Шанс

Как только Северус пришёл в себя после ритуала, он вернул дневник в свой сейф. Пытаться уничтожить крестраж пока не стоило, ведь ритуал "сожрал" слишком много сил. Гости прошедшего "мероприятия" не стали задерживаться дольше необходимого и утром покинули Принц-менор. Люциус вернулся к своим делам, словно ничего не произошло, хотя ему и было любопытно узнать подробности произошедшего. А Регулус совсем немного пробыл ещё дома, пока не покинул Британию до летних каникул. Северус, пользуясь отговоркой об исследованиях, ещё дней пять пробыл в меноре, восстанавливая силы. Но к возвращению основной части детей в школу, зельевар вернулся в Хогвартс. Последний триместр всегда отличался напряжённой работой, ведь это конец года, пора экзаменов и контрольных. По традиции хуже всех в этот триместр приходилось пятым и седьмым курсам, у которых проходили СОВы и ЖАБА. И, если для студентов подобная нервотрёпка - явление временное, то учителя переживают все эти экзамены из года в год. Когда учишься, не задумываешься, что учителя тоже переживают за учеников и результаты Министерских экзаменов. Если у преподавателя нет любимчиков на пятом или седьмом курсе, то он всё равно переживает, ведь результаты экзаменов - это показатель его объективности. Пожалуй, только Снейп не волнуется за своих учеников. Как мастер он весьма востребован и из Министерства не поступит рекомендация его уволить. А в знаниях своих учеников Снейп был уверен, как и в собственной объективности. Если пять лет в школе ученик не мог сварить простейшее зелье, то в день экзамена он не станет гением. Скорее стоит переживать о том, чтобы способный ученик не начал волноваться и не испортил из-за этого зелье. С другой стороны, если способности ученика никуда не пропали во время уроков у умеющего вывести любого из равновесия профессора Снейпа, то и на экзамене ему бояться нечего. Придерживаясь подобных взглядов, Северус достаточно равнодушно переживал СОВы и ЖАБА. На самом деле его больше угнетала необходимость готовить задания на экзамены и проверять их результаты. Пусть учебная программа особо не менялась и вопросы на экзаменах практически повторялись из года в год, но всё же приходилось их как-то видоизменять, чтобы ушлые студенты не смогли этим воспользоваться. А проверка работ - это те ещё пожиратели времени, особенно если учитель ответственно подходит к своим должностным обязанностям. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Закончился учебный год на торжественной ноте распределения бюджета. Казалось, что коллеги полны сил и энтузиазма сражаться за каждый кнат из выделенных на следующий год денег, а Северус уже сейчас чувствовал себя уставшим. Впрочем, эта усталость была не физической или магической. Нет. Такую усталость испытывают люди, что долго шли к цели и оказались в одном шаге от неё. Казалось бы ничего не стоит сделать этот шаг, но финальный аккорд этой истории не за ним. Уничтожить крестраж может яд василиска или некромант. Иными словами, Северус при всём желании не может сделать последний шаг и избавиться от Волдеморта раз и навсегда. Поэтому нет ничего необычного в том, что Снейпу происходящее вокруг не очень интересно. С наступлением отпуска Северус в первую очередь связался с Регулусом. Тот оперативно ответил и в письме заверил, что нет особых требований к тому, в какой день можно воспользоваться ножом. Обрадованный этой новостью, Северус вновь отправился к лорду Принц с просьбой воспользоваться менором. Насколько он был знаком с теорией, разрушение крестража будет сопровождаться магическим выбросом и большая часть высвободившейся магии уйдёт на уничтожение души Волдеморта. Но даже те остатки магии, что будут не востребованы, не останутся без внимания Министерства. Слишком мало сейчас подобных магических всплесков и слишком пристально их отслеживают, в надежде на тупость Пожирателей. Но не стоит забывать, что родовые дома магов строились на местах силы. Здесь и более тёмные ритуалы можно скрыть от глаз общественности и взора министерских работников. Но сотрудники Министерства всё чаще стали отходить от древних традиций и всё меньше внимания уделяется такой действительно важной информации. Почему-то многие считают, что дома магов почти не отличаются от магловских домов и так же легко отслеживаются. Естественно, аристократы не спешат разубеждать