Глава тридцать шестая. Хуже ярлова гнева только ярлова милость
28 июля 2019 г., 18:46
– За проявленный героизм при спасении жителей, за доблесть, храбрость и верность владению Фолкрит я, ярл Сиддгейр, награждаю всех присутствующих здесь разрешениями на приобретение земельного удела и наилучшими пожеланиями! – молодой человек не старше тридцати лет, одетый в богатые одежды, отделанные лисьим мехом, и золотом, с инкрустированным изумрудами обручем на голове сидел, вальяжно развалившись, на троне, поглаживая короткую русую бороденку, пока Ненья зачитывала собравшимся его приказ со свитка. Мы с Эрандуром стояли среди остальных наёмников, которые теперь стали гордо именоваться землевладельцами.
Смутно понимая, что теперь делать, вспоминала предыдущие ночи. Паника, вопли, ожоги, переполненный пострадавшими госпиталь, спешно организованный в казармах стражи. Почти двое суток не спала, исцеляя и ухаживая за теми, кто пытался как-то тушить драконье пламя. Перед глазами до сих пор кружились почерневшая плоть, лопающиеся волдыри, лица людей, перекошенные гримасой боли. А дракон-то даже в город не залетел. Что будет, если он нападет на Фолкрит?
Тан Гунзул пришёл к нам с благодарностями, наши зелья помогли поставить на ноги нескольких его орков и Ренору. К несчастью, десять из них погибли. Помимо дракона, орк винил в произошедшем каких-то бандитов, которые решили ночью штурмовать форт, но разбежались, поняв, что им это не под силу. С другой стороны, рассуждал тан, не будь этих бандитов, дракон полыхнул бы на форт и тогда не спасся бы никто.
Гордость меня совсем не переполняла, чувствовала себя вымотанной, а те несколько часов, что удалось урвать для сна, не принесли желаемого покоя. Когда Ненья назвала моё имя, чтобы выдать разрешение с подписью ярла, даже не сразу расслышала, что меня зовут. Эрандур толкнул меня в бок, и, встрепенувшись, я зашагала к трону, рассеянно глянув на откровенно скучающего ярла, который, кажется, совсем не хотел присутствовать на рутинном награждении наёмников.
– Подойдёте ко мне в кабинет, если вам есть на что приобрести удел, – произнесла управительница с нотками снисходительности в голосе. Не думала она, что у нас есть деньги!
Я вернулась к данмеру, пытаясь подавить огромный зевок. Глаза слипались, и, почти не разбирая пути по залу ярла, наткнулась на высокую редгардку с синим орнаментом боевой раскраски на грубом лице.
– Ты ослепла, что ли? – она грубо отпихнула меня в сторону, добавив короткое ругательство вслед.
Настала очередь Эрандура получать своё разрешение. Приняв свиток, он некоторое время мрачно разглядывал пергамент, точно не мог прочесть, что именно там написано.
– Кто бы мог подумать, что я решусь стать землевладельцем, – наконец, изрёк жрец и повернулся ко мне, едва стоящей на ногах. – Ну что, Джулия? Ещё мечтаешь об огороде с целебными травами?
– Какие огороды, сугробы по колено, – заворчала, как старая бабка.
– Сейчас сугробы, а потом настанет лето, – оптимистично заявил данмер, и я с подозрением уставилась на него. Меня всегда пугало, когда в нем просыпался позитивный настрой.
– Надо брать! Пусть будет хоть какой-то клочок земли, куда можно вернуться, если границу с Сиродилом долго не откроют…
Вручение разрешений закончилось, и жрец направился к кабинету Неньи, где предстояло решить финансовые вопросы.
Эльфийка неторопливо заняла своё место за столом, вытащила из ящика грубо нарисованную карту, где наш земельный удел обозначался крестиком, и улыбнулась в ожидании септимов.
– На двоих берёте? – недовольно скривилась она, но быстро натянула на острое лицо дежурную тонкую улыбку. – Что ж, ладно.
Эрандур вытаскивал из рюкзака мешочки с септимами, обменянными у местных торговцев. Золото слишком увесистое, потому обычно мы носили с собой по большей части драгоценные камни.
