Немного о Космосе и о любви

После подъема на борт «Энтерпрайз» Маккой тут же закрылся в своих лабораториях, а Кирк, приказав Боунзу «обязательно докладывать обо всем обнаруженном», поднялся на мостик. Спок уже был на своем месте и что-то увлеченно рассматривал на экранах сенсоров. — Ухура. Срочно свяжитесь с руководством Звездного Флота. — Да, капитан, — Нийота в несколько плавных движений настроила передатчики и застыла на своем месте, чуть прикрыв глаза и сосредоточившись. — Капитан, сильные помехи. — Гравитационные аномалии планеты влияют на наши приборы, капитан, — отчитался Спок. — Советую покинуть орбиту Меккеса. — Хорошо, — согласился Кирк, пытаясь привычно опереться локтем о подлокотник кресла, что с новой его конфигурацией уже не казалось такой уж удобной позой. — Сулу, выполняйте. Чехов, мы не должны отойти от планеты далеко. Только за пределы воздействия аномалии. Ухура, что там со связью? — Помехи становятся меньше, капитан, но связь еще не восстановилась. Кирк коснулся интеркома: — Доктор Маккой, мне нужен ваш доклад немедленно. — Вам лучше спуститься в медотсек, капитан. И мистеру Споку тоже. Голос Маккоя был спокойным и напряженным, и это заставило Кирка тут же вскочить со своего места. Спок вторил его движениям. — Надеюсь, теперь вы поясните, что такое обнаружили, — резко проговорил Кирк, ворвавшись в медотсек так, что стоявшая близко к дверям Кристина отшатнулась. — Не разнесите мне тут все, капитан, — попросил Маккой, кивком головы указывая на несколько пробирок, по которым текла бесцветная жидкость. — Я обнаружил яйцеклетку. Оплодотворенную. И умирающую во враждебной ей среде. Провести полный генетический анализ на планете не было возможности, да и мне не хотелось молодеть настолько, если быть честным. Молодость — она тоже хороша только в определенных дозах, согласитесь. — Вы хотите сказать, что то, что вы обнаружили — это энсин Андерсен? — Спок подошел к столу с пробирками, нахмурившись. Кирк помолчал, переваривая информацию, потом попытался определить произошедшее: — Развитие Андерсена почему-то прошло назад до яйцеклетки в считанные секунды? — Скорее время Андерсена пошло назад, — возразил Спок. — В считанные секунды. Но пространство каким-то образом оказалось незатронутым, хотя и сильно искаженным. Это уловили мои приборы, и это ощутил лейтенант Чжоу. Доктор, вы уже осмотрели его? — За кого вы меня принимаете?! Разумеется! — тут же возмутился Маккой, и эта привычная эмоциональность вместо травмирующей Кирка сдержанности, словно вырвала его из заторможенного состояния: — Значит, те гравитационные искажения, что когда-то заметил профессор Мендельсон, усилились. Это повлекло за собой изменение состояния материи в разных точках пространства, того ее свойства, что именуется «время». Но это невозможно. — Совершенно верно, капитан. Недостроенные помещения и приборы из возможного будущего. И незавидная роль всех, кто когда-то работал на этой станции. Невозможно. Но происходит. В это время интерком на стене медотсека ожил: — Капитан, мне удалось связаться со Звездным Флотом, — раздался возбужденный голос Ухуры, — адмирал Ногура на связи. — Я сейчас поднимусь на мостик, лейтенант, — ответил Кирк, отходя от лабораторного стола. Доклад капитана вышестоящему руководству не занял много времени. Они не так много знали, чтобы можно было сообщить какие-то детали. Впрочем, несмотря на странность услышанного, Ногура, казалось, не выглядел особенно ошарашенным, хотя и несколько напряженным. — Вы уже что-то знали! — тут же возмутился Кирк. — Знали, что тут не все в порядке, что это не банальная мисси… — Успокойтесь, Кирк, — ответил Ногура, после секундного молчания. — Я ничего не знал. Наши астрономы стали получать странные данные о состоянии звезды Е7 лишь сегодня. Ничего конкретного, но