Путь ирьёнина

Он с трудом приподнимает голову и обводит помутневшим взглядом местность. Первая мысль о том, что эта миссия его добьёт, уносится потоком беспокойных: о состоянии товарищей, взрыве, уликах. — Асума-сан, ответьте, — сквозь звон в ушах доносится до него взволнованный голос Хаяте. Канг собирается с духом и через силу поднимается на ноги, помогая встать слегка дезориентированной Рин. Оценивает обстановку и деактивирует Созо Сайсей, понимая, что и так на него много сил ушло, а остатки необходимо беречь, мало ли, сколько человек из их команды пострадало и как сильно. Местность вокруг засыпана комьями земли, обломками стен и деревьев. Сердце на секунду сжимается от осознания того, что их товарищи с высокой вероятностью погибли. Заставив самого себя успокоиться, Канг предлагает всё ещё отчаянно пытающемуся связаться с командирами Хаяте и пришедшей в себя Рин отнести Ноби-сана и Акихико подальше от этого места. Кто бы ни совершил этот взрыв, они не направились в их сторону. Пока. Если это Безупречные, то они поспешат за ними, чтобы вернуть Ноби-сана, если напавшие неизвестные, то они могут просто попытаться избавиться от ненужных свидетелей. Их компания ступает как можно более осторожно по лесу. Хаяте не прекращает попыток связаться с командирами, Горо или Какаши. Единственное, что даёт надежду думать, что кто-либо из них жив — не отключившиеся рации, задень их взрывом, сигнала бы не было. Надежда, конечно, совсем призрачная, всё, что угодно, могло послужить защитой для аппаратуры, а для людей — нет. — Хаяте-кун, — когда они останавливаются на привал, а Канг и Рин склоняются над Акихико, чтобы хоть немного залечить его раны, отзывается рация голосом Какаши. — Где ты? — Какаши-сан? — чуть задумчиво бормочет Хаяте и оглядывается на ирьёнинов. Канг почти не слушает дальнейшую беседу, рванув к начавшему задыхаться Ноби. — Тяжёлое, я бы сказала, критическое состояние. Его бы ввести в искусственную кому… — У нас нет аппаратуры, чтобы поддерживать человека в коме, — категорически отказывается Канг, хотя мыслишка повторить его и Какаши-куна подвиг с проникновением в больницу появляется. — Надо постараться стабилизировать его состояние. — У нас нет и оборудования для операции, — возражает Рин, хмуро глядя на него. — Мы можем поддерживать в коме его состояние чакрой. — И сколько времени мы продержимся? День-два, и оба будем истощены, а решим вывести из комы — исход никак предугадать не сможем. Лучше сейчас вложить больше чакры в стабилизацию состояния и потом уже восстановиться, — упрямо стоит на своём мужчина, скидывая с себя ставший тяжёлым жилет чуунина и закатывая рукава. — И у меня в свитках есть кое-какие инструменты. У вас, думаю, тоже что-нибудь найдётся, если потребуется. Это самый оптимальный вариант, Рин-сан. Он оглядывается на девушку. Та, побледнев, смотрит на него, еле сдерживая слёзы бессилия. — Рин-сан, — мягко зовёт её и берёт за руки. — Я понимаю ваши опасения и дилемму, вставшую перед вами. Хочется и помочь человеку, и оставить как можно больше людей в строю. Я чувствую то же самое, поверьте. И я принял решение, тем более, у меня есть выход из создавшегося положения. Я это всё организую, обдумав. Единственное, чего я сейчас прошу, хотя на сегодняшний день это очень много — довериться мне. Пожалуйста. Я не причиню Ноби-сану вреда, он мой друг. Но в то же время я осознаю все риски и ответственность. Всё будет хорошо. Я вас уверяю в этом. Дождавшись неуверенного кивка от Рин, он улыбается и поднимается на ноги, приказав следить за состоянием Ноби. — Ты договорился о месте встречи? — уточняет у Хаяте. — Нет, — качает головой парень, чуть покашливая. — Какаши-сан и командиры только собрались вместе, у них возникли некоторые сложности. — Кто-то ранен? — хмурится Канг. Получив в ответ кивок, оглядывается на Рин и снова переводит взгляд на Хаяте, закусывая губу. Видимо, всё-таки придётся оставлять друга на произвол судьбы в пользу большей части команды. В руках появляется дрожь, пытаясь её скрыть, Канг заводит их за спину. — Они не уточнили, насколько