Экстрасенс по воле случая

      На работе его уже ждал полицейский патологоанатом, который явился на двадцать минут раньше и смел катить на него бочку за профнепригодность и непрофессиональное поведение. Доведённый до состояния кипения всего за десять минут нудения, Антон послал его, сказав что мёртвым спешить некуда, и если он не может забрать тело в морг полиции, то это его проблемы, а не Антона, и он может валить куда подальше, потому что парень явился за десять минут до начала рабочего дня, что вполне достаточно для того, чтобы открыть морг и переодеться.       Дух молча следовал за ним. Уже в ординаторской, на столе, он заметил постороннего. Глубокий старик, больше похожий на сморчок, сидел, свесив ноги, и улыбался, смотря в сторону огромного плаката, изображающего человека со вскрытым брюхом и пронумерованными органами, что были подписаны снизу. — «Здравствуйте», — машинально поздоровался дух.       Старик взглянул на него, благосклонно кивнул и вернулся к изучению анатомии. — Ты это кому? — подойдя к столу, на котором лежали документы поступивших за сутки, Антон быстро пробежался по ним глазами — ничего сверхъестественного: старик с инфарктом и парочка торчков. — «Да вот же тут…» — дух хотел, было, сказать «старый человек», как по старику прошла рябь. До духа дошло, что ему ведь ещё и ответили. Старичок вновь посмотрел на него и улыбнулся. — «А вы?..» — Иван Валерьевич, пенсионер, — сказал тот, спрыгнув со стола и с удовольствием потянувшись. — Ну чего ты смотришь, милок? Помер я, да идти не хочу. Машку свою подожду, а то потеряемся потом, боюсь. Люблю я её, милок, — сказал старик, а дух ему охотно поверил. — «Говорит, что его зовут Иван Валерьевич», — сказал дух Антону. — Иван Валерьевич, — пробормотал Антон и перелистнул страницы документов, что держал в руках. — Иван Валерьевич Петрухин, 1934 года рождения, умер от инфаркта прошлой ночью. Скорая не успела довезти до приемного покоя, умер в 18.42 по московскому времени. Реанимационные действия успеха не принесли, было вколото три кубика эпинефрина и четыре кубика адреналина, — прочёл парень написанное в карточке. — Уже вскрыли, выпотрошили и заморозили, — произнёс Антон и отправился в зал к холодильникам, чтобы проверить, тот ли старичок видится его другу. — «Говорит, уходить не собирается, пока не помрёт «его Машка», — сообщил животрепещущую подробность дух, когда они вышли из ординаторской. — «Ибо некому больше за ней присмотреть».       Антон вновь опустил глаза в карточку «клиента». — Мария Петровна Петрухина, супруга — да, есть такая, — кивнул парень, подходя к холодильнику с указанным в карте номером. — Полагаю, ему недолго ждать — наверняка у бабушки букет хронических заболеваний, а после смерти благоверного она испытала огромный стресс, явно не пошедший ей на пользу. Скажи ему, чтобы шёл домой — старушку лучше ждать там. Здесь он может и пропустить её рейс, — произнёс патологоанатом и, открыв дверцу холодильника, выкатил тело из него, стащив простынку с лица покойника, поднял глаза на светящийся шарик. — Он? — Ну и паршиво же я выгляжу мёртвым, какой кошмар, — сморщился появившийся у Антона за спиной призрак старика — да так, что дух аж отскочил от неожиданности. — А этому милому молодому человеку скажи, что это я и собираюсь сделать. Как только Машка явится сюда на, значится, опознание, так и уйду вместе с ней. — «Он», — в свою очередь ответил дух Антону. — «И он тебя слышит. Сказал, уйдёт со своей Машей, когда она за ним явится сюда». — Ну, как хочет, — пожал плечами Антон. — Иван Валерьевич, вы только не шалите пожалуйста, — попросил он, а потом как-то резко разогнулся: — Ан нет, Иван Валерьевич шалите и о-о-очень яро, — попросил парень хитро улыбаясь. — В соседнем кабинете сидит на редкость противный мужик — все нервы истрепал — если вам нетрудно, развейте свою скуку и сделайте мне приятно, попугайте его малость? Только не перестарайтесь, а то мало ли, — предложил попросил парень, аккуратно накрывая старика обратно простыней и закатывая в холодильник. — Экие детские забавы, сынок, — фыркнул старик. — А хотя… чего б напоследок стариной не тряхнуть? Ух, пошалим, — воодушевился тот, прежде чем исчезнуть. — «Сказал, сделает всё возможное», — озвучил это Антону дух. — Что-то сомневаюсь, что в тех же выражениях, — ответил Антон, проверяя результаты вскрытия и знакомясь поближе с оставшимися новичками в этой обители холода и скорби. — Если хочешь можешь ему помочь — тоже развеешься. — «Я… не могу», — сказал дух. — «Могу только летать и смотреть — всё пролетаю насквозь. Я уже пробовал, у меня была целая ночь для этого».       Они вдвоём услышали, как очень звучно хлопнуло о стену открывшееся окно соседнего кабинета и завыл ветер — не так давно вошедший с улицы Антон ещё помнил, насколько он пронизывающий сегодня. — Ну, хоть посмотри, — предложил парень. — Мне потом расскажешь. Я следующие часы всё равно буду занят с бумажками в кабинете, а там камера, так что поговорить не сможем. Заскучаешь, — предупредил Антон душу, закрывая последний холодильник и отмечаясь в журнале на выходе.       Дух залетел в кабинет, где сидел полицейский коллега его друга, как раз в тот момент, когда мужчина пытался закрыть окно. Ветер, что уже снёс со стола все бумаги, а со стены — плакат и продолжал дуть неистово, а окно не поддавалось. Бумаги ещё и полетали над полом, покружились и разлетелись ещё сильнее. Мужчина, наконец, справился с окном и пошёл собирать бумажки, как прямо к нему на голову упал флакон с какой-то гадостью, от чего тот вскрикнул от неожиданности и принялся раздеваться прямо на бегу к раковине. Сидящий на столе старик задорно хихикал, неожиданно молодея, а после, как пушинку, поднял со стола карандаш и бросил в спину патологоанатома, который судорожно пытался смыть в раковине содержание вылившегося на него флакона.       