Вся Власть Астартес 5 (Кракен)

Светлый Меч, когда готовил удар по позициям 1-й бригады СПО и ополченцев, рассчитывал начать наступление после массированного авиаудара. Однако полковник Тощенко решил иначе. Подземный лабиринт архива Администратума имел выход к коммуникациям города, через который прошли пластуны Тарасова с группой сапёров Святкина. Граф прекрасно понимал, что местные вояки обречены на разгром — их позиции уничтожит авиация, а потом добьют сухопутные силы. Поэтому, Тощенко решил эвакуировать местных, благо они находились относительно недалеко от позиций майора Пичугина. Именно эту эвакуацию и должен был обеспечить хорунжий Тарасов. Батальоны Народного Ополчения, полицейских, а также бОльшую часть бойцов 1-й бригады группы пластунов увели под землю. Можно было вообще всех увести по подземельям, однако, нужно было эвакуировать технику, для этого в танках и БМП оставили только мехводов и наводчиков-операторов, а в остальных машинах только водителей. Подрывники Святкина при помощи сапёров 1-й бригады подорвали три многоэтажных здания, которые, обрушившись, создали огромное облако пыли и дыма. Под прикрытием этого облака механизированные колонны рванули в сторону промышленного района. Авиация тау, конечно же, пыталась атаковать и даже подбили несколько машин, однако в целом эвакуация прошла успешно. Колонны по заранее проложенным маршрутам, вышли к позициям батальона майора Пичугина, который уже приготовил два цеха под расположение техники. Таким образом, граф Тощенко в очередной раз обыграл Светлого Меча, а гарнизон «Крепости Тощенко» (как прозвали солдаты промышленный район, включая кафедральный собор) пополнился почти тремя тысячами обстрелянных бойцов и десятками единиц бронетехники и артиллерией. Однако, командующий тау сделал выводы из всех своих неудач, и начал войну на истощение. Правда, предшествовала этому кровавая наступательная операция на центральном направлении. Светлый Меч всё-таки нанёс свой рассекающий удар, в результате которого был уничтожен 1-й мотострелковый батальон востроянцев, а также два батальона ополченцев. При этом сами тау потеряли до трёх тысяч убитыми, включая круутов. Последние из защитников цехов, которые теперь достались тау, смогли частично их разрушить — подорвав заряды, заложенные в основании несущих конструкций, а также подорвав котельные, а учитывая, что с каждым днём становились всё холоднее и холоднее — это было очень существенно. Правда, полностью разрушить цеха не представлялось возможным, так как для этого потребовался бы ядерный заряд минимум в 3 килотонны. Таким образом, войска Императора были разделены на две части — северную и южную. Командовать всеми силами южной группировки граф назначил майора Пичугина. Правда, полностью сообщение между двумя частями нарушено не было, так как обе группировки сообщались через подземный лабиринт, и могли даже перебрасывать резервы друг другу, только, к сожалению, без техники. Чтобы перерезать и эти артерии, Светлый Меч запустил под землю круутов. Однако, все подземелья под позициями войск Тощенко были царством пластунов Тарасова, сапёров Святкина, а также арбитросов инспектора Пасторелли из полицейского батальона, которые и устроили ксеносам настоящий ад под землёй, и те уже боялись туда соваться. Именно по этой причине, госпиталь было решено разместить именно в лабиринте, где всем заведовал майор медицинской службы Сергеев. Светлый Меч помимо лобовых атак начал применять десанты. После авианалёта на крыши цехов высаживались следопыты либо бронескафандры и пытались там закрепиться. Хорошо, когда удавалось их смести огнём зениток, а в большинстве случаев приходилось штурмовать крыши зданий. В дальнейшем, для предотвращения таких десантов, на крыше стали размещать танки и БМП, которые были не на ходу, и дополнительно их укреплять от налётов авиации, также на крышах разместили и часть «Гидр», которые были не только очень эффективны против боескафандров, но и доставляли значительные хлопоты авиации тау. Естественно, часть этих расположенных на крыше бронемашин гибла под огнём авиации, однако, выбора у Тощенко не было, приходилось реагировать на угрозы. Особую роль тут играли подъёмные краны, которые укрывали в цехах, а после авианалёта они выезжали и забрасывали на крыши боевые машины. Тау вели настоящую охоту