Реликвия будущего

Саммер ненавидела сражаться с людьми. С Гриммами было просто. Они были бездумными тварями, которые шли на тебя со всем мировым злом в своих мыслях, и они падали и растворялись в чёрном дыму. Не было сомнений, не было путаницы, и не было груза, который нужно нести после этого, только чувство удовлетворения от хорошо выполненной работы. С людьми всё иначе. Люди истекают кровью, плачут, рыдают и кричат в свои последние мгновения. Они борются, размахивают руками и показывают тебе действиями и словами, что они живые, думающие существа, у которых было ещё так много дел в жизни. Вот почему она решила стать охотницей, а не, скажем, полицейским или солдатом. Всё становится намного проще, когда твои враги — монстры. У Жона не было такой проблемы. Первый член Белого Клыка, вставший на его пути, погиб прежде, чем успел даже представить угрозу. Жон не кричал ему сдаться, даже не дал шанса. Дверь открылась, человек обернулся, и прежде чем он успел даже выкрикнуть предупреждение, меч Жона пробил его грудную клетку с отвратительным треском, вырвавшись из спины в брызгах крови. Это испугало её, хотя лишь на секунду. Вопросы или нет, опыт сработал и Саммер увернулась от выстрела товарища этого человека, укрывшись за ящиком и выстрелив в ответ. Её собственный выстрел попал мужчине в плечо и свалил его, раненого, но живого. Это была не случайность, а её обычный способ боя, когда ей приходилось сражаться против людей. Прозвучал второй выстрел, и человек застыл, маска треснула, из отверстия в её центре сочилась кровь. Саммер уставилась на теперь уже мёртвого человека. — Должно быть, ты теряешь форму со всем этим преподаванием, — сказал Жон, убирая пистолет в кобуру. Он бросил ей улыбку, не типа «ха-ха, я убил человека, которого ты пыталась пощадить», а такую, которая говорила, что он искренне считал её милосердие случайным, и не видел ничего плохого в своих действиях. — Д-да. — Саммер продолжила путь с закрытыми глазами. Был большой шанс, что здесь все умрут в любом случае, особенно если они работали на Салем, но это не значило, что она хотела это видеть — и не исключало её попыток избежать этого. — Давай попробуем захватить пленного в следующий раз, хорошо? Мы сможем его допросить. — Сомневаюсь, что мы многое из них вытянем. — Мы хотя бы можем попытаться! Он пожал плечами. — Ладно. Я всегда знала, что он такой, подумала она. Когда Белый Клык атаковал Амити, он уничтожил немалое количество из них — и она чувствовала, что правильно использует это слово. Он разрубил одного пополам прямо перед Руби, травмировав её маленькую девочку так сильно, что ей потребовались недели, чтобы перестать просыпаться с криком посреди ночи. Саммер спала с ней днями, гладя её волосы, пока та спала. Это должно было быть единственным знаком, который ей нужен, но она проигнорировала его, потому что он спас её маленькую девочку. И, в самом деле, если подумать, террористы нападали на детей; они заслужили то, что с ними случилось. И с тех пор он никогда не показывал эту сторону себя снова. Он спарринговался с Кроу, он учил детей, Янг обожала его уроки, и он пил и смеялся с ней и Тайяном. Было легко забыть, что он был солдатом. Не охотник — потому что те в основном сосредоточены на Гриммах — а убийца людей. Наблюдение за тем, как он снимает маску с лица человека, холодно игнорируя жуткую огнестрельную рану, разделившую её пополам, только подтверждало это. — Никаких фавнских черт, — сказал он, отодвигая окровавленные волосы. — Как и думала Пирра, они только притворяются Белым Клыком. Это может быть просто удобное оправдание, но также может быть попыткой