Иллюзорна мгла. Часть первая. Довакина нет, но вы держитесь

      Из подземелий потянуло пылью и тленом, призраком завыл ветер, и по спине побежала мелкая дрожь. Толфдир странно дёрнулся на месте, встряхнул седыми волосами, точно отгоняя от себя наваждение. Эрандур всё ещё смотрел прямо на меня, и в его глазах читалось волнение.       – Что произошло? – спросил маг. – Я ощутил всплеск странной энергии…       Вцепившись в Ваббаджек, как в единственную надежду на спасение, увидела, что он напуган. Даже посох боится, а что говорить обо мне? Язык прилип к нёбу, колени затряслись, губу закусила до крови, чтобы предательски не дрожала. Повторяла себе мысленно, что я – неофит, а не семилетняя селянка, и не должна бояться ни членов тайных орденов, ни, уж тем более, привидений!       – Мастер, кто такие Псиджики? – дрогнувшим голосом поинтересовалась я.       Толфдир удивлённо вскинул густые брови.       – Почему ты вдруг о них заговорила?       – Мне кажется, что я одного видела. Прямо здесь. Перед тем, как открылась крышка третьего саркофага, – невнятно промямлила, глядя то на наставника, то на жреца. Обоих мои откровения ошарашили.       – Ты уверена? – засомневался маг. – Псиджики уже давно исчезли из нашего мира вместе с островом Артейум.       – Уверена. Призрак сказал, что он Псиджик, – со стороны это звучало довольно нелепо, но, кажется, Толфдир поверил.       – Что именно он сказал?       – Мы нашли что-то очень опасное, и я должна увидеть какую-то силу.       – Лучше бы убраться отсюда, – решительно высказал Эрандур. – Что бы ни скрывалось за этими печатями, вряд ли это принесёт пользу миру. Предлагаю, закрыть крышку саркофага и оставить мёртвых в покое.       – Если бы Коллегия хотела оставить всё на своих местах, мы не начали бы раскопки, – хмуро отозвался Толфдир. – Если мы уйдем, то придут другие. Мирабелла сообщит Анкано о находке, и он придёт сюда, а, отказавшись… – маг вздохнул. – Мы просто перестанем получать поддержку.       – Дело в золоте, мастер? – прямо спросила я. – Талмор оплачивает эти работы?       – Всё не так просто. Они многое посулили Коллегии, если мы возьмёмся за изучение этого места, – наставник вошёл в потайной коридор, призвав свет. – Я не имею права отступиться.       Я закрыла рот ладонью, сдерживая дрожь и тошноту. Плохо стало не от влияния древней магии, а от осознания, что теперь знаю слишком много. Эрандур положил мне руку на плечо.       – Все будет хорошо. Мара защитит нас, – искренне веря в свои слова, произнёс он. Мне тоже очень хотелось поверить, но пока не удавалось.       Тишина подземелья прорезалась хриплым криком мастера Толфдира:       – На помощь!       Жрец, не раздумывая, бросился на подмогу, я, помешкав, пролезла через саркофаг, очутившись в невероятно узком коридоре, который выводил к первому слабо освещённому захоронению. Мой магический свет озарил ожившую усыпальницу – драугры с секирами и мечами, с древними щитами, в проржавевших насквозь доспехах и остатках одежд восставали из альковов, дабы прогнать нарушителей их вечного покоя.       – Ав дилон! – проскрипел жутким голосом один из мертвецов, замахнувшись секирой. Эрандур оттолкнул драугра, и древнее топорище пролетело мимо плеча мастера Толфдира.       Маг взмахнул рукой, направил чары на восставшего и, окутанный слабым синим свечением, тот устремился прочь по коридору.       – Это ненадолго задержит их, – изрёк наставник.       – Здесь их возможно сотни или… тысячи, – предположил жрец, сжимая рукоять клинка. – Мы втроём не справимся.       – Верно подмечено, – надменный голос с эхом разлетевшийся по коридору, напугал меня сильнее, чем хриплые стоны драугров.       Анкано, освещая магией подземные чертоги, пробрался через саркофаг в глубины Саартала и, откинув капюшон, осмотрелся. Брелина была права насчёт него – и впрямь красавчик, каких поискать. Густые серебряные волосы легли на плечи мягкими волнами; надменный, сверкающий золотом взгляд советника острым лезвием скользнул по нашим лицам. Вслед за Анкано семенила Мирабелла.       – Советник? – заволновался Толфдир. – Думаю, здесь слишком опасно…       – Опасно? – насмешливо фыркнул альтмер. – Для вас, может быть. Неофитам здесь и вовсе делать нечего, а я – опытный маг, старший талморский юстициар*, мастер Школы Разрушения, и вы думаете, что меня напугает десяток-другой сушёных мертвых нордов?       – Джулия обнаружила этот тайник, она имеет право быть здесь, – возразил наставник, указывая на меня.       – Я вовсе не настаиваю на этом и с радостью уйду, – быстро выпалила я, с надеждой глядя на Толфдира.       – Псиджики не являются, кому попало.       Янтарные глаза Анкано вспыхнули охотничьим азартом, и талморец навострил и без того острые уши.       – Псиджики? – Мирабелла наградила меня почти ревностным взглядом. – Ты видела их?       – Одного. Он сказал, что мы что-то опасное тут нашли, – объясниться не дали драугры. Сложно было выразить слова благодарности умершим нордским воителям, что избавили меня от пространного повествования перед советником архимага о том, как мне явился призрачный колдун. Отпугивающие нежить заклятия Толфдира рассеялись и теперь трое пробужденных возвращались с секирами наперевес.       На ладони Анкано вспыхнул столб пламени, он бросил его вперёд и одного драугра поглотил огонь. Мертвец больше не поднимался, а по залу расползлась вонь жжёных костей. Та же участь постигла и двух других.       – Вперёд! – скомандовал талморец, возглавив исследовательскую группу.       – Постойте, советник, – голос Эрандура вынудил всех повернуться и замереть в изумлении. На вытянувшемся лице Анкано проступило явное недовольство. Жрец молча кинул в коридор огненную стрелу, и в метре от альтмера взметнулась вверх стена обжигающего холода.       Едва не угодивший в древнюю ловушку советник архимага, коротким кивком отблагодарил сородича по эльфийской крови, однако выражение лица не переменил. Кажется, это была наивысшая степень похвалы, которую мог заслужить от него не альтмер.       – Похоже, здесь много ловушек, – пробормотала Мирабелла, хвостиком следуя за Анкано.       – Как и в любой нордской руине, – шепнул мне жрец. – Посматривай под ноги. Нажимные плиты, как правило, круглые, иногда отмечены узором.       После его предупреждения шла, неотрывно глядя под ноги. Всех драугров, вставших на нашем пути, Анкано повергал в прах с такой непринуждённой лёгкостью, что я, узрев его высокое эльфийское искусство, невольно восхитилась и поставила себе цель – во что бы то ни стало научиться контролировать пламя. Иначе так всю жизнь буду с криками от всего удирать или за спиной Эрандура прятаться.       Драугры вылезали из альковов и саркофагов, крышки, которых выталкивали изнутри – казалось всё время проклятые мертвецы только и ждали, что сюда кто-нибудь придёт.       Советник архимага наколдовал молнию, направив чары в драугра в шлеме с изогнутыми рогами, но, к несчастью, его заклинание не уничтожило врага. Мёртвый воитель что-то прогавкал на древнем наречии, и всех оттолкнуло назад невероятно мощным порывом ветра. Я не удержалась на ногах и неловко села на пол.       – Что это было? – мой вопрос остался без ответа. Маги были слишком заняты драугром, который и горел плохо, и от молний альтмера в прах не обращался. Мирабелла плела изгоняющие нежить чары, Толфдир призывал сияющий защитный круг. Мы с Эрандуром благоразумно не мешали мастерам-волшебникам биться с восставшим. Под натиском огня и молний драугр пал.       Анкано повёл всех дальше. Я встала, отряхнула зад от пыли и носком сапога потрогала дымящегося мертвеца. Жрец с интересом поднял древний нордский меч и уравновесил его в руке.       – Невероятно, – произнёс данмер, возвращая оружие павшему воителю. – Сталь очень хорошо сохранилась, несмотря на тысячелетия, проведённые в гробнице.       – А что это была за магия? – припомнив сбившее меня с ног заклятие, повернулась к жрецу в поисках ответов.       – Без понятия, – встревожено отозвался Эрандур, и замер, прислушиваясь. – За нами кто-то идёт.       Из коридора действительно звучал едва уловимый шорох шаги, который можно было легко спутать с эхом от шагов, ушедших вперед мастеров. Вцепившись в Ваббаджек, я решила, что это, несомненно, драугр, которого мы не заметили.       – Надо нагнать остальных, – предприняв стратегическое отступление назад, поняла, что слишком поздно. Сгорбленная маленькая тень, мелькнувшая на стене, явно принадлежала не драугру.       – Покажись! – крикнул Эрандур, держа оружие наготове.       Из-за угла высунулась Брелина, смотрящая со страхом и любопытством одновременно.       Данмер опустил меч и нахмурился. Моя подруга подбежала ко мне и заключила в объятия.       – Какое счастье, что ты жива! – выдохнула она, уткнувшись в моё плечо. – Я занималась фреской, и мимо вдруг пробежала Мирабелла с совершенно безумным видом, а потом они с Анкано вместе устремились куда-то. Я испугалась, что с тобой могла случиться беда!       – Не знаю, как советник отнесётся к тому, что ты здесь! – я мягко отстранилась от Брелины. Её волнение было мне понятно и приятно, но Саартал не место для проявления нежных чувств.       – Девушки, – встрял Эрандур. – Пора идти.       Мы втроём нагнали ушедших магов и советника. Анкано метнул на Брелину презрительный взгляд и, судя по перекосившемуся от раздражения лицу, с трудом сдержался от высказываний в её адрес.       – Надеюсь, Дж’зарго и Онмунд не последуют за нами, – задумчиво проговорил Толфдир, поглаживая бороду. У меня сложилось впечатление, что в глубинах Саартала наставник уже углядел для нас кучу фресок и урн, которые необходимо очистить, и невообразимое количество тёмных углов, которые надо осветить.       Коридоры стали уже, а потолки ниже, у одной стены в нише я заметила чёрный продолговатый обелиск с тремя плоскостями, на одной из которых была высечена фигура кита. У противоположной стены стоял точно такой же, но с летящей птицей, напоминающей пикирующего орла. Дорогу исследователям преградила массивная решетка, перед которой на каменном пьедестале торчал рычаг механизма.       Даже высовывая свой любопытный нос из-за спины Анкано, было ясно – трогать рычаг нельзя. Слишком очевидно, и советник архимага понимал это как никто другой, несмотря на альтмерское самомнение.       – Здесь головоломка, – Мирабелла тоже заметила обелиски вдоль стен.       – Кажется, изображения на них должны совпадать с теми, что на стенах над ними, – проницательность Брелины вызвала довольную улыбку наставника.       – Умница! – воскликнул Толфдир.       – Какие изображения? Где? – едва слышно прошептала я жрецу, и он указал на небольшие плитки, скрывшиеся в тени ниш над каждым обелиском.       Анкано коротко кивнул, оставшись возле рычага:       – Полагаю, вы знаете, что нужно делать.       Ухватившись руками за один из обелисков в попытке сдвинуть его с места, ощутила, насколько тяжел этот монолит. Из эбонита сделан, что ли? Брелине и Эрандуру пришлось помочь мне, пока Мирабелла и Толфдир силились перевернуть камень у противоположной стены, чтобы рисунок на нём соответствовал плитке со змеей.       Оценив вес обелисков, – а их оказалось не два, а целых шесть – мастер Толфдир недовольно покачал головой и предложил иной путь достижения цели.       – Я переверну эти указатели заклинанием! – на его ладонях возникло тусклое красноватое свечение. Маг направил магию на один из камней, сделал пассы руками, и обелиск послушно перевернулся нужной стороной.       Советник архимага терпеливо дождался, когда коллега закончит творить чары, и потянул рычаг на себя. Решётка с противным скрежетом медленно поднялась вверх.       – Телекинез – полезное заклинание. Позволяет перемещать предметы на расстоянии, а также манипулировать удаленно довольно массивными объектами, – поведал мастер Толфдир, и я мысленно решила, что после овладения огненными чарами, приступлю к изучению именно этого заклятия.       Анкано устремился вперёд, желая поскорее познать тайны Саартала, а Брелина схватила меня за вспотевшую от волнения ладонь. Вздрогнув, посмотрела на испуганную подругу, и в тот же миг услышала грохот очередной вылетевшей крышки саркофага.       – Всё будет хорошо, – приободрила я данмерку, и она решительно кивнула, взглянув на меня с обожанием. Однако мне поверить в собственные слова не удалось. Что же тут хорошего, посреди восстающих трупов, глубоко под землей и, того и гляди, потолок на голову осыплется! Эдак и нас только через тысячу лет откопают, разложат кости по кучкам и станут определять, где меры, а где люди.       