Преступление и наказание

— Опять он, — слышу голос Шистада, но мой мозг сейчас занят совершенно другим. Я пыталась в голове вспомнить всё, что мне известно об Этоне и пришла к выводу, что он может вполне может быть убийцей. Не знаю, почему мы с Крисом не проверили его раньше. — Я точно знаю, что Этон носил это кольцо на протяжении всей нашей учёбы, — продолжила Джейн. — Вы виделись с ним после окончания учёбы? — спросила я. — Нет. После случая с Питером, мы больше не виделись. Тем более, что ему всегда нравилась Кэрол. — Насколько сильно? — уточнила я. — Думаю, очень сильно. Он очень настойчиво добивался её до и после её замужества, только Кэрол не отвечала и не отвечает ему взаимностью. — Как вы думаете, с чем это может быть связано? — Как по мне, Этон всегда был очень блёклым на фоне Кэрол. Конечно, она была первой красавицей на курсе, с очень сомнительной репутацией, но парней вроде Питера это совершенно не смущало, даже заводило. Роберт тоже не был пай-мальчиком. Кэрол всегда нравились сильные, уверенные в себе, брутальные и очень сексуальные парни. Роберт под это описание отлично подходил, а вот Этон — нет. — Скажите, Этон мог сделать какое-либо необдуманное и опасное действие из-за своей любви к Кэрол? — Сложно сказать наверняка. Возможно, мог, — замявшись, ответила девушка. — Скажите, почему вы спрашиваете меня о нём, и где вы взяли это кольцо? — Мы нашли это кольцо во дворе убитой бабушки Кэрол и, как не неприятно вам это слышать, Этон Хьюстон имеет к этому самое прямое отношение.

***

— Меня очень напрягает то, что за какую бы ниточку мы не потянули — везде появляется этот Этон, — задумчиво проговаривает Шистад, поглаживая моё бедро ладонью. — Арестовали Питера — нарисовался Этон. Мы застали его около квартиры Кэрол. Он помогал оправиться Джейн после изнасилования. Так ещё и кольцо принадлежит ему, — начал перечислять Крис, загибая пальцы. — Про кольцо мы не можем знать наверняка, — прошептала я, буквально засыпая на груди парня. — И что ты предлагаешь? Спросить у него напрямую мы не можем — только спугнём. Он наверняка прекрасно помнит, где потерял кольцо, а тут мы суём его ему в лицо со словами «Это ваша вещь?». — И что ты предлагаешь? — я уже была на грани сна и бодрствования, но держалась из последних сил. — Для начала, установить слежку за его домом, проверить его место работы и поговорить с его начальником. — Ага, так и сделаем, — шепчу я и, не сдержавшись, погружаюсь в сон, чувствуя лёгкий поцелуй в волосы.

***

— Ты смог выяснить место, где он работает? — Да, вот адрес, я уже позвонил туда и предупредил секретаршу о том, что вы приедете поговорить с боссом. — Быстро сработано, — улыбнулась я, принимая листочек с адресом из его рук. — Надеюсь, сегодня не смена Этона, будет очень плохо, если мы случайно столкнёмся с ним в коридоре. — Вот этого я не знаю, но ты можешь ещё раз позвонить туда и спросить, будет ли сегодня Этон на рабочем месте. — Думаю, что ты и так напугал секретаршу своими расспросами. — Вообще, она показалась мне несколько стервозной, — пожал плечами парень, улыбнувшись. — Мы, наверное, уже поедем. Планирую успеть до обеденного перерыва. — Удачи вам, — парень похлопал меня по плечу и удалился.