Мужчина резко обернулся, но в кабинете была пустота и снова повисла тишина. Только разлетевшиеся бумаги и разбитый флакон у шкафа напоминали о случившемся происшествии. За спиной что-то скрипнуло. Сотрудник полиции уже обернулся боязненно, наблюдая, как медленно открывается дверь, чтоб дико вскрикнуть, когда она оглушительно хлопнула. Застучали створки шкафа. Мужчина уже чувствовал, как его холодит и, постоянно оглядываясь, медленно дошёл до пустой стены и прижался к ней. А дух наблюдал, как беснуется старик, весело хохоча.       Антон же на всякий случай, придя в кабинет, сразу же включил музыку в наушниках и, увеличив громкость, спокойно сел делать работу. Его сменщик отлично проводил вскрытия, но вот заполнять бумажки ненавидел. Антон, в принципе, тоже, но он хотя бы не косячил в документах, а потому волевым решением было принято — сменщик вскрывает, Антон заполняет бумажки. Чужих душ рядом не было — во всяком случае, парень их не видел, а потому он мог предположить, что те развлекаются с доставшим коллегой.       Он не успел закончить даже один протокол, как дверь кабинета с грохотом открылась, и туда влетел сотрудник полиции, смотря на Антона дикими, напуганными глазами. Да и в целом вид его был не очень — рубашка мокрая и незаправленная, волосы влажные и взлохмаченные, мужчина был вспотевшим, а глаза, казалось, сейчас вылезут из орбит. — Ч-ч-что за чертовщина там у вас творится?! Объяснитесь сейчас же! Я немедленно пришлю к вам СЭС с проверкой! Вас засадят! — кричал тот, а за его спиной виднелся уже знакомый светящийся шарик. — И что вы им скажете? — вынимая наушник из уха поинтересовался Антон. Он точно знал, что все нормы соблюдены, а мелкие косяки можно поправить и за пару часов, и сильно за них не влетит. — Вы что? — парень демонстративно принюхался. — Пролили на себя формалин? — поморщившись спросил патологоанатом. — Я?! — праведно возмутился мужчина. — Это всё ваши проклятые сквозняки! И вообще, как можно держать формалин в таком неустойчивом шкафу? — У нас нет сквозняков — это вредно. Помещение проветривается с помощью вытяжек и кондиционера два раза в сутки, и сейчас не это время. Формалин стоит там, где положено по технике безопасности, и шкаф нормальный. Если у вас проблемы с координацией, то это только ваши проблемы, — холодно ответил Антон, выражая всё презрение к неуклюжему остолопу исключительно взглядом. — И будьте добры закончить осмотр тела. Ваше здесь присутствие нервирует клиентов.       Дух со скепсисом наблюдал за негодующим и злым на весь мир и его несправедливости полицейским и напротив довольным, как слон патологоанатомом — это ощущалось даже на расстоянии.       Через некоторое время сотрудник полиции, погрозившись всеми стоящими выше службами, сделал свою работу и ушёл. Антон снова остался в компании одних лишь мертвецов и их духов. — Передашь Ивану Валерьевич мою искреннюю благодарность? — покинув кабинет с камерой, спросил парень у висящего рядом с ним шарика. — Отлично сработал.       Зазвонил стационарный телефон. Диспетчер сообщила, что ему везут очередного сердечника на хранение, пока ищут родственников для получения разрешения на вскрытие и подготовку к похоронам. — «И правда, ловко сработанно», — хмыкнул дух с уважением.       Минуту спустя диспетчер позвонила ещё раз, сообщив о посетителе. Та самая «Машенька» пришла на опознание мужа.       Медсестра привела за руки старушку-одуванчика, с осторожностью оглядывающуюся и опирающуюся на клюшку. Старик-призрак аж просиял в этот момент, тут же пристроившись за женой. Увидев мужа, Мария Петровна только вздохнула, сделала крестное знамение и произнесла молитву за упокоение его души. Посетовала, что и ей недолго осталось и, узнав, когда можно будет забрать благоверного на похороны, удалилась, прихватив с собой и призрак мужа. — «Эх, жаль. Я уже даже привык к этому старику», — вздохнул дух. — Вы всего пару часов знакомы, — фыркнул в ответ на это Антон, а после вернулся к стационарному телефону и набрал заученный наизусть номер. — Светочка, привет, это Антон. У меня для тебя работа на завтра — меня не будет, но надо подготовить дедушку к похоронам: привезут его одежду и надо грим наложить, — ему что-то ответили в трубку, а после он довольно кивнул и улыбнулся. — Спасибо, дорогая, как всегда, выручишь.       После этого разговора Антон вернулся в кабинет с камерой и, написав что-то на весёленьком желтом стикере, оставил тот прилепленным к настольной лампе, чтобы сменщик точно заметил.       Дух, снова оставшись в одиночестве, заскучал. Попробовал провернуть те штучки, что делал дед — ничего не вышло. Действительность оставалась для него всё такой же неосязаемой — взаимодействовать он с ней не мог.       Наблюдая сквозь дверной проём за мельтешением светящегося шарика души, Антон сжалился над ним и включил небольшой телевизор, висящий на стене в углу кабинета. Пощелкав каналы, он нашёл тот, что смотрел утром и оставил его — через полчаса должны были быть мировые новости.       Сейчас же там шёл какой-то посредственный сериальчик с сюжетом таким же посредственным, что не надо было смотреть всё остальное, чтоб понять, что происходило до и чем это всё закончится.       Дух заскучал ещё больше и, если бы он мог спать, то наверняка бы уснул.       До обеденного перерыва ему пришлось скучать, потому что Антон не мог оторваться от работы. Ему было необходимо написать несколько важных отчетов, заполнить бумаги о вскрытии, которые сменщик обычно надиктовывал в диктофон. За это время успели пройти новости, продолжение скучного сериала и ещё новости.       Дух помалкивал, даже заинтересовавшись сериальчиком и искренне переживая за Анну, которой Андрей изменял с Дашей, которая травила своего богатого мужа, который развлекался каждый вечер с любовницей. В очередной раз началась реклама и в который раз повторили информацию о грандиозном наборе в мега-волшебный конкурс всех магов, чародеев, ведьм, колдунов, медиумов и остальных, кто считает, что имеет у себя сверхъестественные силы. Судя по награде, которую обещали победителю, последний был уже давно выбран. — «Ты всё ещё не хочешь попробовать? Мне кажется, они хотят затащить тебя туда всеми силами — рекламу крутят уже одиннадцатый раз», — спросил дух у Антона, отвлекая его от работы.       