С Новым Годом, Виктор Михайлович

      Когда Гончаренко просыпается, Ваня все еще спит, устроив голову на его груди. Он выглядит невероятно трогательно и беззащитно в этот момент, и Виктор чувствует острый укол совести за то, как он поступил с парнем. Он ведь просто использовал Ваню, чтобы забыться, чтобы доказать что-то самому себе и жене. А парень влюблен в него, и так искренне отдавал вчера всего себя. А Виктор разобьет ему сердце.       Мужчина осторожно выбирается из объятий Облякова и оглядывается. Накрытый стол посреди комнаты. Большую часть блюд, которые они готовили весь вечер, они так и не тронули. Включенный на беззвучный режим телевизор, по которому сейчас крутят какой-то глупый новогодний фильм. Вспыхивающие огоньки гирлянды. Сейчас, когда на улице уже светло, она кажется совсем тусклой. Да и вообще, под светом солнца все вчерашние воспоминания кажутся блеклыми.       Мужчина накрывает Ваню одеялом. В квартире почему-то холодно, а ему совсем не нужен больной игрок. И, конечно же, дело только в этом. Ничем другим его забота об Обляковом никогда и не была. Жаль только, что парень не смог этого понять.       Гончаренко одевается, кидает последний взгляд на спящего Ваню и выходит из квартиры. Наверное, стоило дождаться, пока парень проснется, и поговорить с ним обо всем, обсудить, объяснить ему, но… Виктору слишком страшно. И поэтому он просто сбегает.

***

      Ваня просыпается поздно. Он всегда заводил будильник пораньше, чтобы успеть как можно больше дел. Но вчера они сидели допоздна, а сегодня Новый Год и можно было позволить себе поваляться в кровати чуть подольше. Обляков осторожно ведет по дивану рукой, все еще не открывая глаза. Никого. Сердце сжимается болезненно, и парню хочется вновь уснуть и проснуться в той сказке, которую он так красочно себе выдумал.       В ладонь Вани упирается мокрый нос кошки, которая мурчит и просит её покормить. Парень все же открывает глаза и осматривает комнату. Со вчерашнего вечера в ней будто не изменилось ничего: елка, огоньки, стол с угощениями. Только внутри такая пустота, что хочется выть. Матюша ластится к своему хозяину, будто бы не выпрашивает вкусняшку, а хочет поддержать. Может, она все чувствует на самом деле?       Обляков сползает с дивана, с замиранием сердца шагая в сторону кухни. Может, Виктор Михайлович тихо пьет кофе на кухне, чтобы не будить парня? В Ване вновь загорается надежда и вновь разбивается о суровую реальность. Никого. Ни на кухне, ни в ванной. Только звенящая тишина и холод, который пробирается под самую кожу. Парень проверяет все горизонтальные поверхности, ищет хотя бы записку или ее подобие. Смотрит два раза, проверяет все свои социальные сети, но кроме поздравлений с Новым Годом не находит ничего. Ваня чувствует себя зомби, насыпает кошке корм и отправляется в ванную.       Он долго умывается холодной водой, пытаясь прийти в себя. Пальцы начинает колоть, они плохо слушаются, и только тогда Обляков перекрывает воду. Взгляд совершенно случайно натыкается на свитер тренера, который они вчера намочили и оставили здесь сушиться. Ваня не знает, зачем сейчас снимает с сушилки этот элемент одежды. Просто следует вновь в гостиную, укладывается на диван, свернувшись калачиком, и прижимает свитер к себе, вдыхая тонкий аромат мужского парфюма. Он окутывает со всех сторон, и становится не так уж и холодно. И в груди парня расцветает новая надежда.       Может быть, Гончаренко просто ушел прогуляться, подышать свежим воздухом, проветриться? Или купить что-то в магазине? Разве он может вернуться к жене после того, как та так нечестно поступила с ним? Ваня никогда не видел эту женщину, даже не знал ее имени, но черная игла злости прокалывает его сердце, как только он думает о том, какой поступок она совершила. Она причинила Виктору Михайловичу боль, и одного этого факта хватало, чтобы ее ненавидеть.       И в тоже время Обляков был рад до безумия тому, что все случилось именно так. Разве он мог даже в самых смелых своих мечтах думать о том, что встретит потерянного тренера в парке на Новый Год и отметит с ним этот праздник? Что тот узнает о чувствах Вани, которые парень так трепетно берег в себе? Укрывал от посторонних глаз, грел теплыми мечтами и ненавидел, не в силах побороть их. Что Виктор Михайлович не оттолкнет его, что ответит на такой долгожданный поцелуй и вызовет взрыв красок в душе парня?       Поэтому Обляков просто ждет. Первого января он хотел купить билет домой и отправиться к родителям, чтобы поздравить, провести немного времени вместе. Но разве Ваня может уйти сейчас, если Гончаренко может вернуться в любой момент? Куда же он пойдет, если двери этой квартиры окажутся заперты? И парень упрямо ждет, закрывая глаза и проваливаясь в воспоминания вчерашней ночи.       Проходит один час, второй, третий. Солнце уже давно село, часы упрямо показывают полночь. Обляков понимает, что Виктор Михайлович уже не вернется. Наверняка, вчера ему было так больно от предательства жены, что он просто захотел отомстить ей той же монетой. И рядом так удачно оказался Ваня, который смотрел влюбленными глазами, целовался так отчаянно и совершенно жалко просил остаться. Парень ненавидит себя за эти мысли, потому что Гончаренко всегда был добрым, понимающим, поддерживающим. Он хороший человек, и не заслуживал подобных мыслей. Тренер всегда относился к Ване не так, как к остальной команде. А, может быть, Обляков просто все это придумал себе. Ему всегда хотелось верить в то, что у него есть хотя бы один шанс из ста на то, чтобы все карты сошлись. Чтобы его первая настоящая любовь смогла принести что-то большее и лучшее, чем боль и отчаяние.       Ване хочется позвонить Виктору Михайловичу и высказать все. Рассказать, что он любит его всем сердцем и готов ждать всегда. Накричать, что он доверился этому человеку, а тот так безжалостно растоптал его сердце. Попросить вернуться, потому что в квартире ужасно холодно без Гончаренко, и Ваня никак не может согреться. Но парень не прикасается к телефону, потому что знает, что разревется, как сопливая девчонка, стоит только услышать в трубке знакомый голос.       Обляков так и засыпает, свернувшись на диване в клубок боли и отчаяния. Вдыхая родной аромат, прижимая к себе свитер так сильно, будто пытаясь пропитаться этим запахом. Ваня засыпает с надеждой, что завтра черная дыра, поселившаяся под ребрами, поглотит не только все светлое, но и боль, и он, наконец, сможет дышать.