Стоящий на возвышении драугр в шлеме с прямыми рогами, угрожающе резво махал мечом и кричал, призывая сбивающие с ног порывы ветра. Поток огня и молний магов действовал на него не так успешно, как хотелось. Он тлел, продолжая целенаправленно двигаться на нас. Эрандур подскочил к нему, однако очередной лающий вопль мертвеца выбил оружие из рук данмера. Клинок просто выскользнул из его ладоней под воздействием древней магии, и жрецу пришлось, уклоняясь, отступить назад. Мирабелла, судя по всему, пыталась применить изгнание нежити, только этот драугр никак на её чары не реагировал. Он подошёл к Анкано, замахнулся клинком, и поскольку советник не успел увернуться, оставил длинный кровоточащий след на лице альтмера.       Брелина в ужасе закричала. Я, позабыв обо всем, бросилась вперед, нырнула под руку драугра, который готовился нанести смертельный удар, перекатилась по полу, а мертвец выбрал своей следующей целью творящего чары Толфдира, вместо державшегося за рассеченное лицо советника.       – Я – целитель! – заявила альтмеру, в надежде, что он позволит мне оказать ему помощь, но разве мог такой надменный мер допустить, чтобы его исцеляла простая имперка. Анкано грубо отпихнул меня в сторону и призвал исцеляющий свет, настолько сильный, что на месте повреждения не осталось даже тонких следов шрамов.       Сумбурный бой с драугром продолжался. В итоге, тлеющий мертвец опустился на одно колено и преклонил голову, словно признавая своё поражение. Жрец несколько раз ударил мечом наотмашь по сухой шее воителя, и голова со стуком покатилась по полу.       Униженно отступив от Анкано назад к Брелине, пыталась понять, зачем бросилась к нему на помощь. То ли целительские рефлексы сработали, то ли вспомнила, что подруга в него тайно влюблена. Советник хмыкнул мне вслед и дал команду продолжать путь.       – Нужно вернуться назад, – изрёк Толфдир, вызвав негодование альтмера. – У нас нет припасов, чтобы продолжать путь. Саартал может быть огромен…       – Исключено, – не терпящим возражений тоном отрезал Анкано, поднимаясь наверх.       Пришлось подчиниться и идти дальше. Казалось, даже спокойный, умудрённый годами Толфдир с раздражением поскрипывал зубами.       Наставник был прав – можно вечно блуждать по лабиринту гробницы, но подкрадывающаяся жажда напоминала о том, что отдых необходим. Альтмер словно вовсе не чувствовал усталости. В его глазах с фанатичным блеском горела цель: любой ценой обнаружить сокрытое в недрах Саартала. Он прорывался вперёд, повергая драугров, отмахиваясь от паутины, точно поглощённый совсем иной жаждой. Той, что порой толкает на необдуманные поступки – жаждой получить власть.       Хитросплетения коридоров закончились в зале со сводчатым потолком перед наглухо закрытой дверью, по обе стороны от которой стояли пары каменных обелисков, изображающие всё тех же змей, орлов и китов и плитки с подсказками над ними. Толфдир принялся телекинезом вращать крайний левый, но в результате вместе с указателем поворачивались ещё два других.       – Необходимо установить правильную последовательность, – задумалась Мирабелла. – Попробуйте начать с другого.       Я в разгадке этой головоломки участия не принимала – любовалась старинными барельефами, изображающими фигуры людей то ли воюющих, то ли творящих магию. Сквозь слой вековой пыли сложно было рассмотреть, что именно на них выгравировано.       Бретонка быстро разгадала этот древний нордский шифр, и как только все обелиски стали соответствовать своим плиткам, дверь послушно открылась.       Магический свет озарил очередной коридор, тянущийся в мертвую неизвестность. Духота стала невыносимой, а к горлу подкатили неприятные волны тошноты.       – Джулия? – заметив моё неестественно бледное лицо и угасающую магию над головой, Эрандур успел подхватить меня до того, как упала. Уже через мгновение я осознала себя полулежащей на пыльном полу.       – О боги! Что с ней? – Брелина наклонилась с целебными чарами, возвращая силы моему телу.       – Вы же совершенно не подумали об этом, когда отправили неподготовленных неофитов в древнюю гробницу? – Эрандур пронзил наставника гневным взглядом. – У Джулии нет защит от магии, а здесь её полно.       – Верно, – помрачнел Толфдир. – Чувствую, как сила пронизывает воздух.       