Волшебный мешок

      На выставке было шумно. Джейсон бродил по залу, чувствуя себя чужим. Зачем он пришёл сюда? Дерек лишь издали кивнул ему и тут же исчез. Рядом с ним был Рэй, и Джейсону определённо не стоило приходить.       Между ними было всё кончено с того дня, когда Джейсон в очередной раз пришёл из больницы от Кристиана и увидел Дерека с Рэем. Нет, не в постели. Они даже не целовались. Некоторым людям не надо целоваться, чтобы показать, что они нашли друг друга. Дерек нашёл в Рэе поддержку, им было легко вместе и у них нашлась масса общих интересов. Сейчас они улыбались, стоя у картины вместе с Джастином. А Джейсон бродил среди людей, не различая лиц, пил кофе, не ощущая вкуса, и чувствовал себя даже не несчастным, а… пустым. Это было даже хуже.       Погруженный в свои мысли, Джейсон дошёл до конца зала. Здесь было безлюдно, а на стенах висели детские рисунки Дерека. Меньше всего Джейсон ждал увидеть их здесь. На листах дешевой бумаги скалились страшные монстры, размахивали мечами храбрые рыцари и высились замки. Там маленький Дерек надеялся укрыться от чудовища, которым была его мать.       Рисунки были развешены по порядку, от ранних к более поздним. Можно было проследить, как линии становились увереннее, работа с цветом — грамотнее. Как монстры становились страшнее, а рыцари… рыцари так и не смогли побороть ни одного. Джейсон рассматривал их, ощущая, как погружается в океан вины. Он не защитил Дерека. И Дерек ему отплатил — нашел другого защитника. Рэя.       Джейсон остановился у одного из последних рисунков — сказочного дома. Этот дом выглядел по-настоящему волшебным. Дерек всегда ценил уют и безопасность и старался окружить ими Джейсона, хотя сам нуждался в заботе гораздо больше. Джейсон заставлял себя думать, что Дерек выставил эти рисунки без задней мысли — просто как свидетельство эволюции художника, как дань прошлому. Но он не мог не думать о том, что должен был разделить все ужасы вместе с Дереком и уберечь его. А теперь он сам был прошлым. Думать об этом было невыносимо.       Мысли Джейсона прервал стук каблуков. Сзади подошла Джоан и встала рядом. Она рассматривала рисунки, скрестив руки на груди.       — Любопытно, — сказала она. — Я видела некоторые, но не все. Что ж, у выставки получилась весьма интересная концепция.       В своём безупречном тёмно-синем костюме она выглядела, как экскурсовод или администратор, а не посетитель. Джейсон почувствовал невольное раздражение. В конце концов, кого, как не Джоан, следовало винить в том, что у них с Дереком всё так сложно… было. Глядя на монстров на рисунках, он думал, как это страшно — быть настоящим сыном Джоан. Больше всего на свете он хотел уберечь от неё Дерека, но сделал только хуже. Он поступил ещё хуже Джоан.       — Поддаваясь эмоциям, ты ничего не добьёшься. — Джоан сменила тему внезапно. — Ты выглядишь нелепо, бродя здесь, как унылое привидение. Ты видел себя в зеркале?       — Хочешь, чтобы я снова носил маску? — вспылил Джейсон. — Чтобы снова стал безупречным сыном Джоан Джефферсон?       — Ты и так мой безупречный сын. Ты моя плоть и кровь, Джейсон, так же как я — плоть и кровь своей матери. Можно всю жизнь биться в истерике от того, что ты не можешь изменить. А можно принять неизбежное и попробовать что-то с этим сделать.       Она подошла ближе к картине и встала рядом — подтянутая, спокойная, полная достоинства.       — Ты смотришь на этот дом и видишь убежище. Милый сказочный домик, где живут добрые эльфы. Однако если ты хочешь там жить, то должен принять этот дом целиком. С чердаком, подвалом, со старым хламом и призраками.       — Ты что, подписалась на рассылку психологических тестов?       — Я слишком хорошо знаю тебя, Джейсон. Пока ты винишь себя, ты ничего не сможешь сделать. Возьми себя в руки, перестань страдать и взгляни на ситуацию объективно.       — Ты не хотела, чтобы мы с Дереком были вместе.       — Не хотела. Верно. Но я смогла это принять. Иначе я потеряла бы вас обоих. А сейчас у меня два прекрасных сына, и я горжусь обоими. Разве этого мало?       Джейсон отвернулся. Джоан была права. Снова.       — Дерек не хочет меня видеть, — буркнул он.       — И это ты тоже должен принять.       — Вот спасибо! Я должен просто принять, что у меня больше нет брата, друга… — назвать Дерека любимым человеком он не смог. Не при Джоан.       — Именно, — качнула головой Джоан. — И тогда ты увидишь, что вас связывает гораздо больше, чем детские рисунки. Что бы между вами ни произошло, вы сойдётесь снова.       — Он не сможет меня простить.       — Он простил меня! Думай, о чём говоришь, Джейсон.       Джейсон внезапно осознал, что Джоан рассматривает монстров на рисунках Дерека — безмолвных свидетелей её прошлого. Безмолвных для него, но не для Джоан. Джейсон переживал, что не смог стать опорой для Дерека в трудную минуту, но на Джоан лежал гораздо более тяжкий груз.       — Дереку иногда нужно побыть с кем-то, кто не напоминает ему о прошлом, — тихо проговорила Джоан. — Но он обязательно вернётся к тебе.       Джоан была права. Джейсона и Дерека связывало гораздо больше, чем общая кровь или секс. Они могли не быть братьями и любовниками, но незримая связь между ними не пропадала. И если Дерек выставил своё прошлое напоказ, может быть, оно уже не так сильно его тяготит?       Рука Джоан легла на плечо, перед этим смахнув с него невидимые пылинки:       — Мы становимся сильнее, когда принимаем неизбежное. Я желала себе и всем нам совсем другой жизни и почти сломалась в попытках изменить то, что не могла. Не повтори моих ошибок.       Джейсон ощутил едва заметное прикосновение её губ к щеке. В следующую секунду она уже удалялась — прямая спина, гордо поднятая голова с венцом светлых волос, спокойная, уверенная походка. Некоронованная королева. Ничего общего с монстрами на рисунках Дерека. Глядя на неё, Джейсон тоже расправил плечи. Быть сыном Джоан Джефферсон оказалось не так и страшно.