***

      Гончаренко замирает перед дверью своей квартиры. На мгновение в нем просыпается глупое желание развернуться и уйти. Вернуться к Ване, который наверняка его ждет и… что дальше? Это будет просто бегством от его проблем. Так нельзя.       Он решительно открывает дверь и заходит в квартиру. Из гостиной выглядывает Рита. В домашнем халате, не накрашенная и с красными от слез глазами. Она смотрит испуганно и ничего не говорит. Из-за ее спины появляется Миша. И тут же бросается к отцу, обнимает его. — Ты вернулся, — радостно восклицает мальчик. — У нас в классе у девочки так папа ушел и не вернулся.       Виктор гладит сына по голове и думает о том, что не должен был поступать так, как поступил. Да, жена изменила ему. Но сын ведь в этом нисколько не виноват. А он оставил Мишу на праздник одного, заставил того мучиться вопросами. — Я никогда от вас не уйду, — обещает Виктор, а потом спрашивает, в отчаянной попытке как-то исправить ситуацию: — Эй, а ты видел свой подарок? — Какой подарок? — тут же оживленно спрашивает сын. Одного лишь обещания Виктора ему хватает, чтобы поверить, что все будет как прежде.       Они проходят в квартиру. Пакеты с подарками, что он принес вчера, так и стоят на том месте, где Виктор их оставил. Ни Рита, ни Миша не решились их тронуть. Гончаренко достает коробку с ноутбуком, купленную для сына. Глаза мальчика тут же загораются от радости. — Это мне? — восхищенно спрашивает он. — Тебе, тебе, — кивает Виктор.       Миша пищит радостно и бросается обнимать отца, а потом тут же убегает в свою комнату, тестировать новый подарок. Виктор и Рита остаются в комнате одни. Они молчат и смотрят друг на друга, не в силах сказать и слова.       У Гончаренко не получается злиться на жену. Он ведь и сам виноват, да? Ведь изменила не только Рита. Но и смотреть на женщину как раньше уже не получается. — Миша, — подает голос первой Рита. — Он не переживет, если мы разведемся…       Виктор знает это. Что будет после развода? Вряд ли Рита останется в Москве. Ее родители в Минске, наверняка она вернется туда. И заберет с собой Мишу. Как часто Виктор сможет видеть сына в таком случае? Может ли он обречь мальчика на такое? Миша только привык к Москве, нашел друзей, освоился в детской футбольной команде. Виктор не может взять и испортить его жизнь. — Я… — начинает было он и снова замолкает. Рита не торопит его. — У меня и для тебя подарок.       Мужчина достает из второго пакета красивую коробку. Медлит мгновение, а потом открывает ту, берет в руки цепочку. Подходит к жене, откидывает в сторону ее волосы и надевает цепочку на шею. — Тебе идет, — тихо говорит он. — Спасибо. Витя… где ты был этой ночью?       Гончаренко замирает и опускает взгляд. Должен ли он сказать правду? Рассказать про мальчика Ваню, который стоял вчера перед ним на коленях, а потом уснул, трогательно положив голову ему на грудь? — Я… я был у друга.       Рита не верит ему, Виктор видит это по глазам. Они слишком хорошо знают друг друга. Но вопросов женщина не задает. — Я удалила номер Светы, — говорит женщина.       Виктору требуется пару мгновений, чтобы вспомнить. Света — та самая женщина, которая была вчера у них в гостях. Та, с которой Рита изменила ему. — Она больше сюда не придет. Я… давай попробуем снова?       Виктор смотрит на лицо своей жены. Она по-прежнему красива. Даже сейчас, с растрепанными волосами, красными глазами, опухшим лицом. Она будто и не изменилась с тех пор, как он встретил ее впервые. Вот только… Гончаренко больше ничего к ней не чувствует. Нет больше той влюбленности, что заставляла совершать глупости. Нет любви, благодаря которой они были вместе столько лет. И ведь дело даже не в измене, понимает мужчина. Чувства угасли уже давно. Именно поэтому он так редко появлялся дома, забываясь в работе. Именно поэтому Рита изменила ему. Они уже давно просто два чужих человека, которых связывает лишь одно — сын. — Давай, — кивает Виктор.       Рита улыбается. Но улыбку эту нельзя назвать счастливой. Виктор чувствует ее облегчение и усталость. — Я заварю чай. У нас торт в холодильнике стоит. И позови Мишу, а то он до вечера от ноутбука теперь не отлипнет.