серьёзные ранения? — Какаши-сан говорит, что ничего серьёзного. Любой шиноби с базовыми навыками ирьёниндзюцу справится. Для начала только необходимо уйти оттуда, — отвечает Хаяте. — В таком случае, — облегчённо выдохнув, говорит Канг, — предлагаю передислоцироваться глубже в лес и поставить палатку. Я пока займусь состоянием Ноби-сана и Акихико-куна, — воодушевляется он. — А Какаши-кун и остальные нас найдут с помощью нинкенов, по запаху. — Я слышал ваш разговор, — хмурится Хаяте-кун. — Ты уверен, что это так уж необходимо? — Да, — кивает Канг, снова оглянувшись на Ноби и Акихико. — Уверяю тебя, я буду в полном порядке. Я же не дурак, чтобы оставлять раненую команду на одного ирьёнина, — мимолётный взгляд в сторону Рин, — тем более на хрупкую девушку, — широко улыбнувшись, завершает он. — Хорошо. Ладно, — с явным недоверием кивает шиноби, снова закашлявшись. — Твоё состояние, — на секунду замявшись, спрашивает Канг, — ты знаешь, что это? — Врачи говорят, что это просто рефлекс на многие раздражители, — отвечает неохотно Хаяте. Канг кивает, принимая этот ответ к сведению и подумав о том, чтобы просмотреть литературу по таким случаям. Они снимаются с места, продвигаются дальше в лес. Канг, несмотря на уговоры Рин, что ему не следует уставать, берёт на себя обязанность транспортировать Ноби. Акихико, немного придя в себя, едет верхом на Булле, псу явно не нравится, что он уходит далеко от своего хозяина и что приходится выполнять функцию ездовой собаки, ворчит, но терпит. Продвигаются медленно, останавливаясь через короткие промежутки времени, чтобы оценить состояние Ноби, немного передохнуть, осмотреться вокруг, проверить местность на отсутствие ловушек и засад, обследовать места, на которых можно было бы развернуть лагерь. До сумерек всё-таки удаётся и уйти подальше от остатков базы Безупречных, и найти подходящее место для стоянки. Устанавливают палатки, разводят костёр, набирают воду и готовят скорый ужин в спешке, не тратя чакру. Разложив и оценив запасы медикаментов и нехитрый медицинский инструментарий в расставленной палатке, Канг приходит к выводу, что справится с поставленной задачей, и даже уверяет всё ещё нервничающую Рин-сан, что останется сам в полном здравии и даже в сознании. — Не волнуйтесь, всё будет в порядке, — снова ободряюще улыбается девушке. — Можете выйти, помочь Хаяте-куну с лагерем и перехватить остальных, когда те подойдут к нам, — мягко выпроваживает её на улицу. Выждав несколько секунд, пока Рин топчется у входа, слышит, как она уходит, Канг тут же подскакивает к одному из своих подсумков, лежащих у противоположной стороны, выуживая оттуда небольшой контейнер. Оглядывается на Акихико, пристально наблюдающего за его манипуляциями. — Если бы кто-то узнал, ни за что бы не позволили мне. Так что помалкивай, — мрачно усмехается другу. Немного подумав, достаёт из коробочки одну боевую таблетку и проглатывает её. — Ты, — Аки-чан смотрит на него, выпучив глаза, явно пытаясь подобрать слово, которое не заденет Канга. — Чокнутый? — усмехается в ответ ирьёнин. — Судя по всему, уже да. Но это всё равно решать психиатру, — пожимает плечами и поднимается на ноги. — А сейчас помолчи. Быстрая диагностика состояния Ноби-сана, пока не начала действовать таблетка. Постановка периферического катетера, несколько инъекций, чтобы не расходовать чакру на стимуляцию выработки некоторых веществ в организме пациента, наркоз и обезболивающее. Сознание становится ясным, полное сосредоточение на одной цели, как после применения Техники Успокоения, и чувство, что без сна и отдыха можно горы свернуть. Вот почему эти таблетки необходимо применять с осторожностью, есть чувство вседозволенности и непобедимости, побочный эффект в виде полного истощения тоже опасен и неприятен, но он бывает лишь у тех, кто бездумно тратит силы. По ощущениям, Канг работает уже несколько часов, выбирая из арсенала те техники и методики, которые, возможно, подойдут, чтобы привести в норму Ноби-сана, хотя бы сделать так, чтобы он оставался в ясном сознании и мог выполнять