на эти машины и их героических крановщиков. Конечно же, кабины кранов пытались усиленно бронировать и сажать в них сервиторов, однако, сервитор далеко не всегда вёл себя адекватно в меняющейся обстановке боя. Вот поэтому, отчаянные заводские парни и лезли за рычаги многотонных машин. К слову сказать — 80% ополченцев были именно заводские, и очень хорошо знали ТВД*, на котором теперь воевали. Также, на крыши цехов крепились все имеющиеся в наличии лебёдки, и после авиаудара (на те из них, что не сорвало) в них сразу же набивались бойцы и мчались вверх — отражать десанты. Таким образом, война велась уже на двух уровнях, можно конечно сказать, что и на трёх, однако под землю ксеносы старались не лезть, а ограничивались исключительно, защитой собственных подземных коммуникаций, к чему их вынудили пластуны Тарасова, устроив серию очень болезненных диверсий. * * * Светлый Меч, после того как расчленил силы Тощенко, решил бить их по частям. Сперва ту часть, куда вышли местные вояки, и которой сейчас командовал майор Пичугин (туда же входил и батальон Уханова), а уже потом заняться войсками графа. Изначально, когда Светлый Меч только готовил вторжение на Нимбозу, он планировал потери максимум 12%, однако, потери уже достигли 20%, а враг ещё не был разбит. Командующий, совсем не исключал того, что потери составят 50%. Вообще, командующий уже думал и о орбитальном ударе, и о ядерном, однако, он отбросил эти варианты, так как они привели бы к гибели жителей столицы, а они ему были нужны, чтобы оставить послание человечеству. Когда Светлый Меч решился на вторжение, он планировал этим самым спровоцировать конфликт между Империумом и Тау. Он понимал, что это грозит для него серьёзными последствиями, и его, скорее всего, лишат должности, однако для Виор’лы (где после нашествия орков стали очень сильны националистические настроения) он будет героем, а значит, сможет сделать себе карьеру в родном септе. А если ещё наладить связи с септом Ке’лшан, где все были ярые националисты, и где вообще не было представителей других рас, то можно было начинать реальную борьбу против правящего режима Касты Эфирных, которые ведут тау к гибели. Однако, теперь планы придётся менять. Так как победа достанется огромной кровью, то таких потерь ему не простят, и скорее всего — Виор’лы ему не видать. Значит, нужно угробить как можно больше войск чужих септ, и по максимуму сохранить свои виор’ловцев. Затем увести своих, а чужих оставить, и тогда у них не будет шансов удержать планету, и мерзкие гуэ’ла получат его послание. Было бы хорошо — ударить по мирам Союза, однако, там были значительные силы, и его войскам они пока не по зубам… Поэтому, он уведёт свои войска к националистам Зоркого Взгляда — славного сына септа Виор’ла. Это кажется невероятным, но поговаривают, что великий О’Шова ещё жив.Теперь Светлый Меч решил, что встанет только под его знамя. А с друзьями в своём септе он сможет связаться и оттуда, а также и наладить контакты с Ке’лшаном. Так что — борьба только начинается. * * * Граф Тощенко понимал, что нельзя полностью отдавать инициативу врагу. Графа очень огорчило, что противник смог блокировать все подземные подходы к расположению своих войск, а он очень рассчитывал на подземную диверсионную войну. Теперь же, граф намеревался устроить ещё одну эпическую бойню, которая должна была превзойти по масштабу все предыдущие. Целью операции было — вернуть утраченные позиции, нанеся при этом максимальные потери противнику, и постараться этим самым сломить боевой дух врага, а граф видел, что это самый боевой дух уже далеко не на высоте — Харченко, Уханов и Миронов заставили тварей бояться людей. По подземным лабиринтам пластуны провели два батальона ополченцев, и граф усилил ими танковый батальон майора Полянского, который и возглавил ударную группу на северном направлении. А с южного направления удар наносили БТГ 1-й бригады, батальон полиции и РТГ майора Уханова. Обе группировки поддерживали огнём оба артдивизиона востроянцев и артдивизион 1-й бригады, то есть вся наличная артиллерия. Началась операция с артобстрела захваченных тау цехов. Василиски и Сотрясали сначала обстреляли осколочно-фугасными снарядами обрушившиеся места цехов, а затем израсходовали весь запас дымовых снарядов, покрыв весь периметр плотнейшим слоем дыма, чтобы