Улыбнись, Мин Юнги

      Юнги стоит на балкончике этажа и наблюдает, как ученики лениво переговариваются и делают домашние задания, валяясь на траве и щурясь от солнечных лучей. Они выглядят счастливыми, и Мину это кажется странным, потому что он не понимает, как можно быть счастливым, когда тебе около семнадцати лет. Время, когда играют гормоны, мир вокруг раздражает, потому что не понимает тебя, а родители давят с выбором будущей профессии. Юнги ненавидел свои семнадцать лет. — И каково это? — голос из-за спины заставляет дернуться и выпрямиться. — Что? Юнги поворачивается лицом, чтобы видеть Чимина, который уже без школьной формы. На нем черные джинсы и такого же цвета свободная футболка. И он выглядит в этом очень горячо. Юнги нравится. Юнги любит черный цвет. — Прилететь из Кореи в другую страну, чтобы доучиваться здесь. Тебя и Чонгука за что-то наказали? — Уверен, что да, — вздыхает Юнги, вспоминая, что сегодня ему ночевать с маленьким дьяволенком в одной комнате. Его точно за что-то наказали. — Это раздражает. — Пока из всего, что я от тебя услышал, можно сделать вывод, что раздражает тебя все, — усмехается Чимин и встает рядом, устремляя взгляд на двор. — Пока из всего, что я увидел, ты раздражаешь меня больше всего. Чимин на это не отвечает, лишь легкая улыбка касается его губ и застывает там. Юнги тяжело вздыхает, но не уходит, а остается на балконе, возвращаясь к созерцанию школьников. Они стоят так близко друг к другу, что чувствуют тепло, исходящее от чужого тела. И это кажется правильным, пусть они и знакомы всего лишь полдня. Юнги анализирует произошедшее, думает о том, что ему нужно подружиться с Чимином, нужно втереться ему в доверие, нужно стать его самым близким человеком. Но делать это по необходимости не хочется. Мин не любит людей, но он бережет чужие эмоции и чувства. Ему не наплевать. И он понимает, что, если сейчас станет Чимину близким другом, то, когда угроза минует и ему придется вернуться обратно в Корею, сердце парнишки будет разбито. Никто не хочет, чтобы с ним общались по необходимости. Никто не хочет, чтобы с ним играли в дружбу. Людям нужна искренность и уверенность в том, что их не оставят. Юнги всего этого гарантировать не может. Он и с Намджуном бы дружить не начал, если бы тот не прилип к нему, как банный лист, по до сих пор никому непонятной причине. Юнги не любит привязываться и открываться людям, потому что после этого ты становишься уязвимым. А его всю жизнь учили защищать себя и других. И он не хочет делать уязвимым Чимина, влезая ему в душу. Да, у того есть Тэхён, и они выглядят действительно хорошими друзьями, скорее всего, даже лучшими. Но это не изменит того, что Паку будет больно. — У тебя морщинка между бровей. Юнги переводит взгляд на Чимина, на мгновение забывая, что он вообще стоит рядом. — Она появляется от твоего присутствия. — Брось, никогда не поверю, что раздражаю тебя. — А вот и раздражаешь, — Мину хочется по-детски показать язык, но он лишь злобно зыркает на улыбающегося парня. — Почему-то мне кажется, что мы подружимся. — Не пойму, ты глухой? — Юнги начинает закипать. — Под-ру-жим-ся, — по слогам повторяет Чимин и выходит с балкона, помахивая рукой на прощание. Мин на это лишь фыркает, вновь разворачиваясь лицом во двор, но уже через минуту срывается с места и бежит за парнем, который будто только этого и ждал. Младший взвизгивает, когда его почти дергают за ворот футболки, но проворно уворачивается и бежит через весь коридор, громко смеясь. Звук топота от их догонялок эхом разносится по этажу, и Юнги думает, что второй раз ведется на провокацию, как младшеклассник. Но он отбрасывает эту мысль и ускоряется, ныряя за угол к лестницам. Он встает возле них, понимая, что упустил Чимина из виду и не знает, куда тот побежал. Но чужая ладошка легко бьет по спине, и Юнги оборачивается, чтобы схватить наглеца. Но Чимин вновь уворачивается и несется вниз по лестнице, перепрыгивая ступеньки. — Идиот, ты же упадешь! — кричит старший. — В этом мире без риска никуда, глупенький, — раздается эхом в ответ. Они выбегают на улицу, и Юнги почти