Ещё одна из Гёрлз-РИТМ

На следующий день Ритка застаёт меня прямо на «балконе». Я стою, переминаюсь с ноги на ногу, смотрю куда-то вниз, где разместились студенты на креслах. - Здарова, Санька, - приветствует она. – А вот и ты. Готов к ну-у-удной лекции? Я улыбаюсь, киваю в знак приветствия, но не отвечаю, продолжаю смотреть вниз. - Что с тобой? Опять плохое настроение? Конечно, она помнит меня по моей недавней депрессии, но она даже не в курсе того хорошего, что происходило со мной в последние дни, пока они вчетвером отдыхали от танцев. - Всё в порядке. Ритка не глупая, она сразу же соображает в чём дело, прослеживает за моим взглядом и упирается в одно из кресел. - Ах, вон оно что! – Выпаливает она. – Сёма! - Ага. – Киваю я. – Он всегда сюда приходит перед парами. Видимо, приезжает слишком рано, вот и ждёт тут, пока аудитория закрыта. Ещё он бывает тут во время большого перерыва. - А ты у нас, оказывается, сталкер. Я так поглощён наблюдением, что не замечаю, как её привычный шутливый тон сменяется на серьёзный и даже осуждающий. - И долго ты будешь так за ним следить? Я пожимаю плечами: - Не знаю. Пока пара не начнётся. - Сань, я не об этом. Ритка берет меня за подбородок и заставляет повернуться на неё. - Подумай о том, что ты делаешь. Следишь за парнем, знаешь его расписание, когда, где он бывает, по-твоему это нормально? - Ну и что, - я вырываюсь из её несильной хватки. – Это же мой парень. - Да с какого перепугу он твой? Он даже не знает, что его сталкер это… это… Блин, я даже не знаю, как это назвать! Короче, если он заметит, то будет стремно! Позор! Он скажет Владу, а Влад – мне! - И что он скажет? Что какой-то там Саша наблюдает за ним. - Я хмурюсь, совершенно не воспринимаю её слова всерьёз. Затем опираюсь руками на перила и кладу на них голову, как принцесса, наблюдающая за прогулкой принца. – Кроме того, он никогда не заметит. - Никогда не говори никогда. – Предостерегает меня Ритка. Но всё же она смягчается через какое-то время: - Ох, Саня, бедный ты мой Саня. То есть ты решил тоже приезжать пораньше, чтобы любоваться на него отсюда? - Нет, конечно, что за глупости, - сразу же отвечаю я. – Так случайно получилось. Кстати, ты когда-нибудь видела его в очках? Почему сегодня он в очках? Я краем глаза вижу, как Ритка перехиляется через перила, всматриваясь: - И правда в очках. А я и не заметила сразу. А Влад говорил как-то, что у него зрение плохое. - Плохое? То есть он линзы носит? - Нет, не носит, у него глаза от них болят. А очки он не любит. Вот и ходит, как крот. - Правда? – Я не особо вникаю, откуда Ритка всё это знает и почему они с Владом вообще об этом говорили. Лишь ещё больше улыбаюсь, замирая взглядом на круглых очках Сёмы с цветной оправой, про себя отмечаю, что ему идёт этот стиль. Бурчу себе под нос: – Может поэтому он и не замечает подвоха? Ритка всё же слышит: - Не замечает в тебе парня, когда ты в парике? – Она пожимает плечами. – Кто знает. Не может же он всегда ходить без очков и линз. - Вот как. – Не знаю, к чему я это заключил, но потом вдруг проговорил тихо. Ритка, впрочем, опять услышала: - Они ему идут, правда? Девушка цокнула языком: - Саня, да ты никак влюблен. Ты что в гомосеки подался? Я парировал весьма резко: - Ой, а даже если и подался, то что с того? Кроме того, мне нравятся не все без разбора, а только Сёма! У Ритки тоже нашлось, что ответить: - А ты ему? Мне было нечем крыть: - Не начинай, Рит! - Нет, всё же эту проблему нужно решить. – Настаивала она. – Рано или поздно он узнает. - Пусть уж лучше поздно. - Саша! Как ты собираешься ему признаться? Или ты ещё надеешься, что он сам узнает? Ты меня слышишь? Эй! Она пощёлкала пальцами перед моим носом и только после того, как убедилась, что я не хочу продолжать этот разговор, отстала. Да, я для себя ничего не решил. Пустил всё на самотёк, пусть само всё разрешится. Только так не