лишить противника возможности применять лазерное оружие. Затем началась атака. До позиций тау ударные группы добрались довольно-таки легко, а вот внутри самих цехов началась жуткая бойня. Естественно, танки вглубь цехов не пошли, однако Тощенко не пустил туда и мотострелков, таким образом, в цеха ворвались штурмовые группы ополченцев и полицейских, вооружённые мельтами, огнемётами и большим количеством гранат. Пока шёл бой внутри цехов, танкисты и мотострелки отражали атаку круутов, бросившихся на помощь гибнувшим гарнизонам. Хоть и с огромными потерями, но цеха были взяты — огнемёты и мельты в ближнем бою оказались эффективнее, чем плазменное и лазерное оружие тау. А вот атака круутов была отбита с минимальными потерями. Затем, в бой рванули «Кризисы» в окружении тучи дронов. Если бы не шквальный огонь артиллерии, то бронескафандры прорвались бы к цехам, а так, атаку удалось отбить. Правда, цена была высока — погибли почти треть БТГ 1-й бригады и четыре БМП Уханова. Далее, Светлый Меч двинул в бой два контингента танков и БМП, два кадра БМОП и четыре кадра «Кризисов». Артиллерия выпустила по наступающим частям тау все оставшиеся снаряды, после чего по приказу Тощенко, войска отступили, оставив цеха противнику. Ворвавшихся в цеха ксеносов ждала масса заложенных фугасов. Таким образом, потери противника были огромные. Войскам Тощенко, тоже досталось — из двух батальонов ополченцев и батальона полиции, теперь сформировали один батальон — таковы были потери. Конечно, Тощенко показал этим боем, что его войска ещё способны проводить крупные наступательные операции, однако это был блеф. У графа больше не было артиллерии, ввиду отсутствия у неё снарядов. Артиллеристов теперь вооружали огнемётами и стабберами, а также взрывчаткой, и готовили из них штурмовые группы. Снаряды для танков и БМП тоже подходили к концу, так что, это был последний бой, где Тощенко мог применить все силы и средства. А далее, ситуация становилась всё хуже и хуже. Через три дня не осталось танковых снарядов и снарядов для «шинковок», а через четыре дня закончились снаряды для «Гидр». На вооружении теперь остались лишь хелганы, лазганы, мельты, огнемёты, стабберы и автоганы. Конечно же, была ещё бронетехника, которая теперь превращалась в пулемётно-огнемётные машины. С танков демонтировались орудия и на их место ставили мощные стационарные огнемёты либо счетверённые стабберные установки. С БМП тоже снимали пушки и ставили огнемёты, а десантное отделение переделывали под бак с прометием, либо ставили спаренный стаббер, и в десантном отделении в бойницы тоже ставили стабберы. Естественно, вся эта техника годилась только для ближнего боя, и постепенно бои стали переходить внутрь цехов. Светлый Меч выбрал своей жертвой 1-ю бригаду СПО, как наименее боеспособное формирование. На штурм позиций бригады командующий тау бросил все оставшиеся три тысячи круутов при поддержке БМОП и танков. Оставшаяся от бригады тысяча бойцов дала шикарный бой ксеносам. Обваренные решётками от таусятских кумулятивных ракет «Небесных Лучей» бронемашины бригады поставили впереди себя дымовую завесу и повторили мясорубку Харченко. Ливнем прометия и стабберных пуль, а также гусеницами 1-я бригада опрокинула врага и обратила в бегство. Однако, половину бронемашин бригады сожгла техника тау, а от полного уничтожения бригаду спасла не менее безумная атака батальонов Пичугина и Уханова, которые отвлекли на себя внимание, а тем временем три десятка полицейских байков рванули в атаку. Мотоциклисты были вооружены мельтами и на бешеной скорости мчались на сближение с бронетехникой противника. Такого тау не ожидали совершенно. В этой отчаянно-лихой атаке погибла половина байкеров, однако, семь единиц техники были уничтожены, и самое главное, уже были на подходе БМП востроянцев, позади которых ревели страшные «Леман Руссы». Тау и крууты бежали. Поле боя осталось за войсками востроянцев и нимбозовцев. А ведь, положа руку на сердце, ксеносы вполне могли дать бой и продержаться до подхода подкреплений, однако, моральный дух действительно, уже был надломлен, и они предпочли бежать. Своей лютой яростью солдаты Императора заставили врага бояться и доказали ему, что они сильнее его. Сильнее духом. Поэтому, ксеносы и бежали, даже имея техническое превосходство. А на следующий день