I'll call him by your name

Как все нормальные подростки, Элио ждал свой день рождения. Вот только в отличие от других нормальных подростков он ещё и проигрывал в голове речь, которую должен будет задвинуть Оливеру. Ну только если Оливер вообще появится, а никакой информации на этот счёт не поступало. Они поговорили тогда, Оливер принял к сведению его просьбу, и больше не звонил. Конечно, романтичная часть Элио рассчитывала на сюрприз, но беременная истеричка, которая захватывала все больше пространства внутри него, готова была уже бежать за билетами в Нью-Йорк. Правда, он строго решил для себя, что сначала дождётся все-таки своего дня рождения, а уж на следующий день тогда и улетит. В его ситуации пару дней ничего уже не исправит. Да черт его вообще знает, что могло хоть что-то в этой ситуации исправить. И боже, ему было страшно. Страшно говорить, страшно спрашивать. Страшно ждать. Страшно получить ответ. Страшно было вообще смотреть на Оливера и в то же время было страшно представить, что больше такой возможности не предоставится. В итоге он настолько накрутил себя, что практически не уснул всю ночь перед днём рождения и проснулся в отвратительном настроении и состоянии. Больше всего ему было жаль своих родителей, которые ничего не понимали и ни в чем не были виноваты. Ну и немного гостей, которые хотели повеселиться, а получат Элио, чернее тучи. Пришлось натянуто улыбаться и благодарить родителей за подарки. Ему подарили денег, что было всегда кстати. А ещё Книги, которые Элио тоже любил. Вот только ему хотелось плакать. Рыдать, если уж на то пошло. Рыдать и биться головой об стену. Делать этого, конечно же, он не собирался. По целому ряду причин. Но это не означало, что он не мог мечтать об этом мысленно. Вечеринка была назначена на шесть, Элио мрачно бродил по дому в белой рубашке и брюках, то захаживая в гостиную, то опять возвращаясь в свою комнату. В столовой был накрыт стол, расставлен хрусталь. Родителей никак нельзя было убедить, что если ты хочешь сделать фуршет, то достаточно и одноразовой посуды, лишь бы еды было побольше и ее удобно было брать руками. Нет. Им нужно было выставить все лучшее. Ещё бы. Прислуге же надо будет что-то убирать и перемывать. Он так раздражался от каждой мелочи, что ему казалось уже лучшим вариантом запереться в комнате до окончания срока. Правда, что потом делать с ребёнком, он не решил. — Элио, к тебе гости! Иди встречай! — раздался звонкий голос матери, заставивший Элио закатить глаза. Что за придурок припрется на полчаса раньше заявленного времени? Это ужасно невоспитанно. Люди могли ещё быть в процессе подготовки или сам именинник мог ещё только одеваться или вообще быть в душе. Полчаса — это достаточно много. Просто кому-то из друзей повезло, что Элио уже был готов и изнывал от скуки и нервов. Но это вовсе не означало, что он не станет бурчать и не намекнёт, что стоило бы приходить вовремя. — Ну и кто это у нас тут такой непунктуальный? — поинтересовался Элио на итальянском, а через секунду замер, удивленно глядя на Оливера. В Италии даже осенью было все ещё достаточно тепло, но не настолько, чтобы носить короткие шорты и свободные рубашки. Поэтому Оливер предстал перед ним в темно-синих брюках, коричневых мокасинах и голубой рубашке с серым джемпером, накинутым на плечи. — Ой, — выдавил Элио, оборачиваясь на светящихся от счастья родителей. — Ой. Я и правда опоздал, прости. Не знал, что не так уж просто будет найти цветы по дороге из аэропорта, а ещё рейс задержали, — Оливер выставил перед собой букет из красных роз и наклонил голову, улыбаясь уголок губ. — Но меня простят, я надеюсь? И Элио, конечно, собирался простить. Все на свете. За эти глаза, губы, за этот голос. И за эти розы, ещё бы. Элио и не знал, что так любит розы. Уже забыл, что так сильно любит Оливера. — Ладно, мы не будем вам мешать. Тем более, что мы уже обняли и поцеловали Оливера. Но скоро придут гости, так что сильно не задерживайтесь наверху! — попросила мама и утащила отца в кухню, тихо посмеиваясь. — Покажешь мне дом? — предложил Оливер, пытаясь вырвать Элио из его транса. — О. Да. Боже. Где твои вещи? — Я остановился в отеле. — Но почему? Оливер обернулся по сторонам и ответил, понизив голос: — Потому что мне показалось, что это будет куда романтичнее. Забрать тебя после вечеринке к себе в Отель, погулять по ночному городу, затем поспать до обеда и устроить нам поздний завтрак с шампанским. Твои родители замечательные, но мне не хотелось бы злоупотреблять их гостеприимством. — О. О. Да. То есть. Ты серьёзно? Элио был настолько сбит с толку, удивлён, шокирован, что вообще с трудом соображал и понимал только половину сказанного Оливером. Но все, что он говорил, ему нравилось. Экскурсия по дому началась и закончилась в комнате, где Элио прикрыл за ними дверь и тут же несмело шагнул к мужчине, позволяя ему обнять себя за талию и крепко прижать к груди. Вот сейчас можно было и выдохнуть. Позволить себе расслабиться и осознать, что