Министерство в его заблуждении, вовсю пользуясь этой абсурдной верой. Инграм вполне охотно дал согласие на уничтожение крестража в меноре. - В этот раз будет только наследник Блэк? - Да. В присутствии Люциуса Малфоя в этот раз нет необходимости. - Хорошо. Можешь приводить друга. Будет интересно посмотреть на работу некроманта. - А разве Вы не видели магию лорда или леди Блэк в действии? - уточнил Северус. - Видел. Но магия некромантов не первый год находится под запретом, поэтому никто из некромантов семейства Блэк не спешит демонстрировать именно эту сторону своей магии. Северус кивнул, в знак того, что понимает энтузиазм Инграма. После разговора с главой рода Снейп собирался покинуть дом, но на первом этаже столкнулся с Данаей. Пожилая леди не согласилась так просто отпустить внука. - Мы и так мало видимся, Северус. Разве это не печально? Если не хочешь оставаться здесь жить, то останься хотя бы на ужин, сделай мне маленький подарок. Северус умел отвечать на грубость, "шутки", откровенное хамство, попытки унизить, приказы и многое другое. Вот только это "другое" чаще всего носит негативный характер. А перед искренней заботой и хорошим отношением он оказался совершенно беззащитен. Поэтому Северус растерялся услышав от бабушки, что она считает его присутствие в своём доме подарком. Хладнокровия хватило лишь на максимально отстранённое: - Хорошо. Я останусь на ужин. Видеть тёплую улыбку было уже выше его сил и Северус поспешил удалиться хотя бы в библиотеку, лишь бы подальше от Данаи. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Последний этап борьбы с Волдемортом начался с встречи Северуса и Регулуса в доме Снейпа. Далее Северус аппарировал их в Принц-менор и оставил Блэка со своими родственниками, а сам отправился в Гринготтс за крестражем. Пока Снейп отсутствовал, Инграм и Даная пытались найти темы для разговора. Беда в том, что Принцы давно уже живут в изоляции и мало интересуются реалиями современного магического мира. К тому же лорд и леди Принц не некроманты, а обсуждать родовую магию с посторонними как-то не принято. Вот Инграм и пытался подобрать наиболее приемлемую и нейтральную тему. - Как поживает леди Вальбурга? Всё ещё бодра и полна сил? - отстранённо спрашивает он. - Да. Матушка как всегда активна, хотя они с отцом доживают свои последние года. - Разве можно так говорить о своих родителях? - с мягким укором произносит Даная. - Нет-нет! Вы так меня не поняли! Всё дело... Вы ведь знаете о нашем родовом даре? - Это всем известно, что Блэки - некроманты, - спокойно замечает Инграм. - Возможно, раньше это и было так, но сейчас люди стали забывать об этом. Мы не в обиде, ведь Министерство слишком предвзято относится к некромантии. Но речь сейчас не об этом. Благодаря нашему дару, вступив в полную силу и... скажем так, обуздав свой дар, мы чувствуем приближение смерти. Отец уверен, что в ближайшие годы он с матерью уйдут за грань. Поэтому я и говорю, что они доживают последние годы. Повисло неловкое молчание. Собравшись с мыслями, Даная предприняла попытку завязать разговор: - У Вас ведь есть старший брат, насколько мне известно? - Да. Сириус. - Почему же в таком случае род наследуете Вы? - Брат... показал себя недостойным наследником. Матушка не выжгла его с родового древа, но была близка к этому. Лезть в дела семейные и более подробно интересоваться Сириусом Блэком Даная не стала. Она с надеждой посмотрела на мужа, но Инграм тоже не знал, о чём бы ещё нейтральном поговорить с парнем. Затянувшееся молчание прервал вернувшийся с артефактом Северус. Северус, как и Инграм, рассчитывал увидеть нечто невероятное в исполнении Регулуса. Юный некромант должен был показать им нечто из разряда высшей некромантии. Но на самом деле всё было до банального скучно. Северус достал дневник из шкатулки в том же месте в саду, где они собирали осколки души Волдеморта в единый крестраж. Регулус попросил зрителей отойти и достал знаменитый нож некромантов. Ничего особо примечательного в ноже не было: обоюдоострое лезвие длинной приблизительно в семь дюймов*, чёрная деревянная рукоять без каких-либо украшений. В общем, нож не производил впечатление чего-то необыкновенного и мистического. Самый обыкновенный нож. Уничтожение крестража тоже не сопровождалось чтением сложных заклинаний, ритуальными танцами или световыми эффектами. Регулус