобы помочь. Всё, что я могу предложить — это тренировки и защиту, и вы с Саммер можете делать это лучше, чем я. — Проблема заключалась в том, чтобы Руби была в безопасности, пока она была слабее, чем в оригинальной временной линии. — Вы рассматривали для неё ученичество? — Учиться под чьим-то руководством? — Тайянг посмотрел поверх стекла. — Не особо. Я не думаю, что ты можешь просто стать учеником доктора. Это своего рода работа, требующая высшего образования. Руби нужно будет пойти в медицинскую школу для этого. — Нет, но ты можешь стать учеником медсестры. Тайянг усмехнулся. — Мечты Руби немного выше этого, без обид к медсёстрам. — Но большинство мест ищут опыт. Рабочий опыт или что-то в этом роде. Руби на самом деле не может поступить в медицинскую школу, пока ей не исполнится восемнадцать. Верно? Тебе нужно быть совершеннолетним, прежде чем тебе позволят вскрыть чьё-то тело. Итак, что если бы она получила всю свою подготовительную учёбу профессионально? Держу пари, это закрепится намного лучше, чем обучение по книге. Плюс, ей будут за это платить. — Хм. Звучит нормально, но я не уверен, как это помогает с проблемой защиты. Руби была бы больше подвержена риску, если бы она работала в какой-то больнице в течение дня. Кто угодно мог бы получить к ней доступ. — Тогда как насчёт места немного более эксклюзивного?

***

— Ты хочешь, чтобы Руби была ученицей в Маяке? — Пожалуйста, Озпин! — воскликнула Саммер, сложив руки вместе и наклонившись над столом. Семейное сходство сразу стало ясно для Жона, который наконец узнал, откуда Руби взяла этот взгляд со слезами на глазах. — Я знаю, что это необычно, но это значило бы для нас целый мир, и это обеспечило бы безопасность Руби. — Мы были бы в долгу перед тобой, — сказал Тайянг. Кроу скрестил руки, молча, но давая понять, что его собственная птичья помощь может быть ограничена, если Озпин откажет его лучшим друзьям и откажется присматривать за его племянницей. Жон стоял позади, позволяя всем остальным говорить. Озпин был сбит с толку. — Н-ну, я не собирался вам необоснованно отказывать, — сказал он, впервые совершенно не готовый к текущему разговору. — Я был просто удивлён. Я хорошо осведомлён об угрозе, с которой сталкивается ваша семья; именно поэтому я попросил вас переехать в Вейл. Если вы думаете, что Руби будет здесь в большей безопасности, я полностью за то, чтобы разрешить это. Я просто хочу лучше понять, о чём вы просите. — Спасибо! — Саммер перепрыгнула через стол и обняла Озпина, прежде чем он смог её остановить. Руки мужчины неловко похлопали её по спине, когда его выдернули из кресла. — И это была идея Жона, так что, возможно, он мог бы объяснить это лучше. — Мистер Ашари? — Озпин посмотрел на него. — Тайянг и Саммер хотели, чтобы Руби была в безопасном месте, — объяснил он, сохраняя краткость. — Я отпадаю, поскольку у Руби будут трудности с тренировкой со мной, но её родители могут с этим справиться. Больше всего ей нужно место, где она может быть в безопасности, даже когда она тренируется быть доктором. Я думал о единственном месте, которое Каллоус, Рейнарт и Уоттс никогда не осмелились бы атаковать. Маяк. Оба мужчины, смотрящие друг на друга, знали причину, даже если ни один из них не признался бы в этом. До их сердечного разговора несколько дней назад, могло бы быть больше подозрений, но теперь Озпин только кивнул, уступая и принимая его рассуждения. — Маяк был бы безопасен, — согласился Озпин. — Я не вижу причин не принять это, хотя мне придётся поговорить с Цуне, нашим постоянным доктором. Я уверен, однако, что она согласится. Она запрашивала больше помощи последние два года, но это никогда не было в бюджете. — Тебе не нужно ей платить! — сказала Саммер. — Мы можем покрыть её расходы. Озпин поднял руку. — Руби Роуз будет получать текущую ставку для ученика. В противном случае это только вызовет