Реликвия будущего

— Наши требования были отправлены. — Как скажете. — Хейзел стоял у дальней стены, скрестив руки. — Я всё ещё считаю безрассудным выдвигать требования до того, как девушка окажется у нас. — Комплекс пал, — сказала Сиенна. — Ваши шпионы подтвердили это. — Да. Их `шпионами` были Гримм. Эта информация не была известна Сиенне и не имела значения. Они наблюдали за атакой и поражением гарнизона Атласа и сообщили эту новость Салем, которая через Артура передала её им. Он звучал взволнованно, но у него была личная вендетта против Атласа. Хейзела мало заботило это или кровопролитие в целом. Какая растрата. Тем не менее, у него была работа, и он её выполнит, хотя бы для того, чтобы Озпин ответил за свои преступления. — Наши шпионы сообщили, что её захватили, но это не гарантирует, что она прибудет сюда, — сказал он. — Если нет, Белый Клык будет осмеян. Вы выдвинули требования, не имея заложника для обмена. Сиенна фыркнула и бросила на него насмешливый взгляд, от которого он вздохнул. Хейзел мало интересовался её играми или дружбой с террористической группировкой. Увы, он лучше всего подходил для этой роли. Манеры Тириана оставляли желать лучшего. — Я не знала, что мы вообще собирались обменивать заложников. — Мы не собираемся, но Ашари не придёт без доказательств, что она здесь. Информирование Жака Шни… — Будет держать новости в тайне. Он бизнесмен прежде, чем отец, и захват Винтер Шни вызвал бы много негативной прессы для него. Сообщение ему и только ему гарантирует, что новости дойдут до Ашари, но не до СМИ. Что бы ни случилось, наша репутация останется нетронутой. — Хм. — В этом была логика. — Хорошо. Похоже, вы всё продумали. — Да. Не говоря уже о том, что я… — Сиенна оборвала фразу, когда в дверь, ведущую в её комнату, постучали. Глядя на него и видя, как он отрицательно качает головой, она нахмурилась и облокотилась на колено, положив подбородок на кулак. — Войдите. Дверь открылась, и вошла молодая женщина, нервно оглядываясь и вежливо кивая ему, что он молча вернул. Она шагнула дальше в комнату и гораздо почтительнее поклонилась Сиенне. — Блейк. Я уже говорила тебе, что у меня нет для тебя работы. Адам на задании и… — Дело не в этом, Сиенна, — Блейк не поднимала глаз. — Я слышала слухи среди людей о каком-то успехе в Атласе. — Слухи…? — Вашим людям нужно лучше хранить информацию, — предупредил Хейзел. — Я прекрасно это понимаю. — Сиенна нахмурилась и откинулась назад. — Какие слухи? Выкладывай. — О захвате важного человека. Об Адаме. Хейзел молчал, но продолжал наблюдать за девушкой. Хоть сама по себе она не была важна, она служила средством удержания Тауруса под контролем, что было важно, учитывая его значимость для Белого Клыка. Это было то, что Хейзел особенно презирал; не потому, что считал это ненужным, а потому, что использование против человека того, кто ему дорог, напоминало ему о его сестре. Однако, нужда есть нужда. Белому Клыку нужен был Адам. Или, точнее, им нужно было, чтобы он оставался лояльным. Именно поэтому девушку Белладонну держали в резерве. Сиенна опасалась, что если её отправят — и тем более с Адамом — то она не вернётся. Девушка была верна Белому Клыку, но неизвестно, насколько далеко это простиралось. Хотя она ненавидела людей за