Да, черт возьми, я - слизеринка. Часть 2: Часовщик

      Заявление Гермионы показалось не просто удивительным, а скорее ужасающим. Том отошёл от неё на несколько шагов и осмотрел с ног до головы. Женщина поняла, что он ищет признаки укусов или того, что у неё заражение крови. Иначе как ещё можно объяснить такое заявление.       — Ты сошла с ума, — рявкнул Том, скрепя зубами, — как я могу быть тайником?!       — Ты последний из оставшихся в живых потомков Салазара Слизерина, ты последний наследник дома Мраксов, логично предположить, что в тебе может скрываться то, что нам нужно! — сказала Гермиона.       В её словах была доля правды и логики, ведь во многих культурах кровь рассматривается как главный символ жизни. Традиция скреплять договор, союз или обет кровью делала их необратимыми и являлась торжественным ритуалом, в котором смешение крови воспринималось как наложение священной печати. Не говоря уже о том, что сама по себе кровь не так важна, как её чистота. Ведь это одна из главных концепций в магическом мире. В зависимости от количества предков, которые были волшебниками, все делятся на различные категории по чистоте крови: чистокровные волшебники, полукровки, маглорождённые. Также существуют сквибы — рождённые в семьях волшебников люди, которые не обладают магической силой и полулюди — маги, в предках у которых были разумные существа, например, великаны или гоблины.       — Вот именно по причине чистоты крови я не могу быть тайником, — огрызнулся Том, — я же полукровка.       — Как полукровка?! — удивился Альбус. — Тот, кто сетовал за чистоту крови оказался… — но тут ему прилетает подзатыльник от Эдди с недвусмысленным намёком заткнуться.       — В какой-то степени ты прав, однако ты был единственным наследником Мраксов, тебе достался перстень Меропы, тебе досталась способность говорить на змеином языке, тебе…       — Хватит, — отмахнулся Том, — не хочу думать, что мой дед что-то там в меня вложил!       — А придётся! — не выдержала, перейдя на крик, Гермиона. Она в моменте оказалась рядом с Томом и схватила его за грудки. — Поэтому или ты добровольно позволишь мне проникнуть в твоё сознание, или я тебя свяжу, посажу на стул рядом с трупом деда и насильно использую легиллименцию!       Взгляд Гермионы был настолько пронзительным и опасным, что даже Том в ужасе посмотрел на неё. Эдди, Эмили и Альбус стояли молча, ожидая реакции Реддла, и та не заставила себя долго ждать. Молодой парень спокойно отодвинул Гермиону от себя, придвинул табурет, сел и посмотрел на волшебницу. Поняв, что это знак согласия, женщина достала палочку и направила её на Тома.       — Легиллименс!

*Путь по воспоминаниям*

      Если что-то и было скрыто от глаз, так это воспоминания. Том, возможно мог чего-то и не знать, однако в крови заложено куда больше, чем он мог предположить. Кровь как вода — сохраняет в себе память поколений, а если это действительно так — Гермиона отыщет то, что ей нужно для победы над Часовщиком.       Слизеринка летела по воспоминаниям Тома так быстро, словно ветер переворачивал страницы книги. Такого потока она ещё не встречала, значит, мозг парня постоянно в движении. Получается, всё будет гораздо сложнее, чем она предполагала. Если бы только у Гермионы был омут памяти, было гораздо проще, но приходится довольствоваться тем, что есть.       Найдя в себе силы вызвать зелёный дым, Гермиона всё-таки остановила поток мыслей Тома и очутилась посреди какой-то странной комнаты. Было темно и жутко холодно, что даже находясь в воспоминаниях, Гермиона ощутила леденящее чувство мороза. Осмотревшись по сторонам, женщина увидела небольшой комод, на котором находилось несколько фотографий, на одной из которых, вероятно, изображено целое семейство: пожилые люди и мужчина лет сорока, может быть меньше. У всех чёрные, как смоль волосы, приличного такого роста, с бледной кожей, недоверчивыми чёрными глазами, квадратной челюстью.       «Посередине, возможно, сын… чёрт, готова поклясться, что я его уже где-то видела. Прям знакомое такое лицо… — всё-таки, когда Гермиона присмотрелась ещё лучше, узнала в нём черты лица Волан-де-Морта. — Вот-те на! Так я же в дома Реддлов!»       Осознание пришло настолько неожиданно, что слизеринка в панике начала осматриваться по сторонам. Как она раньше не заметила, что здесь нет никаких магических приспособлений, вещей, даже комната кажется слишком маггловской. Внезапно, внизу послышался какой-то шум. Вовремя опомнившись, Гермиона побежала прочь из комнаты, спустилась по лестнице и увидела, как трое людей, двое из которых преклонного возраста — мужчина и женщина, а третий — уже достаточно возрастной мужчина. Напротив них стоял молодой юноша, судя по росту и внешности — семнадцатилетний. В нём Гермиона узнала молодого Тома Реддла — будущего Волан-де-Морта.       «Это тот самый день…» — догадалась Гермиона.       — Пожалуйста… пощади… — шептал старый Томас. На левом среднем пальце волшебника Гермиона увидела знакомый перстень — будущий крестраж.       — Ты повинен в том, что случилось со мной, — прошипел Том, — твой сын бросил беременную жену умирать!       — Я не знал… я…       — Авада Кедавра! — хватило секунды, чтобы Томас Реддл упал замертво. Такая же участь постигла и Мэри Реддл. Наконец, когда Том старший остался один, Волан-де-Морт подошёл к нему и презрительно посмотрел ему в глаза. — Твоё последнее слово?       — Пощади… — прошептал мужчина. — Она меня одурманила… я только…       — Ты трус, — рявкнул Том, — авада кедавра!       Когда Том Реддл упал замертво, его сын произнёс какие-то незнакомые Гермионе слова, после чего камень в перстне засветился, а сам волшебник упал без сознания на пол.