разжечь заново напряжение между фавнами и людьми. — Ты говорил, что Салем приложила руку к ним, верно? Может быть, она хочет вернуть их. — Возможно. — Он позволил волосам мёртвого человека упасть. Встав, он подошёл к следующей двери. — Нам нужно будет рассказать Глинде, что мы обнаружили, убедиться, что власти в Вейле не начнут обыскивать каждого фавна, которого встретят. Те, кто впереди, теперь знают, что мы здесь. Ожидай засаду. Окно следующей двери разбилось прежде, чем он успел её открыть. Жон вздрогнул и отпрянул в сторону, аура вспыхнула, когда пуля отскочила от его щеки, оставив тонкую красную линию — не кровь, а острый синяк. Он врезался в стену рядом с дверью, вытащил пистолет и разрядил его сквозь проём. — Я же говорил. — Как будто они просто проигнорируют выстрелы, — парировала она, низко присев и подбежав. — Открой её. Дверь распахнулась, и она нырнула внутрь, приземлившись на плечо и откатившись в сторону. Враги были сосредоточены на окне выше и не успели должным образом скорректировать прицел, прежде чем она оказалась в укрытии. Её белый плащ развевался позади и приобрёл две новые дыры. Выдвинув свою ауру вперёд, она перепрыгнула через верх и приземлилась на контейнер, пробежала по нему и оттолкнулась, чтобы достичь другого у потолка. Пули просвистели мимо, но это оказалось фатальным. Как только они отвели внимание от двери, Жон вошёл, стреляя. Один из мужчин был поражён в грудь, но этот пошатнулся и отступил. Он тренирован. Или у него есть аура. Саммер прыгнула и поймала второго круговым ударом ноги, отбросив его к ближайшей стене, а затем на задницу. Прежде чем Жон смог выстрелить в него, она обезоружила его и ударила головой о ближайшую стену. Ей хотелось бы быть помягче, чтобы избежать возможных травм, но каждая секунда имела значение, когда Жон был в настроении «лучше перестраховаться». — Я займусь другим! — сказал он, проносясь мимо. Следующая дверь вагона распахнулась, и снова раздались выстрелы, за которыми последовала ослепительная вспышка света и болезненные крики. Без сомнения, светошумовая граната от Жона. Проклиная, Саммер последовала за ним, но прибыла слишком поздно. Два мёртвых человека и один живой, хотя и держащийся за ужасную рану на ноге и свернувшийся в тугой клубок. — Оставил одного живым для тебя. Да, но надолго ли? Если этот порез задел артерию в его ноге, то это был уже не вопрос жизни, а скорее медленного умирания. Если бы я не знала лучше, я бы сказала, что он делает это нарочно. Реальность была хуже. Это было слишком обыденно для него. — Исцели его! — Хорошо. Хорошо. — Жон убрал пистолет в кобуру и потянулся вниз. Человек в маске слышал её приказ, поэтому мог предположить, что последует, и, не желая умирать, оставался очень неподвижным. Аура Жона влилась в него, укрепляя его собственную и замедляя кровотечение. — Ты понимаешь, что он, вероятно, всё равно умрёт. Думаешь, они не взорвут этот поезд, когда поймут, что Пирра пропала? Конечно. Но тогда это будет Салем, убивающая людей, которых она пощадила. Это была игра слов, она полагала, но всё же большая разница. Если не позволить этому быть, то окажешься на стороне принятия лёгкого выхода и истребления всех только потому, что Салем возможно убьёт их за их неудачу. Кроме того, у неё был план. — Только если Райвен будет его держать. Тогда мы сможем допросить его позже. Глаза Жона загорелись. — Отличная идея. Я об этом не подумал. — Конечно, не подумал, ты слишком занят подсчётом трупов. Открой портал. Я пойду вперёд. — Саммер прошла мимо с бормотанием: — Райвен всё равно не захочет открывать его, пока я здесь. Догони, когда сможешь.