подозрения, и я сказал, что у нас не хватало бюджета на полноценного доктора. Их зарплаты не такие уж дешёвые. — Озпин усмехнулся. — Мисс Роуз, безусловно, выбрала прибыльную карьеру, хотя и не менее напряжённую, чем карьера охотницы. — Да. — Тайянг засмеялся. — Наши девочки не выбирают лёгкой жизни. Как это будет работать? — Я мог бы организовать для мисс Роуз приезд сюда в качестве проживающего ученика. У неё будет своя комната в квартирах персонала и рядом с Цуне и медицинским крылом. В течение дня она будет либо учиться, либо работать вместе со своим наставником. Её дни и вечера будут её собственными. Не отличается от работы, на самом деле, за исключением того, что она будет жить здесь вместе со студентами. Вы можете забирать её в конце дня, если хотите, но если вашей заботой является безопасность… — Тогда, возможно, лучше позволить ей остаться здесь, — сказала Саммер. — Я думаю, что это будет нормально. Мы всегда будем всего в поездке на Булхеде, если она захочет нас увидеть. И Кроу в любом случае приходит в Маяк каждые несколько дней. Это не значит, что она будет одна. — Мог бы Цвай пойти с ней? — спросил Тайянг. — Чтобы составить ей компанию? — Пока он держится подальше от медицинского крыла, я не думаю, что это будет проблемой. Мы должны быть осторожны с аллергическими реакциями. — Видя, как они кивают, Озпин улыбнулся. — В таком случае, я поговорю с Цуне в течение нескольких дней и сделаю это официальным. Я не думаю, что мы можем принять её сразу — тринадцатилетняя медсестра вызовет несколько поднятых бровей, особенно среди студентов. Как насчёт через два года? Её сестра будет учиться в любом случае, верно? Ей поможет иметь знакомое лицо. — Это идеально. — Саммер вздохнула, искренне с облегчением. — Два года дадут нам некоторое время, чтобы передать ей основы тренировки, и она будет намного безопаснее в Маяке. — Это также освободит и нас, — сказал Тайянг. — Руби и Янг не будут в опасности, если мы сначала разберёмся с этими ублюдками. — Будьте осторожны. — Вмешательство Жона привлекло все взгляды к нему. — Ими не следует пренебрегать. Вы видели, что случилось с Саммер. Это была чистая удача, что я был там, когда был. Если бы те соплеменники не нашли меня и её, Саммер была бы мертва. В пристальном взгляде Жона была интенсивность, которая потрясла Тайянга и Саммер. Необработанный гнев. — Не оставляйте их без родителей. Я не прощу вас, если вы это сделаете. Саммер и Тайянг не знали, что сказать. — У Жона есть аргумент, — сказал Кроу, отталкиваясь от стены и приходя ему на помощь. — Я знаю, что вы двое хотите позаботиться о них, но имейте в виду, что они будут счастливее, если вы будете целы и невредимы. Кроме того, я уже работаю над этим. Оставьте это нам. Нам? подумал Жон, оглядываясь, чтобы увидеть, что Кроу смотрит в ответ. Ну, я же сказал Озпину, что я тоже борюсь против Салем. Думаю, имеет смысл, что он предполагает, что мы с Кроу будем работать вместе. Эта идея не была такой уж плохой, если честно. Надёжность Кроу не вызывала сомнений. — Оставьте это мне пока, — сказал Озпин. — Я поговорю с Цуне и вернусь к вам. Я уверен, что вам не будет трудно убедить Руби, просто укажите, как она сможет проводить больше времени со своей сестрой. Жон, не мог бы ты остаться? Нам нужно кратко поговорить. — О…? — О молодом человеке, который делит с тобой имя, и двух детях, с которыми он сюда пришёл. — А. — Жон кивнул Тайянгу и Саммер. — Идите вперёд. Я буду в порядке. — Он оглянулся на Озпина. — При условии, что ты не отдаёшь меня отцу мальчика, конечно? — Я не планировал этого. На самом деле я надеялся устроить двух других тренироваться в твоём спортзале. Нора и Рен? — Звучит хорошо. Мы можем оформить документы сейчас. Где они? — Прощаются друг с другом, пока. Значит, Жон, молодой Жон, возвращается домой. Старший кивнул. — Тогда давай оставим их наедине.