Ловя ртом крохи воздуха, прерывисто дыша, я с трудом приходила в себя. На шее затягивалась невидимая петля.       – Мою магию что-то поглощает, – призналась Брелина, не прерывая исцеления. – Чары действуют совсем не так, как нужно.       Наставник принялся активно рыться в наплечной сумке, выудил оттуда свиток, развернул и сотворил магию. Делая странные пассы руками, он призвал защитные чары, окружившие нас сияющим кругом. Магия ярче осветила зал, а мне, наконец, стало легче дышать.       – Не выходи из круга, – предостерёг мастер Толфдир.       Медленно поднявшись на ноги и откашлявшись от пыли, почувствовала себя такой бодрой, что готова была бегать.       – А как же мне возвращаться? И почему на вас это место так не действует?       – Когда долгое время изучаешь магию, учишься гармонично взаимодействовать с энергиями, – пояснил Эрандур.       – Верное замечание, – кивнул наставник. – Однако магия бывает гибельна и для тех, у кого немалый опыт.       Только теперь я заметила, что от советника Анкано и Мирабеллы уже и след простыл. Они решили никого не дожидаться и бросили нас посреди руины.       – Нужно догнать советника, – мрачно заметил Толфдир.       – Но мы же не бросим здесь Джулию! – испуганно проронила Брелина. – Я без неё не пойду!       Эрандур некоторое время угрюмо молчал, словно размышлял о чем-то.       – Ваббаджек, – вдруг выдал он.       Не успев даже посокрушаться о том, что в очередной раз всё испортила, поняла, что жрец в своём роде гений.       – Чары не будут держаться вечно, а твоя связь с посохом может помочь, – предположил он.       Вытащив подарок Шеогората из-за спины, я крепко сжала его в руке и переступила магическую границу без вреда для организма.       – Универсальное средство, – невнятно промычала себе под нос, вспоминая Безумного Лорда. Интересно, за что он меня этим наградил? Или для чего?       – Что это за посох? – любознательная Брелина вцепилась в мою руку и устремила взгляд на артефакт.       – Нам пора, – Толфдир поторопил нас, избавив меня от объяснений.       С гулким эхом прилетел хриплый каркающий крик. Коридор заливало бледное голубое сияние, становящееся ярче по мере приближения к цели. Когда выбежала в главный зал, не смогла поверить собственным глазам.       Гигантский шар, окутанный волнами пульсирующего льдисто-лазурного свечения, испещрённый письменами, висел примерно в метре над полом и медленно вращался. Со стен зала на шар глядели каменные лики древних, а перед ним Анкано и Мирабелла пытались одолеть драугра в рогатом шлеме и с посохом в руках. Бретонка только и успевала, что блокировать огненные шары, а советник непрерывным потоком ослепляющих молний разил пробужденного стража.       – О Мара, что это? – выдохнул обескураженный данмер. Брелина сжала мою ладонь так крепко, что у меня хрустнули фаланги. Подруга взволнованно задрожала. Толфдир замер, разглядывая невероятную находку.       Драугр, наконец, оказался повержен и рассыпался неровной кучкой праха. Магия торжествующего Анкано буквально взорвала его, обратив в пыль. Советник, ликуя, воздел руки к шару.       – Видите! Я оказался прав! – объявил он. – Вот что прятали здесь древние норды!       – Но что это такое? – Толфдир спустился по боковой лестнице в зал.       Эрандур последовал за ним, оставив нас с Брелиной вдвоём.       – Выясним, когда переправим находку в Коллегию! – распорядился Анкано, обернувшись к наставнику. – Вероятно, мощный источник энергии.       Я повернулась к подруге, которая теперь с интересом рассматривала шар. В её карминовых глазах отражались блики сияния.       – Ты в порядке? – участливо обратилась к Брелине, заметив её беспокойство.       Она тонко улыбнулась, прильнув ко мне.       – Хорошо, что мы отыскали то, зачем пришли…       – А мы пришли за этим? – указав на шар, не поняла, к чему она клонит.       Данмерка внезапно обвила меня за шею и нежно поцеловала. Испытав секундное замешательство, в недоумении уставилась на подругу.       – Постой, ты же влюблена в… – кивнув в сторону альтмера, беседующего с мастером Толфдиром, проговорила я.       – И вовсе не в него, – Брелина проникновенно посмотрела мне в глаза. – В тебя, глупая…