Не бросай...

Когда Дин открыл глаза, в комнате никого не было. Он испуганно осмотрелся вокруг. – Сбежал, тварь! Я достану тебя, где бы ты ни был! – кричал Винчестер в пустоту. Он вышел из дома и направился к Импале, не обращая внимания на взволнованные крики Бобби. Сейчас не хотелось никого видеть. Мысль, что Сэмми – его любимого мелкого братишки – больше нет, врезалась в сознание Дина и не желала уходить.  Если бы он сейчас был один, то взвыл бы от безысходности, но Бобби показывать свою боль не хотелось. На плечо Винчестера, облокотившегося о крышу автомобиля, опустилась рука. Он чуть вздрогнул, но не повернулся на голос Сингера. – Сынок. Сэм сильный. Он сможет выстоять, – эти слова должны были успокоить, придать сил, но сделали только хуже.  – Это уже не Сэм, Бобби. Люцифер убил моего брата, и уже ничего не исправишь… – глухим голосом произнёс Дин и, скинув руку Сингера со своего плеча, сел в машину. Нужно было уезжать и думать, как быть дальше.  Снова накатили воспоминания о времени его пребывания в 2014 году. Он не хотел, чтобы всё было так. Кроатон, Дин, у которого одна цель – уничтожить Люцифера, Кас – уже не ангел, полностью погрязший в грехах, и изменившийся до неузнаваемости.  Он ехал по пустынной трассе и думал лишь о том, что лучше было умереть, чем снова видеть, что Люцифер заполучил согласие Сэма.  – Здравствуй, Дин, – голос Каса, который снова появился неожиданно, сделал ещё больнее, ведь один его вид напомнил о том будущем, что ждёт их. – Твою мать! Кас! – выругался Дин, крепче сжимая руль и смотря на дорогу. Ему сейчас не хотелось никого видеть, не хотелось, чтобы его жалели. Но разве это объяснишь Касу, который появляется и исчезает, когда захочет. – Мне жаль, что всё так вышло, но это было неизбежно, – каждое слово било в самое сердце и убивало и без того мёртвую душу Дина. – Тебе не жаль! Никому не жаль! Мы ведь просто оружие в ваших руках, да?! И ты пришёл, чтобы уговорить меня, дать согласие Михаилу и разрешить ему убить то, что ещё осталось от Сэма?! Так вот! Я. Никогда. Не дам. Своё. Согласие! И не позволю Михаилу и Люциферу вступить в эту схватку. Сделаю всё возможное, чтобы она не состоялась. Слышишь?! Так и передай им! – срываясь на крик, забыв уже о том, что Михаил решил сменить оболочку и теперь ходит в теле Адама, говорил Дин.  — Дин… – тихо, с грустью, которую только смог показать, сказал Кас. Но Дин резко обернулся, посмотрел в его синие, как океан, глаза и сказал твёрдым голосом: – Убирайся. Вон. – И снова стал смотреть на дорогу, замечая, что она стала выглядеть, как-то размыто. Он не заметил, как улетел Кас. Но когда обернулся в следующий раз, ангела уже не было рядом.  *** Следующие несколько дней, Дин сидел в доме Бобби, в их с Сэмом комнате, и напивался. У него не было ни сил, ни желания хоть что-то предпринимать. Но всё решил случай… Он сидел и смотрел новости, когда в его памяти возникло кладбище, которое ему снилось с того дня, когда он побывал в будущем. Кладбище выглядело знакомым, и Дин решил прошерстить интернет в поисках зацепки.  Бобби вздохнул облегчённо, когда увидел, что Дин наконец-то вылез из своей норы и занялся делом. Он решил не мешать и дать ему время. И вот, спустя каких-то полчаса, Дин, с полубезумным видом, прошёл на кухню, взял из холодильника бутылку пива, сел за стол и, не смотря на Сингера, голосом, лишённым всяческих эмоций, произнёс: – Лоуренс. Канзас. Где всё началось, там всё и закончится… – от этого голоса, который бросал в дрожь, Бобби весь подобрался. Он понимал, что как только Михаил убьёт Люцифера, Дин найдёт способ пойти следом за братом. И этого не изменить. Отговаривать его бессмысленно. Такие они – Винчестеры. Пойдут ради друг друга, хоть в ад, хоть в рай. А Дин… Дин вспомнил их разговор, перед тем, как всё решилось не в их пользу. Flashback Тогда был солнечный день. Сэм сидел на капоте Импалы с пивом в руках. Дин