Парень поднял голову и скептически посмотрел на душу, а после перевёл взгляд на камеру. Решив, что пора сделать перерыв, он достал из холодильника обед, что приносила одна из медсестер, и, закинув его в микроволновку, пошёл в другую комнату к кулеру. — Я не маг, не ведун, не экстрасенс, — ответил Антон духу, выйдя из зоны действия камеры. — Ты первая душа, с которой я так долго общаюсь — обычно я их вижу от силы минут десять, и всё. — Зато я их вижу, — заметил дух резонно. — Заметь, не только вижу, но и поболтать могу. Оденешься поготичнее, назовёшься медиумом и вперёд на конкурс. Заметь, моя помощь не будет считаться даже за жульничество — они же там многие говорят, что пользуются потусторонними помощниками, или имеют рентгеновское зрение, или ещё чего. — Хочешь развлечься? — поинтересовался просто парень, наливая в чашку горячую воду. — Многие сущности, с которыми придется общаться, будут не очень симпатичными, могут быть опасными, ты уверен? — «Опасными? Что-то я уже не очень уверен. А в каком смысле опасными?» — уточнил дух опасливо. — А я знаю? — вопросом на вопрос ответил Антон. — Мир духов весьма непредсказуем, а такие программы часто снимают в местах силы, где всё буквально кишит неуспокоенными. Они уволочь не уволокут, но гадость сделать могут. Да и тяжело это, когда погружаешься в чужие трагедии. Так что подумай ещё — если что, мы с тобой спокойно пройдём все испытания. Я, в принципе, не против, — хмыкнул парень, заваривая в чашке чай из пакетика. — «Гадость — это какую например?» — продолжал сомневаться дух.       Предупреждения парня его пыл охладили и напугали. Он ведь ещё меньше него был знаком с этим потусторонним миром и мало в нём понимал. Авось, действительно кого злого потревожат. — От сущности зависит. Иногда они вызывают депрессию даже у душ, портят ауру — это проходит со временем, но осадок остается. Зависит от того, кто вредит — это предсказать невозможно. Но мы всегда можем отказаться, если тебе станет страшно, плохо, или ты почувствуешь, что что-то не так. Мы просто развернёмся и уйдем, — произнёс спокойно Антон, а после пошёл к зазвеневшей микроволновке. Обед разогрелся. — «Вот так просто?» — скептически спросил дух. — «А что мне за это будет? Ты… найдёшь мне моё тело?» — Я его и так найду, иначе ты от меня не отстанешь — раз до сих пор не исчез, значит что-то держит, — пожал плечами парень, стоя к камере спиной. — А это шоу поможет тебе развлечься. Может, чему и меня научит — у некоторых дар просыпался во время стрессов, а тут самый настоящий стресс — тыкают в лицо камерой, путают, мешают, требуют, ставят рамки. Я в этом сомневаюсь, но чем чёрт не шутит. В палаты к живым после аварии я ещё не скоро смогу попасть, так что пока мы свободны. — «Ну, тогда валяй», — хмыкнул дух. — «Всегда мечтал разнести этих шарлатанов и обманщиков», — кажется, настроение у него стало более боевое, Антон это даже почувствовал. — «Ну, ты пока думай, а я пошёл. Надо ж досмотреть, с кем останется Андрей», — сказал дух, прежде чем улететь в кабинет с телевизором, где как раз закончилась реклама.       Антон на это лишь фыркнул, а после пошёл к компьютеру в рабочем кабинете — наверняка нужно заполнять какую-нибудь электронную заявку, а не просто приходить в Останкино с требованием взять в шоу. К слову, очень вовремя он решился — сегодня как раз был последний день подачи заявок. Это был дополнительный набор. На заполнение Антон потратил добрых два часа, потому что вопросы ставили его в тупик. Там спрашивали всё, вплоть до того, чем пользуешься и как в разных ситуациях, предлагая варианты этих самых ситуаций. Прочеркивать их было нельзя, потому мужчина честно отвечал, хотя это было не особо интересно.       Андрей и Дарья в итоге умерли, а симпатичной любовницей её богатого мужа оказалась Анна, с которой тот и остался. Впрочем, дух уже давно потерял к сериалу интерес, с любопытством подсматривая в то, что заполнял Антон. — «И… как долго теперь это будут рассматривать? И как скоро решат — подходишь ты им или нет?» — спросил тот с интересом. — Без понятия, может месяцы, — пожал он плечами, произнеся это, прикрыв рот ладонью. Потянувшись, он выключил компьютер и пошёл к диванчику, решив передохнуть. Спать хотелось зверски — день уже подходил к концу, а впереди было еще ночное дежурство. — «А тебе тут можно спать на рабочем месте?» — скептически спросил тут же подлетевший к нему дух.       Получив в ответ только недовольный взгляд, дальше расспрашивать не стал и улетел, рассматривая развешанные по отделению камеры и даже влетел в одну. Спустя пару минут у Антона вовсю трезвонил телефон, а обеспокоенная диспетчер спросила, что случилось — в камерах вдруг возникли помехи, а потом они и вовсе перестали работать. — Духи — это морг, было бы странно если бы тут все нормально работало. Вон мой коллега сегодня вылетел отсюда с истерикой, орал на меня, что я уронил на него банку с формалином, при том, что я был в другом конце морга, — ответил совершено спокойно парень и отключился под звонкий смех диспетчера и предупреждение, что если не заработает через пять минут, то она пошлёт ремонтника.       Эта камера заработала, зато забарахлила другая, куда в это время переместился дух, который, увлёкшись, разговора не слышал. Пока диспетчер недоумевала, что происходит и почему-то одна, то другая камера вдруг мигают и перестают работать, дух развлекался вовсю. — «Эй, Антон, погляди, как я прикольно искрю!» — задорно позвал парня дух. — Не ломай технику, а то пришлют сюда экзорциста или священника и выгонят тебя. Тогда будешь сидеть и ждать меня дома, — лениво отозвался парень, повернувшись спиной к камерам и уткнувшись лбом в спинку дивана. — «А они реально так могут? В смысле, экзорцисты и священники. Ну, изгонять духов?» — подозрительно спросил дух, вылезя из камеры. — Не ко мне вопрос — у них спроси. Кто-то может, кто-то нет. Зависит от человека и проблемы, — зевнув, Антон вздрогнул — к вечеру вытяжка начинала работать с уличным воздухом, и из-за этого всегда становилось холоднее.