убийство её отца, она могла ненавидеть людей и покинуть Белый Клык. Эти вещи не исключали друг друга. Хейзел открыл рот, готовый ещё раз сказать девушке, чтобы она была терпеливой. Сиенна опередила его, но не так, как он ожидал. — Я могу подтвердить, что миссия увенчалась успехом, и что важное лицо доставляется обратно. Естественно, я не могу сказать тебе больше прямо сейчас. Однако… — лицо Сиенны помрачнело. — Я… я получила плохие новости, хотя у меня нет возможности подтвердить их. — А? — Блейк подняла взгляд. — Что ты имеешь в виду? — Атака была успешной, но не без потерь. Многие из наших братьев пали. Ничего из этого не было неправдой, но девушке не нужно было знать подробности. Что у тебя на уме, Сиенна? Я не помню, чтобы мы об этом говорили. — Разве это не ожидаемо? — спросила Блейк. — Даже если они храбрые воины Белого Клыка, они всё равно атакуют комплекс SDC. Они не шутят с тех пор, как Винтер Шни взяла власть. Уверена, у Адама не было проблем с прорывом. Преданность. Достаточно просто. Адам Таурус был известен и почитаем среди новобранцев, хотя многие, как и Сиенна, сомневались в его приверженности. Слишком много мягких решений и слишком много милосердия. Это не было плохо само по себе, но не служило их потребностям прямо сейчас. Из него получился бы лучший лидер, чем Сиенна. Увы, его методы не то, что нужно Салем прямо сейчас. Жаль. Хейзел лично чувствовал, что он бы лучше ладил с этим человеком, чем с Сиенной. По крайней мере, он не похож на того, кто заботится о своём имидже. — Я уверена, Адам сыграл важную роль в их успехе, — согласилась Сиенна. — Я слышала, что он сам возглавил атаку. Блейк просияла, улыбаясь этой новости. — К сожалению, это означало, что он первым скрестил мечи с врагом. Я не хотела быть той, кто тебе это скажет, но… — лицо Сиенны помрачнело. — Адам был сильно ранен во время атаки. — Ч-что? — Блейк сглотнула. — Н-насколько сильно? Сломанная рука? О-он без сознания? — Мне жаль. — Нет… — Блейк сделала шаг назад, затем второй. — Н-нет, ты должно быть ошибаешься. — Её глаза были широко открыты, и она качала головой из стороны в сторону. — Т-ты сказала, что это просто новости, да? Они могут быть неверными. Адам — он обещал, что вернётся невредимым. Он всё ещё может быть в порядке! — Может быть. — Сиенна встала и положила руку на плечо Блейк. — Может, тебе стоит пока держаться за эту надежду. Новости, которые я получила, могут быть ошибочными. Ты знаешь, какими иногда бывают наши братья и сёстры. — Развернув дрожащую девушку, Сиенна повела её к двери. — Почему бы тебе не отдохнуть, Блейк? И постарайся не думать о том, что может произойти или не произойти. — Адам. Он не может. Он… Он сказал, что вернётся… — И я уверена, что он хотел — прости, что он хочет. Дай ему время. Хейзел наблюдал, как Сиенна выводит девушку из комнаты. Вздохнув, он оттолкнулся от стены и отвернулся. Какую игру ведёт Сиенна во всём этом? Белый Клык и так был сложным беспорядком, даже без дополнительных раздоров между ними. — В конце концов, это не имеет значения. Пока они служат своей цели. Пока у них есть Ашари, всё остальное встанет на свои места. А если они здесь потерпят неудачу, Тириан добьется успеха в Вейле. Есть более чем один способ нанести удар по этому человеку.