хватает парня за руку, когда их обоих ловит за шкирку Хосок. Он неодобрительно щурится, и Мин готовится к тому, что староста сейчас начнет читать нотации по поводу поведения в академии. Но Хосок лишь широко улыбается, чуть встряхивая обоих. — Поиграете в догонялки после собрания. — Хосок, ты зануда, — закатывает глаза Чимин и получает в ответ легкий подзатыльник. — Но я люблю тебя, хён. — Ты маленькая подлиза, Пак Чимин. Но тебе везет, что мне это нравится. — Ой, бросьте, хватит обмениваться любезностями. Юнги вырывается, расправляя толстовку и сверкает глазами, пытаясь передать все недовольство ситуацией. — А вот и мои сладкие орешки! — голос Чонгука разносится из-за спины, и Мин хватается руками за свои ягодицы, пытаясь спрятать их от неминуемого шлепка. — Рискни здоровьем, — рычит он, разворачиваясь к Чону. — Ради твоей задницы я и членом своим рискнуть готов, хён. Чимин рядом начинает хихикать, а Хосок подключается к нему, и Юнги чувствует, как его шея вновь покрывается красными пятнами. Не хватает только Тэхёна, который точно бы оценил шутку своего друга по переписке. И Ким не заставляет себя долго ждать, появляясь из-за угла здания уже в следующую секунду. Юнги сжимает кулаки и демонстративно разворачивается в противоположную ото всех сторону, делая шаг. — Если ты уже спешишь на собрание, то тебе направо, друг мой, — поясняет Хосок сквозь смех. — Я пойду обходными путями. — Но к главному корпусу путь один, — кричит Тэхён, приближаясь к друзьям. Юнги злится еще больше, втягивает голову в плечи и упорно идет вперед, не собираясь сдаваться. Он почти сворачивает в лес, когда чужая маленькая ладонь хватает его за запястье и настойчиво тянет к себе. — Брось, хватит злиться. Просто смирись с тем, что твой зад слишком хорош, чтобы пройти мимо. — Чимин, я тебе руку сломаю, если не отпустишь. — Если честно, я бы не отказался куснуть одну из твоих ягодичек. Юнги тормозит так резко, что сгребает кедами песок перед собой. Его разум затуманивается, и он одним ловким движением выворачивает руку Чимину, заламывая ее тому за спину. Младший и звука не издает, удивляя Мина, потому что тот знает, что это больно. — Тема моей задницы для тебя является табу, понял? Если я еще хоть раз услышу от тебя нечто подобное, то обещаю, что ты будешь долго и мучительно страдать, — шепчет Юнги, наклоняясь к самому уху парня. Чимин дергается и замирает, а через секунду разворачивается и чмокает Мина в щеку. Звонко и совсем невинно. Юнги успевает почувствовать тепло чужих губ, прежде чем понимает, что его наглым образом обвели вокруг пальца и отвлекли, чтобы выбраться из захвата. Чимин отбегает от него на приличное расстояние и смеется, разрабатывая руку. Ему все-таки было больно. — Давай же, идем на собрание. Накажешь меня после него. – После него я тебя убью, – шипит Юнги в ответ, невольно прикладывая ладонь к месту поцелуя. Оно горит.

°°°

Когда они с Чимином приходят к главному зданию, толпа уже стоит перед ним, раздражая Юнги своим гулом. Он не любит большие скопления людей и шум тоже не любит. Пак находит взглядом Тэхёна с Чонгуком и начинает протискиваться к ним через толпу. Юнги пытается лезть за ним, но ученики пялятся на него и не дают пройти, все больше раздражая. – Опа, что за новая куколка? – оглушает Мина похуже, чем все липкие комплименты Чонгука его заднице. Юнги поворачивает голову вправо, взглядом утыкаясь в грудь какому-то качку. Он смотрит выше и видит лишь наглое мерзкое лицо с кривой ухмылкой. Мин решает, что в первый день лучше не привлекать к себе еще больше внимания, поэтому делает вид, что не услышал, и пытается идти дальше. – Э, куколка, не игнорируй меня. Звук шлепка утопает в звуках толпы, но Юнги он будто оглушает. Задницу печет от сильного удара, а гордость орет, что этот громила заслужил хороший удар по яйцам. И Юнги с ней полностью согласен, поэтому разворачивается, собираясь пояснить идиоту, как себя вести не надо. Но его тормозит голос Чимина. – Рональд, твоя телка не давала тебе так давно, что ты решил переключиться на парней? Или она бросила тебя из-за того, что твой маленький членик не