Ненья скрупулезно проверила и перепроверила содержимое, складывая монеты в аккуратные столбики на столе, и от тени её былого недовольства не осталось и следа.
– Только скажите честно, – вдруг заговорила она, – вы и в самом деле некроманты?
– Некроманты?! – вытаращилась я.
– Нет, не бойтесь. Я вас не сужу, да и ярл тоже весьма широких взглядов на современное общество... – пожала тонкими плечиками эльфийка. – Вы так часто ходили ночами на кладбище, что мы волновались, не останется ли от ваших посещений последствий, способных напугать местных... Я настоятельно попрошу вас больше не проводить ритуалы чёрной магии в пределах города. Впредь занимайтесь этим только на своей земле.
– Мы не некроманты! – возмущённо воскликнул жрец, но управительница только понимающе улыбнулась.
Двадцать третьего числа месяца Вечерней Звезды я стала обладателем земельного участка во владении Фолкрит, но прежде чем идти к цели и смотреть, что досталось за честную службу, хотелось только хорошенько выспаться.
***
– Ты думала о возвращении в Сиродил? – жрец обратился ко мне, идущей рядом с ним по тракту к земельному уделу. Ориентироваться по карте было довольно легко, тем более что удел находился недалеко от города – за горной грядой в направлении Хелгена. – М? – я повернулась и вздрогнула, не сразу поняв вопрос. – Да, наверное. Время от времени. Забыть прошлое, сам понимаешь… не просто. – У тебя там семья? – с чего это вдруг такой интерес к моей прошлой жизни? – Нет, мои родные умерли. Папа погиб в сражении на Великой войне, дед умер семь лет назад, а мама пару лет, как подцепила от крысы болезнь и не рассказала никому. Не успели её исцелить... мор… – горькие воспоминания захватили меня. – Но был один близкий человек. Друг. Скорее, чуть больше, чем друг. – Возлюбленный? – Не знаю. Кто-то вроде тебя, наверное. Мы не были влюблены, но тесно общались и много времени проводили вместе, – невнятно объяснила, чувствуя сковывающую сердце грусть. – Кто-то вроде меня? – странно улыбнулся данмер. Я только усмехнулась. Как это ещё можно объяснить? – Угу. Эстор Медведь его зовут. Или звали. Я не знаю, выжил он или нет, когда мне пришлось удирать от гоблинов. – Тогда, в Данстаре, ты о нём говорила? – Что? Когда? – прикинулась дурочкой. Нет, нельзя показывать своих слабостей. А тогда ночью, в Данстаре, когда мы познакомились, я ревела как раненый хоркер и несла какую-то несусветную чушь! Не знаю, понял ли это жрец, или просто решил прекратить копаться в моём прошлом, но разговор завершился на этой ноте. Я почувствовала себя настолько одинокой, что захотелось, кого-нибудь срочно обнять, но Эрандур со своим угрюмым видом вовсе не располагал к объятиям. С некоторыми общаться можно только так – с почтительного расстояния, не прибегая к тесным контактам. Да и друг мне всегда казался отстранённым недотрогой, вспомнить только, как он увиливал от Нарри, которая чуть ли не вешалась ему на шею всё время, пока мы жили в «Мертвецком мёде». Проверять, верны ли мои предположения, не хотелось, к тому же карта привела нас к обозначенному месту, где, измеряя шагами землю, ходила та самая редгардка в синем тюрбане и стальных латах с волчьими шкурами на плечах. Поляну окружали высоченные сосны, а женщина высчитывала расстояние от одной до другой. – О, колдуны! – она заметила нас и криво ухмыльнулась. – Заблудились? – Боюсь, что нет, – я сверилась с картой. – Мы пришли к своему уделу. – Чего?! – редгардка остановилась, уперев руки в бока. – Это моя земля! – Ваша? – удивлённо спросил жрец. – Вы уверены? Наёмница подошла к сброшенному в снег рюкзаку и вытащила из него карту. – Вот! – ткнула она мне в лицо. – Место отмечено крестом! Или ты совсем слепая?! Перед моим носом застыла точно такая же карта, какую мы получили от Неньи. – Они… они… – залепетала я, глядя то вверх, то вниз. – Одинаковые? – Что?! – редгардка выхватила карту у меня из