***

Жон поднял человека перед тем, как открылся портал, наблюдая, как Райвен появляется с другой стороны в своей палатке. Он не стал утруждать себя объяснениями и швырнул человека сквозь портал, лишь слегка разочаровавшись, что она успела увернуться. Это стоило бы смеха. — Что это? — спросила она, прижимая ботинок к спине человека. — Подарок? — Пленник. Держи его, пока мы не сможем доставить его в Маяк. — Белый Клык? Я думала, мы с ними покончили… — Так и есть. Он не фавн. Райвен нахмурилась и жестоко пнула человека по голове, вырубив его. Вероятно, ей не нравился намёк на то, что она могла быть не такой тщательной, а эти люди, по сути, распространяли этот слух, подставляя Клык. — Где Саммер? — Впереди, — сказал он. — Думаю, она расстроена из-за меня. Не знаю почему. — Наверное, из-за чего-то, что ты сделал. Он закатил глаза на этот неответ. Конечно, это было что-то, что он сделал; не похоже, что Саммер бросила кубик D20 и выбрала настроение без причины. Он просто не знал, что это было. Я думал, что бой бок о бок поможет нам. Это всегда помогало с Руби и остальными. — Мне нужно догнать её. Держи портал наготове для нас. Райвен закрыла его, не ответив, и Жон побежал вперёд, уже слыша отдалённую стрельбу. Саммер двигалась быстро, или, может быть, их враги отступили, чтобы организовать более слаженную оборону вместо того, чтобы сражаться с ними по двое. Он назвал бы это тактикой затягивания времени, если бы не тот факт, что Пирра уже была снаружи. Он не видел её через портал. Надеюсь, Райвен не оказывает ей фирменное гостеприимство Бранвенов. Они держали Пирру сзади без охраны, а теперь подсовывают нам врагов. Что-то здесь не так. Возможно, они не ставили охрану возле Пирры, чтобы она больше походила на обычный ящик, но это не имело смысла, когда весь поезд был полон людей в масках. Не похоже, чтобы таможня, проверяющая его, нормально отнеслась к ящику и заодно к явным террористам. Если бы они хотели, они могли бы взять Пирру и убежать, даже не сражаясь с этими людьми, и те, кто командовал, должны были это знать. При условии, что они учитывали Райвен, и при условии, что знали, что у неё может быть связь с Пиррой. Возможно — даже вероятно — что они этого не знали. Но зная, что он и Кроу могут прийти за ней, всё равно странно, что они сосредоточили своих людей таким образом. Если вы собираетесь заполнить каждый вагон, почему не держать Пирру впереди? Если только это не должно быть подставой? Может, они хотели, чтобы он пришёл, убил этих людей, упустил Пирру, взорвал поезд, чтобы уничтожить улики, а потом люди нашли бы её искалеченное тело в обломках? Это было слишком много предположений… Жон пробежал ещё через два вагона, проходя мимо нескольких бессознательных врагов. Он подумывал остановиться, чтобы убедиться, что они не встанут, но Саммер могла быть в опасности. Руби тоже так делала, пыталась никого не ранить, но Кроу и, как ни парадоксально, Рен в конце концов отучили её от этого. По крайней мере, к концу, когда мир рушился. Говоря о разрушении, звуки интенсивного ближнего боя впереди заставили его двигаться быстрее. Саммер не нужно было сражаться против этих людей, так что это должен был быть кто-то посильнее. Я не позволю тебе умереть сейчас. Руби никогда не простила бы меня. Звуки боя становились всё громче и громче, тела — всё реже и реже. В одном вагоне от цели он увидел, как её белый плащ летит впереди — прежде чем он ворвался в разгар битвы между Саммер и Тирианом. — Что ж. — Тириан радостно улыбнулся. — Это мой сигнал к отступлению! — Он развернулся и бросился в следующую дверь, оставив Саммер позади. — Ты в порядке? — спросил он, подбегая и заметив, как она держится за бок. Он вытянул руки, готовый применить Проявление. — Ты ранена? — Нет. Я в порядке. — Саммер показала свой бок без повреждений. — Просто он коснулся его своей