***

— Не такая уж высокомерная сейчас, да? — Стоит отправить её работать в шахты. — Просто убейте её. Не понимаю, чего мы ждём. Пора отправить сообщение. Винтер закрыла глаза и проигнорировала бормотание вокруг. Стоя на коленях посреди лагеря со связанными за спиной руками, она сохраняла видимость спокойствия, если не само спокойствие. Белый Клык окружал её со всех сторон, остатки успешной атаки на склад за пределами Аргуса. Окровавленные и побитые, они упивались своей победой и были слишком горды, чтобы бросать ей это в лицо. Шни сохраняет спокойствие в любых ситуациях, даже таких опасных. Хотя обычно она презирала эти учения, сейчас она находила удовлетворение в том, что лишает террористов их удовольствия. Если они хотели увидеть её сломленной и раздавленной, они будут разочарованы. — Что случилось, Шни? — спросил знакомый голос. Высокая и внушительная — по крайней мере, для всех, кроме неё — фигура главного фавна приблизилась. Он носил маску и ухмылялся, демонстрируя свои заострённые клыкообразные зубы. — Наше гостеприимство не соответствует вашим высоким стандартам? Предпочли бы, чтобы слуга принёс вам ужин? — У меня не было слуг последние семь лет, — ответила Винтер. — Не то чтобы я ожидала, что ты это поймёшь. Тебе проще предположить, что я избалованная девчонка, я уверена. — Проще? — Ну, мы же не хотим нагружать твой мозг, правда? Его рука поймала её лицо. Поскольку её глаза были закрыты, она не увидела удара, но всё равно подготовила свою ауру. Хотя её голова была отброшена в сторону с громким треском, она не упала. Вместо этого она медленно посмотрела на него, наконец открыв глаза. Он выглядел разъярённым. Не необычная для него эмоция. — Доволен? — спросила она. — Или хочешь попробовать ещё раз? Он ударил её. На этот раз по-настоящему. Его кулак ударил её по левой щеке под глазом, и на этот раз она немного покачнулась в сторону, удержавшись на одном колене и вернувшись в нейтральное положение. Её щека покраснела, и, похоже, ей светил синяк под глазом. Хорошо. Если они собирались снимать её для какой-то пропаганды, то явные признаки насилия будут работать против их дела. — Разочаровывающе. Хотя, я полагаю, это имеет смысл. Ты не был тем, кто захватил меня. — Заткнись, сука! — Его рука сжала её куртку, поднимая её так, что её лицо было всего в дюйме от его. Он выплёвывал слова, покрывая её лицо слюной. — Думаешь, ты намного лучше нас? Типичная Шни. Ты не лучше. Ты истекаешь кровью, как любой другой человек. — Он поднёс нож к её щеке, приставив его под глазом. — Хочешь увидеть? Наши инструкции — только доставить тебя живой. Не обязательно целой. Хотя её сердце билось немного быстрее, Винтер не отводила взгляда от фавна. — Сделай это, и тебя убьют, — сказала она. — О? Ты? — Нет, — сказал голос позади него. — Я. Меч пощекотал горло фавна, длинный и красный, в руке молодого человека, стоявшего позади и сбоку, его маска свободно свисала на шее. Адам Таурус выглядел незаинтересованным, даже скучающим, но меч в его руке был готов обезглавить фавна, который держал её. — Таурус, — процедил мужчина. — Перри, — заметил Адам. — Ты не подчиняешься приказам сверху. Заложник бесполезен мёртвым. — Я не собирался убивать её… — Нет? Просто развлекаешься? Как жалко. — Ты так говоришь, но ты тот, кто защищает Шни. — Я тот, кто защищает ценный актив. Поверь мне, от неё больше пользы, чем от тебя. — Адам наклонил меч так, что лезвие врезалось в запястье мужчины, заставляя его отпустить её. Как только он отступил, Адам убрал и вложил меч в ножны. — Пусть это будет предупреждением для всех вас. Наша задача — доставить её к нашим союзникам. А не разбираться с ней самим, и не для того, чтобы кто-то из вас