Оливер правда здесь. Живой. Настоящий. Дышащий. Обнимает его и прижимает к себе так крепко. — Это правда ты. — Это правда я. Элио помолчал ещё несколько долгих минут, не находя в себе сил на вопросы или какие-либо действия, а затем оторвался все-таки от груди Оливера и приподнялся на носочках, чтобы прижаться к его губам в долгожданном поцелуе. Кто знает, может, это последний поцелуй. Или один из последних. Он расскажет Оливеру про ребёнка, тот отправит его на аборт, и вот тебе и конец сказочки. Нет. Он даст себе ещё один хороший вечер. Его день рождения, вечеринка, друзья, и любимый мужчина рядом. Ведь если он пролетел целый континент, то это говорит о чем-то, правда? Может и переживает он раньше времени? А как целует? Элио напрочь забыл о всяких мыслях, когда Оливер со всей своей силой прижал его к себе, целуя глубоко и жадно, вкладывая в это каждый день, что так сильно скучал по нему. И да, он все ещё был лишь подростком, чьё дыхание мгновенно перехватилось и думать о чем-то стало сложно и незачем. Были только они вдвоём и никого и ничего вокруг. Если бы не звонок во входную дверь, Элио бы и не понял, как пролетели бы минуты, а за ними и Часы. — Гости, — прошептал Оливер, пытаясь отстраниться, но Элио захныкал, цепляясь пальцами за одежду мужчины и не позволяя сделать и шагу назад. — Я знаю, — шепнул он, — ещё один поцелуй. Оливер улыбнулся уже в губы Элио, послушно наклоняясь и обнимая парня так крепко, что тот почти оторвался от пола. — Я так соскучился. — И я тоже. — Оливер… — в меру игриво, в меру интимно прошептал Оливер, заставляя Элио вздрогнуть от сладкой истомы, что тут же заполнила тело от нахлынувших мыслей и воспоминаний. — Элио, — шепнул он, поднимаясь на носки, обвивая плечи парня руками и впиваясь губами в его шею, игриво целуя и кусая, словно мстя за то, что тот напомнил об этом прямо сейчас, лишая возможности думать о гостях, вечеринке и чем-либо ещё. — Элио-Элио-Элио, — жарко прошептал он в самое ухо Оливера, нежно прикусывая мочку и отскакивая с самым невинным видом. — Пора встречать гостей, — с улыбкой проговорил он и протянул Оливеру руку, чтобы тот ее взял. Вот так просто. Приезда любимого человека оказалось достаточно, чтобы из холодной грозовой тучи он опять превратился в счастливого веселого подростка. Надолго ли — другой вопрос. Но хотя бы этот праздник обещал быть замечательным. Самым лучшим, черт подери. И даже маленький плод их любви внутри поздравлял папочку и не бушевал там, позволяя Элио оставаться в добром здравии и не заставить Оливера волноваться раньше времени. — Насколько ужасно и эгоистично с моей стороны надеяться, что они не задержатся тут до утра и мы с тобой все-таки сбежим в гостиницу? — поинтересовался Оливер уже на ходу, обнимая Элио за талию и быстро целуя в висок, прежде чем отпустить. Да, они, вроде как, не слишком скрывали свои отношения, в понимании Элио, но ведь и не афишировали их? Не сейчас, во всяком случае, пока ещё все слишком трезвые и никто не знаком с Оливером. Друзья из Кремы разъехались по другим городам, где учились в школах и университетах, а тут была другая компания, другие люди. Слава богу, хотя бы родители Элио не заставляли даже сомневаться в них и на этот счёт, хотя бы, парень мог быть спокоен. — Ничуть. Потому что если бы я знал, что ты все-таки приедешь, и если бы знал про то, что снимешь номер, то я бы отказался от всех этих глупых вечеринок и мы бы остались вдвоём уже сейчас, — быстро ответил Элио. — Ну уж нет. Тебе восемнадцать, это серьезная дата и я хочу, чтобы ты оторвался на всю катушку, а я оторвусь с тобой. И я ведь не на один день, так что мы в любом случае успеем насладиться друг другом. — Даже если завтра придётся пострадать от похмелья? — Во всяком случае, мы будем делать это лежа в одной кровати. И даже с самым ужасным похмельем я найду в себе силы поцеловать тебя. И не только. — Не вздумай возбуждать меня прямо сейчас, — шикнул Элио, расплываясь в улыбке и чувствуя себя совершенно, совершенно счастливым. Все было таким прекрасным, таким радужным. И никаких проблем не существовало вовсе. Только он, Оливер, гости, грядущая вечеринка. Правда, напиваться он не планировал. И даже не из-за здоровья растущей внутри плода, хотя и на этот счёт он тоже немного переживал. По большей мере от того, что его ужасно мутило даже от запаха спиртного. Но сегодня придётся справляться. Сливать шампанское во все раковины и ведра, выплевывать в другие стаканы, наливать в бокалы минеральную воду и что угодно по списку. В крайнем случае изобразит приступ гастрита, чтобы Оливер не приставал с расспросами. Боже, да он сейчас был так счастлив, что наверняка и без алкоголя уже казался пьяным. Первая партия школьных друзей бросилась обнимать Элио, выкрикивая поздравления и принюхиваясь к аромату еды из столовой, Элио представлял каждому Оливера и Оливеру представлял каждого, и атмосфера вечеринки закружила их обоих, заставляя забыть обо всем постороннем. А каждому из них было, о чем подумать.