***

— Я не хочу, чтобы ты уходил! Как и любой отец когда-либо, Николас Арк чувствовал себя ублюдком, пытаясь забрать своего сына от его новых друзей. Рыжеволосая девочка, висящая на нём, пристально смотрела через плечо Жона на него, безмолвно обвиняя его за то, что он осмелился жить в месте, которое не было Вейлом. Жон просто выглядел сбитым с толку, хотя в нём также была нотка нежелания. Николас не был глупцом. Он знал, что у его сына не так много друзей в Анселе. Это была не столько проблема с Жоном, сколько размер деревни и количество братьев и сестёр, которые у него были. Ансель просто не был достаточно большим, чтобы иметь так много детей похожего возраста, и многие девочки и мальчики там уже дружили с его сёстрами. Там не было много людей его возраста, с которыми можно было бы общаться. Если бы эти Нора и Рен жили в Анселе, всё было бы проще — но, учитывая то, что Озпин рассказал ему, их похитил кто-то по какой-то причине. Никаких подробностей о том, по какой, но Николас подозревал, что это связано с Проявлением. Некоторые Проявления имели применения, которые были слишком велики, чтобы оставлять их на волю случая, и были группы, которые пытались найти и забрать их. Такие Проявления были редкими, конечно. Большинство влияло только на самих себя — например, заставляя кого-то бегать быстрее или быть сильнее, не совсем примечательно. Но у некоторых людей были Проявления, которые давали им большую ценность. Он однажды слышал о ком-то, кто мог восстанавливать органы и кто, на некоторое время, был захвачен и использовался как банк органов, с людьми, удаляющими и продающими его органы снова и снова для прибыли. Тот человек был спасён вовремя, но это был лишь один пример. Он понятия не имел, какое Проявление могло быть у детей, но Жон упоминал что-то о том, чтобы прятать их от Гримм. Уже одно это было желанным видом навыка. Он мог представить, сколько людей были бы готовы прибегнуть к жестоким средствам, чтобы скрыть целую деревню от Гримм. Дети должны были остаться в Вейле. Это было самое безопасное место для них. Но это означало, что Жон должен вернуться в Ансель. — Это не значит, что он никогда не сможет приехать в гости, — сказал Николас, уже представляя, как Джунипер хмурится на него за то, что он так легко уступил ребёнку. — Но он не живёт здесь. У него есть семья, ожидающая его дома, и его мать волнуется до смерти. — Э. Упс? Да, упс. Жон уже получил от него чертовски суровую взбучку, но это будет лишь первая из многих к тому времени, когда они вернутся. Действительно, уйти с какой-то незнакомой женщиной. Николас разнёс бы всю комнату в ярости, если бы не облегчение, пересиливающее его гнев. Это было хорошо, так как эти двое детей не были виноваты и не нуждались в том, чтобы видеть, как он бушует и кричит. — CCT также здесь, а это значит, что вы можете оставаться на связи. Нет причин, почему мы не можем приехать сюда на каникулы и позволить вам всем пообщаться. — Николас наблюдал, как страх девочки уменьшается с каждым словом. Хотя она, возможно, пыталась изобразить устрашающий взгляд, он был достаточно стар, чтобы видеть отчаянную потребность под ним. Ни один ребёнок не заслуживает такого взгляда. — Да, это не прощание, Нора. Я увижу тебя позже. И кроме того, я тоже собираюсь стать охотником. Мы вместе поступим в Маяк. — Посмотрим, — проворчал Николас. Ему нужно было сначала проверить своего сына. И узнать больше об этой особе Бранвен, затем поискать в архивах, выследить эту суку, прижать её к стене и получить ответы на вопросы почему, как и когда она нашла время, чтобы проникнуть в жизнь его сына. И мне нужно теперь установить видеонаблюдение по всему дому. Или сидеть в коридоре с дробовиком. Это не было паранойей. Не тогда, когда ты узнаёшь, что какая-то странная женщина бродила вокруг спальни твоего сына почти полтора года. Николас был в ярости от этой новости и потребовал, чтобы Жон объяснил, почему он не сказал ему. «Но я сказал. Ты просто улыбнулся и сказал, что зубная фея, должно быть, любит меня». Идиот. Не Жон, а он сам. Жон так много раз рассказывал им о феях, а он и Джунипер просто обменивались улыбками по поводу слишком активного воображения их сына. Идиоты, идиоты, идиоты. Николас хотел разбить своё лицо о стену. Не слишком ли поздно сделать так, чтобы все его дети спали в одной комнате с ним и Джунипер? — И мы отправимся в приключения, — сказал Жон, продолжая говорить, пока Николас не обращал на них внимания. — Мы увидим удивительные места, сделаем крутые вещи и спасём девиц в беде. Это будет потрясающе. А потом мы найдём людей, которые забрали вас, и арестуем их. Бросим их в тюрьму и посмеёмся. Не если он найдёт их первым. — Я полагаю… — Нора немного ослабила хватку. Более тихий мальчик, Рен, положил руку