шестнадцать плюс

— А что? — Чонгук слегка смутился и отвёл взгляд, будто вспомнив что-то неприятное. — Подожди, — Чимин достал вибрирующий телефон из кармана и моментально забыл о том, что спрашивал, в панике начав сбрасывать трубку. — Мне пора. Потом поговорим. Он не стал дожидаться слов Чонгука, в спешке помчался в сторону газетного киоска и завернул направо, на прощание лишь слабо помахав рукой. — Вот говнюк, — Чонгук остался стоять на месте и даже не шевельнулся, пока Чимин не пропал из виду, скрывшись за незнакомым домом. — Кстати, о девушке… — нервно прошептал он и набрал знакомый номер. — Привет, Суджи. Ты хотела встретиться сегодня?

***

Юнги не находил себе места и постоянно курил, слушал музыку и черкал что-то в тетради, лишь бы забыться хотя бы на пару минут. Тихое и незаметное местечко у стадиона отныне было закрыто от посещений всех малолетних курильщиков. Поэтому вместе с другими Юнги решил продолжать стабильно нарушать правила у мусорных контейнеров, где воняло протухшими остатками еды. «Место для отбросов именно рядом с отбросами», — думал Юнги, тем самым оправдывая ситуацию. Он не мог встречаться с Тэхёном в школе так же, как это было раньше. Его получалось увидеть лишь за железным забором другого корпуса, и даже в столовой Ким появлялся слишком редко, что сводило их общение ровно к нулю без десятых и сотых. Тэхён не написал и не позвонил, значит, ещё в себе не разобрался. И Юнги, как верный пёс Хатико, молча ждал и надеялся, лелея только образ Кима у себя в голове и слыша его голос исключительно из частичек своих оборванных воспоминаний. В ту ночь оба из них хотели разбиться насмерть, гоняя сквозь темноту на шумном мотоцикле. Но каждый думал не о себе. Каждый в ту ночь бесконечно терялся в близости другого и размышлял: «А может, не всё так плохо в моей жизни?». И как бы сильно ветер не пытался отогнать плохие мысли, они глубоко оседали на лёгких и мешали дышать. Когда пульсирующая в сосудах боль доходила до кончиков пальцев, Тэхён так хотел отпустить Юнги, упав на землю и избавившись от гнетущего прошлого и ненавистного настоящего. Юнги желал вернуть эту встречу. Потому что всё было не так. Совсем не так должно было всё закончиться, совсем не те слова должен был говорить Юнги, не те вопросы задавать. Всё должно было быть по-другому. Мин каждую ночь задумывался только об этом, наутро при всех делая вид, что ничего в его жизни примечательного не произошло. Никакой поездки не было, и вообще Мин Юнги до сих пор прекрасно справляется с подавлением своих чувств, бродит по своему пути совершенно равнодушный, и любая правда для него является до невозможности отвратительной. — Ты хотел поговорить? — слышится голос Намджуна, отвлекшего Юнги от раздумий. — Да. Слушай, у меня есть проблема. — Недолго, — Ким без эмоций указывает на циферблат часов. — Нужна девушка, чтобы соблазнить одного мужика. — Сдурел? Я тебе сутенёр что-ли? В этот момент чёрная машина не спеша подъезжает к воротам школы, и внутрь садится Джин, предварительно попрощавшись с одноклассниками и сняв рюкзак. За ним наблюдают со всех сторон и завидно сжимают губы. — Это тебе к нему надо, — Намджун устало показывает на их друга, всё ещё пребывая в смятении от просьбы Юнги. — Джин? — У этих богачей всегда свои тараканы, — шепчет Ким, прикрывая рот ладонью и стараясь, чтобы никто не услышал. — У тебя есть его адрес? — Юнги медленно переваривает полученную информацию, но вскоре снова вспоминает о своём плане. — Нет. Но у Тэхёна есть. — Только не говори, что мне придётся спрашивать у него. — Придётся, — он ухмыляется и кивает в сторону, где прямо сейчас стоит Ким Тэхён, озабоченно палясь в телефон. Юнги несколько секунд думает, словно кружась меж двух огней — своим безбашенным сознанием и своим стремлением сохранить обещание, данное самим богам. — Чёрт с тобой, — хрипящим тоном произносит он и безрезультатно заканчивает разговор, уходя в противоположную сторону, лишь бы Тэхён его не заметил.

***

Me: Почему ты звонил? Деньги не дошли? 12:08

Lee Minhyeok: Не волнуйся, мы с Канджуном всё получили. 12:10

Ме: Тогда что случилось? 12:11

Lee Minhyeok: Просто хотел поговорить с тобой. 12:11 Lee Minhyeok: Я скучаю. 12:11

