сейчас или никогда.

Утро Реджины Миллс началось наилучшим образом — завтраком в постель, приготовленным ее сыном собственноручно. Малыш Генри, которого она сама себе пообещала не называть малышом с момента его перехода в старшую школу, постарался на славу. Ему ведь, как никому другому, понятно насколько сложный период в жизни его матери начинает идти по очередному кругу. И подросток совершенно не акцентирует внимания на собственных переживаниях насчет нынешнего дня. — Мам, доброе утро! – ласково произносит юноша, входя в спальню Реджины одновременно с будильником. Он идеально рассчитал момент — секунда в секунду. Гордость переполняла Генри, а вместе с этим щеки покрывались румянцем. Все же, переживания взяли верх, руки начали трястись, а поднос с завтраком и подсолнухами в вазе оказался на прикроватной тумбочке. — Малыш… - сквозь улыбку сонно шепчет женщина, потирая глаза. Сюрприз в виде завтрака в постель неописуемо обрадовал ее, но Миллс старшая почти сразу поняла, что что-то не так. – Генри, спасибо тебе, это очень приятно. Но я бы хотела позавтракать с тобой, а потом мы вместе поедем в школу. Поэтому не стоило. — Стоило, мам. Я уже позавтракал, - решительно ответил кареглазый мальчишка, при этом улыбаясь. – Да и я поеду в школу не велике. Не забывай, что теперь я учусь в твоей школе… уж не хочется, чтобы мои новые знакомые сделали обо мне поспешные выводы, потому что я, видите ли, приехал в школу с учительницей. На миг Реджина застыла с недоумением на лице, но затем вовремя расслабилась. Ругать сына за это она не могла — уж больно он сейчас напоминал ее в его возрасте. Только вот ее мать была директрисой в учебном заведении, в которой когда-то училась Миллс, а подобные штуки с ней не проходили, поэтому в юности брюнетка была под постоянным надзором, всегда приезжала в школу с матерью, была подвержена предвзятому отношению со стороны одноклассников. — Ну, я побежал, - Генри засуетился, пожелал матери хорошего и продуктивного дня, и пулей вылетел из ее спальни. Да так, что Реджина не успела сказать ни одного пожелания насчет текущего дня для него.

***

Позавтракав и выполнив все привычные утренние процедуры, включающие в себя принятие душа, подбор одежды и нанесение макияжа, Миллс отправилась на работу, находящеюся относительно недалеко. В целом, дорога (вместе с парковкой) заняла у нее около тринадцати минут, не больше и не меньше. Оставив машину на специально отведенном для этого месте, женщина поспешила покинуть свой автомобиль и направится в учебный корпус, но ее внимание на минуты так полтора похитила свежевыведенная черная надпись на стене прямо перед ее глазами. На кирпичной поверхности было написано «Любовь разорвет нас на куски», и Реджина потратила большинство упомянутого времени на то, чтобы вспомнить, откуда же эта одновременно знакомая и не совсем фраза. До того времени, как она дошла к учительской, в ее памяти всплыла песня Joy Division с таким же названием и сам факт этой надписи здорово повеселил учительницу. Да так, что все коллеги и ученики, встречающиеся ей на пути, удивлялись. — Доброе утро, мисс Миллс! – уверенно поздоровался рыжеволосый студент ее выпускного класса, встретившийся ей возле дверей в класс. – Вижу, у вас хорошее настроение. — Конечно, мистер Бут. Вас увидела и от того обрадовалась, - несколько саркастично ответила женщина, поймав себя на мысли, что ей хочется стереть самодовольную улыбку Августа с его лица. Хотя… это слишком резко, наверное. Может хоть в последний год учебы этот юноша будет старательнее относится к ее предмету и тем самым не раздражать учительницу? Такая мысль натолкнула ее на следующую фразу: - И вам хорошего начала дня и текущего учебного года, являющегося для вас последним в стенах школы. Я верю, вы справитесь. Брюнетка похлопала рыжего по плечу, одарила его самой искренней улыбкой (насколько это вообще возможно) и вошла в класс, который вновь являлся для нее некоторым эквивалентом тюрьмы, содержащей всепоглащающую ежедневную рутину. Но может и тут она поспешила с выводом? Все не так уж плохо. Реджина, в принципе, любит преподавание, теперь ее сын учится в этой же школе, и что вообще может помешать ей сделать этот учебный год особенным лично для себя? Немного энтузиазма и хорошее настроение таким образом может продержаться до конца текущего дня. — Доброе утро, класс! Поздравляю с началом учебного года, - поздоровалась Миллс с собравшимися студентами. – Итак, начнем урок…