ей на плечо, и она неохотно отступила. — Ты обещаешь? Я… я хочу обещание. Жон протянул свой мизинец. — Я обещаю. И Арк никогда не нарушает своего слова. Сопротивляйся гордости, внутренне простонал Николас. Ты зол на него. Ты в ярости на него. Не поддавайся родительской гордости. Это было трудно, особенно когда девочка, со слезами на глазах, соединила свой мизинец с мизинцем Жона. Чёрт возьми. Джунипер снесёт ему голову за то, что он не сфотографировал это. Он достал свой свиток, чтобы спасти себя. — Как насчёт фотографии перед тем, как мы уйдём? Что-то, чтобы помнить друг о друге? Вы также можете записать данные моего свитка, и я дам вам данные Жона, как только его снова заработает. Дети были только рады подчиниться, Нора стояла между двумя мальчиками с огромной улыбкой, обхватив руками их шеи. Улыбка Жона была такой же широкой, и хотя улыбка Рена была меньше, в ней было зрелое и забавное качество. Такое, которое говорило, что даже если он не улыбается так много, он всё равно счастлив быть там. Николас сделал снимок. — И ты также можешь запомнить меня по этому! — сказала Нора, поворачиваясь и сжимая щёки его сына между своими руками. Её лицо было красным, глаза широкими и нервными. — Э-это чтобы ты не забыл своё обещание. Николас не был глупцом. Он мог видеть, что грядёт. Жон Арк был моложе, менее опытен. Он открыл рот, чтобы спросить, что она имеет в виду. Нора украла его дыхание. Это был не особенно хорошо продуманный поцелуй, подумал Николас. Им было пятнадцать, Жон никогда раньше не целовал девушку, и он сомневался, что Нора целовалась с мальчиком. Она также была на грани нервного срыва, в то время как Жон был в шоке, и они прошли через ад. По сравнению с обменами между ним и Джунипер, это было совершенно целомудренно и неуклюже. Но это был первый поцелуй, и Николас знал, как много это могло значить для мальчика возраста Жона. Его сын стоял ошеломлённый, губы влажные, глаза выпучены. Он поднял руку, чтобы коснуться своих губ, затем посмотрел на свои кончики пальцев, наконец опустив их, чтобы уставиться на взволнованную и смущённую Нору, которая отказывалась встречаться с ним глазами. — Т-теперь ты должен сдержать своё обещание. Это будущее, верно? — Д-да. — Жон глупо улыбнулся, явно влюблённый. — Это так. И я не нарушу этого. Позади них Рен фыркнул. Там не было ревности, к большому облегчению Николаса. Мальчик, казалось, был рад за них — если немного забавлялся тем, как они себя вели. Шагнув вперёд, Николас хлопнул рукой по плечу Жона, прежде чем его сын смог открыть рот и показать своей девушке легендарное обаяние Арков. Также известное как сказать что-то глупое и выставить себя дураком. — Я уверен, что Жон не забудет тебя в ближайшее время, Нора. — Он усмехнулся, когда эти двое загорелись, как красные фонари. — И если ему недостаточно обещать, то я тоже это сделаю. Жон снова приедет в гости. Мы не будем держать его вдали. После ещё нескольких слезных прощаний, ещё нескольких обещаний и крепкого рукопожатия между Жоном и Реном, Николас положил руку на плечо своего сына и увёл его. — Папа… — Хм? — Я… я думаю, я влюблён. — Я знаю, сынок. Я знаю. — С ухмылкой Николас нажал кнопку отправки на своём свитке. — И твоя мать тоже. Лицо Жона побелело.

***

Позиции Норы и Рена в спортзале были окончательно определены, его молодой двойник был на пути домой, и Руби, хотя и не собиралась быть охотницей, будет присутствовать в Маяке. Это было иначе, всё это, но это, впервые, шло в правильном направлении. Если я смогу продолжать в том же духе, я всё ещё могу спасти всех. Мне просто нужно надеяться, что Пирра всё ещё пойдёт в Маяк, и что я смогу вытащить Блейк из Белого Клыка и изменить её мнение. Наконец, дела начинали налаживаться. — Я дома, — позвал Жон, отпирая и входя в свой дом. — Йо. Есть… Эмеральд ждала его, стоя перед испуганно выглядящей Вайсс и обеспокоенным Витли. — Что случилось? — спросил он, глаза мгновенно заострились. — Кто-то был здесь? Они всё ещё здесь? Никто из них не был вооружён или ранен каким-либо образом. Вайсс дрожала, и Витли обнимал её одной рукой, поддерживая сестру. Хотя он не выглядел намного лучше. Жон осмотрел комнату, но не увидел никаких следов вторжения или борьбы. — Эмеральд? — Ты пропустил звонок, — сказала Эмеральд. — От кого? — Жака Шни. Эмеральд посмотрела на брата и сестру Шни, а затем обратно на него. Даже она выглядела обеспокоенной. — У них Винтер. Сердце Жона замёрзло. — К-кто? — Белый Клык. Они забрали её. Они требуют выкуп. Они хотят тебя, — сказала она, причина её страха становилась очевидной. — И они сказали, что если ты не выйдешь на связь в течение двух дней, чтобы подтвердить, что ты готов сдаться им… — Она замолчала. — Что тогда? — спросил он, чуствуя как слабют ноги. — Они казнят её!