Любовь? Наказание!

Обретение додзюцу возвысило Обито в глазах родителей до такой степени, что ему в приказной форме было указано переехать обратно домой. Слёзно попрощавшись с бабулей Рен и в тысячный раз пообещав не забывать навещать её, Обито вернулся в давно ставший неродным отчий дом. Мама, пока отец не видел, крепко обняла его и шёпотом сообщила, что всегда в него верила. Обито с некоторым колебанием, но всё же обнял её в ответ. Мама навещала его несколько раз, пока он жил у бабули, но тайно, так как очень боялась отца. Глядя на неё, Обито подумал, что возможно, влюбился в Рин как раз из-за её сходства с кроткой и доброй матерью. Но теперь он понимал, что сильная амбициозная личность Каны привлекает его куда больше. Она постоянно держала его в тонусе, ему хотелось быть достойным своей девушки не только физически, но и духовно. Тецуо хлопнул его по плечу и одобрительно кивнул. Больше Обито от него и не требовалось. Их с братом отношения были далеки от идеальных, но по крайней мере, после совместных тренировок, они намного улучшились. Не успел Обито распаковаться, как отец вызвал его для разговора в свой кабинет. Проходя по знакомому с детства коридору, Обито чувствовал одновременно лёгкую ностальгию и странное неуютное ощущение нереальности происходящего. Он настолько смирился с невозможностью вернуться домой, что до сих пор не совсем верил, что его возвращение происходит на самом деле. Но сейчас уют родного, несмотря ни на что, дома, лёгкий шелест раздвигаемых сёдзи, запах маминой выпечки выбили почву у него из под ног. Обито нехотя признался себе, что всегда хотел вернуться домой, пусть тщательно скрывал это желание от самого себя. Отец стоял у окна, высокий и по-прежнему с идеально-прямой осанкой. Сам Обито часто сутулился, но в последнее время тоже старался ходить прямо, чтобы быть хоть немного выше своей девушки. Конечно, он знал, что рано или поздно перерастет её, но нетерпеливая натура требовала выделяться в росте уже сейчас. - Активируй свой шаринган, - произнес отёц, повернув к сыну голову. Обито уже привычно сосредоточился и спустя мгновение смотрел на мир, значительно прибавивший в чёткости. - Два томоэ. Так Мика-тян не ошиблась... - Мика-сан? А она тут при чём? - удивился Обито, погасив додзюцу. Всё-таки чакры оно тянуло немало. - После вашей общей миссии она утверждала, что ты мог активировать шаринган, позволивший тебе одолеть вражеского шиноби. Однако, то был единичный случай, и я решил, что она могла ошибиться, тем более, что во время ваших тренировок с Тецуо ты не показал ничего подобного. - Нии-сан помог мне с улучшением контроля над огненными дзюцу, - медленно произнёс Обито, сопоставляя факты и вспоминая свои внезапно улучшившиеся навыки, позволившие ему спасти Мику. - Второй уровень додзюцу ты смог активировать на миссии со своей командой. Что послужило тому причиной? Взгляд отца стал очень холодным. - Я сразился с вражеским шиноби, - послушно ответил Обито, но тут же понял, что ответ неверный. Он активировал шаринган, когда понял, что жизнь Каны висит на волоске. Только в тот момент он смог увидеть движение её чакры. - Когда ранили моего товарища... Отец так развернулся к нему, что мальчик непроизвольно отшатнулся. - Этим товарищем была дочь Белого Клыка? - Да, Кана, - ответил Обито, чувствуя, что должен был промолчать, но отец бы всё равно узнал, кто из его команды попал в госпиталь. - Ясно, - отец уселся за стол и жестом указал сыну на место перед собой. - Обито, ты уже достаточно взрослый, чтобы понимать важность некоторых наших традиций. - Да, - Обито не понимал, куда ведёт его отец. - Дочь предателя - не подходящая для тебя компания, - твёрдо объявил отец. - Что? - растерялся Обито. - Наше додзюцу, шаринган, как ты уже успел заметить, зависит не только от объёма чакры владельца, но и от силы испытываемых эмоций. Каждый следующий уровень даётся сложнее именно из-за этого. Ты смог пробудить второе томоэ, когда эта девчонка оказалась в опасности, так? Обито кивнул, не зная, как ему реагировать на эти внезапные откровения. Он хотел возразить, но понимал, что отец ещё не закончил и решил выслушать до конца, чтобы сразу опровергнуть все глупые доводы. - Она стала слишком важна для тебя. Тем не менее, проступок её отца слишком велик, чтобы мы не имели никаких сомнений относительно дочери. Судя по её досье, она весьма способна и уже получила звание чунина, как и её отец в свое время. Ты должен оборвать эту связь до того, как она станет проблемой. Обито сжал кулаки. - Она мой друг! Я не откажусь от неё из-за какого-то там проступка её отца. Взгляд отца стал жёстким. - Ты из клана Учиха - сильнейшего в селении. Ты должен понимать, что несёшь ответственность. Возможно, ты считаешь, что испытываешь какие-то романтические чувства, но ты ещё слишком молод для этого. В будущем наш клан может заключить для тебя брачный контракт. И ты должен будешь принять его. Без возражений. *** Минато дождался, пока на стук очередного камушка в окно выглянет красноволосая макушка, и сразу же переместился к метке в небольшой, но уютной гостиной. Кушина радостно взвизгнула и повисла у него на шее. - Ты чего так долго? - она проницательно взглянула на него. - Что-то с твоей шебутной командой? Минато улыбнулся и обнял девушку за талию, прижимая к себе. С тех пор, как они перевели свои отношения из дружеских в романтические, каждый жест и прикосновение ощущались гораздо волнительнее. - Им всем дают повышение, - со вдохом признался он. - Кану повышают до джонина, Обито и Рин до чунинов. Кушина высвободилась из его объятий и усадила его за стол. Возясь с чашками, она сказала ему нарочито бодрым тоном: - Они и правда молодцы, верно? Двое пленных и свиток с информацией. Твои ученики стали очень сильными, тебане! Минато отстранённо понадеялся, что дурацкая, хоть и милая, привычка Кушины произносить это бессмысленное слово не передастся их будущим детям. Хотя Джирайя-сенсей говорил, что у каждого выдающегося шиноби должна быть нелепая особенность. Минато, по его словам, был исключением, подтверждающим правило. - Я знаю, но им собираются поручить новую миссию. Без меня. - Они же не всегда будут твоими учениками, - Кушина со стуком поставила перед ним сахарницу. - Ты должен будешь отпустить их. - Я знаю, - Минато опустил голову, устало потёр лоб. - С самого начала знал. Но я и не подозревал, что это будет так сложно. Кушина обошла стол и, встав рядом с ним, накрыла его щёки руками. Минато поднял голову. Её нежное лицо было грустным и чуточку задумчивым. - Ты должен верить в них. Это всё, что ты можешь, но поверь - это немало. Минато повернулся и коснулся мягкой ладони губами. - Ты права, как всегда права, Кушина. Узумаки раскраснелась. - Где будет проходить миссия? - спросила она, пытаясь отвлечь его со смущающей темы. Минато не имел права открыть ей подробностей - они оба это знали, но кое-что рассказать можно было, ведь Кушине он полностью доверял. - В стране Травы, на одном из мостов...