Глава двадцатая. По следам даэдра
25 апреля 2019 г., 20:04
Тишину, царящую в Арканеуме, разрушили чьи-то торопливые шаги. Я в испуге подняла голову и затаилась за столом в тени, присматриваясь к незваному гостю. Где-то в глубине души, конечно, понимала, что вечно прятаться от Брелины не смогу, но разговаривать с ней после того, как мы вернулись из Саартала, боялась.
В библиотеку, стуча каблуками высоких сапог, зашёл советник Анкано и стремительно проследовал до стойки, где Ураг кропотливо занимался ревизией картотеки.
– Советник Анкано, – поприветствовал альтмера смотритель. – Чем могу помочь?
– У меня к вам два дела, – сухо бросил советник. – О первом вы знаете. Книга найдена?
– В Арканеуме есть копия, – орк сверился с формуляром и снял с пояса связку ключей. – «Ночь Слёз» довольно редкий экземпляр, посему в своё время я озаботился приобретением дубликата.
– Ценю вашу предусмотрительность, Ураг, но ближе к делу.
Смотритель открыл один из шкафов и вытащил книгу, необходимую Анкано. Эльф принял её осторожно, обеими руками, как невероятно ценную реликвию.
– Слышал, вы посещали нашего соседа, – вдруг произнёс библиотекарь. – Неужели он не поделился знанием с таким выдающимся магом, как вы, советник?
– Боюсь, эта сущность неспособна общаться со смертными.
– Вероятно, это так, – Ураг повесил связку ключей обратно на пояс. – А что за второе дело, о котором вы упомянули?
– Я ищу неофита. Джулию Октавию. Она здесь?
– Здесь, – смотритель указал на стол в дальнем тёмном углу, и советник направился ко мне.
Уткнувшись в книгу, сделала вид, что увлечена настолько, что не вижу его. Анкано взял стул, но немного отодвинулся от меня, изображая тем самым, что не сидит рядом с человеком.
Я показательно встрепенулась и стыдливо отвела взор.
– Прощу прощения, советник. Не заметила, как вы пришли…
– Не прикидывайся, – прохладно высказал он. – Я знаю, что ты слышала наш разговор. Впрочем, это не имеет значения.
Анкано положил книгу на край стола и скрестил руки на груди. В полумраке его глаза сверкали застывшими каплями янтаря и казались безжизненными драгоценными камнями. Прекрасными и холодными.
– Так, зачем вы меня искали? – я выдержала его тяжёлый взгляд и нагло уставилась на советника, вызвав негодование высокого эльфа.
– Не храбрись, тебе это не поможет, – сказал Анкано таким тоном, точно намеревался плюнуть мне в лицо за дерзость. – До меня дошли весьма любопытные слухи, будто ты намереваешься изучать даэдрические культы и собираешься покинуть Коллегию?
– Пока ещё нет, я лишь собираю необходимую информацию… – откуда он об этом узнал? Только вчера спросила Урага об Азуре! Верно говорят – у Талмора везде уши.
– Как много времени тебе нужно, чтобы убраться отсюда?
– Советник, я исключена? – внутри засел страх, но я попыталась сохранить самообладание.
– Исключена? Нет. Ты не нарушала никаких правил, просто я хочу, чтобы ты ушла, как можно дальше отсюда и не возвращалась, как можно дольше.
– К чему такие сложности? Я… не нравлюсь вам?
Анкано издал короткий смешок, на губах его застыла улыбка, а в холодном взгляде – жалость и брезгливость.
– Совсем забыл, что люди весьма недалекие создания, – изрёк альтмер. – Ты знаешь, что скоро сюда будет перемещён найденный нами артефакт, а я припоминаю твою реакцию, когда мы оказались рядом. Постоянное пребывание в Коллегии может убить тебя.
– Архимаг Арен дал мне амулет, защищающий от магии, – сказала я и тут же об этом пожалела.
– Превосходно. Полагаю, он будет несказанно рад получать от тебя отчёты, касательно твоих изысканий… – Анкано бегло взглянул в книгу. – Азуры.
Поняв, что талморец даёт шанс уйти по-хорошему, согласно кивнула и слегка улыбнулась ему. В третий раз указывать на дверь мне не нужно – сама найду выход.
– Как пожелаете, советник, – слегка склонив голову перед альтмером, заметила самодовольное превосходство в его глазах.