***

— То? — спрашиваю я у Криса, смотря на высокое здание. — Вообще, да, — он ещё раз посмотрел в навигатор. — Зайдём туда и узнаем. О нашем визите должны знать. — Я всё ещё боюсь встретить там Этона. Будет очень неловко. — Это будет выглядеть так: «Вы, конечно, простите, но мы считаем вас подозрительным типом и поэтому решили наведаться к вам на работу и расспросить всё про вас у вашего босса», — наигранно произнёс Шистад и я не смогла сдержать смеха. — Не утрируй, — мы подошли к главному входу и Крис галантно открыл для меня дверь, пропуская вперёд. — Какой покладистый, — не смогла не пошутить я, за что тут же получила смачный шлепок по своей пятой точке и болезненно ойкнула. — Не шути со мной, Мун, — прошептал он мне на ушко, приобнимая за талию. — Поговорим дома. Я недовольно пробурчала в ответ что-то нечленораздельное и хотела уже сбросить руку Шистада с себя, но он, явно поняв моё желание, только сильнее сжал меня в своих тисках. — Добрый день, чем могу помочь? — мило улыбнулась нам молоденькая секретарша, кинув оценивающе-заигрывающий взгляд на Криса. — Здравствуйте, мы бы хотели увидеть директора или владельца данной компании, — заставила я её оторваться от лицезрения Шистада своим резким возгласом. Мы с парнем показали ей свои удостоверения. — Как вы понимаете, это очень срочно и важно. — Секундочку, — она набрала какой-то номер на рабочем телефоне и, перекинувшись со своим собеседником парой фраз, положила трубку. — Прямо по коридору, четвёртая дверь налево. Вас уже ждут. — Хорошо, спасибо, — как можно вежливее ответила я. Дойдя до нужной двери и постучавшись, мы услышали в ответ мужской голос. — Войдите. Помещение оказалось достаточно просторным и светлым, совершенно не похожим, скажем, на наш с Нурой кабинет, в котором было только одно окно. Также этот кабинет отличался идеальной чистотой и порядком, в то время как наш был ценным кладезем бесполезного мусора, пыли и грязи. Но никто из нас даже не собирается это исправлять. После тщательного осмотра помещения мой взгляд наконец перешёл на его владельца. Мужчина средних лет, ухоженный, в идеально выглаженном чёрном костюме. От него веяло лёгкостью, обаянием и свежестью, что только располагало меня к приятному разговору. — Прошу вас, присаживайтесь, — вежливо произнёс он, указывая на мягкие кресла за столом. — Итак, у вас есть ко мне какое-то очень срочное дело. Я вас внимательно слушаю. — Да, мы бы хотели задать вам несколько вопросов о вашем работнике — Этоне Хьюстоне. — Вы же понимаете, что это конфиденциальная информация, которую я не могу говорить первым встречным, — спокойно произнёс он в ответ. — Конечно, мы всё понимаем, — мы с Шистадом показали ему свои удостоверения. — Надеюсь, теперь вы готовы рассказать нам о вашем работнике. — Могу я задать вопрос? — Конечно. — У него есть проблемы с законом? — Пока нет, но всё зависит от ваших ответов, — он кивает в ответ на мои слова. — Скажите, Этон был на работе 24 сентября прошлого года? Я знаю, что это было давно, но всё же попробуйте вспомнить. — Понимаете, я очень серьёзно подхожу к выбору работников для своей организации. Я не могу допустить своеволия с их стороны, поэтому сразу прописываю в контракте достаточно жёсткие и обязательные требования и одно из них я могу вам озвучить: Если человек осведомляет меня о том, что его не будет на работе в его рабочий день, для этого требуется не только серьёзная причина, но и письменный отчёт, который будет храниться у меня до момента увольнения сотрудника, — мужчина поднялся со своего места и чинно прошествовал к стеллажу с папками, выбрав из множества одну — на которой стоял 2018 год. После этого он снова подошёл к столу и, раскрыв папку, достал оттуда обычный лист А4, положив его на стол перед нами. — Думаю, вам лучше это прочесть. Я подвинула лист ближе и начала читать про себя: «Я, работник организации «P.Howard», владельцем которой является Питер Ховард, осведомляю своего работодателя о том, что я не буду присутствовать на работе 24.09.2018 в связи с личными обстоятельствами.» Дальше шла дата написания документа и подпись работника. Я ещё раз взглянула на дату и на причину отсутствия и подняла спокойный взгляд на Мистера Ховарда. — Вы не против, если мы заберём этот документ с собой? Если, конечно, вы не возражаете. — О чём речь, — отмахнулся он и я убрала документ в сумку. — Есть ещё вопросы, которые вы хотите мне задать или это всё? — Расскажите, пожалуйста, нам об Этоне побольше. Скажем, небольшую его характеристику как работника и как человека. — Этон очень трудолюбивый, способный и очень вежливый молодой человек. За всё время своей работы на меня, он не получил ни одного выговора или предупреждения. Я не могу точно сказать, какие отношения царят в нашем коллективе. Все работники очень индивидуальные и, в большинстве случаев, стараются скрыть все конфликты друг с другом от меня. Но всё же я никогда не видел Этона спорящим с кем-то. Думаю, он ладит со всеми ребятам нашего коллектива. — А какие отношения сложились у вас с ним? Были ли когда-нибудь разногласия или что-то в этом духе? — поинтересовалась я. — Я всегда стараюсь в первый же день найти общий язык со своими сотрудниками. Этон в общении оказался достаточно приятным и интеллигентным. У меня никогда не было с ним никаких проблем, — я кивнула, делая пометки в блокноте. — Вы не знаете, есть ли у него девушка? — Я никогда не видел его взволнованным, обеспокоенным или нервным, из чего могу сделать вывод, что девушки у него нет, — подытожил он. — А я могу знать, в чём провинился мой сотрудник перед законом? — Думаю, скрывать уже нет смысла, — я глубоко вздохнула, собираясь с силами. — Этон Хьюстон подозревается в убийстве пожилой женщины. Расследование пока не окончено, но вероятность его причастности чрезвычайно велика.