подошёл к нему, взял из мини-холодильника пиво, и встал рядом. – Привет, – будничным тоном сказал Сэм, взглянув на брата с нежностью, от которой пробирало до костей, так как Дин понимал, что сейчас будет разговор-прощание. – Привет, – таким же тоном ответил Дин. На их лицах не было улыбок, была лишь твёрдая уверенность дойти до конца. На лице же Дина, помимо этого, была видна горечь. – Дин. В чём дело? – спросил Сэм, будто не понимая, что Дин не хочет терять брата, и до последнего надеется, что есть другой выход. Но его не было… – Не возражаю, – сказал Дин. Этим он дал, наконец, своё согласие на план Сэма. Но тот этого не понял. – Против чего? – удивлённо спросил Сэм, смотря на брата, но на самом деле уже начал понимать, к чему этот разговор и что Дин имеет ввиду. Но хотел услышать это от брата. – Против этой авантюры… с Сатаной, – будто переступая через себя, сказал Дин. И Сэм видел, как тому было тяжело это говорить. – Ты позволишь мне дать согласие? – он просто не верил, что Дин так просто сдался. Поэтому и удивился так сильно, даже повернувшись к брату всем корпусом. Тот также повернулся к Сэму и, взглянув ему в глаза, ответил: – Нет. В этом-то и дело, – «Ну, кто бы сомневался?! Тогда почему он говорит, что не против?» – размышлял про себя Сэм, глядя в яркую зелень глаз Дина и борясь с желанием прижать его к себе и поцеловать, как в последний раз. – Я больше не вправе позволять тебе что-либо, – «Что?!» –шокированный такими словами, Сэм уже было открыл рот, чтобы что-то сказать, но Дин продолжил. – Ты уже взрослый, – с какой-то особой горечью проговорил он, отвернувшись от Сэма на миг, но после снова посмотрев на него. – Чёрт! Даже чересчур взрослый! Если ты этого хочешь, я тебя поддержу, – уверенно закончил свой монолог Дин.  – Этих слов я ждал от тебя в последнюю очередь, – не зная, что и сказать на такую прочувствованную речь, проговорил Сэм. Он никак не мог поверить, что Дин, наконец, понял, что Сэм уже не тот малыш, которого нужно постоянно защищать, оберегать.  – Возможно. Не буду врать: буквально всё во мне против этого. Знаешь, дело в том… Дело в том, что присматривать за тобой… вроде как, стало моей профессией, – «И вот за это я люблю своего братишку…» – улыбнувшись про себя, понимая, что сейчас его улыбка не к месту, подумал Сэм, смотря на брата с бесконечной нежностью и любовью, которую к нему испытывал. И находил отражение своих чувств в его глазах. – И даже больше. Это стало моей сутью. Ты больше не ребёнок, Сэм. И нельзя дальше обращаться с тобой, как с ребёнком. Может, мне тоже пришла пора повзрослеть… Не знаю, есть ли у нас хоть мизерный шанс, но если кому это и по силам, то только тебе, – большего Сэму и не надо было. Знание этого придаст ему сил, когда будет нужно. – Спасибо, – просто сказал он, понимая, что брату это нужно. – Если ты этого хочешь… Ты действительно этого хочешь? – этот вопрос Сэм и сам себе задавал бесконечно, с того самого дня, когда выяснилось, что заманить Люцифера в клетку можно только таким образом: дать своё согласие. Немного подумав, Сэм ответил то, что ответил себе на этот вопрос, сегодня ночью: – Я выпустил Его, и должен запереть обратно, – Дин в течение минуты смотрел на брата, а потом сказал: – Ладно. Значит, решено, – и только он хотел сделать глоток, как Сэм встал с капота и подошёл к Дину вплотную. Он неуверенно посмотрел на брата, а затем обнял его. Дин, поколебавшись, обнял его в ответ. Конец Flashback Воспоминания причиняли боль, поэтому Дин закрыл их в самый дальний уголок сознания, встал со стула и направился к выходу. – Ты куда-то собрался? – настороженно спросил Бобби. Дин обернулся к человеку, который стал им с Сэмом вторым отцом, и ответил: – В Канзас. Нужно заканчивать со всей этой историей, – и, не слушая попыток его отговорить, вышел на улицу и пошёл к своей «Детке». Стоило поторопиться. Осталось не так много времени.