– Признаю, что поспешил с выводами насчёт тебя, – Анкано забрал свою книгу со стола и встал. – Осторожность и знание своего места, пожалуй, лучшие черты, свойственные людям. Надеюсь, тот жрец покинет Винтерхолд вместе с тобой?
– Несомненно, господин, – вздохнула я. – Мы уедем вместе.
Советник удалился. Некоторое время слушала стук его каблуков, а потом уронила лицо в книгу и расплакалась. Ураг, шаркая и позвякивая ключами на поясе, подошёл и отвесил мне подзатыльник.
– Не порть страницы! Ишь сопливая какая! – зарычал орк. – Что тебе эльф наплёл, а?
– Велит отсюда… уйти, – прерывисто дыша, пропищала я. Образ библиотекаря расплылся в глазах чёрно-коричневым пятном. Ураг отобрал у меня книгу и недовольно осмотрел промокший от слёз пергамент.
– Ну, девочка! Тише! – орк положил ладонь мне на голову. Похоже, это был верхний предел нежности, на который способны представители его грозной воинственной расы.
– Уйдешь ты, и что с того? Будешь в гости приезжать, привозить старику Урагу новые книги.
Утерев слёзы и громко всхлипнув носом, с искренней радостью уставилась на орка, хотя нижняя губа ещё дрожала.
– Буду! – бодро кивнула я, и смотритель оскалился в широкой клыкастой улыбке.
– Толфдир хвалил тебя, говорил: «осторожная». А всё туда же! Даэдрические культы! Был у нас один тут поклонник Азуры. Так и смотался, прихватив с собой кое-кого из учеников. На людях хотели экспериментировать, а в Коллегии, нельзя, сама понимаешь.
– А куда он смотался?
– Не знаю куда, но знаю, что пару лет назад один из тогдашних учеников вернулся. Просил книги заклинаний. Звать его Неласар, в Коллегию его иногда пускают как гостя, а книги я ему никакие не давал. Сегодня он гость, а завтра это даэдрово отродье смотается куда-нибудь в Морровинд. Мне потом из жерла Красной Горы книгу доставать?.. – Ураг заговорился и, кажется, сам потерял нить.
– И где искать этого Неласара?
– Где-то в Винтерхолде… в таверне может. Хочешь больше узнать, поговори с ним.
***
Поскольку время, отведённое мне в Коллегии, стремительно утекало, я твёрдо решила не распускать нюни, а собраться и действовать. Быстро покинув Арканеум, снарядилась в Винтерхолд и отправилась на встречу с Эрандуром, надеясь, что он поможет отыскать Неласара. Внутренний круглый двор Коллегии был погружён в глубокую тишину; сыплющийся с неба крупными хлопьями снег поглощал все звуки. Снежинки падали, медленно кружась, и ложились на одеяния статуи мага, творящего вечные чары над каменной светящейся жаровней. Когда темнело, сияние окрашивало снег в приятные глазу оттенки индиго, добавляя холодным ночам мистические нотки. Я с тоской окинула взглядом двор, согнутые под тяжестью налипшего снега кустики снежноягодника и быстро последовала к мосту, призывая магический свет для его активации. За спиной висел Ваббаджек, а высота меня больше не страшила – если случится так, что вдруг сорвусь в Море Призраков, вряд ли станет намного хуже. На меня обратил внимание Талмор, а это значило, что опасность может выскочить из-за любого угла вместе с наёмным убийцей, призванным убрать меня из Нирна, чтобы советнику Анкано стало спокойнее. Кажется, я не боялась так даже в Хелгене и Храме Призывателей Ночи, а память постепенно стирала те ужасы, что довелось пережить. Лишь иногда во снах всплывали туманные образы драконов, погибающего Эстора, чёрной башни, нависшей над заливом, но они забывались быстро, таяли в суматохе дней. Единственную улицу Винтерхолда старательно расчищали стражники, вооружённые лопатами вместо мечей. Они скидывали снег на обочины, и мне пришла в голову мысль, что скоро заграждения из сугробов превратятся в коридор. На крыльце таверны я заметила жреца, занятого чисткой ступеней, и невольно улыбнулась. Он сосредоточенно и последовательно занимался даже таким простым делом. Жаль, что придётся сообщить ему плохие новости. – Помочь? – громко спросила я. Эрандур, одарив меня встревоженным взглядом, остановился и опёрся на черенок лопаты, как на посох. – Что ты здесь делаешь? – и он снова ответил вопросом