несколько минут постоял с ножом в руках, лезвие слегка засветилось или это солнечный блик отразился от него. А дальше одним ударом Регулус загнал нож в дневник, который тут же начал кровоточить. Зрителей и некроманта попыталось отбросить волной магии, но Блэк устоял и не отпустил рукоять ножа. За волной послышался крик боли и всё стихло. Крестраж был уничтожен, а Северус ощутил некое разочарование. Главное событие последних лет пришло к логическому завершению, но произошло всё настолько обыденно и пресно, что хотелось спросить: "И это всё? Я вот этого ждал столько лет"!? Впрочем, Северус был не одинок в этом чувстве. Инграм тоже ожидал увидеть что-то торжественное или хотя бы зрелищную борьбу некроманта и души, заключённой в артефакт, что теперь чувствовал себя обманутым. - Что ж, с Тёмным Лордом отныне навсегда покончено, - резюмировал Снейп. - Да. Он больше не сможет вернуться и это прекрасно! Регулус радовался и даже не пытался скрыть своей радости. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ В этот год день рождения утратил ту радость, за которую Гарри его любил. Родители честно старались радоваться и дарить праздник сыну, но теперь в их жизни были малыши-двойняшки, которые затмевали Гарри. Пожалуй, единственным, для кого ничего не изменилось, был Сириус. Он и время для крестника нашёл, и играл с ним, всецело посвящая себя Гарри и игре. Сириус не давал грустить и целиком отвлёк мальчика от забот о младшеньких. Лили мягко укоряла Сириуса, что он разбалует ребёнка, но мало чего добилась. - Он - мой крестник! Почему я не могу побаловать его, тем более в такой день? Педагогические выкладки и цитирования Дамблдора не производили на Блэка абсолютно никакого впечатления. Он слушал, согласно кивал, а потом говорил: - Всё это замечательно, но при чём здесь я? Вы - родители, вы и воспитывайте! Поскольку влияние Сириуса на Гарри нельзя было считать негативным, то Лили достаточно быстро смирилась со всеми послаблениями, которые приносил с собой Блэк. Да и не так уж сильно она одёргивала заигравшегося друга. Джеймс же почти не вмешивался в воспитание детей, переложив эту обязанность на супругу. В последнее время он вообще немного отстранился от семьи, пребывая в поисках себя. Джеймс постоянно пробовал что-то новое, пытаясь найти дело по душе, изредка он посещал Гринготтс для согласования различных вопросов. Однако семейные дела, как и счета, он целиком и полностью доверил гоблинам. Лили пыталась намекнуть супругу, что это может быть тем самым делом, которое он ищет. Но Джеймс отшучивался и говорил, что не создан для бумажной работы. Если бы не история с Волдемортом и постоянная угроза расправы со стороны его последователей, то Джеймс с радостью последовал бы примеру Сириуса, став аврором. Но не сложилось. Приходилось искать что-то другое. Какое-то занятие, где бы от него требовались действия, а не скучное перекладывание бумаг из одной стопки в другую. В общем, главным клоуном на дне рождения Гарри был Сириус. Почти весь день они провели вместе. Других детей, кроме братишки и сестрички, поблизости не было, поэтому уже полноценный бравый аврор Сириус Блэк на несколько часов превратился в ребёнка. К ним иногда присоединялись Ремус или Лили. Но Ремус был слишком серьёзным, чтобы дурачиться, не чувствуя себя при этом идиотом. А Лили постоянно отвлекалась на младших детей, переживая, что уделяет им недостаточно внимания. И вот в один из таких моментов, когда Гарри и Сириус были только вдвоём, мальчик решился спросить: - Сири, а почему вы с Ремом никогда даже за руки не держитесь? - Что? Сириус смотрел на Гарри, словно не понял смысл вопроса. Мальчик покраснел от стыда, хотя и знал, что всё выговорил правильно. - Вы же с ним, как мама с папой, правда? Но вы никогда даже за руки не держитесь и рядом никогда не сидите... - Нет, Сохатик. Ты ошибся. Мы с Ремом не вместе, как твои родители. С чего ты это взял? - рассмеялся Сириус, как только понял, о чём говорит Гарри. - Не знаю. Просто он так на тебя смотрит, когда ты не видишь, как папа смотрит на маму... - Думаю, что тебе показалось, - всё ещё посмеиваясь проговорил Сириус. - Нет! Я точно видел! И не один раз! - Верю-верю! Не горячись, Сохатик. Но мы правда всего лишь друзья. - Жалко... - грустно прошептал Гарри, но Сириус его услышал. Чтобы отвлечь мальчика, он предложил покататься на