простейшие двигательные функции. Он видит, слышит, даже отвечает, но не вникает во всё происходящее, не относящееся к его цели. Вокруг ходят люди, кипит жизнь, что-то происходит. Единственное, что ему ясно — опасности нет, остальное не важно. Поэтому через три часа, выйдя из палатки, довольный полученным результатом, он удивляется, встретившись взглядом с Горо-саном, сидящим у костра рядом с Хаяте-куном. — Я уж думал, что пока в голодный обморок или от истощения не упадёшь — не успокоишься, — хмыкает басовито Горо, указывая подбородком на укрытые тряпицей тарелки. Канг благодарно улыбается, стараясь сымитировать усталость. Таблетки будут продолжать действовать ещё некоторое время, но нельзя, чтобы кто-то узнал об их использовании. Выговор — самое малое, что можно получить за такое своеволие. — Мне всего-то надо было достичь необходимого результата, — отвечает Канг, проглатывая остывшую пресную еду, не вникая в то, что он ест. — Помощь ирьёнина ещё нужна кому-то? — Какаши-кун, а после и Рин-чан справились отлично, — качает головой Горо. — Чукичи-сан, Уухей и Паккун были ранены. Не серьёзно. Сейчас все отдыхают. И ты иди. — А дежурства? — Распределены. Ты и Рин-чан в них не числитесь, вам стоит восстановить силы, — хмурится Горо, а после улыбается. — Ты отлично постарался, не стоит всё взваливать на себя одного. В итоге он отступает, отправляется в палатку, где отдыхают Ноби-сан и Аки-чан, чтобы, поборов действие боевой таблетки, уснуть тревожным сном, наполненным кошмарами, связанными не только с последними днями. Отдых выходит поверхностным, с частыми пробуждениями. Наутро все собираются на завтрак. Канг и Рин проверяют самочувствие членов команды и пришедшего в себя Ноби. — Вы действительно совершили чудо, — коротко, чтобы никто не слышал, шепчет Рин-сан. — Никак нет, Рин-сан. Это вы лечили в одиночку команду всё то время, поэтому чудеса шли от вас, — улыбается в ответ Канг. — Как ваше самочувствие? — обращается к ирьёнинам Иккаку-сан. — Выглядите хорошо, но вы можете и скрывать своё состояние, чтобы не задерживать никого, — с пониманием улыбается командир, складывая руки на груди и чуть задумавшись, улыбается чуть мягче. — У меня сын такой же, кхм. Хотел сказать, что сейчас это уже ни к чему, мы ждём распоряжений от Хокаге-сама и Мизукаге-сама, поэтому можем и передохнуть немного. — Я в порядке, Иккаку-сан. Правда, чакра не сильно восстановилась, но продолжить путь, если это необходимо, я смогу, — отвечает Рин. — Усталость у меня хроническая, поэтому я в полном порядке, — заверяет Канг, оглядывается на команду. — Вот только не могу ручаться за самочувствие Ноби-сана, — чуть приглушённо говорит он. — Передвигаться сам он не может, в любом случае его придётся транспортировать на себе. Но в его состоянии даже такая дорога быстро его утомит. И придётся бежать на самой низкой скорости по земле, а не деревьям. Это пока все мои рекомендации. — Если мы ещё ненадолго тут останемся? — хмурится подошедший Чукичи-сан. — Нет смысла, — качает головой Канг. — Только время потеряем и можем быть хорошей мишенью для нападения, если не сменим место стоянки. Можно хотя бы попытаться начать движение с большими остановками. Рин-сан и я будем регулярно диагностировать его состояние, может, попытаемся немного улучшить его самочувствие. — Рин-чан? — оборачивается к девушке Иккаку-сан. — Я согласна с Кангом-саном. Мы во время дороги можем мониторить состояние Ноби-сана. Если поймём, что ему стало хуже, то остановимся. До тех пор можем продолжать движение. Командиры переглядываются между собой. Слово берёт Асума: — Нам действительно нужно продолжать движение. Мы пока не получили ответ от Хокаге-сама, но мы можем и в ближайшем портовом городе его дождаться, либо по дороге к нему. Если все в состоянии продолжить путь, не вижу смысла ещё чего-то ждать. — В таком случае собираемся и снимаемся с места, — отдаёт приказ Иккаку-сан, не задумываясь. Доро́гой Канг думает, что если бы за ними и была погоня, то их уже давно поймали или обнаружили. Они уставшие, с разбередившимися старыми ранами