* Запись от 16.09.2016. — Хватит меня снимать, — смеясь, бормочет Чимин и рукой пытается повернуть объектив в другую сторону, но Канджун ловко уворачивается и лишь подходит ближе. — Ну-ка покажи, что ты там рисуешь, — звучит голос за камерой. — О, это же мы! — наигранное удивление. — Мне нравится, — парень, сидящий рядом с Паком, кладёт руку ему на плечо и ярко улыбается. Запись от 20.05.2017 — А это мы кушаем рамён. Чимин измазался в майонезе. На экране показывается Пак, вытирающий салфеткой соус и старающийся не смеяться, дабы не измазаться ещё сильнее. Его друзья не перестают над ним шутить, и он на секунду даже делает серьёзное лицо, так забавно вымазанное, как у неаккуратного ребёнка, но вскоре сдаётся и не сдерживает смех. В кафе люди оборачиваются и смотрят на них, явно принимая за идиотов. Но эти идиоты были слишком счастливы в тот момент, чтобы эти взгляды замечать. Запись от 09.06.2017 — Всем привет, я Канджун! /где-то вдали слышится недовольный голос Чимина со словами: «Вот придурок»/. Давайте я покажу вам комнату нашего Минхёка. Объектив поворачивается на стены, где повсюду увешаны плакаты с непонятными лицами и силуэтами. Тяжело их разглядеть отчётливо, ибо в комнате не особо светло, и горит лишь пара неоновых ламп: одна в виде кактуса, вторая — с надписью forever young. — А вот главная гордость Минхёка. /лампы показываются в крупном плане/ — Я забыл, как это переводится, — чуть в смятении говорит Канджун. — Видно, что ты английский вообще не учил /камера теперь смотрит на Пак Чимина, лицо которого освещается синим неоновым светом и невообразимо красиво и мистично при нём выглядит/. Всё ведь понятно. Видишь, Кан-джун де-бил, — Пак водит пальцами по светящимся буквам и после получает лёгкий дружеский подзатыльник. — Шутник года! — Успокойтесь, — холодно проговаривает Минхёк, но камера продолжает показывать только Пака. — «Вечно молоды» — вот как переводится. — Я придумал, — Канджун резко выкрикивает. — Давайте через неделю сходим в одно классное место /он поворачивает объектив на себя/. Я обещаю, что это будет круто. Вы всё сами увидите /поднимает большой палец вверх, широко улыбаясь/. Запись от 17.06.2017. — Бля, я забыл зарядить камеру /картинка сначала показалась мутная, но через несколько секунд мутность пропадает/. У нас есть пять минут максимум. — Встань у обрыва /камера начала трястись, так как Минхёк схватил и потянул Канджуна за руку/. Ты обязательно должен это заснять. У подножия обрыва таилось маленькое озеро, где на поверхности медленно плавали кувшинки. Экран увеличился, и можно было рассмотреть внимательнее. Вокруг озера росла высокая трава, из-за которой, казалось, к нему невозможно подобраться. Но чуть затоптанная рядом тропинка говорила о том, что люди всё равно к нему ходят, не осознавая, что вся неописуемая красота озера видна именно сверху. Канджун пару раз произносит удивленное и протяжное: «Вааау» вместе с Минхёком, пока Чимин вяло подходит сзади и тоже наклоняется посмотреть вниз и понять, чему его друзья так изумляются. — Смотрите, там уже распустилась кувшинка /Минхёк слева указывает пальцем, и Канджун тщательнее наводит объектив на цветок нежно-розового цвета/. — Давайте сфоткаемся, — предлагает Канджун и на некотрое время опускает камеру. Слышится негромкий щелчок, и камера снова направлена на лица трёх друзей. — Отлично, распечатаем фото и поставим в рамочку /Канджун снимает их руки/. Договорились? /следует их дружеское фирменное рукопожатие/ — Договорились, — мягко улыбаясь, отвечает Чимин. Видео резко обрывается. Запись от 18.10.2017. — Нельзя воровать чужие вещи, — говорит Минхёк, когда Чимин включает видеокамеру Канджуна. — Я не воровал, а попросил. /на экране показывается стол с пачкой чипсов и несколькими бутылками пива, за которым прямо напротив камеры сидит Минхёк с сигаретой, зажатой между губ/ — Итак, начнём? — игриво говорит Чимин, и Минхёк в ответ немного краснеет, тушит сигарету в пепельнице, озадаченно уставившись на друга. — Что ты хочешь услышать? — Как у тебя дела? — Хорошо. — Какой сегодня день? — Мой день Рождения. — Много ли подарков ты получил? — Неа, совсем мало, — Минхёк устало откидывает голову на спинку кресла. В это время Пак приближает разные части его лица, потом переходит на пальцы, украшенные серебряными кольцами. На безымянном готическим шрифтом написано «starfall». — Почему именно «звездопад»? — интересуется Чимин. — Потому что это обман. Звёзды не падают, ты знал? Это лишь сгорающие в атмосфере метеоры, — Минхёк говорит с долей тоски и отчаяния в голосе, присущими его речи. — Точно так же многие вещи в жизни кажутся нам такими трудными и великими, хотя это не так, — он грустно улыбнулся, но улыбка вмиг сошла с его румяного от алкоголя лица. Минхёк замолчал, словно собираясь с мыслями и ещё раз посмотрев на татуировку. Она словно о чём-то напоминала ему и пыталась отныне предостеречь, поэтому он забылся, погрузился в глубину давно открытой ему истины. Когда-то ему не хватило смелости открыть для себя эту истину, увязнув во лжи, которой он вдоволь наслаждался каждый день, потому что не был способен осилить правду. — Главное, не обманывать самого себя, — на слова Чимина Минхёк тут же поднимает взгляд. — Хочешь, я набью слово «glowing rain»? Это ведь больше похоже на правду? — Ты забавный, — Минхёк начал смеяться, потянувшись к бутылке. — И зачем тебе это? — Буду другой стороной реальности. Минхёк странно ухмыляется, закатывает рукава толстовки, не отводя бледно-мерцающий взор, и медленно, не торопясь, наклоняются к Паку, всё ещё снимающему его. — И куда набьёшь? — он плавно кладёт ладонь на чужую, поднимающуюся от частых вздохов грудь. — Сюда? — Да, — от неожиданности у Чимина начинают трястись колени, но Минхёк всё ещё не отстраняется, чувствуя, как сильно и взволнованно бьётся сердце Пака, будто прямо сейчас находится у него в руках. Чимин резко приходит в себя и выключает камеру.