***

      Уже через неделю Антону на почту пришёл ответ — приглашение на отборочные состязания. Ехать предстояло к черту на куличики — глубоко в лес — и искать там полигон, где и соберутся все приглашённые. На подготовку было больше недели; о характере испытания, разумеется, умалчивали, делая из этого страшную тайну.       Антон на это лишь пожал плечами и поменялся сменой в нужный день, чтобы быть свободным в указанную дату. С приблудной душой было уговорено, что она будет держаться рядом, но, когда объявят суть задания, нужно будет действовать с учётом ситуации.       Когда наступила эта самая дата, парень собрал в рюкзак еду, термос с чаем, взял плеер и книгу в дорогу, чтобы не скучно было, и отправился покорять телевидение. Душа настойчиво требовала создать антураж, на что парень резонно отвечал, что чем обычней он будет, тем больше внимания привлечёт, а потому отправился в путь в более или менее приличных повседневных шмотках. — «Но… а как же чёрная, как бездна, мантия? А глубокая подводка на глаза? Я уже молчу о чёрном вороне или коте. Какой же ты великий маг без чёрной мантии?» — негодовал дух, летя за ним сзади. — Я не маг, а медиум, — садясь за руль, в очередной раз ответил парень. — Я говорящий — я не призываю, не заставляю, я всего лишь вижу и говорю с теми, кто еще не ушёл за грань. Маги, колдуны, ведьмы — в большинстве своём они используют совсем другие силы, нежели такие, как я. Мне не дано никого призывать, вызывать и открывать порталы в другие миры. Я просто говорю с теми, кого вижу, и передаю их слова тем, кто жив. Ну, это в идеале — так работает мой отец и бабушка, да и вся моя семья. До этого я с духами не говорил, разве что когда совсем маленький был, но потом просто как отрезало. — «Это не повод не носить чёрную мантию!» — фыркнул дух, привычно уже устроившись у парня на плече. При движении в транспорте он только так мог держаться рядом с Антоном — когда они находились достаточно близко. Иначе автомобиль просто проходил сквозь него, оставляя неподвластную земной физике душу на том месте, на котором она зависла. — Но и не повод её носить! — резонно заметил Антон в ответ, сверяясь с навигатором в телефоне, прикрепленном к лобовому стеклу на подставке. — И вот скажи мне на милость, зачем мне тратить деньги на столь бесполезный и ненужный атрибут? Для понта? — фыркнув, поинтересовался парень, следуя указаниям механического голоса в навигаторе. — «Для красоты», — не согласился с ним дух. — «В этих джинсах, да с твоей мордой, ты похож на подростка», — добавил он. — А в мантии я буду похож на подростка-фрика, — ничуть не обиделся на подколку парень. — Мой ответ нет. Никаких мантий, не сходи с ума. Оно не к чему — мне ты нужен адекватным. Если тебя не будет рядом, то мне во всём этом участвовать смысла не много. — «Ну, если ты наденешь мантию — я не исчезну», — сказал дух. — «А над стилем, в любом случае, нужно поработать. Ты думаешь, ты там единственный будешь такой «обычный»? Я вот в этом сомневаюсь. А они смотрят на тех, кто чем-то выделяется». — Знаешь, мы с тобой сможем выделиться, — заметил с некой долей обещания парень, а после сосредоточился на дороге — им нужно было доехать до леса, а после добираться пешком до нужного съемочного полигона, потому что дороги там для обычных смертных нет.       Впрочем, найти полигон оказалось не такой уж сложной задачей. Уже за полкилометра на подходе обилие очень таинственных людей в чёрном потрясало. Некоторые пытались общаться друг с другом и знакомиться, некоторые держались отстранённо, некоторые всеми силами показывали собственную важность значимость, некоторые изображали деятельность, колдуя с помощью каких-то колдовских штучек или без них.       Духа привлекла среди всего этого многообразия лишь одна персона. Девушка в элегантном чёрном пальто с пушистыми русыми волосами, примечательного в которой была глухая чёрная повязка. Она держала под локоть мужчину — детину под два метра ростом, в плечах раза в два шире её самой, и тихо с ним беседовала. Разговор прервался, когда Антон проходил неподалёку, и она резко и остро посмотрела на парня. Хотя дух мог бы поклясться, что смотрела она на него и только на него. — «Смотри, она тоже, кажется, медиум», — сказал он Антону, а не спускавшая с них глаз девчонка только как-то странно склонила голову в бок и снова повернулась к своему другу.       Парень на это лишь кивнул и чуть дёрнул плечом — экстрасенсы существуют, другое дело, что они в таких шоу редко учувствуют. Во всяком случае, действительно сильные экстрасенсы. В лесочке, где их собрали, было очень много людей — невероятно много, если быть точным. Несколько сотен магов, ведьм, колдунов, шарлатанов, медиумов и просто клоунов расползлись на выделенном участке, ожидая, пока их вызовут в павильон, где и будет проходить испытание, которое, судя по всему, пройдёт в несколько этапов. — «Как думаешь, а многие тут ещё смогут меня увидеть, как она? И вообще, много тут настоящих?» — дух оглядывался по сторонам уже с интересом, заглядывая в одухотворённые, настороженные, гордые или смущённые, молодые и старые, накрашенные и не очень лица участников. — Не знаю, — односложно ответил парень, поправляя лямку рюкзака. По его скромному мнению, тут было больше ряженых фриков, чем экстрасенсов, но да — это шоу, а значит тут должны быть бесполезные, но колоритные участники. — «Столько народа… волнуешься?» — не отставал от него дух, которому вдруг приспичило поболтать, когда он молчал почти всю дорогу сюда. — Нет, — всё так же односложно ответил Антон, осматриваясь и присматривая себе место, где можно будет присесть, дожидаясь отмашки от съемочной группы. Насколько он понял по куцым комментариям этой самой группы, они наводят последний лоск на место испытания. — «А тебе не надо нигде отмечаться, что ты прибыл? Мол, вот он я, великий и ужасный, и мой помощник, но вы его не видите», — не отстал от него дух.       