и появившимися неоднократно новыми и только начавшимся проклёвываться доверием друг к другу. Лучше мишени не найти. Как стадо лосей, пробираются к цели, стараясь держать дорогу, окрестности и ситуацию под контролем, но есть понимание, что никакого контроля почти нет. Это ещё больше нервирует, страшит, держит на взводе. Почти двое суток им требуется, чтобы преодолеть расстояние до одного из портовых городов. Сообщение о том, что именно сюда за ними прибудет корабль из страны Огня, пришло к вечеру прошлого дня. Им даже не приходится менять маршрут, ведь изначально было решено идти именно туда. Остановиться решают в гостинице на окраине городка — самой дешёвой и малозаселённой. — Я рад, что поймали меня. Не знаю, что мы бы делали, если бы не ты, — во время одной из перевязок говорит Акихико, и, оглядевшись по сторонам, глухо сообщает Кангу: — Мы оба изначально были их целью. То приглашение было именно для меня и тебя, об остальных они не знали, хотя и догадывались. Они знали, что мы важны для Ноби. Когда поняли, что я тоже изобретатель, то решили использовать не только как рычаг давления на него, но и попытаться выведать информацию об оружии. К счастью, я ни черта не знал о нём, — довольно ухмыляется он. — И ты говоришь, что рад, что это был не я?! — хмурится Канг. — Если бы это был ты, то не смог бы вытащить Ноби чуть ли не с того света. Спасибо тебе, дружище, — серьёзно кивает Акихико и прикрывает глаза, морщась от боли. Канг не считает, что достоин похвалы, но не спорит, оставляя своё мнение при себе. В двух словах Ноби-сан и Аки-чан обрисовывают ситуацию командам. Изначально из Конохи Безупречными был украден свиток с чертежами оружия, которое когда-то разрабатывал Ноби. После нескольких неудачных попыток воссоздать оружие ими было решено найти изобретателя. Ноби был похищен, подвергался пыткам, его пытались завербовать, угрожали, давили на психику, но бывший шиноби не сломался, хотя время от времени выдавал крупицы информации. Безупречные вербуют по всему миру мирных жителей, особенно тех, кто как-либо пострадал от людей с кеккей-генкаем и ниндзя. Они хотели выпустить огромную партию этого оружия и раздать всем согласным с их политикой людям, собрать свою армию. Чем больше мужчины говорят, тем страшнее становится Кангу, и в то же время в душе со страхом поднимается волна ярости. Заглядывая вперёд, можно догадаться, что это оружие, да любое другое, все эти люди потом использовали в своих целях. Отвратительно. Вскоре подходит к концу время ожидания, остаётся несколько часов до того, как шиноби Конохи с Ноби Хомма отправятся в страну Огня, а команда из Кири сядет на один из кораблей до страны Воды. Уже немного ленивое, спокойное состояние овладевает всеми, скоро будут небольшие выходные, обычные миссии, попытки наладить семейную жизнь, уничтожить Безупречных. Вещи уже собраны, состояние каждого из членов команды перепроверено и вынесено заключение, что каждому потребуется небольшой отдых, чтобы восстановить силы, единственный, кто подлежит госпитализации — Ноби. Две птицы почти одновременно влетают в распахнутое окно, отвлекая от тихих разговоров шиноби. Напряжение в номере гостиницы тут же возрастает, когда каждый из членов команды осознаёт, что это одни из самых быстрых посланцев из Конохи и Киригакуре. Иккаку-сан и Чукичи-сан тут же бросаются к почтальонам, забирая из специальных ранцев на их спинах послания и вскрывая их. — Миссия продолжается, — мрачно возвещает Чукичи-сан и оглядывается на свою команду. — Канг-кун, Горо-кун, сейчас вам необходимо оценить максимально точно своё состояние. — Я в порядке. Могу и путешествие продолжить, и бой дать, — отвечает Горо, разминая кулаки. — Аналогично, — кивает Канг. — Уверены? От этого будут зависеть чужие жизни. — Как и всегда, — пожимает плечами Канг. Будто когда-то всё по-другому в их жизни случалось. — Хаяте-кун, Асума-кун и я отправимся с вами, — отзывается Иккаку. — Рин-чан, Какаши-кун, вы отправитесь с Ноби Хомма и Акихико-куном в Коноху. Сейчас вы пойдёте на причал, скоро должен подойти корабль. А