вымещал на ней свою мелкую месть. — Мелкую? — крикнул кто-то. — Она Шни! Мой брат умер в шахтах! — И она его убила? Фавн замер в изумлении. — Нет? Значит, она его не убивала, не так ли? Ты присоединился к Белому Клыку, чтобы что-то изменить, а не чтобы быть частью проблемы. Повзрослей и отнесись к работе серьёзно, или я сам с тобой покончу. — Полностью игнорируя их гневное бормотание, Адам повернулся к ней. — Ты тоже могла бы быть немного тише. — Прости, если я не согласна. — Я не думаю, что прощение имеет к этому какое-то отношение. Но я заткну тебе рот. Губы Винтер плотно сомкнулись. — Хорошо. — Адам кивнул, затем, бегло оглядевшись, вздохнул и сел на бревно рядом с ней. Он снял меч с бедра и поставил его рядом, и, как заметила Винтер, в пределах досягаемости. Это было не для неё — она была обездвижена и безвредна. Это было потому, что он опасался нападения других членов Белого Клыка. Он им не доверял. Учитывая взгляды, которые они бросали столько же на него, сколько на неё, он был прав в своей осторожности. — Ты не так популярен, как указывали наши источники. — Правда? Тогда вам нужны лучшие шпионы. — Очевидно. — Винтер наблюдала, как Перри уходит с убийственным взглядом и какими-то шёпотом отданными указаниями некоторым из своих товарищей, все из которых кивнули. — Интересно, выживешь ли ты во время путешествия обратно, куда бы ты меня ни вёз. Я бы не удивилась, если бы твой друг убил тебя, чтобы самому присвоить славу. — Он может попробовать. Я бы с удовольствием воспользовался возможностью убить его в целях самозащиты. — Не беспокоишься? — А стоит? Нет. Судя по тому, что она видела, он был на голову выше среднего бойца. Он был молод, так же молод, как и она, поэтому возможно у него была какая-то подготовка охотника. Это было единственным объяснением того, что он делал то, что она видела. Даже с предупреждением многие люди из комплекса пали как солома перед Адамом Таурусом. Не то чтобы это было неожиданно. Это то, что они получили за то, что так избегали тренировок. Они приняли работу, зная, что от них ожидается, и какой риск представляет Белый Клык. То, что они решили и игнорировать это, и отлынивать, говорило о безрассудном пренебрежении как к долгу, так и к своим жизням. К сожалению, им пришлось заплатить за это самую высокую цену. — Что будет дальше? — спросила она. — Если можешь сказать. — Тебя доставят в лагерь на восточном побережье Атласа, а затем перевезут в Мистраль. — Отсутствие секретности указывало на то, что лагерь будет временным и быстро заброшенным. — Там, я полагаю, наш уважаемый лидер хочет поговорить с тобой. — Не в Менажери? — Нет. Любопытно, но Сиенна хочет встретиться с тобой в Мистрале. Винтер не пропустила его нахмуренный взгляд. — Ты не знаешь почему. — Я подозреваю, но не могу быть уверен. — Тебе не доверяют. — Не доверяют, — признал он. — Слишком умеренный. Слишком благородный. Разногласия в Белом Клыке были больше, чем ожидалось. Сейчас она мало что могла сделать, чтобы использовать это, но это было то, что стоило запомнить. Отслеживание деталей помогало отвлечься от того, что они могли сделать с ней в конце путешествия. То есть, если она вообще доберётся так далеко. — Это опасная игра, в которую ты играешь, Таурус. — Самые опасные игры приносят величайшие призы. Белый Клык — нет, те, кто стоит за Белым Клыком — похоже, думают, что приз — это Ашари. Они потеряли из виду то, за что мы должны были бороться, даже если фанатики отказываются это признать. — Он указал на Перри и остальных, занятых формированием свободного круга вокруг них. Это можно было бы принять за защитный периметр, если бы фавны не сосредоточили своё внимание внутрь. — А ты? — спросила она. — Я