Парень нашёл относительно пустое от людей местечко, однако смердело там так, что, казалось, от этого увянет зелень — поблизости какой-то из великих магов махал курильницей, окуривая всё вокруг какой-то дрянью и уверяя, что это часть его ритуала сбора его великой силы.       У Антона уже дёргался глаз от всего этого пёстрого разнообразия. Больше всего его ввёл в ступор подросток, бодро пробежавший мимо него в сторону павильона, потрясая то ли чётками, то ли связкой с монетками. В конечном итоге, появилась и съёмочная группа, которая стала опрашивать наиболее приглянувшихся ей экстрасенсов, что уже говорило о том, что скоро их запустят в павильон, а потому Антон стал держаться поближе к камере, слушая ответы. Ему было искренне интересно, что за бред наговорят ряженые индивидуумы.       Дух тоже с интересом слушал, как эти самые индивидуумы вдохновенно вещали, кто о чём, но непременно о своей великой силе и отличности от простых смертных. Были там и «чёрные ведьмы», презирающие род людской и умеющие слать на него заковыристые проклятия, были и «белые колдуньи», что своей силой несут свет в этот мир и помогают людям. За их деньги, разумеется. Затесался даже какой-то прямой потомок Влада Цепеша Дракулы, не получивший ни наследства, ни титула, зато унаследовавший присутствовавший у графа «великий дар чёрной магии» и требующий именовать себя никак иначе, чем «граф».       Приступы смеха парень периодически прятал за кашлем, потому что многие слова звучали не просто смешно, а даже абсурдно — факты перевирались без какой-либо логики и с нарушением хронологии событий. Антон уже даже не жалел, что решил попробовать — только по одним этим интервью можно было написать книгу о психических расстройствах людей, помешанных на экстрасенсорике.       Зато дух не сдерживался, ухахатываясь во всю. Наверное, будь у него человеческое тело, он катался бы по земле и утирал выступившие из глаз от смеха слёзы.       Но вот телевизионщики подошли к той самой парочке слепой девушки в пальто и её другу. Дух отметил, что они и вправду выглядели довольно экстраординарно на фоне ряженной и крашенной толпы. И, если Антон как-то терялся на их фоне, сливаясь всем своим серым видом с пейзажем, то эта парочка, казалось, просто заблудилась, случайно зайдя в лес и попав на сборище фриков. — Здравствуйте, — жизнерадостно начал ведущий, умудряясь уделять внимание и участнице и камере. — Пожалуйста, представьтесь.       Мужчина склонился к девушке и что-то ей шепнул, а она удивлённо повернулась на камеру и телевизионщика, не сразу поняв, что обращаются к ней. — Тамара Брагинская, — сказала она в обращённый к ней микрофон. — С чем вы к нам пришли, Тамара? — продолжал интервью ведущий. — Я… вижу духов, — ответила она спокойно и без приукрашиваний. — И как же давно у вас такой удивительный талант? — спросил ведущий, заглянув в планшет с текстом и пытаясь делать вид и голос максимально заинтересованным. — Недавно, — ответила участница, явно чувствуя себя неуютно под таким близким прицелом камеры и напором ведущего. — Расскажите нам, как же вы его получили, Тамара! — предложил тот, профессионально улыбаясь. — После аварии. На химическом заводе, — ответила девушка. — Я потеряла зрение, но начала видеть Их, — подчеркнула она последнее слово. — Должно быть, это ужасная трагедия. Что же вы ждёте от нашей программы? Вы верите в свою победу? — Я не знаю, — девушка совсем стушевалась. — Я здесь не ради победы. Я хочу, чтоб мне помогли разобраться, что со мной происходит. — Спасибо вам, Тамара. И удачи вам на конкурсе! А мы, тем временем, знакомимся со следующим претендентом… — говорил парнишка, уже отвернувшись от девушки и двигаясь дальше. — Значит и правда, тебя видит или искусно притворяется, — отметил Антон, обращаясь к духу.       Он как-то уже привык к своему спутнику. Единственное, что было весьма неудобно и нервировало парня, так это то, что летающий шарик не оставлял его ни на минуту, не давая даже подрочить спокойно, вечно появляясь с нелепым вопросом в самый ответственный момент. — «Да точно тебе говорю — видит. Она с меня глаз не спускает с тех пор, как мы пришли. Не в упор, конечно, но посматривает. Пугано так», — сказал ему в ответ дух.       На Антона никто из снимающих внимания не обратил, что, впрочем, духа не удивило. Подумав, хорошо это или плохо, он решил верить в лучшее и думать, что это хорошо — блеснёт во время испытания и покажет им всем. — Можем подойти познакомиться, — предложил парень духу, тоже поглядывая в ту сторону более заинтересовано, чем раньше. Вот уж в чём, но в наблюдательности духу отказать он не мог — тот был весьма прозорливой сущностью. — «Может, ещё рановато, но… а давай. По-моему, она ничего. А если этот детина — не её парень, то у тебя могут даже появиться шансы на неё», — хмыкнул дух. — Даже если не парень, то кто-то близкий, я себе не враг и жить хочу — я у мамы один, — заметил нервно Антон, а после направился к девушке, поглядывая и на парня. Тот тоже был весьма интересным индивидуумом, но встречаться с ним в тёмном переулке без