мы срочно собираемся и уходим к заливу Хёпу, к ближней его стороне от страны Рек. Подробно сообщим в пути, — оглянувшись на Чукичи, завершает он. Сборы проходят в суматохе и непонимании, но быстро и даже агрессивно. У Канга преотвратнейшее предчувствие. Когда они стартуют с места, Чукичи-сан обрисовывает ситуацию: — В направлении, куда мы идём, движется ещё один отряд: шиноби стран Огня, Воды, Молнии и Травы, которые выполняли длительное совместное задание. Их раскрыли, сейчас они стараются добраться до Дождя, откуда им навстречу выслана команда Акацуки. С большой вероятностью придётся дать бой тем, кто за ними гонится, Хокаге-сама назвал их «гладиаторами». Предположительно, мы можем встретиться с группой у залива, им даны указания двигаться в том направлении, но может случиться всё, что угодно. После подхода к Хёпу, я буду проверять местность, пока не обнаружим их. — Мы в таком состоянии после всего точно понесём потери, — мрачно откликается Асума. — Как бы кто ни бахвалился своими силами и тем, что не устал или восстановился, понятно, что это всё не так. — Мы понесём потери, если только экстренно не пополним свои силы, — хитро улыбается Канг. — И как, по-твоему… Асума замолкает, смотря на горсть таблеток в руке Канга, и даже немного тормозит. — Каждому по одной. Кто не знаком с эффектом Боевых пилюль — поясню. Это стимуляторы физической, умственной активности, а также объёма и восстановления чакры. Использовать силы с умом, потому что отдача у них тоже будь здоров. Если посчитать себя сверхчеловеком и необдуманно действовать, эффект от них очень скоро уйдёт, а вы сами пролежите с истощением от трёх до семи суток, смотря как ваш организм реагирует на таблетку, — Канг раздаёт каждому по таблетке и сам проглатывает одну, думая, что у него самого точно будут побочные эффекты, ведь он принимает уже вторую меньше, чем за три дня. Только бы зависимости не было, наркоманом становиться в его планы не входит. У залива они оказываются через несколько часов, ближе к вечеру. Водная гладь спокойна, на горизонте ни одного судна, вокруг — лишь засыпающая природа. Тихо и спокойно. — Не чувствую ни малейшей капли чакры, кроме той, что от вас, в радиусе полукилометра, — через несколько минут после остановки и тревожного оглядывания, говорит Чукичи-сан. — Они должны были прибыть в порт, который ближе к землям страны Песка, либо высадиться возле него. Им надо пройти по побережью, либо недалеко от него до порта, откуда отходят корабли в сторону страны Рек, — рассуждает Иккаку-сан. — Также их должны встретить члены Акацуки. За ними погоня. Либо их обнаружили и они дали бой недалеко от места высадки, либо уже преодолели расстояние до порта, либо члены Акацуки встретили их раньше и укрыли в каком-либо безопасном месте. — Предлагаю разделиться, — встревает Асума. — Бросим сигнальную печать, когда найдём их. — Разделиться действительно проще, но сигнальная печать может привлечь много ненужного внимания, в особенности «гладиаторов», — возражает Чукичи. — В таком случае, можно бросить сигнальную печать только в случае нападения, — не успокаивается Асума. — Разделиться придётся всё равно. — Если их найдёт та команда, которая отправится туда, где они должны были высадиться, то это ещё куда ни шло, вторая может в порту их подождать. А если наоборот? Как первая группа узнает, что можно вернуться и оставить поиски? — вмешивается Горо. — Встретимся в условленном месте через несколько часов с любым результатом, — отвечает Чукичи. — Асума-сан прав, разделиться придётся. В любом другом случае мы только потеряем время, либо будем топтаться на одном месте безрезультатно. Немного подумав, Иккаку соглашается с ними, иного выхода больше не остаётся. Ждать уже некогда, мало ли что, даже за это время, пока они добирались и обсуждали план действия, с теми шиноби могло случиться. Собираясь уже расходиться, они слышат отдалённый взрыв, а в небе наблюдают огни сигнальной печати. Даже не переглядываясь, команда стартует с места туда, понимая, что это те, кто им нужен, и им необходима срочная помощь.