рук, едва не порвав на части, и принялась сравнивать. – Вот остроухая мразь! Она обманула меня?! – Постойте, – голос Эрандура остудил гнев наёмницы и успокоил моё волнение. – Надо вернуться к управительнице и выяснить, не произошло ли ошибки с картами? Может быть, Ненья просто перепутала? – Да, верно, – поспешила я поддакнуть, опасаясь, что сурового вида воительница начнет вымещать свой гнев на нас. Женщина скомкала обе карты и вцепилась в них, некоторое время размышляя. – Хорошо! – наконец рявкнула она с такой решительностью в голосе, что над поляной разнеслось эхо. – Пойдем вместе к ней и разузнаем!***
– Ошибка? – Ненья отвлеклась от стопки купчих, подняла невинные золотистые глаза и тонко улыбнулась. – Нет, это невозможно. Ошибки быть не может. Это ваш общий земельный удел. Мы втроём, недоумевая, смотрели на управительницу, стоя в её кабинете с парой стражников за спиной, словно хитрая альтмерка догадывалась, что кое-кто захочет задать ей несколько вопросов касательно фолкритской земли. – Если вас не устраивают условия, вы можете продать ярлу удел за две с половиной тысячи септимов! – Но мы утром купили за пять тысяч! – не сдержавшись, выкрикнула я, чувствуя головокружение от чудовищных финансовых потерь. – Сделка купли-продажи была совершена, – Ненья демонстративно проверила книгу с записями и выудила из стопки бумаг наши купчие, подписанные ярлом. – Нам обещали землю! Каждому! – взъярилась наёмница. – Извините, а разве кто-то из вас не получил удел? – Отдельный участок! – зарычала редгардка. – Я не стану делить свою землю с какими-то колдунами! – Эй! – возмутилась я. Можно подумать сама не соседка, а подарок богов! – Об этом в вашем договоре не упоминалось. Вы пришли сюда и нанялись на службу, чтобы получить возможность купить землю. И вы её купили. Что вас не устраивает? – безупречная логика ответов и холодный надменный тон альтмерки вынудили меня посчитать убытки и огорчиться. Редгардка оказалась в подсчётах не так сильна, поэтому вместо огорчения рассвирепела, как саблезубая тигрица. Уже через секунду её искривленные клинки высвободились из ножен, а ещё через две оба стражника атаковали горячую разъярённую женщину. Чтобы не попасть под руку или под меч, я на всякий случай ретировалась под стол, попутно размышляя, как можно остановить разрушение и кровопролитие. Эрандур отступил к стенке, пытаясь одновременно воззвать к здравому рассудку наёмницы, упоминая Мару и иже с ней. Ненья спустилась ко мне под стол и так мило улыбнулась, словно за сегодняшний день это была уже не первая стычка с обделенными. – Скажите ей что-нибудь! – взмолилась я, глядя на управительницу. – Скажите сами, – эльфийка действовала грамотно. Спряталась под столом – помалкивай и не высовывайся! Редгардка парировала атаки стражников такой ловкостью и грацией, что это скорее походило на танец с мечами, чем на бой. Стальные дуги скимитаров будто живые сверкали вокруг воительницы, с шелестом разрезая воздух и громко лязгали, отшвыривая сталь врагов от хозяйки. Женщина легко отступала, плавно переставляя напружиненные ноги, ее сильное тренированное тело изгибалось, уходя от ударов и выпадов. А руки, ох что творили ее руки. Быстрые, еле уловимые взглядом движения были текучи. И все в ее манере видения боя казалось правильным. Пусть это призвано сеять смерть, но все было так просто, понятно и следовало одно из другого. Выйдя из созерцания схватки, я вылезла из-под стола и направила руку на стопку купчих. – Стой! – выкрикнула так, что остановились все. Говорят, у имперцев хорошо получается приказывать. Раньше я подобным слухам не верила, но выяснилось, что это в действительности так. – Ещё одно движение, и я сожгу купчие! – для убедительности призвала Пламя на другой руке. От такого отчаянного блефа даже живот свело. – Джулия… – жрец сделал шаг вбок вдоль стенки и нерешительно протянул руку, словно пытался