***

— Эва, нам нужно сейчас же брать его, — переходя на крик, пытается достучаться до меня Шистад. Но я слышу его голос будто из под воды, находясь в прострации. — Мун, ты слышишь меня? — Д-да, — мямлю я в ответ спустя пару минут. — Эва, — парень настойчиво сжимает мои плечи. — С тобой всё хорошо? — Крис, я не знаю, что нужно делать, — тихо проговариваю я в ответ. — Мы стольких уже арестовали, только из-за своих предположений. Сейчас мы не отделаемся так легко. — Джон был наркоманом. Девид был наркоторговцем. Про Питера я даже вспоминать не хочу, — поморщился он. — Они заслужили то наказание, которое получили. Да, изначально все они подозревались в другом, но ведь это ничего не меняет. — Я боюсь, что Этон окажется в итоге ни в чём невиновным, — слёзы безысходности потекли по моим щекам, и Крис заключил меня в свои объятия. — Детка, пойми, мы должны это сделать. Сейчас всё указывает на его виновность, если упустим — больше возможности его поймать у нас не будет. — Хорошо, — я чуть успокоилась от слов парня, но продолжала изредка всхлипывать, сжав в своих кулачках ткань его футболки. — Ну, ты чего раскисла, — он отстранился и щёлкнул меня пальцем по носу, от чего я не смогла не улыбнуться. — Ну вот, другое дело. — Прости, что-то я совсем расклеилась, — я ещё раз шмыгнула носом и стёрла следы от слёз со своих щёк рукавом свитера. — Ты знаешь, что очень тяжело брать такую ответственность на себя. — О, прекрасно знаю. Но это было и всегда будет часть нашей работы. — Звони Николасу и вызывай наряд людей. Думаю, даже тихий Этон окажет нам очень сильное сопротивление. — Не переживай, пока ты была в истерике я уже написал Николасу. Скоро они с Чарли будут здесь. Спустя час или полтора ребята уже были здесь. От Мистера Ховарда мы узнали, что Этон подойдёт к 3 — после окончания обеденного перерыва. Мы с Крисом решили подождать Этона в его кабинете, а ребята спрятались в коридоре, чтобы если что, поймать преступника. Несколько минут мучительного ожидания, дверь в кабинет открылась и Этон зашёл внутрь. Увидев нас, он дёрнулся, но всё же аккуратно прикрыл за собой дверь и прошёл к своему рабочему столу. — Добрый день, чем обязан вашему визиту? — чересчур спокойно произнёс он, от чего мы с Крисом оказались в некотором замешательстве. — Этон Хьюстон вы арестованы по обвинению в убийстве Рут Гилмор, — безапелляционно проговорил Шистад. Я достала из кармана наручники и Этон бросил быстрый взгляд на меня. — Хорошо, — в том же тоне ответил он и вытянул вперёд руки. Я, не ожидая никакого подвоха, подошла к нему и уже хотела застегнуть наручники на его запястьях, когда он быстро схватил из открытого ящика стола нож и молниеносно вонзил мне его в живот. Боль. Дикая боль внутри. Нет сил сдерживаться, поэтому я медленно оседаю на пол. Сейчас меня не волнует ни Этон, ни кто-либо другой. Сейчас все мои мысли крутятся вокруг одного слова — «боль». Сквозь мутную пелену вижу взволнованное лицо Шистада и очень слабо слышу его голос. — Мун, нет, прошу тебя, — он садится рядом со мной на пол. — Только не закрывай глаза, слышишь? Но я уже не слышу его голос, его просьб не закрывать глаза. Меня просто затягивает чёрная воронка и я, не владея собой, проваливаюсь в темноту.