*Настоящее время*

      Гермиона вылетела из мыслей Тома как пуля. Она была в ужасе от увиденного. Смотря в глаза Реддлу, женщина понимала, какую совершила ошибку, и что в будущем ей это аукнется. Тому сейчас семнадцать лет, почти восемнадцать, значит, за его плечами уже четыре убийства, и первое он совершил ещё в школе, убив Миртл Элизабет Уоррен.       Ужас застилал глаза и разум. Гермиона отошла назад от Тома. А тот понял причину, потому что даже не стал возражать.       — Нашла-таки те воспоминания… — вздохнул парень.       — Так это был ты… ты убил семейство Реддлов, — прошептала Гермиона.       — Убил кого?! — удивился Эдди.       — Деда, бабушку и своего отца, — ответила слизеринка, — значит, когда я нашла тебя, ты уже расколол душу на две части. Ты уже проклял дневник и перстень Марволо Мракса.       — Что это сейчас меняет? — усмехнулся Том. — Ты так и не нашла нужную нам информацию.       — Эта информация и заложена в тех воспоминаниях! — возмутилась Гермиона.       — И как же создание крестражей связано с Часовщиком? — удивился Том.       — Крестраж фактически создаётся жертвой на крови, — начала Гермиона, — нас с тобой также связывает общие предки — Певереллы.       — И?       — Мам, хочешь сказать, что Часовщику нужна кровь одного из вас?! — ужаснулся Эдди.       — Я не уверена, но скорее всего.