на вопрос. Не мог просто поприветствовать?! – Нам надо серьёзно поговорить, – выдав ключевую фразу, после которой любой мужчина гарантировано меняется в лице, наблюдала за реакцией данмера. Жрец заметно напрягся, нахмурился и, оставив лопату на крыльце, указал на дверь таверны. Я поднялась по ступеням, Эрандур, соблюдая правила приличия, о которых большинство местных нордов не подозревало, галантно открыл передо мной дверь. Тепло таверны пахло копчёным на вертеле мясом. Оленью тушу, слегка почерневшую с боков, медленно вращал над огнём немолодой норд, похоже, муж хозяйки трактира. За одним из столов спиной к двери сидел единственный посетитель. Поприветствовав хозяина коротким кивком, сразу проследовала до комнаты Эрандура, где мы со жрецом скрылись, заперев дверь. Данмер скинул капюшон, замер на пороге, скрестив руки на груди, и посмотрел на меня в ожидании объяснений. От слёз удалось удержаться, хотя комок обиды в горле мешал нормально разговаривать. Довольно сбивчиво я рассказала другу о том, что в приказном порядке Анкано попросил меня удалиться и прихватить жреца с собой. – Стоило догадаться, что это произойдет, – Эрандур прислонился к двери и прикрыл глаза в раздумьях. – Он не позволил бы нам остаться после событий в Саартале. – Но причем тут ты? – Не сразу догадался, что уязвил его самолюбие, прилюдно указав на невнимательность. – Когда?! – мне было неясно, о чём он толкует. – Когда спас от ледяной ловушки. Это сильно задело его гордость, – данмер выглядел крайне взволнованным. После того, как мы поселились в Винтерхолде, он не думал о том, что и отсюда придётся скоро бежать, поэтому плана отступления не было. – Какие они нежные! – я чуть не сплюнула под ноги. – Не нежные. Властолюбивые. Не любят, когда их авторитет расшатывают. Для талморцев легче умереть, чем признать, что они совершили ошибку. – Приходилось иметь с ними дело? – Много слышал о них, только и всего, – жрец тяжело вздохнул. – Они не знают о милосердии. Это мне тоже было известно, поэтому хотелось смыться подальше из поля зрения советника и желательно навсегда. – В Винтерхолде живёт кто-нибудь по имени Неласар? – задала Эрандуру прямой вопрос, и он с сомнением взглянул на меня. – Имеешь в виду моего соседа? Его комната напротив. Мы пересекались несколько раз в зале, но он неразговорчив. Проводит магические искания, поэтому поселился вблизи от Коллегии. – Он мне нужен! – радостно воскликнула я, и лицо данмера потемнело. – Зачем? – Мне кажется, о нём говорила Азура…***
Неласар являлся типичным представителем альтмерской расы, однако такого абсолютного превосходства в его глазах и холода, как у Анкано, я не заметила. Он охотно впустил нас к себе в комнату, показал книги заклинаний, камни душ и посохи, которыми торгует, но как только мы завели разговор об Азуре, эльф переменился в лице и начал смотреть с нескрываемым подозрением. – Насколько мне известно, последним владельцем Звезды Азуры был данмер по имени Мейлин Варен. Бывший маг Коллегии и, так уж вышло, мой наставник, – приятным бархатным голосом Неласар начал свою историю, точно сказку, которую рассказывают детям перед сном. – Я изучал под его руководством зачарование и свойства камней душ. В частности, артефакта Азуры. Мейлин был одержим идеей бессмертия, хотел заточить свою душу в Звезду, но, к несчастью, чёрная душа данмера не подходила для этой цели. Тогда он осквернил артефакт, чтобы тот впитывал в себя и чёрные души. Азура решила воспрепятствовать этому и начала сводить Мейлина с ума, посылая ему видения. Альтмер замолчал, видя мою заинтересованность и хмурое лицо Эрандура. – И что с ним случилось? – спросила я, нетерпеливо ёрзая на месте. – Вероятно, он умер. Я покинул ряды его последователей, когда увидел, что даэдра сотворили с его разумом. Артефакт начал разрушаться, и Мейлину требовались десятки жертв, чтобы его сохранить… – А почему у людей чёрные души? – этот вопрос заинтересовал меня ничуть не меньше, чем печальная история Звезды Азуры. – Не только у людей. У всех разумных