я как раз собирался выйти с тобой на связь. — Но ваше спокойствие… — Кирк, буду с тобой честен… Отпускать «Энтерпрайз» с прежним капитаном и составом команды в открытый Космос для всех нас означало тут же столкнуться с какой-нибудь очередной проблемой описанных вами масштабов. Я удивлен тому, что вы описали. Наши ученые уже получают все данные. Но я не удивлен, видя вас в центре происходящего. Я всего лишь собрался отправить «Энтерпрайз» подальше от той шумихи, что творилась тут последние дни. И вместе с тем, как символ вы сейчас нужней людям там… так общество чувствует себя защищенным, и последние данные Центра Статистических Исследований Общественного Мнения Терры подтвердили мои предположения. — Символ, да… — ровно отозвался Кирк. — Но теперь на Земле ему слишком мало места, не так ли? — Кирк… — Я понимаю, адмирал. — Кирк, приказываю вам немедленно увести «Энтерпрайз» как можно дальше от центров описанных вами возмущений. Возвращайтесь на Звездную базу Одиннадцать, а затем на Землю. Мне бы не хотелось, чтобы… — тут связь прервалась, и белый шум на мгновение оглушил всех, находившихся на мостике. А затем «Энтерпрайз» сильно тряхнуло. Новые ограничители сработали на славу, теперь никого не бросало по всему мостику, несмотря на то, как сильно трясло корабль. — Спок, что происходит?! — Сильнейшее электромагнитное воздействие со стороны планеты, капитан. Некий выброс. Мы словно врезались в поле, которое внезапно возникло вокруг Меккеса. — Ухура, наши потери? — Повреждения внешней обшивки, но незначительные, сильней всего пострадал оружейный отсек и гондолы, а также системы внешней связи. Есть ранения, но смертей нет. Доктор Маккой уже занимается пострадавшими. — Скотти, что там у вас?! — Кирк склонился к интеркому. — Плохи дела, капитан, — связь была неустойчивой, и звуки голоса инженера заглушались постоянным механическим шумом, — гондолы сильно пострадали. Мы можем восстановить потерянные запасы антивещества, но кристаллы дилития, капитан… Один, и тот треснувший, и распадается на глазах. — Импульсные двигатели? — Выведены из строя, сэр. Я не восстановлю их вне Звездной базы. Теперь мы попросту дрейфуем, капитан, постепенно сдвигаясь в сторону Меккеса. Я могу попробовать восстановить варп-двигатели, но без кристаллов они бесполезны. И хорошо, что вы приказали увести нашу малютку с орбиты, иначе сейчас бы мы падали на планету. Тем временем тряска прекратилась так же внезапно, как и началась. Из интеркомов неслось беспорядочное потрескивание. — Первым делом наладьте связь по всему кораблю. И если есть возможность — передатчики подпространственной связи, — приказал Кирк, поднимаясь с кресла. Забытая было боль в ноге вернулась вновь, и он использовал все самообладание, чтобы не выдать себя. — Мистер Спок? — Меккес больше не продуцирует никаких выбросов. Все как прежде. Гравитационных возмущений тоже нет. — Что же это за вспышки такие? — Эти реакции не имеют никакой особой последовательности. — Спок тоже поднялся с кресла. — Я бы сказал, что они хаотичны. И не имеют четкого вектора. Мы попали под их воздействие случайно. На мой взгляд, планета умирает. — Но все данные говорили, что до ее смерти миллионы лет. — Все верно, капитан. Я тоже не вижу для этого причин. Я не знаю, что вызывает подобные толчки и возмущения, но, судя по всему, оно находится под корой планеты. Нестабильно само ядро. — И для этого тоже нет причин? — Я бы выразился иначе: мои сканеры ничего не обнаруживают. — И сколько, по-вашему, осталось Меккесу? — Несколько суток, если судить по силе толчков и состоянию тектонических плит. — Отлично, этого нам точно хватит. — Для чего хватит, Джим? — раздался настойчивый голос Маккоя от дверей лифта. — Для того чтобы спуститься на эту чертову планету и забрать кристаллы дилития, конечно же.