предварительного более интимного знакомства Антон бы не рискнул. — Добрый день, — поздоровался парень и с девушкой и с её спутником. — Не против познакомиться? — Привет, — улыбнувшись, просто сказала ему девушка, коротко глянув и на светящийся шарик у его плеча. Мужчина тоже кивнул. — Почему нет? Я Тамара, — сказала она. — Дима, — оскалился и её друг щербато. — Дим, не пугай людей, — Тамара ткнула его в бок острым локотком. — Антон, — весело фыркнув ответил парень и протянул парню руку, приятно отмечая осторожное, но крепкое рукопожатие. — И пугать меня не надо — за меня заступятся, — ответил парень и указал куда-то вверх и в сторону, где как раз летал шарик души. — Твой друг не выглядит грозно, — рассмеялась Тамара, глянув на духа. — А на Диму не обижайся. Его сегодня растолкали все эти ужасно великие маги, он надышался дивных ароматов и получил по голове кадилом. — Ты же слышала, Том: «Не надо стоять на пути великого экзорциста Григореуса, ибо очистит он эту осквернённую землю, дабы всякие потусторонние сущности сюда не проникли», — сделав комично-важную морду, спародировал его Дмитрий смешным голосом. — «Экзорцизм не очень помог, не считаешь?». — хмыкнул на это дух у Антона над ухом. — Определено, не помог, или он плохо старался, — ответил парень сразу и людям, и духу. — И да, Тамара, может он и не выглядит грозно, зато очень хорошо умеет общаться с другими. На прошлой неделе мой коллега вылетел с рабочего места, как пуля, после того как познакомился поближе с потусторонним миром, — Антон обвёл взглядом пёструю толпу и скользящих мимо них и между них сотрудников телеканала. — А на Диму я не обижаюсь, ты вполне симпатичный, но в тёмном переулке я бы с тобой встречаться не стал — себе дороже, — произнёс парень озвучивая первую пришедшую в голову мысль при виде этого гиганта. — У тебя кулак размером с мою голову. Офигеть. Где вас таких делают? Я тоже хочу. — Правильный образ жизни и спорт — залог успеха, — довольный собой, улыбнулся Дима, продемонстрировав внушительный даже под курткой бицепс. — А ты, парень, наверное, залипаешь целыми днями в комп и света белого не видишь? Приходи к нам на ринг, и из тебя мужика сделаем, — пообещал он. — «А он дело говорит», — подал голос дух. — «Я, вот, например, всегда считал, что патологоанатомы — существа внушительные, а тут такое…» — Патологоанатом? — восторженно-удивлённо переспросила Тамара. — Круто. Это же какие нервы иметь надо. — Когда всю жизнь видишь мертвецов, как-то привыкаешь, — пожал плечами Антон, а после перевёл взгляд на Тамару. — Ты его ещё и слышишь? Может, опишешь как видишь? Мы пытаемся найти его тело — может, внешность ускорит процесс, а то каждого коматозника навещать проблемно, к ним лишний раз не пускают даже родственников, не то что левых парней, — спросил Антон, временно забыв и о замечании духа и о реплике Димы.       Тамара только покачала головой: — Не вижу человека, лица не вижу. Я… сомневалась, что он был человеком до этого момента, — сказала она.       Дима закатил глаза. Видно, все рассуждения о духах, магии и всём потустороннем его изрядно достали, тем более, что вокруг только об этом и говорили. — Точно был человеком — я животных не вижу. Только свежие людские душонки, и то не все, — пожал Антон плечами. — Дима, поделись адресочком своего зала — может, и зайду на огонёк, — поинтересовался парень, доставая из кармана телефон, чтобы забить координаты. Пойти он туда вряд ли пойдёт, но вот навести контакты — это другое дело.       Пока парни обменивались контактами, дух подлетел к Тамаре, облетел её кругом и легко прошел насквозь. — «Надо же, а сквозь него пройти не могу», — отметил он. — «Антон, почему я не могу пройти сквозь тебя? А сквозь неё — могу. Она же меня тоже видит и слышит». — Не знаю, тут много вариантов, — ответил коротко парень, записывая номер Димы, а после диктуя свой. — Самый вариабельный в том, что у нас разный вектор силы. Я же тебе говорил, что я матчастью никогда не интересовался — смысл мне от неё, если я не имею достаточно сил, чтобы использовать эти знания. — «А сейчас бы они тебе очень пригодились», — сказал дух. — «Слушай, Тамара, а ты такая красивая, а у тебя есть кто-нибудь?» — переключился он на девушку.       Она покраснела и рассмеялась. — Всякое у меня в жизни бывало, но чтоб ко мне приставал светящийся шар — впервые. Но нет, я сейчас свободна, — сказала она. — «Правда? Как же такая очаровательная девушка может быть одна? Сам я сейчас немного не в форме, но вот Антон», — подлетев к девушке поближе, дух мигнул в сторону парня. — Слышь, сводник, ты огонек то притуши, а то доморгаешься, — предупредил парень, шутливо грозя чужой душе кулаком, подсовывая свою тонкую крепко сжатую ладонь к шару, отчего тот заморгал, и послышался смех. — Я тебя Иосифу Петровичу скормлю вместо конфет. — «Вот тебе и благодарность!» — обиженно буркнул дух, повернувшись к Тамаре, которая на это только рассмеялась. — «Я его тут свожу с такой красоткой, а он ещё и недоволен!» — Знаете, это всё же смотрится очень странно, — прокомментировал в свою очередь ситуацию Дима — единственный нормальный человек в компании. — Не надо меня не с какими красотками сводить. Я скромный патологоанатом — мне девушка не по карману, — язвительно заявил парень, а после переключился на Диму. — Ты здесь ещё и не такое увидишь, — кивнул Антон, посмеиваясь. — Я тебя хорошо понимаю — у меня вся семья с потусторонним прибабахом, один я почти без дара. Очень странно осознавать, что бабушка общается