***

Pov Chris. Часы тянутся мучительно долго. Я не мог сидеть, поэтому ходил по коридору из стороны в сторону, нервируя своими действиями медперсонал, но мне плевать. Спустя ещё пару часов приехали Вильям с Нурой, но от их присутствия легче не стало. Их сочувствие мне было не нужно, поэтому я полностью игнорировал их слова и действия. Спустя ещё несколько часов, я не считал, часы в коридоре пробили полночь. Нура уже спала на руках Магнуссона, а я уставился невидящим взглядом в окно. Всего несколько месяцев мы с Эвой встречаемся. Этого чертовски мало, я не готов потерять её вот так, из-за чёртового случая и Этона. Я всегда знал, что наша профессия принесёт в наши отношения немало бед. Звук гулких шагов за спиной заставляет меня обернуться и увидеть доктора, оперировавшего Мун. Сил держаться совсем не осталось, поэтому я просто молча подхожу к нему, не задавая никаких вопросов. — Как она? — робко спрашивает проснувшаяся Сатре у мужчины. — Жива, — коротко отвечает он и я не замечаю того, как гулко и облегчённо выдыхаю. — Состояние тяжёлое. Девушка потеряла достаточно крови, но несмотря на это операция прошла успешно. Есть шанс, что она потеряла способность к деторождению, но сейчас говорить об этом сложно. Нужно проводить обследование. — Когда мы сможем её увидеть? — спрашивает Нура. — Это зависит от того, когда она придёт в себя. — Мы можем остаться на ночь в её палате? — Только один из вас. Решайте сами, — ответил он и удалился. — Если хочешь, я могу остаться, — я опустился на железные сидения, не в силах больше держаться на ногах. — Тебе сейчас лучше поехать домой и отдохнуть. — Нет, я останусь, — резко ответил я, опустив лицо в ладони. — Как хочешь, — она положила ладонь мне на плечо и подбадривающе его сжала. — С ней всё будет хорошо. — Только не надо сейчас меня успокаивать. Твои слова ничего не изменят, — скорее устало, чем раздражённо ответил я. — Прости, — понимая, в каком состоянии я сейчас нахожусь, она не обиделась на мои слова. — Тогда, мы поедем. Я ничего не ответил на её слова. Не было сил и желания тратить иссякшие силы на пустые слова, которые никому не нужны. Бросив короткое «Пока», они с Вильям ушли и я остался совсем один в больничном коридоре. Спустя какое-то время я заставил себя подняться и направился в палату Эвы. Увидев её бледное лицо, сливающееся по цвету с больничной подушкой, чувство вины начало терзать меня с ещё большей силой. Меня никак не покидали мысли, что это я во всём виноват. Видя её нервное состояние, я и сам мог взять на себя непосредственный арест Этона, а не доверять наручники ей. Сажусь рядом с ней и бережно беру её маленькую, по сравнению с моей, ладошку в свою. От этого приходит ощущение того, что это я поддерживаю жизнь в её теле. И мне, несомненно, становится легче. Несмотря на позднее время и невероятно сложный день, спать мне совершенно не хочется. Я просто сижу и рассматриваю бледное лицо своей девушки: тёмные синяки под глазами, видневшиеся капилляры на губах, и едва подрагивающие ресницы, говорившие о том, что она жива. Только сейчас я по-настоящему осознал вскользь брошенную доктором фразу «Есть шанс, что она потеряла способность к деторождению». Осознание накрывает меня с головой и на душе становится ещё тяжелее. Да, мы с Эвой пока не планировали детей, но я думал о том, что когда-то они у нас будут. Даже не представляю, как эту новость примет Мун, если всё подтвердится. Негативные мысли полностью поглощают моё сознание и я не нахожу другого выхода, кроме как сесть на пол и, опираясь на больничную койку, закрыть глаза, продолжая сжимать ладонь Мун в своей.

