Удары

      О гостях Поттер прознал еще до того, как они вошли в дом. Не зря все чары он замкнул на себя. Все же вменяемость Тома была под вопросом — тот мог ринуться вершить свое правосудие подобно Гарри, то есть сходу начав раскидываться проклятьями. Хотя Мракс всегда был хладнокровнее, но ненависть плохо ладит с самообладанием.       За ярд до парадной двери он скороговоркой запустил ловушки в гостиной дома и покрепче перехватил волшебную палочку. Она подбадривающе потеплела в ладони, и Гарри улыбнулся. Как же он соскучился по сражениям за эти несколько дней безделья.       С шестеркой вражеских уродов уютная гостиная смотрелась странно. Неправильно. Словно они рушили лишь своим присутствием всю гармонию этого места. Кремовые обои теперь казались грязными, невесомые тюлевые занавески больше походили на свисающую паутину, а узоры на ковре ныне казались кровавыми пятнами.       Шикльгрубер вальяжно развалился на хозяйском кресле и что-то говорил на немецком пяти подчиненным, но сразу, как увидел Поттера и Мракса, замолчал и обратил свое внимание на них. Гарри его прежде не видел, но трудно не опознать генерала вражеской армии — черный китель с серебристым знаком Даров Смерти на плече и черная фуражка с отполированным до зеркального блеска лаковым козырьком. Он сильно выделялся своей худощавостью и слащавой улыбкой на фоне рядовых — те были сбитыми, мощными и хмурыми.       Гарри выдохнул и усмирил вспыхнувшее желание начать кромсать ублюдков прямо сейчас. Надо подождать только три минуты. Три минуты, и ловушки захватят двух врагов без всякого боя.       Не зря ему Дамблдор вбивал, что успех операции очень сильно зависит от подготовки.       — Какое счастье застать вас вместе, герр Мракс, герр Поттер, — с жутким акцентом поприветствовал их Шикльгрубер.       — А мне-то какое счастье, — почти прорычал Том. — Что я, наконец, смогу убить тебя, тварь.       Кресло, на котором сидел Шикльгрубер тихо скрипнуло, и он встал, чтобы с надменным видом пройтись по комнате. Его сопровождающие так и не двинулись с места, хотя Гарри знал, что по приказу они сразу ринутся в бой.       Приторная улыбка так и не сошла с его губ. Хотелось стереть ее проклятьем, и Гарри обязательно это сделает. Надо только подождать.       — Не стоит так раскидываться словами, герр Мракс. Боюсь, ваша мать сама виновата в своей кончине, — раздражающе-вежливо протянул Шикльгрубер. — Она должна была сразу сказать, что камень у вас.       — А дом вы разрушили из мирных соображений, конечно же, — ответил Том. Гарри поражался его выдержке — он так не смог. Никогда не мог, на самом деле. Он-то на Пельцля сразу кинулся, какой там диалог.       — Мы просто стерли свои следы. Поймите меня правильно, герр Мракс, мы не хотим вас убивать, ведь каждый маг для нас — великая ценность. Примите наши знамена, и уйдете целыми. Ведь вам больше не хочется войны.       «Хочется!» — чуть ли не закричал Гарри, но вовремя вспомнил о своем мнимом дезертирстве. Да и куда им еще, если не воевать? Они с Томом уже никогда не смогут заниматься чем-то другим. Им больше некуда идти. Война уже в них. Навсегда.       Гарри посмотрел на настенные часы и перекатил между пальцами палочку. Полторы минуты. Он еле сдерживал восторг — скоро на месте этого дома останется пепелище, и они будут еще ближе к победе. Он глубоко вздохнул, чтобы хоть немного успокоиться, но это не помогло. Сердце все равно билось слишком быстро, разгоняя по крови адреналин.       — Если вы хотели просто прийти в гости, стоило отправить сову.       — Люблю людей с чувством юмора. Но, увы, это не светский визит. Ваше кольцо давно принадлежит не вам, как и мантия герр Поттера.       — Это наследственные артефакты, они наши по праву, — возразил Том. Скорее напоказ. Уж они-то знали, кому должны принадлежать легендарные артефакты по мнению адептов Гриндевальда.       — Мы руководствуемся правом сильного. И по этому праву все Дары Смерти уже давно принадлежат Темному Лорду Гриндевальду. Отдайте их, примите наши знамена, и останетесь живы.       — Ставки растут, — хмыкнул напарник. Гарри вновь украдкой глянул на часы и слегка пихнул Тома. Тридцать секунд. — Удивляюсь этой вежливости. Кажется, с моей матерью ты так не расшаркивался.       — Ну, теперь-то мы знаем, где камень. И мы заинтересованы в союзе с вами, — сказал Шикльгрубер.       — Это не взаимно, — улыбнулся Гарри. Время. Два рядовых солдата в ту же секунду упали на колени и раскрыли рты в немом крике.       — Вы пожалеете об этом, — рыкнул Шикльгрубер, позабыв о всякой вежливости, и сразу отправил в Тома багряный луч проклятья. Том крутанулся на месте, луч просвистел в дюйме от его головы и угодил в вазу с цветами, превратив ее в пыль. Давно пора, а то эти приторные и насквозь фальшивые речи уже осточертели.       Гарри скользнул за диван и прикрыл щитом Тома: на него накинулись с заклятьями все присутствующее. Только с ними это никогда не срабатывало. Гарри уже давно не считает удар в спину бесчестным. Он махнул палочкой и диван полетел в группу противников. Шикльгрубер успел остановить полет в последний момент, но Гарри своего добился: они отвлеклись от Тома.       Двойное Экспульсо от напарников пробило щит одного из солдат, и в его груди зазияла дыра.       Теперь противники разделились поровну. Гарри встал плечом к плечу с Томом и криво улыбнулся. Это его стихия, его время, и он никогда не уйдет проигравшим. А неизменный напарник рядом придавал еще больше уверенности.       Том дернул его за руку и развернул, спасая от Авады. Пришлось меняться противниками. Теперь Шикльгрубер напал на него.       — Только посмей убить его, Поттер, и я лично выверну тебе кишки, — угрожающим тоном предупредил Мракс. Хотя ему это не мешало отбивать вражеские удары и атаковать в ответ.       — И не собирался, — усмехнулся Гарри и отразил очередной красный луч в потолок. Хрустальная люстра треснула и через мгновение разбилась. Напарник подхватил ее осколки магией и швырнул их в противников. Несколько осколков угодили одному из солдат в глаз. Из его глазницы потекла густая, вязкая кровь. Он закричал, но схватку не прекратил. Не будь этот ублюдок противником, Гарри отдал бы должное его выдержке.       Сражение не затихало ни на секунду, яркие лучи заклинаний метались по всей комнате, не переставая, когда-то красивая мебель стала бесполезной трухой, стены вновь и вновь принимали на себя удары заклятьями и держались только на магии.       Два противника пробили Гарри щит, и попали Редукто по плечу. Короткая вспышка боли не помешала ему резануть Секо по бедру противника, слишком много адреналина в крови. Он только шире улыбнулся.       — По касательной, не умру, — сразу сказал он Тому. Тем более пострадало левое плечо.       — Придурок, — рявкнул напарник и ему кинул фиал с каким-то зельем. Обезболивающее. Гарри поймал флакон, перепрыгнул через остатки столика и на секунду спрятался за шкафом. Зелье подействовало уже через пару мгновений, забрав за собой слабую боль, и он запустил еще одну ловушку. Зря так готовились к приходу гостей, что ли?       Барельеф на потолке ожил, и каменные лианы скрутили еще одного адепта Гриндевальда. Том сразу отрубил ему голову; та укатилась на кухню. Оставшиеся враги кинулись туда же. Напарник ударил в них невидимой плетью, но промазал.       — Еще поговори мне о меткости, Мракс, — неожиданно для себя развеселился Гарри и просто кинул в стену Бомбарду. Та с грохотом взорвалась, а за ней обнаружились ублюдки Гриндевальда.       — Поттер, а как же тонкий подход?       — Не мой стиль, поговори о тонких подходах с Альбусом.       Том не ответил и швырнул в тройку врагов ослепляющее зелье, а Гарри накрыл себя и напарника защитным куполом.       