смог ее удовлетворить? – валит Пак, замечая, как американец злобно клацает зубами. – На правду не обижаются, Рональд. Не переживай, у тебя всегда есть твоя рука. Юнги успевает подойти к ним как раз в тот момент, когда верзила заносит кулак для удара. Он замахивается, надувая щеки от напряжения, и Мин ловит его руку на полпути. Он ловко скручивает ее, отвлекая парня, а после смачно врезает ему коленом между ног. Тот складывается пополам, и Юнги удовлетворенно выдыхает. – Еще раз откроешь пасть в мою сторону или поднимешь руку на Чимина, и я сделаю так, что ты останешься инвалидом на всю свою жалкую жизнь, – шепчет в самое ухо. – Я понятно говорю? Рональд послушно кивает, смаргивая слезы. А Юнги хватает Пака за руку и тащит через толпу к Чонгуку, который заливается смехом. – Не надо меня защищать! Я похож на того, кто не может за себя постоять? – дуется Чимин, дергая рукой. – Я могу задать тебе аналогичный вопрос. Я сильнее, чем кажусь. И я не нуждаюсь в твоей помощи! – рявкает Юнги в ответ. Они, наконец, добираются до Тэхёна с Чонгуком, и те перестают смеяться, замечая напряжение между парнями. Чимин вырывает руку, бросает на старшего обиженный взгляд и отходит к Киму. Юнги на это лишь глаза закатывает. – Ай, молодец, посрался со своим объектом в первый же день, – подначивает его Чонгук. – Не называй его объектом. Он человек, в первую очередь. Чон на это лишь присвистывает и обращает свое внимание на Хосока, который выходит вперед перед толпой и начинает собрание. Через час школьники начинают разбредаться по своим корпусам, обсуждая предстоящий фестиваль. Юнги смотрит на удаляющуюся спину Чимина и чувствует некую тяжесть на душе. Парень ведь просто хотел помочь. – Знаешь, его задница могла бы посоревноваться с твоей, – задумчиво произносит Чонгук рядом. – Ой, завали хлебальник. – Да я тебе отвечаю. Уверен, он ее качает. – Чонгук, в твоей голове существует что-нибудь, кроме мыслей о жопах? – Конечно, сюжеты просмотренных мной порно. – Ты невыносим. Юнги плетется к корпусу, думая, что перед Чимином нужно извиниться. Чонгук как всегда болтает о чем-то своем. И иногда Мину кажется, что младшему вообще собеседник не нужен. Тот прекрасно может вести диалог с самим собой. И, пожалуй, это единственная положительная черта в этом парне. Они доходят до своего отсека, и замечают Тэхёна, который мнется возле двери в их комнату. Чонгук мгновенно оказывается рядом, приветливо улыбаясь. Но Ким смотрит на Юнги, и тот понимает его и без слов. Он меняет маршрут и заходит в чужую комнату без стука, закрывая за собой дверь. Заходит и врастает в пол, потому что перед ним во весь рост стоит голый Пак Чимин со стояком. – Как тебе мой член? – спрашивает он, даже не пытаясь прикрыться. – Впечатляет, – честно признается Юнги, даже не пытаясь отвести взгляд. Член и правда красивый. Толстый с ярко выраженными венами. Если бы Юнги умел рисовать, он бы нарисовал. Он бы даже открыл музей, посвященный члену Пак Чимина. – Спасибо. – Не прикроешься? – У тебя с этим какие-то проблемы? – ухмыляется младший. – Да, я гей. – Случаются в жизни огорчения, – пожимает плечами Чимин и все же натягивает пижамные штаны. Юнги еще несколько минут пялится на место, где только что был голый член. – Неловко напоминать, но мои глаза выше, – забавляется Чимин. – Заткнись. – Но это ты пришел в мою комнату без стука и пялился на мой член. – Завались. – И сказал, что он тебя впечатлил. – Чимин, ты нарываешься. – Спокойной ночи, Мин Юнги. Пусть тебе приснится мой член, – смеется Пак и ложится на кровать, разворачиваясь спиной к старшему. – Выключи свет, когда перестанешь зависать. Юнги послушно щелкает выключателем, и хватается за ручку двери, но тормозит и тихо произносит: – Чимин, прости. Я был не прав в ситуации тебя и Рональда. В ответ ему раздается тишина, а потом Юнги слышит, как шуршит одеяло и как шлепают по полу босые ноги. – Все в порядке. Я же говорю тебе, мы обязательно подружимся, - шепчет на ухо Чимин и возвращается обратно в кровать. А Юнги выходит из комнаты и прислоняется к двери спиной. Для первого дня ему достаточно впечатлений.