рукой. Я вспомнила то, что ты сказал. Тириан использовал на ней своё Проявление. Он был рад, что она приняла это близко к сердцу и решила защитить это место. Даже прикрытие рукой технически было бы достаточным, поскольку у её руки всё ещё была аура. Единственной проблемой было то, насколько хорошо она могла сражаться одной рукой. — Позволь мне идти впереди. Он опаснее, чем кажется. — Он ведёт себя как психопат! — И он ещё опаснее, чем это. Поверь мне. Саммер покачала головой. — Откуда ты знаешь этих людей, Жон? Откуда ты знаешь их Проявления и какие они? Не говори мне, что это потому, что ты сражался с ними раньше. Этого может быть достаточно, чтобы получить некоторые базовые представления, но ты знаешь их слишком близко. — Ты права. Я действительно имел с ними дело раньше, и не только в боях. Я не могу рассказать тебе сейчас, но поверь мне, я на твоей стороне. Она улыбнулась, к его облегчению. — Жон, они несколько раз пытались убить тебя. Я думаю, очевидно, что вы не работаете вместе. Я просто хочу знать, откуда ты знаешь. Я не ставлю под сомнение твою лояльность. — Прости. Это… Всё это запутано. — Я знаю. Озпин мёртв, и даже если он вернётся, это всё равно шок. — Саммер проверила свой бок, где ударило Проявление Тириана, слегка уколов собственную кожу кончиком клинка. Он порезал очень легко, скорее укол, чем порез, но достаточно, чтобы показать, что её аура ничего не делает. — Смерть Озпина повлияла на тебя, не так ли? Я всегда думала, что ты имел его… вы оба были так осторожны друг с другом. Он не удивился, что она заметила. Они не были скрытными, и была большая вероятность, что Озпин просил её немного разузнать о нём. — Озпин… Это сложно. Он хороший человек, я знаю это. Но он также человек в худшей ситуации, какую только можно представить. Это значит, что он будет принимать большие решения, которые другие не приняли бы, и хотя я не могу винить его за желание покончить со всем этим, я беспокоюсь, что он будет безрассуден. — Например, как…? — Представь, что он мог бы убить Салем, но для этого ему пришлось бы пожертвовать половиной населения Ремнанта. Среди них Руби и Янг. — Он услышал, как она резко вдохнула. — Но ты живёшь. Тебе приходится жить без них. Как бы ты себя чувствовала? — Ужасно, очевидно! — Ты бы позволила это? — Нет. Конечно нет! Но Озпин никогда бы такого не сделал. Он бы сделал. И худшая часть была в том, что он не был уверен, что может ненавидеть его за это. Возвращение даже этот один раз показало ему, насколько трудно принять правильное решение. Вот что значит видеть всё задним числом: всё кажется таким очевидным. В своей голове он всегда представлял раньше, каково было бы вернуться в прошлое и спасти Пирру. Казалось, это просто. Вернуться, не позволить ей идти к башне, и всё. Пирра бы жила. Теперь он не был так уверен, что всё будет так просто. Испытав это сам, он не смог сделать Руби охотницей, не смог спасти Блейк от Белого Клыка и не смог убить Салем. А Озпин сталкивался с такими решениями каждый день. Должен был жить с последствиями каждый день. Постоянная боль, постоянные напоминания, постоянный выбор между жизнью и смертью без конца. Учитывая, сколько близких друзей он видел умирающими на протяжении своих жизней, убийство Руби и других, вероятно, ничего для него не значило. Даже жертвуя таким количеством людей, он, вероятно, убил меньше, чем во все другие разы вместе взятые, так что для Озпина это была выгода. — Трудно сказать, что сделает человек с тяжестью мира на плечах. Я думаю, часть того, что делает нас людьми, — это факт, что мы можем умереть. Это держит нас в честности, даёт нам эмпатию, потому что мы знаем, что та же судьба может прийти за нами рано или поздно. Озпин… У него этого нет. Как он может по-настоящему знать, каково это — умереть, когда его лишили этого всю жизнь? Саммер посмотрела на него