Say something.

       Боже, как же долго Торд этого ждал! Он переедет к своему другу, даже заведёт ещё двух! Сидя в автобусе и смотря куда-то вдаль, он чувствовал себя легче: больше не будет никаких злобных слов отца о соулмейтах, не будет никакого нависающего напряжения в квартире — рай, а не жизнь! Казалось, что паренёк светится от счастья. Оставшиеся десять минут до приезда в город его интернет-друга тянулись целую вечность, но сероглазый понимал, что оно того стоит.

***

       По приезду его встретили Эдд и Мэтт, но Тома нигде не было видно… После шумных приветствий и выхода с вокзала, кое-кто всё-таки решился задать давно мучавший его вопрос: — А, эмм… Где Том? , — Спросил «рогатый», почёсывая затылок. — Он… Он не очень любит выходить из дома, — Эдд внезапно поник. — Эдд, он же должен знать, — сказал зеленоглазому Мэтт. — Ох, боже, я не могу! , — вскрикнул Гулд, — расскажи ему сам, я… Мне сложно об этом говорить, — ответил рыжеволосому обладатель зелёной худи, начиная идти впереди парней.  — В общем, — голубоглазый внезапно перешёл на шёпот, — Том боится людей. Ну, как бы не самих людей, а их слов, — сказал тот как-то грустно, на что получил понимающий взгляд норвежца. Оставшееся время трое парней шли в тишине, так и не сумев сказать хоть что-то.

***

— Вот мы и пришли! — весело воскликнул брюнет, доставая ключи из кармана своих брюк. Вставив ключ в замочную скважину, они вошли в просторный двухэтажный дом, который был заполнен теплом солнышка, чьи лучи проходили сквозь большие окна. Ох, а как же здесь приятно пахло молотым кофе с корицей! Так уютно, так по-домашнему, честно. Разувшись, парни прошли в гостиную, усаживаясь на мягкий диван с красной обивкой, рядом с которым стояло кресло кремового цвета, похожее на чуть-чуть прожаренную зефирку на костре. Торд был так приятно удивлён всеми теми вещами, что с ним происходили прямо сейчас, что всё это казалось каким-то сном. Очень хорошим сном.        Примерно два часа парни говорили обо всём на свете, пока их разговор не прервал тихий скрип лестницы, по которой кто-то медленно спускался. — О, Том! — воскликнул Мэтт, поворачиваясь в сторону домочадца.