бы хотел сказать, что я пурист, но, думаю, я скорее идиот. Я хочу, чтобы Блейк ушла. — А она хочет уйти? — На данный момент мне всё равно. Назови меня эгоистом, но я бы предпочёл, чтобы она ненавидела меня из безопасного места, чем любила меня и была под их контролем. Сейчас она живёт только как инструмент, чтобы держать меня в узде. Одно неверное действие с моей стороны, и она расплачивается. Ты знаешь, каково это? — У меня есть брат и сестра, которых я очень люблю. Я знаю, каково это. — Хм. Полагаю, знаешь. — Он улыбнулся. — Тогда, думаю, ты знаешь, как далеко ты готова зайти ради них? — Я бы убила ради них. С удовольствием. Звук взводимого пистолета прервал их разговор. Винтер подняла глаза и увидела фавнов Белого Клыка вокруг них, с оружием наготове, стоящих нервно, некоторые из них слегка дрожали. В центре стоял Перри с ножом в каждой руке и злобной улыбкой на лице. — Думаю, пришло время нам поговорить, Адам, — сказал он. — О тебе и твоём месте в Белом Клыке. — О? — Вместо того, чтобы испугаться или разозлиться, Адам поднял взгляд с любопытной улыбкой. — И о чём именно ты хочешь поговорить? — Ты сделал много хорошего для дела. — Да, — согласился Адам. — Ты возглавил некоторые из самых успешных рейдов, обеспечил больше всего пыли и оружия. Ты символ. Вдохновение. — Хм. — Он усмехнулся. — Любезно с твоей стороны, Перри. — Но в том-то и дело с символами. Задержись слишком долго, и они становятся запятнанными. Бесполезными. Уйти в ореоле славы? Это лучший способ. Поэтому мы сообщим о трагическом и героическом конце Адама Тауруса в борьбе против SDC. Битва, в которой он отдал свою жизнь, чтобы подарить нам нашу самую большую победу — захват Винтер Шни. — О? Интересно. — Адам спокойно оглядел круг, положив руку на своё оружие. — Конец, достойный настоящего мученика, за исключением одной маленькой проблемы. Я всё ещё жив. — Не дури, Адам. Ты знаешь, чем это закончится. — Ты прав. — Он встал. — Знаю. Но скажи мне сначала, Перри, поскольку мы оба знаем, что ты недостаточно умён или храбр, чтобы придумать это самостоятельно. Кто принял это решение? Это был Тириан? Хейзел? Он наблюдал за выражением лица фавна. — Сиенна? Лицо Перри дёрнулось. Адам нахмурился. — Понятно. Лучше мученик, чем проблема. Это так похоже на неё. — Не принимай это на свой счёт, Адам, — сказал Перри. — У нас есть приказы, и у тебя были свои. Если ты действительно веришь в дело, ты поймёшь, почему это необходимо, и не будешь усложнять ситуацию больше, чем нужно. — Это твой способ сказать, что ничего личного? — Конечно. — Перри жестоко улыбнулся. — Ничего личного. — Хорошо. — Адам вытащил меч и отвёл его в сторону. Винтер встала, обрывки верёвки упали с её запястий. Из-под своего пальто Адам вытащил тонкую саблю и бросил ей. Белый Клык замер, на их лицах появилось потрясение. Это дало Винтер всё необходимое время, чтобы вонзить свой меч вниз и вызвать безупречную глифу под их ногами. — Ты… Ты… — Перри увидел уверенный взгляд на лице Винтер. — Вы это спланировали? Предатель… — Возможно. — Адам наклонил голову и не пытался это скрыть. — Но, если честно, вы предали меня первыми. — Вряд ли, — фыркнула Винтер. — Ты пришёл ко мне ещё до начала осады. — Что? Ты… Ты кусок дерьма! — Обязательно было ему это говорить? — спросил её Адам, вздыхая. — Теперь он будет невыносим. Перри взревел и бросился вперёд, размахивая ножами в сторону лица Адама. Это была безумная атака, вызванная больше яростью, чем умением, но, к удивлению наблюдающих, она попала в цель. Лезвия прочертили линию поперёк щеки Адама. Следующий удар разрезал его грудь, оставив лёгкую рану. Третий попал ему в руку выше локтя, разрезав и ткань, и кожу. — И это всё? — Перри