метле. Естественно, Гарри радостно согласился. Воровато оглянувшись по сторонам, чтобы строгая Лили их не перехватила и не наругала, Сириус сбегал в дом за метлой и повёл мальчика на открытое пространство, где можно спокойно взлететь. Пока они летали и Гарри кричал от восторга, Сириус постоянно возвращался мыслями к разговору про Ремуса. Постепенно восторг полёта оттеснил на второй план эти мысли, но исчезать они и не думали. На земле их поджидала Лили с шутливой гневной речью о безответственности Сириуса. Но в целом, шалость удалась и никто не выговаривал им за полёт. Стоило Сириусу увидеть Ремуса, как в голове снова звучали слова крестника о неравнодушности оборотня к нему. Сириус всматривался в друга и пытался понять, что он сам к нему чувствует. Почему-то Блэк не усомнился в наблюдательности ребёнка. "Как папа смотрит на маму" - это однозначно должно свидетельствовать о любви и сексуальном притяжении. Сирису казалось, что Люпин сам признался ему в любви, пусть и через Гарри. А теперь, глядя на него, Сириус пытался понять, как бы он отреагировал на подобные слова со стороны Ремуса. Оттолкнул? Точно нет, ведь Ремус всегда готов был принять его. Именно он поддержал Сириуса, когда это было наиболее важно для него. К тому же он вспомнил, как обещал Ремусу стать его семьёй. Когда Блэк и Люпин покинули дом Поттеров, Сириус неожиданно заявил: - Я останусь сегодня у тебя. Ты же не против? Ремус смотрел себе под ноги, не поднимая взгляд на друга. - Не против. Оставайся, - негромко проговорил он. Тогда они оба аппарировали в лесной домик. Уже лёжа в постели и смотря на соседнюю кровать, где вроде бы уже спал Ремус, Сириус внезапно осознал, что ему тоже жаль. Жаль, что Ремус не подошёл и не признался ему в любви. Жаль, что они не состоят в отношениях. Жаль, что они не семья! Долго сожалеть и предаваться унынию Сириус не умел. Решившись, он встал с постели, подошёл к кровати друга и нагло залез к нему под одеяло. Ремус вздрогнул и отодвинулся, насколько это было возможно на узкой кровати, выдавая этим, что он не спит. - Не хочу спать один, - пояснил Сириус свои действия. - Ты же не прогонишь меня? Ремус тяжело вздохнул: - Не прогоню. Спи. Сириус улыбнулся и притянул оборотня поближе к себе. Так они и заснули, тесно прижавшись друг к другу, почти обнимаясь, но не чувствовали из-за этого дискомфорта. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Желая порадовать Данаю, Северус на весь остаток отпуска поселился в особняке Принцев. Наиболее важные цели, которые он ставил перед собой, были достигнуты и можно расслабиться. Жить в праздности Северус не умел, хотя никаких новых целей у него ещё не было. Да и финальный акт избавления от крестража оставил после себя меланхолию и нежелание что-либо делать. Тем не менее Северус целыми днями возился с зельями, а по вечерам предавался чтению "Истории". Экспериментировать он в таком состоянии не решался, поэтому просто варил яды в надежде, что проверенное средство вернёт ему душевный покой. В "Истории" наступили времена, когда в мир иной отправились последние Основатели Хогвартса. Новым директором стал бывший декан Гриффиндора, что само собой напоминает новую традицию, ведь многие директора школы и дальше будут гриффиндорцами. В Британии тем временем происходили изменения. Постепенно образовались устоявшиеся королевства, к власти пришли норманны во главе с герцогом Вильгельмом, а потом и его дети. Но для магов главное, что в общество англичан всё плотнее входит вера в Христа. Конечно, духовенство не имеет такой власти, как в той же Франции, но маги начинают чувствовать себя всё неувереннее в магловском мире и всё чаще начинают витать в воздухе идеи отделения магического мира. Как известно из официальной истории магического мира, это эпохальное разделение миров состоится в 1689 году с принятием "Международного статута о секретности". Тем не менее, повальная христианизация населения и укрепление веры людей в то, что любое проявление магии следует немедленно уничтожить, уже в те времена беспокоила думающих магов. Впрочем, маги Британии на тот момент были разрознены. Каждый преследовал свои цели и не стеснялся использовать духовенство или толпы крестьян ради уничтожения другого магического рода. Принцы мало отличались от других амбициозных семей и тоже пользовались услугами третьих сил, чтобы укрепить