с покойным дедом, и его видят все, кроме тебя. — Жесть какая, — передёрнулся Дима. — И у тебя всё семейство такое? Как же так жить? Томку, вон, как вдарило током на той аварии, так теперь она от каждого писка шарахается, хотя с детства ни в какие эзотерики не верила, а все эти гадалки и вещуньи только бабки берут, да ничего толком не говорят. — У меня вся семья такая, — кивнул Антон. — Я там немножечко изгой — стараюсь лишний раз на семейные вечера не ездить, чтобы не сидеть в уголочке и не наблюдать, как почти каждый беседует с кем-то невидимым для тебя, — парень пожал плечами — как-то привык за столько лет. — Только бабуля и надеется ещё, что во мне проснётся снова уснувший дар, — но на это сам Антон лишь фыркнул. — Тамара, если тебе не к кому обратиться с твоими способностями, то могу познакомить со своей бабушкой — она уже не одного медиума вырастила, так что может помочь привыкнуть к силе и научить ей пользоваться. — Я была бы тебе очень благодарная на самом деле, — сказала девушка. — Меня немного…напрягает всё это. Пошли, зовут, — Тамара кивнула на разглагольствующего о начале испытаний ведущего.       Антон кивнул и, держась с противоположной от Димы стороны, неспеша двинулся с общим потоком в нужную сторону. В съемочный ангар их запустили всех вместе, а вот уже там разделили на три более мелких группы и развели по разным залам, очевидно с разными заданиями. Тамара и Дима попали в другую группу, потому Антон остался вновь наедине со своим духом.       Ведущий, тем временем, объяснял детали предстоящего испытания и организационные моменты: говорил, что им предстоит делать, куда смотреть и на что обращать внимание. Дух летал вокруг и изучал соперников — колдуны, медиумы и прорицатели готовились и настраивались, каждый своими методами.       В конечном итоге, всё испытание сводилось к тому, что нужно было определить, что было спрятано за плотной шторой на небольшом постаменте в центре зала. Подходить ближе, чем на метр, было запрещено, а потому большая часть экстрасенсов сгруппировалась вокруг, образуя плотный круг, сразу после того как испытание объявили начатым.       Антону точно было не нужно туда, а потому он взял один из складных стульев, стоящих у стены, и отсел подальше от шепчущих что-то людей, от танцующих и размахивающих курильнями. Кажется, он попал в одну группу с великим экзорцистом Григореусом, судя по выкрикам и пафосу в голосе где-то с другой стороны постамента. — Ну, что, твой выход? Сверху там ничем не прикрыто, так что сможешь разглядеть и описать, что там, — приглашающе кивнул в сторону «испытания» парень, ненавязчиво предлагая духу начать. — А я пока сосредоточено попырюсь отсюда, как раз оператор топает в эту сторону.       С этими словами Антон закрыл глаза, откинувшись на спинку стула, а после плавно перетёк в другую позу открыв глаза. Уперевшись локтями в колени и положив на скрещенные ладони подбородок, он немигающим и словно остановившимся взглядом уставился в сторону чёрной плотной занавески, смотря сквозь людей. Он, казалось, даже не дышал — настолько напряженной и неподвижной была его фигура.       Дух, тем временем, слетал за ширму, спокойно разглядел во всех подробностей то, что там разместили организаторы, и неторопливо вернулся обратно. — Три больших граната, — сказал он без предисловий. — В вазе, выполненной в виде раскрытых ладоней. Ваза — на круглом стеклянном столике.       Экзорцист Григореус вовсю молился зычным голосом, перекрикивая весь стоящий в зале гул, опустившись на колени, размахивая курильницей и обещая всей присутствовавшей здесь нечисти муки ада. Как это поможет ему в задании, оставалось загадкой, но в свои силы он верил.       Антон понимающе кивнул, а после, когда камера, которая была повернута на него последние тридцать секунд, хотела переместиться, он закрыл глаза и так же плавно, как и до этого, перетёк в обычное положение, облокотившись на спинку. Открыв глаза, он демонстративно проморгался, словно вышел из транса, чем и привлёк на ещё какое-то время внимание оператора. Потерев глаза пальцами и тряхнув головой, он легко улыбнулся, поднялся со стула и, вернув его на место, пошёл на выход с противоположной стороны от того места, где зашёл. Подойдя к одному из организаторов, он улыбнулся ему: — Добрый день, я закончил испытание, давайте запишем ответ. После этого я свободен?       Антон был приглашен в небольшую комнатку рядом с залом, оператор включил камеру, а организатор предложил присесть. — Присаживайтесь, — организатор кивнул и пригласил его на одну из скамеек, а оператор направил на него камеру. — Расскажите, что вы видели?       Дух пристроился рядом с ним на плече, хоть его и не видно было ни на камеру, при простым людям. — Всё просто: на постаменте был столик, скорее всего стеклянный, круглый, на нём стоит какой-то предмет, очень похож на руки, словно сложенные, — парень попытался изобразить из своих рук вазу, что описал дух, который сейчас, сидя на плече, подсказывал ему как повернуть ладони и пальцы. — А внутри три больших красных и шарообразных предмета, может, фрукты какие, или овощи. Но я склоняюсь к тому что это гранаты, — произнёс парень, смотря честными глазами на мужчину перед ним, а после в камеру.       Оператор и ведущий переглянулись удивлённо и даже несколько испуганно и недоверчиво. Но сжульничать было просто невозможно — всё контролировалось достаточно строго для этого — везде камеры.       