рассмеялся. — Нет способа дать отпор? Это всё, чем ты когда-либо был, Таурус? Перри снова ударил, попав Адаму по бедру и вызвав кровотечение. Адам хмыкнул и уклонился назад, неловко приземлившись на одну ногу и слегка споткнувшись. Он поморщился и потянулся вверх, чтобы стереть кровь со щеки. — Каков твой план теперь, предатель? — спросил Перри. — Мой план — представить Винтер Шни Белому Клыку в одиночку, заявив, что меня предали и устроили засаду вероломные товарищи, которых я победил и убил. — Адам улыбнулся недоверию, написанному на их лицах. — И благодаря вам, у меня теперь есть раны, чтобы доказать это. Я обязательно расскажу им, какой яростной была битва, но, будучи легендой среди Белого Клыка, неудивительно, что я смог выйти победителем. У Сиенны, конечно, не будет другого выбора, кроме как похвалить меня за это. Если только она не захочет признать то, что только что пыталась сделать. Она даже не сможет допрашивать меня, поскольку планировала это с самого начала. — Ты планируешь убить нас? Всех нас? Ты и какая армия?! Адам ухмыльнулся и кивнул Винтер. — Её армия. Треск снайперской винтовки из лесной полосы заставил голову Перри взорваться. Белый Клык запаниковал, но надежды для них не было. Большинство были необученными, и хотя у всех была разблокирована аура, немногие имели подготовку, чтобы эффективно её использовать, особенно против дождя выстрелов, который лился из лесной полосы, прорезая с обеих сторон от Адама и неё. Винтер закрыла глаза и вздохнула, слушая крики, но предпочитая не видеть их последние моменты. Адам не делал ничего подобного и мрачно наблюдал. Когда ужасная задача была выполнена, Дельта и Эхо вышли из-за деревьев, перешагивая через мёртвые тела и окровавленную траву. Они подошли, опустили оружие и отсалютовали. — Мэм. — Вольно, — сказала она. — Никто не ушёл? — Мы перехватили арьергард до того, как вступили в бой здесь. Они все мертвы. Каждый из них. — Надеюсь, ты прав, — прорычал Адам. — Одного сообщения Сиенне будет достаточно, чтобы всё это было напрасно. — Я сказал, что они все мертвы, террорист, — огрызнулся Эхо. — Довольно, — рявкнула Винтер, ради всех них. — Мне это не нравится так же, как и любому из вас, но Адам пришёл сюда, рискуя собой, чтобы организовать это. Я доведу дело до конца. — Она увидела, что они готовы протестовать, и подняла руку, используя другую, чтобы вернуть свой меч Адаму. — Это риск, я знаю. Огромный риск. Но самые большие призы нельзя выиграть ничем иным, кроме как самыми опасными играми. Адам фыркнул и спрятал её меч. — Мудрые слова. Интересно, где ты их выучила. — Ты мог бы быть менее самодовольным, знаешь ли… — Мог бы. — Адам вытащил немного верёвки и снова связал её запястья за спиной, всё это время её солдаты неловко наблюдали. — Но я захватил знаменитую Винтер Шни и только что сразился с пятьюдесятью людьми одновременно. Совсем один. Винтер закатила глаза. — Ты уверен, что новости об этом не распространятся? Если мой отец услышит об этом, он сделает что-то глупое. Я гарантирую это. — Мы захватили тебя только вчера, — сказал Адам. — И у нас нет под рукой CCT. Было бы крайне глупо, если бы Сиенна заявила о нашей победе, не зная об этом. Она выглядела бы дурой, если бы мы потерпели неудачу, и Белый Клык мог бы не пережить тот посмешище, которым он стал бы. — Хорошо. Последнее, что мне нужно, это чтобы кто-то вроде Жона, из всех людей, получил неверное представление и бросился спасать или останавливать меня. Это и так будет достаточно деликатным делом. — Он не умеет действовать деликатно? — спросил Адам. Ответил Дельта. — Не совсем…