Послышалась рваная ругань — ее Гарри мог отличить на любом языке, — и из белой дымки, прикрывшись щитом, выбежал сам Шикльгрубер. Том рванул за ним к лестнице, ведущей на второй этаж.       — Да-да, я тебя прикрою, — для приличия крикнул ему вслед Гарри и посмотрел на двух оставшихся солдат. Они, ослепленные, скрывались за обеденным столом. Возиться с ними смысла не было, и Поттер просто развеял стол взмахом палочки.       — О, а с вами мы еще успеем повеселиться.       Каким бы идиотом не казался Шикльгрубер, вряд ли магическая сила у него меньше, чем у Гарри или Тома. А значит, напарник тоже не заскучает.       Гарри перемахнул через барную стойку и приземлился совсем рядом с двумя солдатами Гриндевальда. Они оказались не такими уж и кретинами: пока он зевал, накрыли себя мощным защитным куполом и теперь пытались вернуть себе зрение.       — Том сам состав придумал и сварил, — поделился с ними он. — Так что ничего у вас не получится. И сбежать не получится тоже, противопортальные и антиаппарационные чары будут работать, пока я жив.       — Тварь! — сплюнул один из солдат и продолжил говорить с жутким акцентом:       — Вы рушите все дело Темного Лорда, а ведь он хотел сделать как лучше для магов! Разве ты не видел оружие магглов и как они расплодились? Они подчинят нас рано или поздно!       Гарри расхохотался. Что-то он не чувствовал улучшений.       — А Статут придумала горстка идиотов, я понял. Не досуг мне с вами беседовать об идеалах.       Он на пробу кинул в купол Экспульсо, но щит только сверкнул и поглотил заклинание. Он поморщился и плюнул на свой несчастный, уже сто раз нарушенный «кодекс чести» — не кидать Аваду в противника. Потому что так скучно. Гарри выдохнул и улыбнулся:       — Видит Мерлин, я не хотел это делать, но пробивать ваш щит будет слишком запарно. Авада Кедавра!       Цель рухнула ничком. Совершенно белые глаза остались открытыми.       Второй оказался куда догадливее и трансфигурировал из остатков стены треугольный щит, даже отпрыгнул за сервант. Но он все еще был слеп. Гарри разнес сервант бомбардой и нацелил палочку на последнего противника:       — Экспеллиармус! Секо.       Гарри вздохнул и отвернулся от отрубленной головы. Что-то зелье слишком уж мощное, он не думал, что оно будет работать больше трех минут. Наверняка Том, дракклов сын, добавил туда яд василиска. И не пожалел же!       На втором этаже раздался грохот, и уже через мгновение Гарри почувствовал, как управление его же ловушкой захватили. Мало того: ее запустили. Он похолодел и в следующую же секунду рванул к лестнице. Он ставил ее на крайний случай, если все будет совсем плохо и другого выбора не останется. Полное уничтожение дома вместе с теми, кто в нем находится.       Как недоучка Дурмстранга Шикльгрубер смог взять ее под контроль?       По лестнице Гарри почти летел; времени оставалось совсем мало, считанные секунды. Он забежал в одну из спален, откуда доносился грохот и застал пылкое сражение. Противники перекидывались заклинаниями с огромной скоростью, в ход шли и Непростительные, от которых они прикрывались камнями и мебелью. По комнате словно ураган прошелся.       — Том! Сейчас тут все рванет!       — Иди к Мордреду, Поттер!       — Он перехватил «Посмертную волю»!       — Отвали!       На уговоры времени не было.       Пять секунд. Гарри перепрыгнул через какую-то рухлядь и оказался прямо за Томом. Четыре секунды. Он схватил напарника за плечо и сильно сжал, пресекая всякое сопротивление. Три секунды. Все барьеры с дома сняты. Две секунды. Защита пала, он сжал в кулаке шиллинг. Секунда. Гарри прошептал пароль от портала и одновременно увидел, как Шикльгрубер сам схватился за жетон. Взрыв прогремел, когда портал их уже подхватил. Но из-за волны огромной энергии их вынесло в чистом поле, а не на базе.       