остановить меня от безрассудства. Редгардка замерла – в её глазах из плещущегося азарта боя поднималась а жгучая ненависть ко всему, что её окружает. – Подумай, – попытка воззвать к здравому смыслу наёмницы в её черных глазах вдруг отразилась интересом. – Сейчас у тебя хотя бы есть собственная земля и хоть какие-то соседи. Не обязательно брать силой то, что уже имеешь. Женщина медленно опустила оружие. Стражники не спешили разоружаться, явно намереваясь арестовать нарушительницу порядка. – Именем ярла!.. – начал один из них. – Пусть уходят на свою землю, – Ненья вылезла из-под стола и легким движением руки поправила волосы. – Просто возникло небольшое недопонимание, что впрочем, не отменяет штрафа за дебош в доме ярла. Взглядом поблагодарив управительницу за поддержку, обошла стол, погасила Пламя и решила, что нужно спрятаться за данмера. Он промолчал, но в его глазах я прочла одобрение. Легко отделались. Ненья оценила причинённый ущерб в сотню септимов, но лучше так, чем попасть в тюрьму. – Пошли, соседка, – сказала, приветливо смотря на редгардку. – Меня звать Райя, – представилась она, покидая кабинет управительницы. – Ну что, за знакомство? Зацепив в таверне по бутылочке мёда Хоннинга в дорогу, отправились к своей земле, чтобы решить, что делать дальше. – Я вот что думаю, – деловито вещала редгардка. – Разбить охотничий лагерь для начала. Себе поставите алтарь для вызова трупов, или что там некроманты делают? – Мы не вызываем трупы! – оскорбился Эрандур. – И вообще к некромантии не имеем никакого отношения! – Да, только надо сходить в одно логово и вернуть посох, – кисло заметила я, откупорив мёд. – Не бойтесь, я никому не расскажу, – клятвенно заверила Райя, широко вышагивая перед нами. Мужских привычек у неё, пожалуй, было даже побольше, чем у меня. Грубая, резковатая, непривлекательная – типичная воительница в моём представлении. На нашей поляне, между сосен, слонялся молодой высокий норд в стёганом пальто и меховой шапке набекрень, постоянно сверяясь с картой. – Что это за хмырь? – рыкнула наёмница. Парень отвлекся от карты и посмотрел на нас ясными серыми глазами. – Приветствую путников! – мягким голосом произнёс он. – Заблудились? – Да что за… – обреченно выдохнула я, хлопнув себя по лбу.***
– Зато до Ривервуда рукой подать, – протянул Эрандур, глядя на моё мрачное и очень серьёзное лицо, больше свойственное ему самому. Стемнело, но очертания знакомой деревни уже маячили впереди. Где-то неподалеку отчётливо слышался волчий вой. – Это верно! – радостно подхватил наш новый сосед, бард по имени Луэллин, который, как оказалось, тоже послужил ярлу. Хорошо пел, и Сиддгейр, расчувствовавшись, выдал ему разрешение. Знать бы, что за песни, я б тоже на барда выучилась! Ночь выдалась ясная. С полнолунием Массера, дорогу было видно неплохо, даже мой дежурный огонёк служил скорее для отпугивания хищников, а не освещения пути. – У Алвора ночевать не буду, – буркнула я, не желая пересекаться ни с кузнецом, ни, тем более, с его благоверной женушкой. – Не грусти, Джулия! – Райя вдруг оказалась сбоку и так сильно ткнула меня локтем, что пришлось невольно схватиться за рёбра. – Сейчас завалимся в таверну... – И комнату тоже на четверых? – не удержалась и съязвила. – А спать будем вместе или по очереди? Эрандур коротко усмехнулся. Или поперхнулся. Не поняла. Райя отрывисто рассмеялась и панибратски хлопнула меня по плечу. Забыла видать, что у меня стальных наплечников нет – чуть руку не сломала. – Понятно, что не одну, – успокоившись, добавила наёмница. – Так, что? Завтра за сокровищами полезем? – Полезем, – утвердительно кивнула я, вспоминая о форте на берегу Илиналты, где мы оставили столь необходимое в жизни золото. – Стоять! – прогремело с аванпоста, почти скрытого в еловых ветках. – Кто такие? – Искатели приключений! – браво выкрикнул Луэллин и, перекинув лютню с плеча, пробежался