***

— Вайсс и Витли были доверены мне. Их нужно защитить. Вы единственные люди, на которых я могу положиться сейчас. — Я не говорю, что не присмотрю за ними, — сказала Саммер, спеша догнать его. — Но ты не можешь идти один. — Смотри на меня. — Тебя убьют! — Не если я буду осторожен. — Жон открыл ящик и достал пистолет-пулемёт, осмотрел его, а затем спрятал под своим военным пальто Атласа. Он также взял гранату, прикрепив её к поясу. Чем больше боеприпасов у него будет, тем лучше, особенно с учётом количества необученных бойцов, которых мог выставить Белый Клык. Само собой разумелось, что он не собирался серьёзно относиться к обмену пленными. Иметь в качестве пленников и Ашари, и Винтер Шни? Это то, что ни один уважающий себя террорист не упустил бы. — Я не могу сражаться и одновременно присматривать за детьми. Мне нужно, чтобы ты позаботилась о них. — Пусть Тай. Я пойду с тобой. — Нет! — Он резко повернулся к ней. — И нет, — сказал он снова, когда её глаза сузились. — Дело не в том, что я сомневаюсь в тебе, Саммер. Я просто беспокоюсь об Эмеральд, и мне нужно, чтобы кто-то присмотрел за ней. У них есть шпионы среди моих учеников, так что они будут знать, что я ушёл. — Что? Кто?! И почему ты их держишь? — Я не знаю. — Тогда как ты… — Это очевидно, не так ли? Я не могу отворачиваться от людей, так что любой, у кого есть мозг в голове, имел бы шпиона среди моих учеников. — Он прикрепил патронташ под пальто и положил в него несколько флаконов с пылью. К его паранойе, от Саммер не последовало ответа. Она знала, что он прав. — Мне нужно, чтобы ты защитила их. Обоих. Саммер схватила его за локоть и развернула лицом к себе. — Если ты будешь сражаться с ними один, ты умрёшь. Ты настолько эгоистичен, что не подумаешь о том, как это повлияет на людей? На нас? Твоих учеников? Эмеральд? — Я не собираюсь здесь умирать. — Я тоже не собиралась умирать в Вакуо. Но это не значит, что я чуть не умерла. — Разница в том, что ты не знала, с чем сталкиваешься. Я знаю. — Он насыпал немного красной пыли в другой контейнер и спрятал его в мешочке на бедре. — Я не прошу тебя, чтобы тебе это нравилось, Саммер. Я прошу тебя позаботиться о них. Винтер оказалась в этой ситуации из-за меня. — Она Шни. Белый Клык в конечном итоге всё равно нацелился бы на неё. — В конечном итоге. Но они пошли за ней, чтобы потребовать меня в обмен. — Довольный своей пылью, он пристегнул Кроцеа Морс к поясу. — Если они так сильно хотят меня. — Пистолет был закреплён под его плечом. — Они получат меня. — Ты безответственный! По крайней мере, дождись помощи Кроу. — Он на задании для Озпина, а Белый Клык не будет терпеливым. — Закрыв ящик, он прошёл мимо Саммер, вырвавшись из её хватки, а она погналась за ним. Как долго Шни выживет среди них? Вайсс однажды рассказывала о людях, которые работали на SDC, были похищены и убиты. Если Винтер умрёт здесь, это будет из-за него. Из-за изменения, которое он внёс. — Почему ты должен быть таким упрямым? — взвыла Саммер. Жон повернулся к ней, тыча пальцем ей в грудь. — Скажи мне прямо сейчас, что если бы Тайянг был у них, или Руби, или Янг, ты бы не пошла туда, чтобы спасти их, — выплюнул он, голос пропитан гневом и беспокойством. Это была не вина Саммер, но она стала удобной мишенью. — Скажи мне, что ты бы сидела сложа руки и делала правильные вещи. Скажи мне, что ты бы была `умной` и оставила своих дочерей в руках террористов. Губа Саммер задрожала. Слов не последовало. — Я так и думал. — Он направился к двери. — Не говори мне делать то, что ты сама не готова сделать. Белый Клык вырыл свою могилу, взяв Винтер в плен. Я намерен их похоронить. В конце концов, это была его ошибка. Белый Клык в эту эпоху был его ошибкой. Имело смысл, чтобы именно он разобрался с ними. Навсегда. Эмеральд преградила ему