существ. Считается, что они больше и мощнее, нежели белые души. Поэтому для поглощения различных душ используются камни разной величины, – пояснил Неласар. – Чёрная магия, – прошипел Эрандур. – Неизбежное зло для тех, кто постигает основы зачарования, – альтмер надменно скосился на жреца, полагая, что он наивный моралист. – Но порой это приводит к катастрофическим последствиям, а манипуляции с чёрными камнями душ невероятно опасны для тех, кто несведущ в этой области. – Но раз Мейлин Варен мёртв, значит, Звезду Азуры больше никто не оскверняет? – вопросительно взглянув на Неласара, вызвала у него тонкую снисходительную улыбку. Начала раздражать подобная реакция на мои слова. – Я был не единственным учеником Мейлина. Подозреваю, что в полуразрушенном затонувшем форте на берегу озера Илиналта его последователи до сих пор преданы ему. – Илиналта? – оживилась я, услышав знакомое название. – Это около Ривервуда? – Там неподалеку есть деревенька с таким названием, – подтвердил альтмер. – Стало быть, и Звезда там… – Хм, – высокий эльф хитро взглянул на меня. – Если так случится, что вы отыщите артефакт, принесите его мне. Я вам хорошо заплачу. Пресловутая алчность, воспылавшая в моих глазах, столкнулась с гневным взором Эрандура, поэтому пришлось попрощаться с Неласаром, ничего ему не пообещав. – Ты в деле? – я обернулась к жрецу. – Я в сомнениях, – мрачно выдал он. Мы прошли через зал, захватив по бутылке эля, и снова скрылись в его комнате, чтобы обсудить детали. В Коллегию возвращаться сегодня не спешила – больше не видела смысла идти туда. Откупорив пробку, вдохнула приятный аромат и пригубила прохладный пенный напиток. – По какому поводу сомнения? Из-за даэдра? – по-хозяйски усевшись на кровать Эрандура, я скинула надоевшие сапоги и поджала ноги. Данмер кисло взглянул на меня. – Пытаюсь объективно оценить ситуацию. Некроманты творят бесчинства и нужно попытаться остановить их! – стальные нотки в голосе жреца указывали на его безграничную решительность. – Но Неласар прав – играть с камнями душ опасно. Соприкосновение с энергиями, которыми оперируют эти колдуны, может покалечить твою душу. – А твою? – звучало это всё очень страшно и даже не нужно было никаких денег за такое дело, но пути к отступлению мне пресёк советник Анкано. – Дорогая, а ты думаешь, чем я занимался в культе? Бабочек ловил? – прошептал Эрандур. Я вспыхнула, услышав его обращение. – Не зови меня так, – проворчала, испепелив данмера взглядом. – Я стараюсь не размышлять на эти темы. – И напрасно! Не думай обо мне, как о святом рыцаре. Мне прекрасно известно, как захватить душу человека и все последствия, которые несёт в себе некромантия. Больше всего на свете мечтаю искоренить это зло, но один я не справлюсь, а рисковать твоей жизнью и тащить тебя в некромантское логово не хочу. Если случится, что мы выживем, тьма, так или иначе, оставит след в душе… – А как же Храм?! Я – убийца! Замарала там руки, и это разве не оставило след в душе? – К счастью, последствия оказались не столь пагубны, – отвёл глаза жрец. – Я не заметил никаких отголосков тьмы, наблюдая за тобой… – Наблюдая?! – прокричала, вскочив с кровати, и с вызовом уставилась на жреца. – Тише, – попросил данмер, с опаской обернувшись на дверь. – Конечно, после всего, что произошло, мне пришлось присматривать за тобой, чтобы убедиться, что события в Данстаре не свели тебя с ума. – Довольно, – я снова села на кровать и обулась, намереваясь убраться назад в Коллегию. – Я услышала больше, чем нужно. Мне-то казалось, что ты мой друг, а ты всё это время просто «присматривал»?! – Да, твой друг, и поэтому не могу не беспокоиться о твоей безопасности, – Эрандур не двинулся с места, не позволив мне сбежать. – Но, как служитель Мары, не могу допустить, чтобы эти некроманты продолжали губить души невинных ради того, чтобы какой-то безумец обрёл вечную жизнь! Обида постепенно сменилась пониманием его точки зрения. Остудив вскипевшие эмоции элем, встала посреди комнаты в ожидании окончательного решения жреца. – Я в деле, – коротко бросил он. – Отправимся в Ривервуд сразу, как только в Винтерхолд прибудет повозка.***