искоса. — Ты что-то знаешь…? Что-то, чего он нам не рассказал…? — Вероятно. — Как? — Она решительно поставила ногу. — Скажи мне как, или я пойду прямо к Озпину, когда он вернётся! К счастью, у него было удобное объяснение. — Реликвия Знания. — Ч-что? — Разве ты никогда не задавалась вопросом, почему у нас с Райвен была Дева Весны? — Они думали, что это Нора, и он не стал бы подвергать Райвен опасности, раскрывая правду. — Мы отправились в Хейвен и использовали Реликвию. Прежде чем ты разозлишься, мы использовали её, чтобы помешать Салем сделать то же самое. Использовав все вопросы, мы сделали её бесполезной на остаток этого столетия. — Т-ты вынес её оттуда?! — Нет. — Он наблюдал, как Саммер издала взрывной выдох, с явным облегчением обмякнув. Очевидно, она знала, что произойдёт, если все четыре будут собраны вместе. — Мы положили её обратно и запечатали хранилище после. — Хорошо. И ты использовал её, чтобы узнать о прошлом Озпина? — Да. — Это не было ложью. На самом деле, это было первое, что Руби сделала с ней. — Джинн — это дух внутри — показала нам, что с ним случилось, когда всё это началось. Это было бессвязно. Я не скажу, что именно, это его история, но скажу только, что Салем гораздо смертоноснее, чем ты знаешь. И что Озпин находится в дерьмовой ситуации. Украден у смерти, вынужден оставаться в живых в наказание за то, что сделала твоя жена, а затем снова убит этой же женой и проклят на вечность. И за какое преступление? За то, что влюбился? Озпин не сделал ничего, кроме как был таким хорошим мужем, что Салем не могла справиться с горем его потери. Едва ли это преступление, за которое стоит быть проклятым на вечность. — Ты говоришь так, словно одновременно восхищаешься им и ненавидишь его. — Потому что так и есть. — Он неловко улыбнулся. — Мои мысли об Озпине всегда были такими. Я доверял ему, сомневался в нём, винил его, ненавидел его, узнавал о нём, уважал его, а потом жалел его. Теперь всё это вместе, но даже если я не могу полностью ему доверять, я буду стоять рядом с ним против Салем. И я отомщу Лайонхарту за то, что он предал его. Саммер улыбнулась и одновременно вздохнула. — Почему с тобой всё так сложно? Он усмехнулся в ответ. — Я пытаюсь создать образ высокого, тёмного и загадочного. — Что ж, это не работает. Давай, найдём Каллоуса.

***

Найти Тириана оказалось гораздо проще, чем он ожидал. Грузовые вагоны, через которые они пробивались, внезапно уступили место роскошному и декадентскому чудовищу из дерева и красного бархата, тому, в котором, как можно было ожидать, путешествуют самые богатые люди мира. Окна были высокими и покрывали обе стороны вагона, показывая, что они передвигаются с некоторой скоростью через открытую сельскую местность Мистраля. Там было ещё двое людей в масках, но они склонились, без оружия, и держали руки в направлении двери впереди, как коридорные, приветствующие новых гостей в шикарном отеле. — Эм. Засада? — Понятия не имею, — прошептал он в ответ. Эти двое были безоружны, поэтому он крикнул: — Что там впереди? — Доктор Ваттс желает поговорить с вами. Глаза Жона сузились. — Артур Ваттс? — Он сидит впереди и приглашает вас сложить оружие и войти. Он желает вести переговоры. Жон посмотрел на Саммер, которая в ответ пожала плечами. С её точки зрения, это была явная ловушка, но он не был так уверен. Ваттс всегда был эксцентричным. Все приспешники Салем были такими. Синдер была жаждущей власти, Тириан — безумцем, Хейзел — странно неохотным и неуместным. Ваттс, однако, был скорее интриганом. Дипломатом. Умным. Он мог сражаться, и сражаться довольно хорошо, но это всегда было крайней мерой. — Ваттс не стал бы подвергать себя такому бою. — Он вложил Кроцеа Морс в ножны и жестом предложил Саммер сделать то же самое. Под нос он прошептал: — Держись немного позади и прикрывай меня. Если они что-то