Шанс

Как только Северус увидел радостно улыбающегося Джеймса Поттера, то сразу понял, что этот учебный год не задался. Все профессора приветствовали нового коллегу, принимая его в свои ряды, а Северусу хотелось головой побиться об стену. Дело в том, что место профессора ЗОТИ на собрании учителей и за столом в Большом зале рядом с профессором зелий. Когда немного успокоившиеся коллеги закончили приветствия и объятия с Поттером, то Северусу волей-неволей пришлось садиться рядом со школьным врагом. Возбуждённые возвращением в школу любимого ученика в роли коллеги, преподаватели ещё долго не могли успокоиться и расспрашивали Джеймса о его жизни, о Лили и сыне. Северус стискивал зубы, чтобы сдержаться и не начать новый конфликт. Трудно объективно оценить, сколько прошло времени, когда совещание приобрело деловое направление. Вот тогда выяснилось, что Джеймс не может в полной мере пользоваться магией, поэтому программа старших курсов ему не по силам, если не хочет неприятных последствий для здоровья. Так же неожиданно всплыло, что программа ЗОТИ на этот год не составлена, планов уроков нет, как и времени этим заниматься. - Северус, ты же поможешь Джеймсу? - с доброй улыбкой спросил Дамблдор, но интонации были такими, что стало понятно, что отказ не принимается. - С какой стати? - холодно проговорил Северус, не желая иметь ничего общего с этим Поттером. - Как же? Вы ведь учились на одном курсе, должны понимать друг друга лучше, чем мы. К тому же ты хотел сам преподавать Защиту, - продолжил гнуть свою линию директор. Остальные учителя его поддержали, словно позабыли маленькую деталь, что Джеймс Поттер и Северус Снейп никогда не были друзьями. Более того Джеймс был одним из заводил, которые отравляли жизнь слизеринцу Снейпу. Что же относительно желания Снейпа стать преподавателем Защиты от тёмных искусств, то на это было несколько причин. Во-первых, Северус хотел научить детей защищаться, тогда как кадровые решения Дамблдора не способствовали повышению уровня знаний у учеников. Как можно чему-то научиться, если каждый год учителя меняются, а их профпригодность вызывает сомнения? Ещё мы помним, что профессора ЗОТИ и зельеварения сидят рядом за столом в Большом зале и на педсовете. И за все годы преподавания в Хогвартсе в прошлой жизни Северус не встречал такого профессора, рядом с которым можно было спокойно находиться. Зато с зельеваром он смог бы найти общий язык, если это, конечно, не Гораций Слизнорт. С эти конкретным зельеваром у него отношения не сложились ещё с первого курса. В конечном итоге большинством голосов было решено, что только Северус может помочь Джеймсу со всеми трудностями преподавания. Наплевав на все прошлогодние обещания, Дамблдор повесил на Снейпа нагрузку по преподаванию Защиты у шестого и седьмого курса, чтобы не потерять "ценного" сотрудника. Пылая гневом и изо всех сил сдерживаясь, Северус мчал по коридорам, направляясь в родное подземелье. И надо же было такому случиться, что именно сейчас он столкнулся с Лили. - Северус! Рада тебя видеть! А Северус словно бы другими глазами взглянул на любовь всей своей жизни и не нашёл в душе радости от встречи. - Сочувствую. Должно быть твои дела совсем плохи, раз ты рада видеть меня, - саркастично проговорил Северус, интонационно выделяя слово "меня". - Всё такой же колючий... А Джеймс вот получил здесь работу... - Хватит! Не хочу ничего слышать о твоём муже в ближайшие... ближайшую вечность. Меня бы больше устроило, если бы Защиту преподавала ты, а этот... твой муж сидел с ребёнком и не высовывался из апартаментов. - Вы поссорились? - Лучше спроси об этом... своего супруга... И Северус быстро удалился, пока не наговорил лишнего всё ещё дорогому ему человеку. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Неизвестно разговаривала Лили со своим мужем или нет, но никто перед Северусом не извинился. Супругов Поттеров поселили в башне Гриффиндора и Лили редко можно было увидеть за пределами этих покоев. Несколько раз Северус замечал её гуляющей с Гарри в школьном дворе или у кромки Запретного леса. И всякий раз поворачивался спиной к любимой женщине и её ребёнку. Впрочем, у него не было времени на встречи или прогулки с Лили. Благодаря Джеймсу его завалили бумажной работой так, что не находилось времени даже на себя. Выбраться к Малфоям вообще было нереально, а ведь это было очень важно, поскольку магия Люциуса продолжает уходить к мёртвому "хозяину". Джеймс же в это время блистал. На всех еженедельных собраниях только и разговору было, что о великолепном профессоре Поттере: какой он остроумный, находчивый, как умеет находить подход к детям, как его все любят. Пока коллеги пели дифирамбы Джеймсу, Северус мрачной тучей сидел рядом с кипой бумаг и особо не вникал в суть разговора. Тоже самое повторялось и во время приёма пищи, когда Джеймс травил анекдоты и в целом стал душой коллектива. Возможно, Северуса это не так сильно раздражало, если бы не директор. Дамблдор так и норовил поставить Снейпу Поттера в пример. На подобные выпады в свой адрес Северус обычно отмалчивался пропуская слова директора мимо ушей, занятый составлением учебной программы для шестых-седьмых курсов по "Защите от тёмных искусств". Браться за эту же работу для курсов с первого по пятый он не стал принципиально. Таким образом до середины октября программа обучения ЗОТИ двух старших курсов была готова и следующими на очереди стояли контрольные и проверочные работы, которые ещё необходимо подготовить, прежде чем проводить. Этим Северус и занялся. Долго так продолжаться не могло и в один "прекрасный" вечер во время очередного педсовета мир между преподавателями разлетелся на куски. Сначала казалось, что всё идёт, как обычно и нет причин для волнения. Альбус Дамблдор и не волновался, когда слушал очередной курьёз от Джеймса, который произошёл с ним на уроке. Не волновался директор и тогда, когда решил попинать профессора Снейпа за то, что он - не Джеймс Поттер. - Северус, ты должен брать пример с Джеймса, - мягко, с добродушной улыбкой, что пряталась в бороде, но отражалась в глазах, проговорил Дамблдор. Но в этот раз всё было иначе и Северус не промолчал. - Вам мало одного шута, директор? Так поищите его в другом месте, а у меня и без того много дел, чтобы ещё и Вас развлекать. Лучше бы мистер Поттер, вместо шуток, занялся программой обучения своих учеников. - Северус, но ты же... - Нет! Что бы Вы ни сказали. Нет! Ещё в прошлом году, когда Вы уговаривали меня, самого молодого мастера-зельевара, работать в Хогвартсе, мне обещали свободное время для занятия зельями и многое другое. По итогу уже в этом году Вы забыли обо всех обещаниях и я вынужден заниматься делами мистера Поттера всё своё свободное время. Если Вам вдруг интересно, то я не могу найти время даже на отдых и сплю в лучшем случае четыре часа в сутки. И после этого у Вас хватает наглости требовать от меня подражать Вашему любимчику? Серьёзно? Северус обвёл взглядом немного пристыженных коллег. - Если и сегодня Вы не собираетесь обсуждать ничего важного, то я пойду работать к себе. Не дожидаясь ответа, Северус собрал стопку листов бумаги, убрал чернильницу и перо и молча покинул собрание. После подобной эмоциональной речи было сложно вернуть непринуждённую атмосферу вечеру и постепенно один за другим профессора покинули собрание. Неожиданно для Северуса в его покои кто-то постучался. Этим кем-то оказался профессор Флитвик. - Прошу простить мне это вторжение. Я надеюсь, что ты не откажешься от небольшой помощи. И Северус не отказался. Декан факультета Рейвенкло часто вызывал улыбки у коллег из-за слишком писклявого голоса и низкого роста. Многие считали его добряком и совершенно неопасным противником. Весь факультет просто обожал своего декана, а ученики с других факультетов любили профессора за его педагогический талант. При всём при этом многие слышали, что профессор Флитвик мастер-дуэлянт, но воспринимали эту информацию как чью-то шутку. И вот Северусу выпала возможность лучше узнать полугоблина. Филиус действительно прекрасно разбирался в боевой магии и способах защиты от разного рода негативного воздействия. Его советы и предложения в значительной мере помогли разобраться с бумажной работой. Занимаясь одним делом, они неожиданно нашли много общих тем. Филиус оказался эрудированным магом и мог поддержать беседу на любую тему. Схожее положение