будет. Рита права, нужно что-то решать. Но я не готов сейчас. Не готов ни рассказать, ни раскрыться. Мне так хорошо на душе, когда я с ним, а признание приведёт лишь к одному – к ссоре! А я не был готов его потерять! Только хотел об этом сказать, как Ритка произнесла что-то такое, от чего в животе сжался тугой ком, а во рту пересохло от волнения: - Ты же знаешь, что твоя глупая влюблённость до добра не доведет и то, что он влюбляется, тоже ничего хорошего! Что ты себе позволяешь в репетиционной? Что вы делаете там, пока нас нет? - Что? – Переспросил я, ошарашенный. – Откуда… - Я это знаю? – Заканчивает за меня Ритка. – Влад намекнул. Как я и сказала, Сёма всё выдаёт ему, а он – мне. - Выдаёт? – Сказать, что я разочаровался, значит ничего не сказать. Сёма? Рассказывает Владу? О тех (только наших) моментах с ним? Кажется, Ритка решила пойти вабанк: - Да. Я всё знаю, так что даже не пытайся отрицать. Я непонимающе уставился на неё. Мои брови ещё никогда не были так высоко. Переспрашиваю: - О чём ты? - Это я тебя спрашиваю. Чем вы там занимаетесь? - Да я… - Я слегка заминаюсь, но потом решаю не юлить. – Просто учил играть его на рояле, что тут такого. Ритка замерла. Она стояла, смотрела на меня и молчала, словно током поражённая. Я даже начал бояться, чего это она? Как вдруг она прыснула и, перевесившись через перила громко загоготала. - Тише ты, на нас сейчас будут оборачиваться. Что смешного? Ритка просияла: - Что? Ты что? Учишь его играть? Вот умора. - А что здесь такого? – Оскорбился я. И тут до меня дошло, что Ритка на самом деле ничего не знала, просто блефовала, чтобы выведать у меня информацию. - Да кому какое дело, что мы делаем. Зачем он вообще это рассказал. Я отвернулся, всем видом показывая, что обиделся. Ритка прекратила смеяться: - Да успокойся ты! – Посоветовала она. – Не говорил он Владу ничего подробного. Просто похвастался, что вы после пар остаётесь в репетиционной и всё. А Влад рассказал это мне. Я уж подумала грешной мыслью, уж не целуетесь ли вы там! Ха-ха! А вы просто играете. – Она пихнула меня локтём в бок. – Ну, Шурик! А я переживаю за тебя! Между вами даже ничего нет. Эй, ты чего? Красный, как рак. Что? Угадала? Целуетесь? Нет? Или да? Ну, давай же, расскажи мне! Я отворачивался в разные стороны, пытаясь скрыть свои заалевшие щёки, пока Ритка скакала вокруг меня. Я вправо – она вправо, я влево – она влево. Вот же неловко! Если я сейчас же не прекращу, то она правда подумает, что я что-то скрываю! Самое глупое, что есть на свете – переживать из-за того, чего даже не было! Так, всё, Саня, успокойся, иначе потом доказать Ритке, что ты не целовался с Сёмой будет потруднее, чем даже признаться ему в том, что ты парень! Моя вера в Сёму тут же вернулась. Ничего он не выдавал и никому не рассказывал. Как я мог усомниться в нём. Конечно, он так же, как и я, бережно хранит в памяти те моменты, когда мы были с ним вместе, как я касался его пальцев, как он дышал мне в ухо, и, как, схватив за руку, благодарил непонятно за что. Мы с Риткой были так увлечены нашими мини-догонялками, что не заметили, как Сёма встал со своего места и ушёл, должно быть, на пару. Ритка, увидев, что я этим оказался весьма раздосадован, схватила меня за руку и потащила в сторону нашей аудитории. - Пошли, нам тоже пора! Уже потом, когда мы шли по длинному коридору университета, я аккуратно у неё спросил: - Рит… А я… Хорошенькая девочка? Она вопросительно на меня посмотрела, словно не поняв вопроса. Тогда я улыбнулся и, тряхнув головой, откинул невидимую прядь волос. Ритка рассмеялась: - Ещё какая! Угловатая, правда. Но и в такую можно влюбиться! Сёма, вон, так и сделал. Я почувствовал, как мочки моих ушей краснеют и не стал переспрашивать у Ритки, действительно ли она думает, что я нравлюсь Сёме. Какая разница, понятно ведь, что да. Но я бы хотел, чтобы Сёме нравилась не девочка-Саша.