на позиции остатков 1-й бригады высадился десант «Кризисов» и следопытов. Ожесточённые бои в цехах закончились гибелью бригады, а тех немногих, кто пытался укрыться в подземных коммуникациях настигли подоспевшие крууты. В это же самое время страшные бои в окружении вели батальоны Пичугина и Уханова. Внутри цехов из выведенной из строя техники востроянцы создали несколько рубежей обороны, где укрываясь за бронёй, либо находясь внутри бронемашин, бойцы вели шквальный огонь по противнику, который периодически врывался в цеха, а иногда даже закреплялся там. Контратаковать становилось всё сложнее и сложнее, противник плотно обкладывал цеха танками и БМОП. Понимая, что долго ему не продержаться, Уханов решил идти на прорыв к Пичугину, так как совместными силами больше шансов отбиться. После того, как была отбита очередная попытка захватить цех, из него вырвался обшитый стальными листами грузовик. Сначала, тау с любопытством наблюдали за таким непонятным манёвром безоружной, транспортной машины, а потом, кто-то из пехотинцев тау пальнул из плазменной винтовки. Чудовищной силы взрыв разорвал грузовик и взрывной волной разметало всё вокруг, в том числе и несколько бронемашин тау, а также заставил ксеносов попадать на землю. Всё вокруг заволокло дымом и пылью. Как только прогремел взрыв, из цеха вырвались ещё два грузовика и направились в разные стороны. Тау не успели вовремя среагировать и грузовики подорвались, сметая ближайшие силы ксеносов. Затем из цеха выехали и подорвались ещё шесть таких брандеров, сметая чудовищной силой разрывов войска тау и обращая их в бегство. За рулём брандеров сидели заводские сервиторы, запрограммированные батальонными техножрецами. Атака брандеров проложила путь бронегруппе батальона и позволила прорваться к позициям Пичугина. Последние 2 танка и 11 БМП Уханова беспрепятственно дошли до пункта назначения, а живую силу батальона провели по подземелью сапёры Святкина. Комбаты обнялись, словно сто лет не виделись, глядя на них обнимались и солдаты. Люди обоих батальонов были искренне рады — вместе оно завсегда ловчее. Не успел Ухановский батальон устроиться на новом месте, как тау бросились в атаку. Пичугин принял решение контратаковать, однако востроянцев ждал шквальный огонь «Рыб Молотов». Контратака захлебнулась. Востроянцы вернулись в цех, оставив на поле боя три горящие БМП и танк. В этой отчаянной контратаке погиб майор Пичугин. Теперь старшим стал майор Уханов. В его распоряжении осталось: 5 танков, 17 БМП, 2 «Кентавра», а также 254 востроянца и 41 полицейский. Самое поганое в сложившейся ситуации было то, что захватив позиции 1-й бригады, и оставленные Ухановым цеха, противник получил доступ в подземные коммуникации и лабиринты, и держать там оборону парням Святкина, Тарасова, а также арбитросам становилось всё сложнее, и они вынуждены были оставлять часть своих позиций. А в это самое время, Светлый Меч усилил давление на позиции Тощенко, а также бросил круутов, следопытов и дронов в подземелья. Посовещавшись, Святкин, Тарасов и инспектор Пасторелли пришли к выводу, что поскольку у противника высвобождаются значительные силы, война в лабиринте только начинается и обещает быть страшной. Исходя из это, капитан, хорунжий и инспектор пришли к выводу, что удержать всё подземелье нереально, а вот если оставить южную часть и сконцентрироваться на северной, то воевать наличными силами там можно хоть до второго пришествия Императора. Святкин доложил об этом Уханову, и майор принял решение на прорыв к собору, который стал последним неприступным бастионом «Крепости Тощенко». Сперва в ход пошли все оставшиеся дымовухи, а затем Уханов повторил свой приём с брандерами, а затем пошла бронегруппа. Естественно, живая сила прошла по подземелью, помогая эвакуировать хозяйство майора Сергеева. Хвала Императору, боеприпасов и вооружения в северной части лабиринта было «до жопы», поэтому бойцы несли только раненых и медкомплекты, а также немыслимые для обычных частей ИГ (не говоря уже об СПО) комплекты аугметических протезов. Отступая из южной части лабиринта, востроянцы опорожнили в него несколько хранилищ прометия с ППК**, а затем подорвали. В этом аду сгорели последние пять сотен круутов, а также шесть сотен тау. *ТВД - театр военных действий. **ППК - прометие-перерабатывающий комбинат.