дел было и с Северусом, который превосходно разбирался не только в зельях. Если не вступать с ним в конфликт и не заострять внимание на некоторой... образности подачи информации, которая тем не менее никогда не скатывалась до идиом, то Северус становился интересным собеседником, с которым можно дискутировать на обширный спектр тем. Изменившиеся взаимоотношения между Снейпом и Флитвиком не остались незамеченными. Они стали часто общаться за столом, обсуждая одним им понятные темы, что невозможно было не заметить. На самом деле МакГонагалл, Спраут или Дамблдор вполне понимали, о чём говорят двое их коллег, но их знаний было не достаточно, чтобы понимать суть. Впрочем, были и те, кто банально не замечал неожиданной дружбы двух таких разных деканов. Открыть глаза на этот факт помог Хэллоуин. В Хогвартсе, при поддержке директора Дамблдора, традиционно праздновали Хэллоуин, а не Самайн. Дамблдор посчитал, что Самайн слишком мрачный, а вот магловский маскарад нечисти очень даже замечательная традиция для юных магов. Таким образом тридцать первого октября школа украсилась тыквами и летучими мышами, а у детей было приподнятое настроение. За праздничным ужином дети с удивлением заметили, что профессор Снейп вошёл в зал вместе с профессором Флитвиком и при этом они оживлённо беседовали. Но чем дальше, тем удивительнее, ведь заняв свои места за столом, профессора не прервали разговор. Это было удивительно, поскольку с самого начала учебного года профессор Снейп был мрачнее тучи и уже давно ученики не видели его без неизменной стопки бумаг. Теперь же он был с пустыми руками и выглядел почти весёлым без гримасы вечного недовольства. Ученики переговаривались и удивлённо поглядывали на преподавательский стол. Всего одного года оказалось достаточно для создания репутации Ужаса Подземелья. Один год и никто уже не вспоминал о том, что Снейп когда-то учился здесь с ними, как и о том, что кто-то мог позволить себе издеваться над ним. Весть, что Снейпа в жизни старших курсов станет на один предмет больше, уже не так возмущала, пусть и не добавляла радости. Впрочем, уроки ЗОТИ в исполнении Снейпа кардинально отличались от зелий, хотя в обоих предметах было много практики и всякого рода эссе. Так что все успели привыкнуть, что профессор Снейп - это мрачный тип, что носит чёрную одежду и никогда ничему не радуется. А тут ученики увидели мирную беседу Снейпа с добряком Флитвиком, и при этом зельевар не был похож на нежить, с которой ассоциировался у юных магов. В связи с новым открытием ученики с наиболее буйной фантазией стали утверждать, что Сами-Знаете-Кто (Снейп, конечно, а не Волдеморт, просто имя злобного профессора опасались произносить вслух, поскольку тот мог это почувствовать, найти сплетников и поснимать с них сотни баллов) влюблён в профессора Флитвика, а добродушный декан факультета Рейвенкло, по простоте душевной, просто не замечает этого. Конечно, мало кто искренне верил в подобный бред, но распространению сплетен это не мешало. Кроме самой бредовой и фантастической сплетни, существовала теория о том, что профессор Флитвик находится под воздействием непростительного, которое заставляет его поддерживать дружеские отношения со Снейпом. Некоторые высказывали догадки, что Снейпу что-то нужно от полугоблина, поэтому он и пытается "втереться в доверие". Учителей такое положение дел удивляло не меньше, хотя они сами видели, как Филиус помогал Снейпу с работой, что в принципе не было чем-то из ряда вон выходящим. Они и сами буквально опекали другого молодого преподавателя Джеймса Поттера. Но Поттер был душой коллектива: весёлый, открытый, легко шёл на контакт, рад был помочь в ответ, у него сложности с использованием магии, а ещё он должен был заботиться о жене и сыне. Как такому замечательному человеку не помочь? Ничего общего с Северусом Снейпом, с которым было трудно даже просто общаться. К слову, коллегам ещё повезло, что они не знали некоторых подробностей этой странной дружбы. Когда Северус смог хоть немного свободнее вздохнуть и два декана начали открывать друг друга как умных, образованных магов с обширными знаниями, Флитвик предложил Снейпу уроки дуэлинга. Зельевар не