пальцами по струнам. – Странники и менестрели! Ворота медленно раскрылись, словно музыкальный инструмент был ключом, и, конечно, как назло, не доходя до таверны, мы встретили Алвора, возвращающегося домой. – Джулия! – радостно воскликнул он. – А тебе тут письмо пришло… Я резко остановилась – потребовалось время, чтобы осмыслить сказанное. – Письмо? – переспросила, решительно направившись к Алвору. Он немного помешкал, осмотрел многолюдную компанию, пришедшую со мной, и, решив, что такой отряд приглашать в гости довольно хлопотно, заговорил, приглушив голос: – Из Коллегии прибежал гонец. – От Брелины? – сердце ухнуло в область живота, а голова загудела. Кузнец коротко кивнул и поманил меня за собой к крыльцу дома. – Пошли. Оно у меня. Эрандур стремительно последовал за мной, чтобы узнать подробности, а Райя и Луэллин решили, что лучше поскорее занять свободные комнаты в небольшой деревенской таверне. Остановившись в плотной тени крыльца, я призвала магический свет, а Алвор боязливо и немного воровато озираясь, словно совершил нечто предосудительное, вытащил из-за пазухи помятый пергамент с сорванной печатью и протянул мне. – Джулия, мне очень неудобно, но… – Ты прочитал? – заволновалась я, хотя сам факт, что кузнец не сдержал любопытства, почему-то не удивил. Со своим-то едва могла совладать, всякий раз залезая в такие глупые и опасные авантюры! – Не я, – Алвор напоминал провинившегося ребенка. – Я не читал. Сигрид решила, что это мне от какой-то женщины и решила проверить. Не хотел отдавать ей письмо, и мы случайно сломали печать. Я убрала письмо в кошель на поясе и махнула рукой. – Это не имеет значения! Надеюсь, Сигрид… Дверь дома кузнеца медленно и тихо приоткрылась. Меня прожег испепеляющий взгляд суровой хозяйки. Губы Сигрид сжались в тонкую линию, она тяжело дышала и явно из последних сил сдерживала свой гнев. – Да благословит Мара ваш дом, – своевременно вмешался жрец, оттащил меня за руку с крыльца, оставив неспокойное семейство разбираться с собственными дрязгами самостоятельно. Алвор скрылся в доме, и дверь за ним захлопнулась с таким грохотом, что по деревне некоторое время гуляло эхо. Я посмотрела в сторону гор, опасаясь схода лавины. Сердце колотилось в ожидании новостей, я нетерпеливо забежала в таверну, по пути обогнав Эрандура, и, прежде чем узнавать о наличии свободных комнат, уселась на ближайшую лавку. – Какие люди в Ривервуде! – воскликнул знакомый приятный голос. Оборачиваться на возглас не хотелось, но пришлось. Позади стоял Свен в красивой голубой рубахе с лентами и флейтой в руках, а из-за его спины мне махал рукой Луэллин, встретивший собрата по бардовскому ремеслу. Ну, начнутся сейчас песни и пляски, а мне всего лишь надо узнать, что в письме! Чуть поодаль на стуле сидела всё такая же прекрасная и манерная Камилла Валерия, так ровно держащая спину, словно находится не в деревенской таверне, а во дворце ярла. Она поприветствовала меня счастливой улыбкой. Похоже, бриллианты Фендалу не помогли, что весьма странно. Неужели у Камиллы со Свеном настолько серьёзно? – Свен, – я кивнула барду, и пришлось снова убрать письмо в кошель. Луэллин начал быстро перебирать струны лютни и подпел в тон перебору: – Если же Джулия не поспешит, Остаться на улице ночью рискует… Переменившись в лице, вдруг поняла, что действительно могу остаться без комнаты – «Спящий великан» страдал не от наплыва посетителей, а от недостатка комнат, и был сравним по вместимости, пожалуй, с «Замерзшим очагом». Я направилась в сторону стойки, откуда уже отходил Эрандур. Данмер что-то бросил мне, и через мгновение в моих ладонях лежал пойманный ключ от комнаты. – Слева, – коротко сказал жрец. Поначалу я просияла, но потом поняла: комнат всего три, а нас прибыло четверо. Райя, судя по всему, уже скрылась в своей и легла спать, готовясь к завтрашнему походу, Луэллин тоже успел занять укромный