Гарри посмотрел на Тома и схватился за палочку: лицо у того было совершенно невменяемое. Он резко вскочил на ноги и приготовился отражать атаки.       В него полетело заклятье невидимого хлыста, хотя Гарри ожидал чего-то более серьезного: от Экспульсо до Авады. И Том продолжил швыряться всего одним заклинанием. Гарри решил даже щиты не ставить — увы, он устал, как тяговой фестрал, — и просто уворачиваться. Впрочем, поведение Тома объяснимо: он тоже на грани отключки. Наверняка продолжает швыряться хлыстом только из-за воистину ослиного упрямства.       Плечо стрельнуло болью, и Гарри после очередного удара свалился на жухлую траву, да еще и головой ударился о мелкий камень. Он сдавленно охнул и сжал амулет, а то мордредов напарничек наверняка не успокоится, пока не свалиться с истощением.       — Ненавижу! — выплюнул Мракс и упал рядом с Поттером.       — Кто-то мне говорил, что жизнь дороже мести, — протянул Гарри. Плечо болело нещадно, и он сам подивился тому, что может сказать хоть что-то без кряхтенья.       — Пельцль, в отличие от Шикльгрубера, мертв, — глухо ответил Том и попытался пнуть Гарри. Вышло как-то смазано и совсем не больно. Лежа пинаться вообще неудобно.       — Мы бы все там умерли. У меня не было выбора.       Том пару раз глубоко вдохнул и стукнул Гарри по больному плечу.       — Ублюдок, — прошипел Поттер. — Оно и без тебя болит.       Мракс хмыкнул, явно довольный хотя бы этим.       — Даже ненавидеть тебя сил нет, — скорбным тоном сказал он. — Не знаю, где нас вынесло, но портал должен сработать. А то еще немного, и ты останешься без руки.       Он достал уже свой шиллинг, схватил Гарри за больную руку, — сволочь! — и пробормотал пароль.       На этот раз их вынесло на базе.

* * *

      Слушать разбор полетов и критику своих действий Том не хотел. Он и без того знал, что их грандиозный — пусть и до смешного тупой, — план обернулся не менее грандиозным провалом, и немудрено — у них опыта сражения в домах почти не было. Как нормально уворачиваться, когда под ногами куча рухляди, мебель, стекло, повсюду летают гусиные перья от подушек, и любой шорох привлекает внимание?       Мракс глянул на Поттера и с удовлетворением понял, что тот выслушивать нотации тоже не хочет. Даже на Дамблдора смотрел мрачно, явно подавляя желание задушить его собственным же ремнем.       Хотя все прекрасно знали, что миссия вообще с местью не была связана, все равно смотрели на Тома с сочувствием и осуждением одновременно, и ему много стоило не начать проходиться по их умственным способностям. Да, Фиделиус не пал. Да, ловушку перехватили враги, и как именно, никто не понял. Поттер с подачи Поттера-старшего отлично разбирался в рунах, и точно не налажал, значит, Шикльгрубер не такой уж и идиот, каким кажется.       После вялого отчитывания Поттера и Мракса все собрание скорбно замолчало.       — Нам теперь никак его не достать, он или в Нурменгарде, или сбежал, — озвучил очевидное Шекболт. Странно, что не сорвал овации, такой непревзойденный, совсем не очевидный вывод.       — У Гриндевальда почти не осталось сторонников, — нахмурился Дамблдор. — С их помощью он уже ничего не сделает. Полчаса назад мне сообщили об очередной стычке американцы. Они уничтожили еще один склад на юге Австрии, чехи тоже доложили об удачной операции. Ждать уже нечего. Он не сможет долго скрываться, и сам понимает это. Но так он хотя бы примет поражение с честью.       — А если он победит? — спросил Поттер. — Старшая, непобедимая палочка, все дела.       — Ну, ее непобедимость под большим вопросом, — рассудил Дамблдор. — Ведь все ее обладатели рано или поздно были побеждены.       — Просто Поттер — идиот. Пора уже привыкнуть, Альбус, — усмехнулся Том. — Это скорее статус.       — Именно. Это самый простой, самый низший Дар Смерти, — глухо сказал Дамблдор. Мракс скривился. Профессора то и дело догоняло раскаянье, и порой это происходило крайне не вовремя. Лучше уж послушать о том, как они ужасно провалили операцию, чем о том, как Дамблдор жалеет о своих поступках.       — Мы примерно знаем, где расположен Нурменгард, — твердо сказал Альбус через пару секунд, когда взял себя в руки. — Он нам так сильно и не нужен, я думаю, что могу обойтись простым письмом. Ведь он кидал мне вызов в начале войны именно таким способом.       — В самом деле? — удивился Пруэтт. — Просто взял и прислал письмо? Никаких громких заявлений в газетах?       — Одно другому не мешает, — улыбнулся Дамблдор. — Тогда у него было много последователей. Такие идеи захватывают сердца многих людей поначалу.       — Пока они не узнают цену, — угрюмо прокомментировал это Поттер.       — Да, — уже серьезно сказал Дамблдор. — Рад, что ты это понимаешь, Гарри.       Поттер криво усмехнулся и потер плечо.       — Да, пожалуй, сначала я попробую так кинуть ему вызов. Гарри, Том, вы запомнили, о чем мы говорили?       — Куплю себе учебник рун, — фыркнул Поттер и вышел из зала собраний. Том пошел за ним.       Он мрачно посмотрел на спину Поттера и подавил желание что-нибудь в нее кинуть. Уже и не узнать, кривая то была ловушка или Шикльгрубер просто мастер рунописи, но именно из-за нее эта тварь еще была жива. Придушить бы злосчастного напарника за такой прокол, но ему же опять сунут Пруэтта, или, не дай Мерлин, Грейнджер.       Не говоря уже о том, что на самом деле его не хочется душить. Просто наказать за такой провал. Хотя Том тоже хорош, Шикльгрубер что-то сделал с рунами у него на глазах, а он даже не понял этого.       — У меня скоро будет дыра в спине, так ты на нее пялишься.       — Тебе уже ничего не повредит. Как живешь без головы, так проживешь и с дырой в спине.       — Советую после войны пойти в «Пророк», а то не одной же Скитер радовать нас своим искрометным юмором, — хмуро ответил Поттер и хлопнул дверью в отведенную ему комнату.       Том посмотрел с секунду на пустой коридор и пошел к себе.       Он устало лег на постель и пожалел, что тут нельзя раскидываться проклятьями, иначе от комнаты не осталось бы и пепла. Самое паршивое, что одного Поттера не обвинить, он хотел поиграть с жертвой, а она, тварь, оказалась не такой уж и тупой. Он рвано выдохнул и сжал зубы на запястье.       Столько жить местью, столько положить на это сил, и так бездарно упустить жертву.       Неужели он этого заслуживает? Конечно, он сам говорил Поттеру о том, что корень всех бед — это Гриндевальд, но страдали родители именно из-за Шикльгрубера, а сейчас он наверняка где-то в Аргентине, где войны никогда и не было, или закрылся за Фиделиусом.       Хотя без трофеев Том не остался. Он аккуратно вытащил из кармана маленький флакон с кровью. Сейчас искать смысла не было, ублюдок наверняка закрылся всеми возможными способами от поисков, но сохранить кровь определенно стоило.       Дверь приглушенно скрипнула, и в ней показался Поттер.       — Не могу успокоиться. Умом понимаю, что моей вины нет, — выдохнул он и повел у своего лица рукой в неопределенном жесте, — но мне жаль.       — Ты отлично знаешь, куда тебе стоит засунуть собственную жалость ко мне, — оборвал его Том.       Поттер выглядел потерянным и растрепанным еще больше, чем обычно. Мракс усмехнулся и прикрыл глаза.       — Да пошел ты. Мне на самом деле стыдно, Мордред тебя дери!       Он бессовестно лег рядом и уткнулся лицом в подушку.       — Я думал, ты совершишь месть, а я смогу тебя еще долго попрекать тебя тем, что мою ты тоже забрал.       — Шикльгрубер жив, — рассудил Том, хотя очень хотелось подтвердить, что виноват один Поттер и никто, кроме него. — Я смогу еще его прикончить. Не будет же он под Фиделиусом всю жизнь прятаться.       — Я помогу.       Поттер положил руку ему на плечо и слегка сжал. Том усмехнулся. Такие эмоции тоже годились.       — Куда денешься.