путь. — Я иду! — Эмеральд… — Вздохнув, он положил руку ей на плечо. — Имей немного веры в своего старика, ладно? Я буду в порядке. — Я знаю, что будешь. — Хорошая девочка. — Но я иду. Я могу сражаться. И моё Проявление… — Может работать только на одном человеке за раз, прежде чем ты начнёшь терять сознание. Я ценю твою заботу, но ты остаёшься здесь. Присмотри за Вайсс и Витли для меня. Её хмурый взгляд разделил её лицо надвое, Эмеральд услышала, как он ранее говорил Саммер присмотреть за ней. Она не спорила, но он знал выражение на её лице. То, которое говорило, что она будет идти по его следам или найдёт свой собственный способ следовать за ним. Опустившись на колени, он раскрыл объятия. — Давай. Обними меня. Эмеральд шагнула в его объятия с полным доверием. — Прости, — извинился он, сжимая её крепко, крепче, затем ещё крепче. Эмеральд боролась и задыхалась, затем затихла в его руках. Осторожно, он поднял её и передал Саммер, используя своё Проявление, чтобы исцелить любые остаточные повреждения от своего удушающего захвата. — Это было необходимо? — прошипела Саммер, прижимая девочку к своей груди. — Да. Эмеральд моя дочь. Это значит, что как только я исчезну из виду, она использует своё Проявление на тебе и ускользнёт. — Затем она нашла бы его и использовала бы своё Проявление на нём, чтобы он не мог её видеть. — Она была бы на моём Булхеде, и я не смог бы ничего с этим поделать. — Если бы я могла обхватить твоё горло руками, я бы это сделала. — Я знаю. — Он отвёл волосы с лица Эмеральд и наклонился, чтобы поцеловать её в лоб. — Присмотри за ней для меня. И обязательно скажи ей, что я вернусь. — Ты не должен давать обещания, которые не можешь сдержать. — О, я намерен сдержать его. Белый Клык перешёл черту, и я закончил играть в игры. Озпин предложил мне один из своих Булхедов. Я направляюсь к месту встречи. — Саммер всё ещё сердито смотрела на него, но он ничего не мог поделать. И она тоже ничего не могла поделать. Они оба знали, что если бы их ситуации поменялись местами, она бы сделала то же самое. — Присмотри за Эмеральд для меня. И скажи ей, что мне жаль. — Скажи ей сам, когда вернёшься, — фыркнула Саммер, отворачиваясь. Я намерен.

***

Тириан Каллоус наблюдал, как Булхед взлетел и полетел над Изумрудным лесом. Метки Маяка на борту были ясны, даже в темноте для его фавнских глаз. Он хихикнул про себя и спрыгнул с ветки дерева, на которой сидел. Жаль, что я не смог снова немного встретиться с ним. Хиии. Если бы это был кто-то другой, а не его прекрасная Богиня, отдавшая приказы, он мог бы ослушаться их ради такого шанса, но мысль о неповиновении ей никогда не приходила ему в голову. Это было бы ересью. И кроме того, шанс услышать её божественные слова и следовать им буквально? Ах. Это вызывало у него дрожь! — И вот птица покидает гнездо, и все её яйца ждут её возвращения. Но, увы, там, где есть яйца, всегда будут следовать змеи. Или скорпионы в данном случае. Это было то же самое. Напевая себе под нос, он вытащил небольшой лист бумаги с напечатанным на нём лицом, которое он имел удовольствие видеть раньше и чуть не убить в Атласе. И ни разу с тех пор, поскольку Вейл был слишком опасен для приближения, когда там находились и Озпин, и Ашари. Но теперь, когда один из них отсутствовал, а другой был занят подготовкой к новому году, возможность наконец созрела. — У каждого человека есть слабость. И твоя самая очевидная. Громко хихикая, Тириан позволил бумаге упасть, запомнив изображение. Цифровая фотография Эмеральд Ашари плавно опустилась на лесную подстилку, безмолвно глядя на полог леса, пока Тириан направлялся к городу с безумной улыбкой на лице. — Когда кот уходит, мыши выходят играть.