POV Гермиона

      Время остановилось. Я не сразу поняла, как мы оказались в совершенно незнакомом месте. Посреди какой-то усадьбы, площадки, я так и не узнала это место. Мне хватило лишь секунды, чтобы осознать, что ни Эдди, ни Эмили, ни даже Альбуса поблизости нет. Осмотревшись по сторонам, я увидела лишь застывшего Тома, который даже не понял, что случилось. Наконец, когда время вновь заработало, я выхватила палочку и одним махом снесла половину строений, дабы только разыскать детей.       — Какого хрена вообще произошло?! — удивился Том, когда увидел, в каком я состоянии.       — Часовщик. Он нашёл нас.       — Как?!       — Без понятия. Сейчас во временной ветке он ни с кем не связан, так что я не могу даже предположить, как он нас нашёл.       — Твои способности помогли мне, дорогуша, — обернувшись, я уже хотела выстрелить, как увидела, что Часовщик прикрывается детьми. Мелочная сволочь, — сложно атаковать, когда у меня дети, правда?       — Отпусти их.       — Не думаю, что мне выгодно отпускать их сейчас. Мы же с тобой понимаем, что ты проиграешь в этой схватке, даже если она и произойдет.       — Почему ты так уверен?       — Потому что рядом нет любимого мужа.       Это катастрофа. Дети в заложниках, мы с Томом в западне, и единственный шанс хоть как-то выпутаться из этого положения — просто выжить. Том уже хотел достать палочку, но я покачала головой.       — Мы только позволим ему раньше времени убить детей, — сказала я.       — Да плевать! — чёрт, я и забыла, что передо мной Волан-де-Морт, будущий, конечно, но всё-таки.       — Это мой сын, Том, — рявкнула я уже грубее, — и он спас тебе жизнь — ты у него в долгу!       Часовщик, глядя на всё это, только шире улыбался. У меня в кармане были ключи для перехода в другое время, и мне не составит труда спастись, прихватив ещё и Тома с собой, но оставлять детей на растерзание Часовщику я не собиралась.       — Маховик, Гермиона, — холодным голосом сказал мой враг.       — В сотый раз повторяю тебе — у меня его нет! — перешла я на крик. Мне надоело ему доказывать, что я ничем не могу его помочь, да и не пыталась. Если бы маховик был у меня, я бы уже его убила. Губы Часовщика исказились в ухмылке. Я не совсем понимала, что это всё значит, однако враг знал куда больше.       — Мои убийцы были очень умными, куда умнее, чем их потомки, — вздохнул Часовщик. Взмахом руки он создал клетку, в которую поместил Альбуса, Эмили и Эдди, а когда та закрылась, подвесил под потолком. Часовщик начал медленно к нам с Томом подходить, и с каждым его шагом я ощущала страшную слабость. Его сила была слишком огромна. — Ключ души олицетворяет жертвенность, ключ силы — выдержку и стремление, ключ времени — то, что потеряно. Ты заработала все три, однако так и не поняла их смысл.       — Ты не мог сам получить ключи, — сказала я.       — Уж об этом вы догадались. Тут ничего не скажешь. Но ключи как таковые мне были не нужны.       — Но… — я была в замешательстве.       — Я выжидал, Гермиона. Когда ваши отпрыски оказались в прошлом и добрались до моего желанного сосуда, я уже ощутил, что ты воспользовалась своей тайной способностью. Уже тогда я понял, что выиграл.       — Ты ждал, чтобы меня сломить, — сквозь зубы сказала я.       — Это да, но… я никогда не забывал о том, что ваши с Томом предки устроили лазейку, через которую я не мог заполучить свою собственность назад.       — Лазейку? — удивился Том.       — В их мире, да и в вашем, кровь мага имеет большую ценность, она и для меня играет такую же роль. И, чтобы, так сказать, встать у меня на пути, они вдвоём спрятали маховик. Но не в каком-то конкретном месте.       Я всем нутром ощутила бурление внутри. Словно что-то пыталось вырваться наружу, словно что-то требовало себя освободить. Ноги стали ватными, руки затряслись. Увидев это, Том подхватил меня под руки, а Часовщик ухмыльнулся.       — Вот об этом я и говорил. Маховик всегда был у тебя, Гермиона, всё это время. Но ни ты, ни я, не могли его заполучить просто так. Только после того, как ты активировала свои скрытые силы, я мог его достать.       — Я не понимаю…       И тут я вспомнила наставления Салазара, когда он настоятельно рекомендовал аккуратнее использовать мои способности.       — Выброс магической силы… ослабление души… открытие каких-то врат… — отрывками шептала я его слова.       — Да-да-да, Салазар ведь не зря говорил тебе не прибегать к этому методу повторно. Маховик требует подзарядки. То, что ты уничтожила последний крестраж в Битве за Хогвартс активировала обратный отсчёт, отсрочила неизбежное, так сказать. Многие годы ты не пользовалась своими силами, и я ждал, пока ты, наконец, будешь на грани, и воспользуешься ими. Маховик у этих дебилов был последний, значит, твои силы были единственным вариантом. Салазар рассказал тебе, чтобы ты имела их в виду, однако не подозревал, что ты его не послушаешь. В итоге, когда ты использовала свой высший потенциал, маховик получил большую подзарядку. Помнишь свой крик в Министерстве? Вот. Это ещё одна подзарядка. Ты облегчила мне задачу.       Я начала отходить назад, но Часовщик взмахнул рукой ещё раз, из-за чего мои ноги буквально пригвоздили к земле. Том попытался его остановить, но тот отбросил его к ритуальному камню. В руке врага блеснул кинжал.       — Спасибо за помощь, Гермиона.       Он одним резким движением полоснул мою ладонь, от чего я вскрикнула от боли. Что он творит вообще? Кровь брызнула из раны, но почему-то я не ощутила, как она льётся. Здесь явно что-то не так. И тут, я вижу, как из крови, словно по волшебству, появляется какой-то предмет.       «Чтобы скрыть ключ времени, твой предок должен был пожертвовать собой. Я не знаю, зачем конкретно он это сделал, но…» — тогда, именно тогда мой Видящий совершил это. Вот, почему он оставил указания, чтобы его потомки должны быть или полукровками или чистокровными. Он знал, что только в крови такого же нечистого, как и он, мог содержаться этот артефакт. Он предсказал это! Проклял свою кровь! Он осквернил её тёмной материей.       На руку Часовщика упал первый маховик времени.       — Твоя кровь всегда была ключом, Гермиона. Маховик всегда был в вашей крови. Теперь ты понимаешь, почему Эдди обладает такими же способностями, что и ты?