Антона поблагодарили и отпустили отдыхать. — «Как мы их уделали!» — радовался дух, когда они вышли со съемочного павильона. — «Видел их лица? Никогда их не забуду! Вот умора!» — Почти все здесь шарлатаны и несут откровенный бред, так что столь точное описание действительно выглядит несколько нереалистичным, — ответил Антон, а после сбросил СМС сменщику, что через полтора часа сможет его подменить. — «Будем так действовать и дальше — и ты скоро даже прославишься. Не думаешь, что у бабушки чему-нибудь стоит поучиться, медиумскому? Призывать духов, там или ещё какие прикольные штуки», — предложил дух. — Она подобной ересью не занимается. Говорю же, мы «говорящие с духами», мы не умеем их призывать. Если дух есть, мы можем с ним пообщаться, но призвать его, выдернув из его мира — нет, — просто ответил Антон. — Мы не проводники, а наблюдатели. Это сильно разные вещи.       Быстро настрочив СМС Диме с предложением подбросить до города, Антон плюхнулся на траву возле одного из деревьев, достав свой нехитрый обед из рюкзака, собираясь перекусить. — «Что-то как-то скучно», — приуныл дух, опустившись на траву рядом. — «Интересно, как Тамара справилась? Она же вроде духов видит, а не предметы, а знакомого духа, как у тебя, я у неё не заметил», — подсмотрев парню в телефон, задумался вслух дух. — Она может попросить о помощи кого-нибудь из призванных другими духов. Да и на самой студии наверняка есть парочка неприкаянных, — пожал плечами парень, жуя первый бутерброд и ожидая ответа от Димы. — И да, впредь не надо меня ни с кем сводить. Ладно? — «Но она же милашка!» — возмутился дух. — «Эх, не хочешь — не надо. Так и будешь жить с домовым и питаться пельменями с магазина до конца жизни, а тут такая девочка!»

      Дима с Томой пришли спустя полчаса. Девушка и правда воспользовалась помощью одного из неприкаянных духов, смотрев его глазами. В подробностях она свой предмет увидеть не смогла, но описала общие детали. Организаторы остались потрясены на фоне того бреда, что несли другие. — Вам в какую часть Москвы? — поинтересовался парень, поднимаясь с насиженного места, где последние двадцать минут усиленно впитывал энергию солнца. — Нам до метро, а там уже сами доберёмся, — сказала Тамара, зябко кутаясь в пальто. Не смотря на то, что октябрьский денек решил побаловать их солнцем, было довольно зябко. — Мне в сторону северо-востока, пойдут тамошние станции? — предложил Антон, уверено ведя их небольшую компанию к месту, где оставил машину. Идти туда было прилично. — Вполне, — кивнул Дима. Не прошли они и ста метров, как Тамара, до этого идущая энергично и ведущая себя вполне естественно, просто внезапно не грохнулась в обморок. — Твою мать! — выругался Дима, успев схватить её только за руку, которой та о него держалась. Мужчина подхватил её за плечи и сел, усадив на колени. — Что с ней? Антон, ты вроде говорил, что врач. — Патологоанатом, — поправил парень, но над девушкой склонился, щупая пульс, который несколько частил. Проверил реакцию зрачков на свет, а после потрогал руки, которые были ледяными. — Переутомление, — констатировал парень. — Донесёшь её до машины? Там в аптечке есть нашатырь, сахар и горячий чай. Поест, попьёт и отдохнет. Нормально будет всё, — уверил Диму парень. Душа девушки прочно сидела в теле и покидать его не собиралась, а значит скорая была не нужна. — Точно? — подозрительно спросил мужчина, подхватив свою подругу на руки.       В себя Тамара пришла по дороге — холодный октябрьский воздух тому активно способствовал. Пожаловалась на то, что у неё раскалывается голова, а потому её просьба поставить её на ноги была проигнорирована.       До машины добрались довольно бодро, двое длинноногих парней ходили определено быстрее Томы. Там девушка была сгружена в машину на заднее сидение, ей включили печку, чтобы согреть. Антон достал из багажника «аптечку», которая больше походила на полноценный чемодан представителя скорой. Оттуда выдал ватный шарик и баночку нашатыря Диме, а сам быстро принялся искать аспирин. — Тамар, там в рюкзаке за твоей спиной, — парень положил руку девушки на скинутую по приходу к машине вещь, что лежала на сидение рядом с ней. — Термос, стаканчики в бардачке. — Это было сказано в сторону Димы. — Там же в бардачке пакет с сахарными пакетиками.       Пока парни суетились и бегали вокруг, растерянная девушка только смущённо улыбалась, держа указанный термос в руках. — Антон, спасибо, не стоит так суетиться, правда — я в порядке, — сказала она, словив парня за рукав куртки. — Мы сейчас же поедем в больницу, — тем временем рассуждал Дима. — Таких припадков с тобой ещё не было — ты только на головокружение жаловалась же. Этот конкурс был глупой идеей и ни к чему хорошему это не приведёт. — Дим, всё в порядке. Я просто переутомилась, переволновалась, ничего серьёзного, я уверена. Поехали домой, а? — «Послушай Диму, он дело говорит», — влез дух, что всё это время летал неподалёку, помалкивая. — «Я слышал, что обморок — это совсем не хорошо. А ты так молода и прекрасна!» — Вот ведь Дон Жуан призрачный, — фыркнул Антон. — В больницу неплохо было бы чисто для обследования. Они вряд ли найдут что-то серьёзное, если вообще найдут, но для уверенности можно, — парень важно кивнул, нашел-таки нужные таблетки, взяв блистер, он убрал остальную коробку обратно в багажник, а после залез в машину.       Дима как раз налил Тамаре крепкого сладкого чаю, а Антон достал непочатую бутылку воды из-под сидения и протянул девушке в одну руку открытую бутылку, а в другу вложил несколько таблеток аспирина.