***

— … таким образом, Фарадей получил бензол из конденсата пиролиза китового жира, - этими словами преподавательница химии завершила свою лекцию, прекрасно понимая, что урок уже пять минут назад как закончился. – На сегодня все. Только после последней реплики ученики сорвались со своих мест и принялись собирать тетради и остальные принадлежности, лежащие на партах. И, по правде, Реджина была приятно удивлена таким поведением этого класса. Этих студентов невозможно было узнать, ведь их поведение в корне отличалось от того, что было еще так недавно. Но и это понятно – у ребят начался последний учебный год, он взяли себя в руки или, по крайней мере, пытаются это сделать. Значит, не все так плохо.

***

В коридоре Реджина пересеклась с Генри всего несколько раз. И почти всегда она замечала своего сына в компании двух выпускников – Августа Бута и Руби Лукас, к которым у преподавательницы химии были смешанные чувства. Эти двое находились в классе, который она курировала, оттуда же Миллс их знает. Август кажется ей излишне самоуверенным, халатным по отношению к ее предмету, а так же хитрым. Но, чего скрывать, везде есть вторая сторона медали – Бут, к тому же, был действительно справедливым. А вот Руби не нравилась ей из-за почти постоянного вызывающего внешнего вида и желания казаться глупой. Женщина подозревала, что эта девица – одна из самых смышленых и умных учеников в ее классе. В этой компании так же был кто-то третий, но кто — химичка не знала или не могла вспомнить. Скорее всего, это третье лицо было не из ее класса. Именно по той причине, что эта парочка старшеклассников не самая однозначная, Миллс не подходила к Генри и публично не запретила ему общаться с Бутом и Лукас. Среди ее намерений был скорейший разговор с сыном в домашней обстановке, ведь, возможно, юноша не имеет намерения близко общаться с Августом и Руби. К счастью для нее самой, Миллс младший никогда не врет, так что его перспективу дружить со старшими она сможет быстро и беспроблемно присечь.

***

— Видели на парковке новое граффити? - это было первое, что услышала Реджина, войдя в учительскую комнату, где собралось немало ее коллег. Рабочий день медленно, но верно подходил к концу. Все порядком устали, но по странной и уже давно появившейся традиции вместо того, чтобы разойтись по домам и провести больше времени с семьей, собрались в отведенной для них комнате, чтобы обсудить каникулы, первый день учебы, друг друга (а почему бы и нет?). — Сложно было этого не заметить, Арчи. Надпись прямо перед моей машиной, - резко ответила преподавательница химии, подходя к кофейной машинке. Достав из тумбы обычную белую кружку, так не похожую на остальные — такие яркие, красивые, с надписями вроде «Лучший учитель» — Реджина принялась готовить для себя кофе. Школьный психолог Арчибальд Хоппер опустил взгляд в пол, как будто вдруг осознав свою огромную ошибку. Хотя никакой ошибки мужчина не допустил, ему лишь было неудобно, что Миллс обратилась к нему в своем ответе. Потуги, с которыми Арчи пытался отыскать стоящий ответ для Реджины, вызывали у нее сочувствие и чувство жалости, но не только к нему, а и к всему педагогическому составу, которые с момента ее прихода в учительскую не выронили ни слова. — Я говорила сегодня с Голдом на этот счет, - обратилась к учителям рыжеволосая Зелена Локсли, являющаяся вторым преподавателем химии. Где-то позади нее ей же поддакивал ее супруг Робин — до чертиков смазливый историк. — Он сказал, что больше не допустит такого бунтарства на территории школы и уже к завтрашнему дню граффити сотрут. Все, кроме темноволосой преподавательницы химии, поддержали эту мысль, выразили свое негодование в волне каких-то не до конца понятных по той причине, что Реджина их почти не слушала, концентрируясь на готовке кофе, фраз. Но как только она попыталась впихнуть еще одно свое словечко, все замолкли. — Что? Вам не нравится Joy Division? - с ухмылкой спросила Миллс. Внятного ответа на довольно таки простой вопрос она так и не получила, учителя уже поменяли тему на обсуждение летних каникул. Но это не особо расстроило Реджину, мирно попивающую свой кофе в уголочке. Покончив с горячим напитком, женщина собрала свои вещи и почти незаметно удалилась, таким образом выявляя незаинтересованность в общении с большинством коллег. Ее путь ложился на школьную парковку.