отказался и вскоре маги встретились на дружеском магическом бое, чтобы оценить уровень мастерства друг друга. Северус не опасался неожиданностей, ведь благодаря напряжённым летним тренировкам он полностью контролировал свою магию. Конечно, полугоблин может догадаться, что Снейп стал магически сильнее, но он не из тех, кто поделится своими мыслями с директором. Во время боя стало понятно, что Снейп - искусный маг и особой надобности в дополнительных уроках по боевой магии нет. Но настоящий боец не может без тренировок, поскольку любое умение необходимо поддерживать на определённом уровне, если не хочешь утратить навык. Поэтому Флитвик предложил Северусу совместные тренировки, чтобы оттачивать мастерство и поддерживать рефлексы на высоком уровне. Снейп очень хотел бы, чтобы его боевые навыки никогда не пригодились в будущем. Но не все крестражи пойманы, многие Пожиратели на свободе и могут угрожать безопасности и жизни дорогих ему людей. Так что не время расслабляться! И Северус согласился. Как хорошо, что ни директор Дамблдор, ни преподавательский состав Хогвартса даже не догадывались, насколько опасные и сильные боевые маги были среди них. Как хорошо, что они и подумать не могли о том, что эти маги хотя бы раз в неделю сражаются друг с другом в тренировочном бою, оттачивая свои умения. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ В начале ноября Северус смог выбраться в Малфой-менор. Люциус к тому времени уже был готов "болеть". Какая-нибудь неопасная, но неприятная болезнь, например, магловский грипп, была бы прекрасным объяснением временного отсутствия лорда Малфоя в жизни общества. И почва для этого уже была готова, оставалось лишь дождаться, когда Снейп соизволит освободить Люциуса от метки. Таким образом, когда Северус объявился в меноре, Люциус с трудом дождался перехода к волнующей его теме. - Ты уверен, что готов избавиться от метки? - уточнил Северус и увидел в глазах Малфоя ответ. - В обществе не возникнет вопросов по поводу моего отсутствия, если тебя это волнует. Или мистер Уилкес... умер? - Нет, он жив. - Тогда мне нечего опасаться. Следует покончить с этим делом раз и навсегда. - У меня есть... предложение. - Я слушаю. - Алтарь - сердце каждого менора и одна из его основных функций это защита всех членов семьи, рода. Люциус согласно кивнул, ведь алтарь действительно был главным артефактом каждой чистокровной семьи. Он не только аккумулирует в себе силу рода, но и поддерживает магию детей рода, защищает наследника. Поэтому очень важно, чтобы наследник рода рос именно в меноре и вообще часто проводил время дома, где алтарь способен его защитить. - Я считаю, что ритуал по снятию метки стоит проводить где-нибудь неподалёку от главного ритуального зала, чтобы сила рода помогла тебе легче перенести процесс освобождения от вредоносной метки. - В главный зал не просишься? - по-доброму усмехнулся Малфой. - Я не готов войти в твою семью, Люциус, поэтому нет, не прошусь. Дело в том, что главный ритуальный зал, это помещение, где находится алтарь рода. Естественно, что такое богатство посторонним не показывают, а те же Принцы и своим не всем доверяют. Так что попасть к алтарю можно при наличии близкого кровного родства с родом или при вхождении в род через заключение брака. Например, Люциус может быть приглашён в главный ритуальный зал, поскольку его супруга Нарцисса в девичестве принадлежала роду Блэк. Из этого следует, что любой Блэк тоже может спокойно войти в главный ритуальный зал Малфой-менора, если его туда пригласят. Северус же не был связан близкими родственными связями ни с Блэками, ни с Малфоями, поэтому и зал с алтарём был для него закрыт. Люциус не стал отрицать, что в предположении Снейпа есть смысл. Ещё немного посидев, пока домовики подготавливали малый ритуальный зал, маги всё же спустились в подвал. Люциус вёл себя непринуждённо, словно не ему предстояло пройти через болезненную процедуру, и как будто его всё это совершенно не волновало. Зато Северус прекрасно понимал, что скоро произойдёт, ведь успел уже в полной мере налюбоваться мистером Уилкесом, поэтому не мог полностью отбросить эмоции. - За какой стеной алтарь? - За этой, - проговорил