уголок, а Эрандур? – А как же ты? – остановившись перед другом, преградила ему путь. Он отвёл глаза и попытался меня обойти, но я не могла позволить, чтобы данмер продолжал себя так вести. Тем более, если он не поспит, то завтра будет не в лучшей форме. – У тебя же есть спальник, ты мог бы разместиться рядом, – не давая Эрандуру хода, настаивала на совместной ночевке. – Что если… – начал жрец, и сразу стало понятно, к чему он клонит. Боится повторения прошлой ривервудской ночи. Я закусила губу, поразмыслила над ситуацией и схватила его за руку, вернув ключ. – Моя очередь сторожить, в таком случае, – скинув рюкзак на лавку и постелив на неё плащ, устроила собственное спальное место. А что? Подушка, матрас, очаг – всё, что необходимо для нормального ночлега! – Это непра… – данмер сделал ещё одну попытку возразить, но я напутственно подняла палец вверх и почти дотронулась до его губ, в знак того, чтобы он замолчал. – Неправильно жертвовать собой, когда тебя об этом не просят! – выдала, поражаясь себе, для пущей убедительности осталось только ногой топнуть. – Я останусь тут. Это было честное соревнование, я проиграла, и мне не досталось комнаты. Демонстративно устроившись на лавке, вытащила письмо из кошеля и с вызовом взглянула на Эрандура. – Если ты так хочешь, – он пожал плечами и удалился в комнату. Слыша трель флейты, сплетающуюся с частым перебором струн лютни, я, наконец-то, развернула пергамент, увидев аккуратный красивый почерк Брелины. «Джулия, не проходит и дня, чтобы я не думала о тебе. Надеюсь, ты жива и здорова, и когда-нибудь прочтёшь это письмо и вернёшься ко мне. К той, что верно продолжает ждать тебя. Я долго не решалась написать, мне казалось, будто ты отвергла меня в тот вечер и, конечно, моя обида очень долгое время жгла сердце неприятной болью. Лишь осознав, что дышать без тебя мне с каждой минутой всё больнее, что стены Коллегии скоро треснут по швам и завалят меня, я собралась с духом, чтобы рассказать тебе о происходящем в нашей сокровищнице знаний. После твоего отъезда, некоторое время была тишина. Мы как обычно ходили на раскопки и занятия, Дж'зарго радовался, что тебя исключили, а вот нам с Онмундом стало совсем грустно. Вспоминали, как ты спала на лекции, и даже как-то раз мастер Толфдир случайно назвал твоё имя, чтобы ты показала применение заклинания. Тогда у каджита не получилось применить простую Дубовую плоть. Но после стало происходить нечто неладное. В Морндас, 24 числа мы практиковали обереги в Зале Стихии возле Ока Магнуса, как нечто вдруг толкнуло меня. Мастер Толфдир велел прекратить пользоваться магией, поскольку Око, изучением которого больше месяца занимался советник Анкано, начало впитывать силу и изнутри появилось нечто небольшое, что мастера назвали "аномалия". Это порождение, похожее на милое, и совсем не холодное ледяное привидение некоторое время кружилось по залу, никому не причиняя вреда. Анкано распорядился, чтобы Савос Арен запретил все занятия вблизи Ока, и нас выгнали в Зал Достижений – тренироваться и учиться там. Наставники изучили аномалию, выделили из неё заполненную магией субстанцию, напоминающую камень душ, и некоторое время ничего не происходило. Однако недолго. Через три дня этих аномалий стало две. Потом три, и так далее. Первое время они плавали по Залу Стихий, словно блуждающие огни, безвредные и красивые, но спустя время начали ударяться о стены и преследовать нас. Зал Стихий закрыли, и все практики на территории Коллегии теперь запрещены. Вот интересно, как учить заклинания, если нельзя их опробовать? Я пишу всё это тебе, потому что думаю, что только тебе будет по силам разобраться с этой проблемой. Ты же нашла Око, может оно скучает по тебе так же, как я? С любовью, Брелина. Письмо на адрес. Владение Вайтран, Ривервуд. Кузница Алвора. Передать Джулии Октавии. От Брелины Марион. Коллегия Магов Винтерхолда».