предпримут, стреляй в них. Её голова незаметно кивнула, скрытая движением, когда она убирала своё оружие. Даже безоружная, она была достаточно сильна для этих двоих, поэтому они пошли вперёд, он впереди, а Саммер на достаточном расстоянии, чтобы действовать, если понадобится. Следующий вагон был таким же, как тот, что они только что покинули, но в центре был установлен большой круглый деревянный стол, прикреплённый к полу поезда, и вокруг него было шесть стульев. Только два из них были заняты, один самим Ваттсом, а другой — очень нервным директором Академии Хейвен. — Леонардо… — Ооо. Столько ненависти. Столько злобы. Где моё имя, Ашари? Почему ты не смотришь на меня так, как смотришь на него? — Тириан, стоявший за Ваттсом, вздрогнул. — Ах, я так завидую! — Он безумен… — прошептала Саммер. — Он, несомненно, таков. — Усы Ваттса дёрнулись, когда он улыбнулся. — И если позволите, моя дорогая, я бы променял его на вас в мгновение ока. Он одержим нашей госпожой, хотя, похоже, в последнее время он стал так же увлечён вами, мистер Ашари. — Он наклонился вперёд. — Могу ли я называть вас Жоном? — Я бы предпочёл Ашари. — Он выдвинул стул и сел напротив Ваттса. Саммер заняла место позади него, разделяя своё внимание между Тирианом и Лайонхартом. Её руки сжимали спинку стула Жона, заставляя дерево скрипеть. — Какова игра на этот раз, Ваттс? Мы будем играть в покер на твою жизнь вместо того, чтобы драться? — Это было бы довольно интересно, не так ли? Увы, нет. Я просто хотел поговорить. — Похищение Никос — один из способов добиться этого. — И вы уже спасли её, без сомнения. — Он вздохнул. — Полагаю, это дело рук мисс Бранвен? Хейзел никогда не упоминал, что у неё есть связь с Никос. Её Проявление становится весьма проблемной мелочью. Возможно, нам придётся разобраться с этим раньше, чем позже. Они знали механику Проявления Райвен. Лайонхарт мог быть источником утечки, будучи доверенным лицом Озпина, и, предположительно, пользуясь доверием, когда Райвен тоже работала на Озпина. Он должен был рассказать своему другу, как это работает. — Ты не выглядишь слишком расстроенным из-за потери осенней девы. — Уверен, Салем будет, и как только она будет, Тириан и я будем довольно расстроены, когда она накажет нас. — Ему пришлось сделать паузу, когда Тириан затрясся и громко зарыдал. — Но пока что, ну, я скорее горько развеселён. Возможно, в следующий раз мы просто убьём её. Жон нахмурился. — Перейдём к делу. Ты не стал бы делать всё это, если бы хотел поговорить о П Саммер ахнула позади него. Чёрт возьми. — Салем отправила мне письмо через Невермора. Не то чтобы там был обратный адрес. — Он поморщился, когда ногти Саммер впились в его плечо. — И не то чтобы я был чем-то ей обязан. Насколько я помню, мы заклятые враги. — Да. Возможно, это было из-за наших действий. — Ваттс сумел выглядеть смущённым. — Видите ли, наши приказы всегда заключались в том, чтобы доставить вас живым для разговора с Салем, но наши действия — ну, скажем так, я понимаю, почему вы чувствовали, что мы пытаемся вас убить. Наша госпожа была весьма расстроена Тирианом, когда узнала, что вы чуть не сражались насмерть. — Я не знал! — завыл Тириан. — Но теперь я знаю, о, и Ашари, мы можем поклоняться ей вместе. Я, как её самый преданный жрец, а ты как один из её бывших поклонников… — Ты был культистом?! — крикнула Саммер. — Нет! — Он злобно посмотрел на Тириана. — Поклонник? О чём ты вообще говоришь? — Ашари, — объяснил Ваттс. — Её некогда верные люди, древняя цивилизация, которой она руководила, и чьё имя ты носишь. Я предполагал, что ты знаешь, или, возможно, Тириан просто поторопился с «поклонниками». Граждане было бы более точным определением. Ты действительно несёшь её метку, не так ли? Она почувствовала её, а Хейзел видел её на твоей руке. Он указал, и Саммер наклонилась через его плечо. Жон прижал