свои позиции. Как Северус и предполагал ранее, при прочтении "Ритуала", Принцы старались собрать все возможные тайные знания, вступая в закрытые сообщества и организации. Были умельцы, которые пытались таким образом сохранить древние знания. Были и те, кто искренне верил в Иисуса и его земной жизненный путь. Такие пытались докопаться до истины и сохранить для потомков все истинные реликвии сына Божьего. Ярким примером последователей второй группы людей были священные рыцарские ордена. В расцвет рыцарских сообществ начались крестовые походы, которые не несли особого смысла, да и экономически выгодными их было сложно назвать. Малая часть рода в это время покидает пределы Британии вместе с рыцарями орденов. Пусть все эти рыцари позиционируют себя священными и практически каждый член ордена - это паладин, однако на войне ни один святой рыцарь не отказывался от целебных зелий. Умение обращаться с оружием в это время стало одной из необходимых наук среди родовитых магов, но всё же маги не рвались на передовую. Принцы, вступившие в ордена, тоже старались оставаться в арьергарде** войск, исполняя роль полевых лекарей. В то время, когда основные силы покидали страну, власть переходила в руки менее "благородных" аристократов, которые по разным причинам не захотели умирать за Гроб Господень. Само собой разумеется, что в Англии происходили разного рода бесчинства и смуты. Конечно, для оставшихся дома Принцев это стало неплохим шансом завоевать больше влияния. Северус читал страницы "Истории" заполненные кровью и страданиями и не находил в себе сил действовать. Если смотреть адекватно, то действия Принцев мало отличаются от того, что творил Волдеморт. И вот тут возникает вопрос, а чем они лучше последнего Тёмного Лорда? Понимание, что сейчас в нём говорит та самая меланхолия, ни в малейшей степени не помогало прийти в себя и найти другую великую цель. Мимоходом в книге прозвучало упоминание о Годриковой Лощине. Северус усмехнулся, наткнувшись на это название, ведь один из Основателей умер в Хогвартсе. В разделе, посвящённом тем событиям, ясно сказано, что родственники Гриффиндора не пожелали связываться с его детищем. Более того они не забрали тело Годрика и не стали хоронить его в этой самой Лощине. Да если сравнивать года, что Гриффиндор прожил в Лощине и сколько он жил в Хогвартсе, то это место не имеет право носить его имя. Однако маги не успокаивались, продолжая твердить о значимости родной для них местности, где родился сам Годрик Гриффиндор, что это имя навечно привязалось к местности. Впрочем, упоминание о Лощине сподвигло Северуса покинуть менор и отправиться к дому Поттеров. Он не собирался заходить в гости к ним, но внезапно захотелось посмотреть на жизнь уже не Мальчика-Который-Выжил, а обычного ребёнка магов Гарри Поттера. Подойдя на максимально возможное расстояние от дома Поттеров, чтобы не быть замеченным родителями мальчика, Северус смотрел на Гарри. Невольно он начал сравнивать то, что увидел, с мальчиком, каким тот явился впервые в Хогвартс. Гарри был худощавым ребёнком, но это уже не была та болезненная худоба, что наблюдалась в прошлой жизни. Одежда мальчика больше не напоминала обноски, хотя и впечатление маленького лорда он не создавал. Возможно это потому, что Гарри не сидел во дворе в тени деревьев и не отдыхал от нечего не делания, а убирался в саду. До Северуса не долетали даже обрывки слов мальчика, но было видно, что он с кем-то делится своими секретами. Зельевар ощутил, как в душе просыпается любопытство и чёрной тенью скользнул ближе. - Гарри! - позвала Лили сына. Гарри вздохнул и спешно попрощался со своим собеседником. Когда мальчик убежал в дом, Северус заметил греющуюся на камне змею. Северус замер. Насколько он помнил, дар змееуста Поттеру достался от Волдеморта вместе с крестражем. Во всяком случае именно так утверждал Дамблдор. Тогда свидетелем чего стал Северус? Может быть Гарри просто не боится змей и разговаривал с одной из них, как маглы любят говорить с домашними животными? Или же в роду у мальчика были змееусты и он унаследовал этот дар совершенно независимо от Волдеморта? - Стоит позже это проверить, - прошептал Северус и поспешил убраться подальше от дома Поттеров, а затем аппарировал в менор. Меланхолия сдала позиции и отступила перед новой загадкой, которую Северусу захотелось разгадать.