Дни стали короче, темнело раньше, а из-за облаков, скрывающих луны, вокруг скопилась серая холодная хмарь. Осветив мост магией, я добежала до Коллегии с надеждой, что сейчас соберу вещи и завтра или послезавтра утром смотаюсь отсюда. До Ривервуда путь неблизкий – придётся провести в дороге целую неделю, и это при самых удачных стечениях обстоятельств. Если нас не съедят белые медведи, не будет снежного шторма и не прибегут агенты Талмора. И повозка, само собой, нужна. Поскольку Винтерхолд совсем не походил на столицу владения, и численность населения уступала тому же Ривервуду, здесь не было большой конюшни, а повозки приезжали нечасто. Обычно извозчики привозили припасы или вывозили на продажу железо и уголь, что добывались в шахтах неподалёку. Углём отапливался весь город – понятно, что везти лес издалека на обледеневшее побережье невыгодно. Мне оставалось только молиться Кинарет о ниспослании хорошей погоды и немножко Шеогорату, чтобы не оставил без удачи. Как назло снег не прекращался – дорожки во дворе Коллегии скрылись под насыпью, кустики снежноягодника утонули в сугробах, а на голове каменного мага появился смешной белый колпак. От кованых ворот я свернула налево, добежала до Зала Достижений и, оказавшись в тепле, стряхнула с сапог налипшие лохмотья снега. Перед тем, как войти к себе, бросила быстрый взгляд на дверь комнаты Брелины. Некрасиво просто сбежать и не объясниться с ней. Я зашла в комнату, зажгла пару свечей и отстегнула капюшон, стряхнув с него снежинки, превратившиеся в маленькие круглые капельки, однако отправиться к подруге не успела. Тактичный стук заставил меня вздрогнуть на месте. Если это данмерка, то крайне не вовремя – не знала, что ей сказать. – Открыто, – мои опасения подтвердились. Кажется, всё это время Брелина ждала, пока я вернусь. Подруга переступила порог и в нерешительности остановилась около кровати. Вид у неё был печальный, если не сказать расстроенный. – Привет, – потухшим голосом произнесла данмерка, и моё сердце от волнения подпрыгнуло до горла, поэтому приветствие вышло сухим и натянутым. – Рада тебя видеть, – отозвалась я так, что мысленно прокляла себя за неспособность хотя бы изобразить радость в голосе. Не говоря уже о том, что этой радости и не было вовсе. Одно только сплошное неудобство. Даже выпитый эль не помог. – И я, – Брелина потопталась на месте, осмотрелась, словно искала за что зацепиться взглядом, но не найдя ничего замолчала. – Я хотела поговорить с тобой, – усевшись на кровать, жестом предложила подруге сесть. Она вмиг оказалась рядом и схватила меня за руку. – Не хочу тебя обидеть, – начала я, заметив, что в глазах Брелины заблестели слёзы. – Но, возможно, мы неверно поняли друг друга. Мне никогда не приходилось иметь отношений с женщинами. Ты мне нравишься. Очень. Но не уверена, что это то, что мне нужно, и, наверняка, не то, что нужно тебе. Тем более скоро покину Коллегию… – Ты уезжаешь? – голос подруги дрогнул. – Вынуждена, но я буду навещать тебя время от врем… – Брелина не дала мне договорить, подавшись вперёд всем телом и закрыв рот горячим поцелуем. Противиться обжигающе страстному чувству не хотелось, мои руки обвили шею данмерки, она придвинулась ближе, ловко расплетая шнуровку на моей рубашке и отстегивая пряжку пояса. – Ты же не пробовала и не знаешь, понравится тебе или нет, – прошептала подруга, избавляясь от сапог. – Что ж… хороший… аргумент, – прерывисто дыша, согласилась я, скидывая на пол ненужную рубашку. Под моими ладонями заскользило её горящее от желания тело, упругая маленькая грудь, нежная шея. Я пила поцелуи с её губ, а она дарила невероятную негу движениями своих умелых пальчиков, что, коснувшись моего лона, породили огненную волну, прокатившуюся от самого низа живота до груди. Дыша в унисон, мы упали на кровать, и в сладком плену объятий Брелины были забыты все страхи и волнения. Осталось одно только счастье. Здесь. Сейчас.