руку к груди, чтобы скрыть её, но скрыть сказанное Ваттсом было почти невозможно. Перчатка не позволяла ей что-либо увидеть, но она потребует показать его руку после этого. И ты делаешь это намеренно, Ваттс. Спасибо, что вбил этот клин между нами. — Я теряю терпение, Ваттс. Теряю терпение быстро. — Тогда я перестану ходить вокруг да около. — Он полез в карман, Саммер и Жон напряглись, и достал чёрный свиток. Положив его на стол, он подтолкнул его к Жону. Он был больше, чем тот привык, громоздкий и угловатый. — Это устройство с миниатюрной односторонней линией связи, способной пробить сигнал до Земель Гриммов. По сути, оно бесполезно для всего остального, но позволит вам лично поговорить с моей госпожой. И ей с вами. Жон колебался, брать его или нет. Хотя это было удобно и достаточно безвредно, Саммер могла легко неправильно истолковать этот жест. Вздохнув, он протянул руку и придвинул свиток ближе, но не положил его в карман. — И зачем мне это? — Ответы. Информация. Возможно, вы захотите отследить сигнал и найти её, чтобы лучше организовать атаку на её владения. То есть, если вы уже не знаете точно, где это. — Его глаза следили за глазами Жона. — Вы знаете, не так ли? Или, может быть, вы там были. Жон пожал плечами. — Я видел это издалека. — Любопытно. Наша госпожа желает поговорить с вами. Не сейчас, — сказал он, подняв руку. — Смею сказать, вы бы не стали терять бдительность, когда Тириан и я здесь. В удобное для вас время и, если пожелаете, возможно, даже в присутствии вашей подруги. Салем не говорила, что вы должны быть одни. Это было удачно, потому что не было никакого способа избавиться от Саммер после того, что было сказано здесь. Если повезёт, ему удастся убедить её не бежать сразу к Глинде, а позже и к Озпину. Если очень повезёт. — Всё это хорошо, но что помешает нам убить вас прямо здесь и сейчас? Саммер кивнула позади него, позволив своей руке упасть на оружие. Они не пришли договариваться, а свиток, с помощью которого можно связаться с Салем, был далеко не так заманчив, как идея уничтожить половину её подчинённых одним ударом. — Кроме доброй воли, которую мы заработали, честно обращаясь с вами? — Вы похитили Пирру. — Туше. — Ваттс усмехнулся. — Хотя, в нашу защиту, Тириан сдерживался против её семьи. Зная, что это только расстроит вас, мы даже сочли нужным пощадить её родственников, когда забирали её. — Он наблюдал, как Жон немного расслабился. — Заслуживает ли это некоторой снисходительности? — Немного, — признал он, — но недостаточно. — Тогда как насчёт того, если мы передадим нашего дорогого друга Лайонхарта вам? — великодушно предложил Ваттс. Глаза Леонардо расширились. — ЧТО?! — Именно он убил Озпина, не говоря уже о том, что он передавал нам всевозможную интересную информацию о вас всех, даже о ваших детях, моя дорогая, — добавил он, обращаясь к Саммер. — Озпин так стремился рассказать о новой деве с серебряными глазами. Знаете ли вы, что именно Леонардо раскрыл нам вашу миссию в Вакуо? Засада, которая чуть не убила её. Которая действительно убила её в прошлый раз. Лайонхарт был ответственен за это. Саммер сильно дрожала. — Вы не можете! — кипятился Лайонхарт. — У нас была сделка! У нас была сделка! — Да, была. — Ваттс нахмурился. — И мы выполнили её буквально. — Он закатил глаза, когда Лайонхарт побледнел и начал умолять. — О, прекрати это. Наша сделка заключалась в том, чтобы обеспечить тебе власть и влияние, пока ты служишь нашим интересам. — Я сделал, как вы просили! — Ты сделал, и, в свою очередь, мы сделали, как ты просил. Власть, влияние, деньги, у тебя было всё. — Ваттс махнул рукой в воздухе. — Мы оба выполнили свои стороны сделки, поэтому я не понимаю, откуда вдруг это ожидание верности. Это никогда не было частью сделки, Леонардо. Наши отношения всегда были деловыми, не более. — Вы не можете! — Не могу? — Ваттс