***

Мун не приходила в себя два дня, и всё это время я ни на шаг не отходил от её кровати. Вильям и Нура безуспешно пытались отправить меня домой. Врачи провели обследование и, к моему облегчению, опровергли то, что Эва не может иметь детей. Это стало единственной хорошей новостью за всё время её пребывания в больнице. Эва пришла в себя сегодня утром, и то всего на пару минут, прежде чем снова погрузиться в сон. Врачи говорят, что это вполне нормальная реакция её организма и девушка медленно идёт на поправку. Вчера мне позвонил Николас и сказал, что Этон сейчас в участке и ждёт допроса. Его должны провести мы с Мун, так как это наше дело. Льюис уже знает о произошедшем и отдал приказ держать подозреваемого в участке до тех пор, пока Эва не поправится. На следующий день она снова пришла в себя, только теперь была в сознании намного дольше. Нам даже удалось поговорить. — Привет, — слабо проговорила девушка, приходя в себя. — Привет, Мун, — прикладываю её ладонь к своим губам, целуя. — Как себя чувствуешь? — Так, словно меня проткнули ножом, — пытается пошутить она, но для меня это имеет противоположный эффект. — Прости… — бессильно шепчу я, утыкаясь носом в её тёплую ладошку. — Прости… — Ты не виноват. Никто не виноват, — она поглаживает меня по волосам второй рукой. — Нет, это я во всём виноват. Я не должен был возлагать на тебя такую ответственность. Это я должен был взять наручники, а не ты. — Крис, прекрати. Ты не сможешь быть всегда рядом, я сама должна уметь постоять за себя, учитывая нашу профессию. — Ты думаешь, я разрешу тебе там работать, после случившегося? — Я люблю тебя и готова пойти на многие уступки, но в этот список не входит смена места работы. Я не могу. — Эва, я не смогу жить спокойно, зная, что в любой момент с тобой может что-то случиться, — она молча просит меня лечь рядом и я повинуюсь. — С самого начала я знала, что выбранная мной профессия очень опасная. Моя жизнь всегда будет под угрозой, что доказал не только случай с Этоном, но и с Питером. Но я не хочу ничего менять, я люблю свою работу, — она делает паузу, собираясь с мыслями. — Я живу сегодняшним днём и хочу, чтобы ты мне верил. Бегство никогда не является выходом. — Я переведусь в твой участок и попрошу Льюиса всё время давать нам расследования на двоих, — нехотя отвечаю я. — Если тебе будет легче, хорошо, — она едва ощутимо касается губами моей щетинистой щеки. — Спасибо, что ты меня понял. Я не отвечаю, только крепко обнимаю её. Сейчас всё хорошо, а это самое главное.