Люциус и указал на стену напротив двери. - Тогда становись возле неё и обнажи предплечье с меткой. - Зелья пить не нужно? - Лучше не рисковать. У меня не было времени что-то придумать, поэтому зелья оставим на потом. Люциус пожал плечами, как бы говоря, что зельевару виднее и он готов слушаться указаний. В подтверждение этого лорд Малфой опёрся спиной о стену зала, что граничила с главным ритуальным залом, и закатил рукав, оголяя предплечье. Сделав глубокий вдох, Северус задержал дыхание и медленно вздохнул, успокаиваясь. Теперь он был готов снять метку с Малфоя. Взяв в руку палочку, Снейп чётко единым словом проговорил: - Виамбрасэ*! И коснулся палочкой черной метки. Змея на руке Люциуса зашипела и начала медленно исчезать. Кожа на том месте, где находилась метка, покраснела, а из глаз Малфоя потекли слёзы. Несколько секунд маг храбрился и пытался сдержать крик боли. Но Северус не преувеличивал, когда говорил, что метка исчезает очень болезненно. Поэтому вскоре через стиснутые зубы прорвались стоны боли. Кричать Люциус уже не мог, да и дышал хрипло, рвано, с трудом втягивая в лёгкие воздух и с не меньшим трудом выдыхая его обратно. Северус делал вид, что ничего не замечает и следил лишь за тем, как исчезает метка. Кожа на руке Малфоя уже была не просто красной, а багровой. При этом метка исчезла лишь до половины. Впрочем, боль от разрыва магических нитей связи между рабом и хозяином не усиливалась, а кожа не приобретала красно-черный оттенок, как это было с Джаредом Уилкесом. Северус был прав и алтарь рода Малфой, как смог, защитил своего владельца от неприятных ощущений при освобождении от метки. Собственно, Люциус чувствовал боль, потому что энергоканалы, которые связывали его с Волдемортом, за несколько лет глубоко проросли в магическое ядро и теперь без анестезии с корнем вырывались из него. Когда метка полностью исчезла, Малфой уже не мог стоять на ногах и издавать какие-либо звуки. Зельевар достал из поясной сумки несколько фиалов с зельями и, массируя горло, заставил Люциуса выпить обезболивающее, восстанавливающее и общеукрепляющее. Применять магию к только что прошедшему через опасный ритуал Малфою Северус не рискнул. Сейчас маг был наиболее уязвим и беззащитен перед чужой магией, поэтому тащить Малфоя из подвала пришлось без магии, на себе. Северус шёпотом ругал холодные подвалы, тяжёлых блондинов, которые совершенно не помогали своей транспортировке, высокие ступеньки и крутой подъём лестницы. Дотянув Малфоя до первого этажа, Северус с чистой совестью сгрузил лорда на тёплый ковёр коридора и ушёл искать хозяйку дома. Нарцисса нашлась в гостиной с транспортным камином. - Всё прошло успешно, насколько это возможно при снятии метки. Люциус слаб и самостоятельно передвигаться пока не может. Я оставил его в коридоре. Магию к нему в ближайшие сутки лучше не применять, разве что диагностические чары. Был рад вас посетить, но мне пора возвращаться. Завтра занесу мазь. Северус выставил на журнальный столик ряд бутылочек с восстанавливающими и обезболивающими зельями. - Этого должно хватить. До свидания. Не успела Нарцисса и слово вставить в монолог зельевара, как тот уже схватил горсть летучего пороха и переместился в свои покои в Хогвартсе. Нарцисса посмотрела на бутылочки на столе. Она в достаточной степени разбиралась в зельях, чтобы понимать, что именно оставил Снейп, да и с дозировкой она способна разобраться самостоятельно. Значит необходимо позвать на помощь кого-то надёжного, кто помог бы отнести Люциуса в его покои. Негоже лорду разлёживаться на полу посреди коридора! ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Люциус Малфой вернулся к активной общественной жизни через три дня. Как Северус и предсказывал, большую часть первых суток после ритуала Люциус провёл в бессознательном состоянии. Исполнительные домовые эльфы сообщали хозяйке Нарциссе, когда хозяин Люциус приходил в себя. В это время Нарцисса поила мужа зельями, предварительно, конечно, накормив. Вечером первого дня Северус пришёл проведать друга и заодно принёс заживляющую мазь для воспалившейся кожи на руке. На вторые сутки Люциус уже дольше пребывал в сознании, хотя страшная слабость не давала ему активно двигаться или вставать с постели. Лишь на третьи сутки он смог самостоятельно стоять. О том, чтобы передвигаться, не было и речи. Но Люциус считал, что и так потерял много времени, поэтому, напившись зелий и собрав волю в кулак, он отправился в Министерство. Даже на зельях он не смог продержаться дольше часа, при том что большую часть этого времени лорд Малфой сидел. С другой стороны и часа хватило, чтобы маги, наделённые властью, убедились, что Малфой всё ещё в игре. Полностью восстановиться Люциус смог через две недели и сразу заметил разницу. Магия, не сдерживаемая рабской меткой, стала спокойной и послушной воле Малфоя, а её сила увеличилась. Не так значительно, как у Снейпа после знакомства с демонидом, но всё же заметно. Убедившись, что с Люциусом всё в порядке, Снейп назначил встречу Блэкам. Регулус предположил, что речь пойдёт о крестражах, но ошибся. Северус появился в камине Блэк-хауса к пятичасовому чаю, поэтому разговор был отложен на потом. Поприветствовав лорда и леди Блэк, Северус приветливо кивну Регулусу и поискал взглядом Сириуса. - Брата нет дома. Когда он узнал, что ты придёшь к нам сегодня, то ему срочно понадобилось навестить друзей, - проговорил Регулус. - Предлагаю пройти в зелёную гостиную и насладиться чаем. Леди Вальбурга сделала вид, что не слышала слов сына, придерживаясь предписаний традиций на подобный случай. За чашечкой чая не говорили о серьёзных вещах, чтобы не испортить атмосферу. После чая Регулус собирался увести Северуса, чтобы поговорить наедине. - Думаю, что лорду и леди Блэк тоже нужно услышать то, что я хотел сказать, - проговорил Северус и все остались на своих местах. - Волдеморт был невероятно харизматичным магом. Его сила завораживала многих, а речи собирали толпы последователей, которых он отмечал своим знаком. По скучающим лицам присутствующих было видно, что Северус не сказал ничего такого, о чём бы Блэки не знали. - Знак принадлежности к последователям Лорда на самом деле клеймо раба. - Это всё очень интересно, но не стоило утруждать себя, если это всё, что ты хотел нам рассказать, - холодно прервала речь гостя Вальбурга. - Нет. Это не всё. У Вашего сына на руке стоит эта метка. - Это обвинение? - усмехнулась Вальбурга. - Нет. Я пришёл сюда потому, что могу избавить Регулуса от рабской метки, что крадёт часть его силы и паразитирует на магическом ядре. Северус почувствовал, как воздух начал искрить от напряжения. Однако в этот раз все молчали. - Волдеморт не соблюдал обычных правил нанесения клейма, поэтому и избавиться от него не просто. Более того, эта процедура очень болезненна и последует длительная реабилитация даже с учётом применения зелий. - И что мы будем должны тебе за услугу, - подал голос лорд Блэк. - Ничего. Будем считать, что это моя благодарность за то, что Ваша супруга сделала для меня. - Это разумная цена, - согласился Орион. - Тогда стоит обсудить детали и назначить дату ритуала, - подвёл итог Северус и принялся обсуждать детали. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Двенадцатого декабря Северус прибыл в Блэк-хаус и провёл ритуал избавления от тёмной метки для Регулуса. Убедившись, что алтарь рода помогает перенести все неприятные ощущения от ритуала, Северус убедил пустить его в малый ритуальный зал Блэков. Поскольку Регулус был наследником рода и их сыном, Орион и Вальбурга не оставили беззащитного сына наедине с потенциально опасным магом. Конечно, у них не было причин не доверять Снейпу, но и предосторожность не будет лишней. Северус не протестовал, ведь ему достаточно было одного почти бесчувственного мага, которого пришлось тащить на первый этаж дома. А так эта почётная обязанность вполне могла перейти к лорду Блэк. Регулус перенес ритуал лучше, чем Малфой. Вероятнее всего это связано с тем, что метка не успела так сильно прорасти в его теле, поскольку и метку он получил сравнительно недавно. Но в любом случае Регулус устоял на ногах и мог ими передвигать, пусть и не без посторонней помощи. Хотя и у него место на руке, где раньше была метка, смотрелось ужасающе. Но молодой организм восстанавливался достаточно быстро, ведь Регулус и пострадал не сильно.