улыбнулся, когда Тириан встал позади Лайонхарта, удерживая его на месте с маниакальной улыбкой. — Скажи мне, если бы ты купил бургер в ресторане быстрого питания, ожидал бы ты, что человек, который его подал, придёт на твою свадьбу? Конечно, нет. Ты заплатил за что-то, и они предоставили тебе то, за что ты заплатил. Так устроен мир. Мы дали тебе то, что ты просил, и ты заплатил нам тем же. Теперь это соглашение окончено, и мы не более чем незнакомцы. Им он добавил: — И вы можете забрать его. Привлечь его к ответственности, наказать, если хотите. С показаниями мисс Никос и её семьи будет нетрудно раскрыть его маленькие секреты. — НЕТ! — взревел Лайонхарт, глаза широко раскрыты и полны ужаса. — Я сделал всё. Я-я могу быть полезен. Я могу… — Тириан. Рука схватила Лайонхарта за голову и ударила её о стол. Один, два, три раза Тириан разбил лицо человека, пока его тело не обмякло и кровь не размазалась по его лицу и дереву. Лайонхарт, когда-то директор Хейвена, осел без сознания. Внезапная жестокость этого заставила Саммер отпрыгнуть назад с ужасом на лице. Жон, с другой стороны, даже не удивился. Они бросили Лайонхарта и в прошлый раз, и почему бы и нет? Его польза была только в его высоком положении директора. Без этого он даже не был компетентным бойцом. — Давайте не будем затягивать. Вы сильны, Ашари, но здесь мы равны, и замкнутое пространство благоприятствует Тириану. Не говоря уже о том, какие трюки и ловушки могут быть у меня в рукаве. — У меня есть Райвен. — Да, и это Проявление действительно раздражает. Обязательно предупредите её, что мы больше не будем её игнорировать. Она создала себе немалую проблему, и мы с ней разберёмся. — Он указал на свиток на столе. — Единственная причина, по которой мы этого не сделали, заключается в том, что Салем уважала её нейтралитет, когда она ушла с должности Озпина. Что бы вы ни думали, она не неразумная дама. Я это прекрасно знаю. В конце концов, она отправила меня назад… — Жон, — прошептала Саммер. — Мы можем справиться с ними. Возможно, они смогли бы. Это был хороший шанс в любом случае, и он знал, как сражается Тириан. Проблема была в Ваттсе, который выглядел слишком уверенным и знал, что они придут. У него было время подготовиться, а значит, у него было время подготовить и запасные планы. Ваттс не был человеком, который рисковал, особенно своей безопасностью. Бомбы в поезде, заложники, Хейзел в ожидании или, возможно, всё вместе. Это могло очень быстро обернуться против них, и, возможно, только планы Салем предотвращали это. Тем временем, у них были Пирра и пленник — а теперь ещё и Лайонхарт. Среди четырёх из них исход боя не был даже определённым, и это было до того, как вмешалась бы любая из сотни переменных. Жон взял свиток. — Я позвоню ей. — Жон! — ахнула Саммер. — И мы забираем Лайонхарта с собой. Не путайте мои намерения, мы не союзники. — Он встал и подошёл к Тириану. — При первой же возможности я убью Салем. И если вы когда-нибудь приблизитесь к моей дочери снова, ничто вас не спасёт. — Пожалуйста. — Ваттс улыбнулся и наблюдал, как Жон забирает поверженного человека у Тириана, который всё ещё жадно улыбался. — Если вам когда-нибудь понадобится связаться со мной, вы можете оставить сообщение моей госпоже, и я заберу его, когда смогу. Было приятно, мистер Ашари, миссис Роуз. Надеюсь снова иметь с вами дело. Саммер нахмурилась. — Не рассчитывайте на это. — Всё ещё принимаете нашу попытку убить вас лично? Это никогда не было личным, моя дорогая. Это всегда был только бизнес.

***

Как только они прошли через портал и оказались в лагере Райвен, Саммер приставила свой меч к подбородку Жона, щекоча его горло. Райвен была слишком удивлена, чтобы что-то сделать, и стояла там с бессознательным Лайонхартом в руках, наблюдая, как серебряные глаза Саммер горели непролитыми слезами. — Говори.